ты танцуешь ахуенно, а я просто самый клёвый

губы шоё были мягкими и чуть опухшими (как ацуму потом догадался — из-за вредной привычки кусать губы), на его языке оставался привкус кисловатого сливового ликёра. его небольшие ладошки настойчиво упирались ацуму в грудь, оттесняя того к стене, а сам он находился так близко, что их тела соприкасались, создавая излишнее напряжение. ацуму не доминировал, как привык это делать: не вжимал шоё в стену, не шарился одной рукой по его телу, заползая под толстовку, а другой не сжимал его горло, каждым милиметром кожи чувствуя, как под ней ходит кадык. он просто стоял, оглушённый неожиданностью и спонтанностью этой близости, а в голове не было ни одной мысли. все они перемешались, тем самым развязывая ацуму руки и давая зелёный свет. в подсознании промелькнуло грубое: «я мог бы взять его прямо здесь», и в теле ацуму оно отдалось волнением и накатывающим возбуждением. однако ужас, последующий за осознанием этой идеи, вынудил ацуму выставить руки и резко оттолкнуть от себя парня. шоё стоял прямо перед ним: он был на голову ниже самого ацуму, в свете голубоватого неона его кожа казалась болезненно-бледной, широко раскрытые глаза лихорадочно блестели, тело подрагивало, и он не переставал покусывать налившиеся кровью губы. «это же просто ребёнок, о чём я думаю?» — пронеслось в голове ацуму, и по телу прошёлся мороз. — я не трахаю малолеток. — холодно произнёс он, надеясь, что дрожь в его голосе осталась не замечена собеседником. — а я и не малолетка. — насупившись, вторил ему шоё, прожигая тело ацуму взглядом. — если я спрошу тебя про возраст, то ты мне соврёшь, не так ли? — ацуму и сам не понимал, зачем он продолжал этот бессмысленный диалог. но что-то требовательное и одновременно тревожное во взгляде шоё не давало ему просто уйти. уйти и дать следующему симпатичному мужику возможность оттрахать этого подростка, не ведующего, что он творит? нет уж, увольте. — совру. — без тени стыда в голосе произнёс шоё, продолжая напряженно наблюдать за ацуму, словно боясь, что тот прямо сейчас возьмёт, развернётся и уйдёт. — ты только что подтвердил мои догадки о том, что тебе уж точно меньше двадцати. господи, я просто надеюсь, что тебе есть хотя бы шестнадцать. — с усталым вздохом произнёс мия, опираясь спиной о стену и съезжая с неё вниз. «ну вот, уже перенимаю его привычки. что дальше? буду клеиться к мужикам, втрое старше меня?» — пронеслось у него в голове, и ацуму с ещё большей усталостью вздохнул своим мыслям. шоё не терял времени: увидев, что его собеседник не собирается посылать его куда подальше и сваливать на четыре стороны, он аккуратными, маленькими шажками приблизился к ацуму и вопросительно приподнял бровь, спрашивая разрешения присесть рядом. ацуму на это лишь махнул рукой, мол, валяй. хината осторожно присел и приобнял себя за колени, уложив на них голову, и теперь выжидающе смотрел на мию, словно тот должен был ответить на какой-то его вопрос. — я не обладаю телепатическими способностями. если ты хочешь что-то спросить, то спрашивай. — произнёс ацуму, ощутив прилив сильного раздражения. он пришёл сюда расслабиться и снять напряжение, а в итоге просто заработал себе новую проблему в лице несносного мальчишки. следить за пьяным бокуто было, по крайней мере, хотя бы весело — тот неустанно говорил всякую чушь, называя это теориями мироздания собственного производства, комментировал происходящее в клубе так, словно это был волейбольный матч, подсчитывал, сколько бокалов разобьётся за полчаса, и, если число переваливало за десятку, впоследствии отмечал это как какое-то сверхважное событие. а ещё он напивался вдрызг, никогда не имея при себе лишних денег. и это при условии, что он ни с кем не флиртовал! следить за шоё, по всей видимости, имевшим на ацуму какие-то виды, было напряжно по нескольким причинам: а — он вообще понятия не имел, что из себя представляет этот парнишка и на что он способен, б — он был, чёрт подери, подростком, которому вообще не следовало здесь находиться. нужно было просто вывести его из клуба, заказать ему такси до дома и забыть это всё как страшный сон. стоило ли прочитать хинате лекцию о том, что детям нельзя ни напиваться, ни посещать подобные заведения? вероятно, стоило, но возымела бы эта тирада хоть какой-то успех? определённо точно нет. — не хочешь пойти потанцевать? — ни с того ни с сего огорошил ацуму шоё, и тот на несколько мгновений выпал из реальности от наглости этого вопроса. — может и хочу. но точно не с тобой. — категорично произнёс мия, наблюдая за метаморфозой хинаты: его самодовольная улыбка моментально поблекла, губы жалобно надулись, и он сделал этот… щенячий взгляд. возможно, на его дружков такая мордашка и действовала, но ацуму в их число не входил, и он постарался, чтобы его лицо осталось таким же холодным и невозмутимым. — пожалуйста? — елейным голоском протянул собеседник, продолжая испытывать нервы ацуму. «пожалуйста? какое, к чертям собачьим, пожалуйста? он вообще отказы принимать умеет?» — тут же вспыхнул он, начав источать зловещую ауру недовольства. — мы просто потанцуем, а потом я уеду и больше не буду обременять тебя своим присутствием. — продолжал шоё, и ацуму понял: он знал, на что нужно давить. чертёнок. да ещё и манипулятор впридачу. — ты просто уедешь. без танцев. — фыркнул ацуму, переводя взгляд на потолок и мысленно взывая к богу. рабочая неделя была ужасна, и этот поход в клуб лишь всё усугубил. «за что мне это?» — прошептал он, обращаясь к незримому светилу. — ты не сможешь вытолкать меня из клуба насильно. — парировал шоё с улыбкой на лице. его ещё и веселила вся эта ситуация? полное неуважение к старшим. — я могу сказать охраннику, что в клуб затесался несовершеннолетний, и тебя уж точно отсюда выпрут. — отрапортовал ацуму, предвкушая победу в этом споре. — не выпрут. я дружу с сыном директора клуба. — не поведя и бровью, ответил шоё с выражением лица, мол, выкуси. блефовал ли он? возможно. легко ли было это проверить? даже очень. никакого желания контактировать с охраной заведения у ацуму не было, и он решил пойти лёгким путём. — прекрасно. назови мне имя своего дружка и заодно имя директора. — ответил ацуму, доставая из кармана брюк телефон и обнаруживая кучу смс-ок от бокуто. просматривать их, объясняя, куда он запропастился, не было никакого желания. — на самом деле я дружу с другом сына директора. — несколько стушевался шоё, обличая свою наглую ложь. — но меня здесь всё равно знают. куроо тетсуро и кииоши тетсуро. — на этом моменте ацуму рассмеялся в голос.* результаты поиска в интернете подтвердили слова шоё, и ацуму с запоздалым удивлением понял, что от этого факта у него в груди потеплело. это смутило его и, чтобы поскорее отделаться от дискомфортного ощущения, он привстал с пола, выжидающе глядя сверху вниз на шоё. тот с таким же выражением смотрел ему прямо в глаза, а затем протянул руку. ацуму взял его тёплую ладонь в свою и помог подняться. хината не стремился разрывать этот телесный контакт и вновь довольно заулыбался. ацуму понял, что дал ему поблажку и с треском провалился. — всего один танец. и ты отправляешься домой.