Время равных

      Янто стал носить обручальное кольцо. Весь Торчвуд, в том числе и Гвен, которая вернулась на работу, поздравляли его и Джека, только вот сам Янто счастливым не выглядел.       Да, признание оказалось не сном. Джек действительно сказал, что любил его, и сделал предложение. Некрасиво, не так, как хотел, посреди ночи и после кошмара.       Разве можно было довериться такому признанию?       Да и что-то подсказывало Янто, что Джек решился на это только теперь, когда они оба стали бессмертными. Капитану нужно было немного стабильности, нужен был тот, кто будет рядом, утешит после очередной потери и обнимет в ожидании возвращения после ещё одной смерти.       Если бы Джек любил искренне и по-настоящему, то признался бы тогда, в день смерти Янто. Они же не знали об обретённом бессмертии! Неужели так трудно было ответить на признание взаимностью, если это действительно было правдой? Всего раз...       Поверить было бы проще.       Да, капитан извинялся за это, говорил, что в тот момент совершенно не осознавал, что отвечал умирающему, понимая, что в последний раз видел Янто живым.       Но... Если бы только это!       На счету Джека были и все отрицания, обесценивания их отношений. Слова о том, что капитан ненавидел слово «пара», и убеждение в том, что тот факт, что они вместе, вовсе не важен. Разве человек, который любил, сказал бы что-то подобное?       Конечно, конечно, он объяснял всё тем, что не верил в искренность чувств со стороны Янто, считал себя монстром, приносящим смерть и разрушения, и не верил, что мог сделать кого-либо счастливым, но мог бы хотя бы попытаться, правда?       В общем, поверить своему счастью Янто не смог даже в день, когда они официально стали семьёй.       Джек каждый день признавался в любви по сотне раз, дарил подарки, устраивал свидания, был почти всегда рядом — за исключением разделения по заданиям на работе в Торчвуде — и делал всё, чтобы его муж был счастлив с ним.       Даже секс у них изменился, стал более нежным, чувственным, капитан внимательно относился к Янто и больше не причинял слишком сильной боли в попытках оставить засосы, следы от верёвок или от порки дольше, чем на пару минут. И всегда заботился после, чего раньше не делал никогда.       За годы, которые стали бежать всё быстрее, Янто отогрелся. Стал верить в искренность Джека и почти забыл, что когда-то тот всеми возможными способами избегал слов о любви.       Сбегал от ответственности, если говорить проще.       Но разве можно было забывать, кто был мужем Янто?       Капитан не мог и не умел жить без флирта, и, чем дольше они были вместе, тем чаще Джек стал поглядывать в сторону других людей, делал им комплименты, заигрывал с ними и дарил им свою очаровательную улыбку.       Ту самую улыбку, которая так долго предназначалась одному только Янто.       Как он вообще мог поверить в то, что их отношения продлятся вечность? Конечно, Янто надоел ему, конечно, Джеку захотелось найти новую игрушку, конечно, он разлюбил своего прекрасного валлийского мальчика.       Янто сидел с Джеком в ресторане, когда тот мягко коснулся руки официанта прежде, чем отпустить того передать заказ на кухню.       Это стало последней каплей. — Ты никогда меня не любил, да? — С чего ты взял? — Джек тут же совершенно серьёзно посмотрел на Янто, хмурясь. — Ты даже не скрываешь того, что флиртуешь с ним! — воскликнул Янто в отчаянии. — Если бы ты любил, разве бы ты поступил так со мной? Хорошо, — уже спокойнее продолжил он. — Если ты любил меня, то я тебе надоел, да? Я должен был умереть от старости, чтобы ты не успел так устать от меня, правда? — Что? Янто, нет! — Джек взял его за руки и посмотрел прямо в глаза. — Я люблю тебя. Люблю. Этот флирт... Я думал, мы могли бы немного развлечься, — он опустил голову. — Прости. Годы идут, а я всё ещё не умею говорить с тобой открыто и спрашивать о твоих желаниях и нуждах... Прости. Я пойму, если ты не поверишь, но, знаешь? Я отныне больше никогда и ни за что не посмотрю ни на кого другого. — Не надо таких жертв для своего пса. Я всё равно буду рядом, пока нужен тебе.       Янто выглядел таким уставшим, и в его глазах было столько боли, что он резко показался Джеку стариком. — Не говори так... Ты мой муж, Янто. Единственный до тех пор, пока мы не уйдём в пустоту и темноту вместе. Я люблю тебя всем сердцем, — Джек посмотрел на Янто с любовью и нежно провёл рукой по его щеке. — Прости меня.       Разве мог Янто отказать?       Удивительно, однако капитан на самом деле исполнил своё обещание.       Он перестал смотреть на других людей. Общался с ними сухо, официально, а все обворожительные улыбки и нежные взгляды доставались одному только Янто.       И если сначала Янто относился к этому с подозрением, вспоминал себя ещё смертного, не слышавшего от Джека ни одного признания в любви, то с годами стал постепенно успокаиваться. К тому же капитан стал учиться разговаривать. Они обсуждали все желания, все проблемы и мирно разбирались с каждым недопониманием. Это... Согревало.       Любили.       Они друг друга любили.       Неужели всё действительно могло быть настолько хорошо?       Поверить в это, отбросить все сомнения и окунуться в любовь с головой всё равно было до безумия страшно.       Страшнее, чем в очередной раз умереть.