Опасное лето.

- Добрый день, господин Вэй, - услышал Вэй Усянь тихий голосок откуда-то сверху. Глаза открывать решительно не хотелось, хотелось сказать "ну, ещё немного" и перевернуться на другой бок. И как-то даже не сразу вспомнилось, что "ну, ещё немного" длилось тринадцать лет. Вэй Усянь открыл глаза. К губам немедля прижался край чаши с водой, а потом чьи-то маленькие ручки помогли ему сесть. Маленькие ручки принадлежали ребёнку лет десяти-двенадцати, одетому в золотые одежды с вышитым пионом. Янтарные глаза смотрели с опасливым любопытством. - Господин Вэй, вы действительно господин Вэй Усянь, Старейшина Илина? - Негромко спросил он. - Как будто бы да. Скажи, как тебя зовут и почему я здесь? - Вас призвал в своё тело мой младший дядя. Он должен был сказать своё желание, разве нет? - Может, и сказал, только я не услышал. Ты, случаем, не знаешь, что он хотел? И ты ещё не сказал своё имя. - Меня зовут Цзинь Сун, господин Вэй. Пожалуйста, встаньте с пола и садитесь на постель. Мне придётся сказать очень много. - Чистая правда. В конце концов, я отстал от жизни на целых тринадцать лет. Мальчик кивнул. Вэй Усяня порадовало, что спустя тринадцать лет его репутация не настолько ужасна, раз уж дети его не боятся. И хотя этот мальчик совершенно точно не был сыном его любимой старшей сестры, что-то в его серьёзном личике было знакомое, так что Усянь решительно сел на постель и приготовился слушать. Но прежде, чем Цзинь Сун начал рассказ, в дверь заскреблись. Сперва Усянь вздрогнул и подобрал ноги, но когда дверь отворилась, на пороге возникла вовсе не собака. В комнату ввалился ровесник Цзинь Суна, но в одеждах клана Не. Совсем невысокий, на цунь ниже друга, но куда крепче. Он внимательно посмотрел на Усяня и улыбнулся... Улыбнулся. Вэй Усянь подумал, что ещё не отошёл от воскрешения, и поспешно отвёл взгляд. Должно быть, ему показалось. Да, точно, показалось. У мальчика просто большой, хоть и правильный рот, и улыбка до ушей в переносном, а не прямом смысле. Мальчишка приблизился к Усяню и склонил голову, принюхиваясь. - Господин Вэй, это - Не Лей, мой друг. Он сегодня не разговаривает. - Ну, здравствуй, - приветливо махнул ему Усянь, и названный Не Леем кивнул, вновь улыбнувшись. Усянь вздрогнул и снова отвёл взгляд, а юный адепт Не вновь принюхался и заинтересованно посмотрел на руку Усяня. Надо сказать, кое-что интересное на ней было: порез, символизирующий желание прежнего владельца тела, понемногу кровил и заметно выделялся на белой коже. - Я начну, господин Вэй. Вы в теле моего младшего дяди, Мо Сюаньюя. Он отдал вам тело, чтобы вы спасли Цзинь Лина. - Цзинь Лина? Сына Цзян Яньли и Цзинь Цзысюаня? А что с ним? - Пока ничего. Но... Кажется, мой отец хочет его убить. - Что-то я пока ничего не понимаю. Начни с самого начала. Из сбивчивого монолога Цзинь Суна, который растянулся на добрый час, за время которого Не Лей успел забраться на кровать, снять сапоги и задремать, свернувшись в клубок, Усянь узнал пусть и не всё, но вполне достаточно, чтобы сделать некоторые выводы. После войны Цзинь Гуаньяо, со скрипом признанный отцом, женился на Цинь Су, милейшей, пусть и посредственной заклинательнице, и у них родился Цзинь Сун. Однако наследником по-прежнему был Цзинь Лин, единственный законный потомок Гуаншаня. Гуаньяо и его потомки - наследники второго и третьего порядка. Разумеется, Глава Цзинь не мог не понимать риски такого решения. Когда у человека есть собственный сын, законный, явно неглупый и однозначно любимый, всегда есть искушение сделать наследником его, а не племянника. И поэтому в Башне Кои появился Мо Сюаньюй. Точнее, Цзинь Сюаньюй, которого Цзинь Гуаншань официально взял простым адептом, а неофициально - шпионом за собственным единокровным братом. И, похоже, не только за ним. Цзинь Суну нравился младший дядя. Эксцентричный, умеющий показаться практически сумасшедшим, он стал тихому, замкнутому А-Суну старшим товарищем по играм. К тому же, мальчик стал его глазами и ушами во внутренних покоях Гуаньяо. Всё изменилось после смерти Цзинь Гуаншаня. Регентом при малолетнем наследнике стал Цзинь Гуаньяо. Он же вскоре стал Верховным Заклинателем, и на посту показал себя весьма достойно. Цзинь Сюаньюй продолжил наблюдение, и до недавних пор его ни в чём не подозревали. Но... Но недавно на Цзинь Лина произошло покушение. Разумеется, безуспешно, да и Цзинь Гуаньяо казался не при чём - нападавшие были из другого клана, ни о каком Верховном Заклинателе понятия не имели, и вообще покушались на другого. Но младший дядя всё равно забеспокоился. И вскоре на него напала бессонница. Тяжёлые кошмары мучили его несколько недель, и избавиться от них он не мог. Дядя был уверен, что их на него наслал Цзинь Гуаньяо. Цзинь Сун был с ним согласен: он видел проклятье как взвесь полупрозрачных чёрных облаков вокруг головы младшего дяди. Казалось, дни его сочтены. И тогда дядя принял решение отдать тело другому человеку. Тому, кто сможет защитить наследника Цзинь. Он знал, что Старейшина Илина не чужой им человек - он младший брат матери Цзинь Лина. Дядя Мо решил действовать, пока бессонница не лишила его разума: Цзинь Сун украл записи Усяня из кабинета отца, а Не Лей помог им оторваться от преследования. Сейчас они в неприметной гостинице в десяти ли от Ланьлина. На посмертную участь дяде уже давно было плевать, но он дал клятву беречь племянника, и эту клятву он сдержит. - Господин Вэй, я всё ещё не верю, что отец хочет убить моего двоюродного брата. Но даже если вы найдёте доказательства, я не буду свидетельствовать против отца. - Да от тебя никто не требует. Ты и так очень много рассказал. Так не хочешь становиться следующим Главой Цзинь? Мальчик решительно кивнул и поспешно заправил за ухо выбившуюся из пучка прядь. И тут до Усяня дошло, кого ему напоминает Цзинь Сун. И впрямь, почти одно лицо. Возможно, с возрастом черты несколько изменятся, но пока сходство поразительно. И квадратными лицом, и внимательным взглядом янтарных глаз Цзинь Сун был схож со своим дедом по отцу. Не Лей, наконец, проснулся и сел. Он явно успокаивающим жестом похлопал Усяня по плечу, легко соскочил с кровати и выглянул в окно, распахнув ставни. Судя по виду из окна, сейчас середина лета. На то, чтобы исполнить желание Мо Сюаньюя, у Усяня от силы месяц. - Ох, чуть не забыл. Юный господин Цзинь, мне неудобно спрашивать, но ваш друг... - Не Лей - наследник Главы Не. Он мой самый лучший друг. Он может показаться вам немного странным, но он хороший человек. Хороший человек улыбнулся. От уха до уха. Полным ртом острых, как лезвия, зубов.