Белые Лилии

26 сентября 2017 года.

      Ханагаки Такемичи переместился обратно в настоящее, чтобы узнать больше подробностей. Сейчас его волновала Саске Наран, которая всё ещё лежала в коме и никак не приходила в себя, Такемичи волновался, что умрет она раньше, чем тридцать первого октября. Придя в себя парень понял, что находится на работе, с которой его уволили, только вот будущее вновь изменилось, и теперь надо было понять, что именно изменилось и из-за чего. Он спас Дракена, Наран пострадала раньше, чем наступил кровавый хэллоуин, и сейчас в коме, раскол был предотвращен. Его больше интересовало: Почему Наран пострадала? Или же она должна выйти из комы, и умереть тридцать первого числа? Но ведь он спас Дракена и ей не нужно убивать убийцу брата.       — Да, Наото, — парень поднимает телефон и сразу же отвечает, дабы договориться о встрече и выяснить всё. Колокольчик на двери оповестил о новом посетителе, повернув голову в сторону, парень увидел парня с белоснежными волосами, которые были убраны в низкий слабый хвост, некоторые пряди выбились из хвоста и обрамляли его лицо. На нём дорогой красный костюм с золотыми запонками, и прекрасным черным галстуком. Ханагаки нервно сглотнул, таких гостей у них не бывает, — Я сейчас приеду, Наото.       — Да, я жду тебя, — Наото на той линии сбросил звонок, а парень, скинув голубой фартук в сторону, двинулся на выход. Этот парень не сводил с него черных глаз, на лице серьёзность и даже какая-то злость, которая не понравилась Такемичи. Он решил поскорее добраться до Наото, чтобы не нажить проблем, и в случае чего вернуться в прошлое, чтобы изменить будущее и спастись. Ему важно спасти Саске Наран потому что он понимает, что она значит для Майки, если Свастоны и изменятся, то только с её присутствием. Дракена он уже спас, осталась только Наран, которая вообще не должна иметь никакого отношения к банде.       — О, нашли... — парень выходит из магазина и сталкивается с парнем, которого уже видел внутри, точно такие же волосы, и красный костюм, даже запонки одинаковые. Такемичи приходится закинуть голову наверх, чтобы посмотреть в черные глаза парня, который рассматривал его с разных сторон, — Ханагаки... — его шепот отозвался неприятно в ушах, — Такемичи, — он убирает руку в карман и тут же достает от туда телефон, несколько раз ткнув по сенсорному экрану, он приложил его к уху, — Мы нашли его, — и вот здесь парень понял, что пора валить куда подальше.       Такемичи срывается с места и несется в сторону квартиры Наото, петляя разными путями, сворачивая, он пытался сбить их. Те парни, они явно не с добрыми намерениями пришли к нему, что он сделал? Почему на него открыли охоту и что теперь делать? Ему нужно как можно быстрее получить информацию о Наран и валить из настоящего, или хотя бы держаться поближе к Наото. Такемичи крутит в голове их лица и понимает, что никогда раньше их не видел, так что он успел натворить? Парни с одним лицом или же ему уже чудилось? Оборачиваясь он слава богам никого не видел, и бежал дальше, нужно было рассказать всё Наото.       Парни, которые встретили его, лишь тяжело вздохнули. Они потратили двенадцать лет на расследование и поиски виновника, и вот наконец нашли. Доложив всё боссу, они приняли решение разобраться с ним раз и навсегда, коснувшись своих татуировок на шее, парни прикусили нижнюю губу. Касаясь татуировки, они касались собственных воспоминаний, казалось, что это было совсем недавно, но было это почти двенадцать лет назад. Они не стали преследовать его, они прекрасно знали куда он пойдет и с кем будет, им нужно было лишь дождаться главы и действовать дальше. Месть будет сладкой, они насладятся холодным телом Такемичи, которое утопает в собственной крови.       — Наото! — Такемичи залетает в квартиру и тут же закрывает за собой дверь, повернув замок на несколько оборотов, он нервно выдохнул, — Ничего не спрашивай, пожалуйста, посмотри, когда умерла Саске Наран? А пока будешь искать, я тебе всё расскажу, — Ханагаки был настроен серьёзно, ему нужно было спасти Наран, и пока время было, его нужно было использовать с пользой, а не тратить впустую.       — Саске Наран, говоришь, — Тачибана быстро всё понял и пошел в комнату, где стояла магнитная доска с висевшими фотографиями, — Будущее изменилось, внимательно посмотри на фотографию Манджиро Сано, — Наото сел за ноутбук, перерывая старую газету и новости. Такемичи прислушался к Наото, парень начинает осматривать фотографию и видит на его плече татуировку: Лилия с красивыми узорами, которая бросилась в глаза, почти ничего не изменилось в Майки, только его татуировка, — Его татуировка изменилась, как я понял, ты спас Кена Рюгуджи? — Наото кинул взгляд на Майки и нахмурился, такая маленькая деталь, но она имеет огромный вес в будущем.       — Да... Он жив, только вот Саске Наран сейчас в коме, прошло почти два месяца, но она не приходит в себя, — Такемчии опустился на кровать Наото, и опустил локти на колени, скрепил пальцы в замок, — Наото, я встретил двух парней, они на одно лицо, и кажется искали меня, — больше он ничего не знал и говорить нечего было, от его слов Наото дрогнул и нахмурился, нехорошо. Это очень плохо. Если кто-то искал Такемичи и нашел, то ему нужно торопиться, чтобы отправить его обратно в прошлое с новой информацией, — Я вернулся, чтобы уточнить: Действительно ли Саске умирает тридцать первого октября?       — Шибуя, центральная больница, девушка по имени – Саске Наран стала жертвой банды, тяжелая черепно-мозговая травма и многочисленные переломы, еле как дотянула до больницы, — Наото нашел газету того времени, он осмотрел фотографию девушки с черными волосами и зелеными глазами, — Была убита, — Такемичи словно оплеснули ледяной водой. Лилии! Любимые цветы Наран, вот почему у Майки на шее лилии, потому что Наран умерла и эта татуировка его память о ней, — Больше тут ничего не написано... Её убили как только девушка вышла из комы, всё в один день, двадцать шестого сентября ближе к ночи, — Тачибана поворачивается к Ханагаки, который замер, — Это сегодня ночью...       — Что повлияло на это? Почему будущее изменилось и кому нужна её смерть? — парень хватается руками за голову, начиная размышлять. В голове стали всплывать картинки: Майки, морально убитый над телом Наран в морге, в коридоре плачущий Дракен, который был в момент её смерти рядом с Наран, и Мицуя, вытирающий слёзы, который звонил парням, они так ждали её пробуждения и вот она была убита, — Я предотвратил раскол в Тосве, помирил Майки и Дракена, а после на Наран напали, чтобы досадить Майки, который отказался вытаскивать Па из тюрьмы и принял сторону Дракена... — он не мог понять кому нужна была смерть Наран, просто не мог построить цепочку!       — Нарочка... Наран... Саске Наран... — прошептала девушка, пробуя её полное имя на вкус и в ту же секунду Дракен и Майки дергаются в её сторону, но тут же перед Госпожой возникают трое подростков. Лин, Рин и Лука встали перед Госпожой, защищая её от Тосвы, — Милое имя, девушка твоя?       — Белые Лилии! Госпожа! — парень бьет кулаком по ладони, вспоминая деталь. Та девушка знала о Саске Наран, и если бы не полиция, скорее всего Майки с Госпожой подрались, — Наото, возможно это Белые Лилии, — только вот как ему защитить девушку от якудза? Что ему сделать, чтобы они не трогали её? И точно ли это было рук дело Белых Лилий? Зачем им убивать Наран, которая не имеет никакого отношения к якудза, и бандам, помимо того, что встречается с Майки, — Когда была первая стычка с Мёбиусами, пришли якудза... Она убила четверых парней за то что те напали на её подчиненного и изнасиловали его девушку, такое кровавое побоище было... — вспоминая сейчас, Такемичи ощутил как подступает тошнота к горлу. Он ещё долго не мог спать спокойно, и даже сейчас не мог, вспоминая, что она тогда делала там и каким способом убила.       — Белые Лилии говоришь, вновь всё возле них крутится, — Тачибана вновь отворачивается к своему ноутбуку, боковым зрением замечая в окне какую-то тень, не придав этому значения, он стал смотреть всё то, что нашел по ним в прошлый раз и что изменилось, — Почти захватили власть в Токио полностью, на данный момент делят с Токийской Свастикой место господства над преступным миром, их глава – Рентаро Рен, — парень выводит фотографию и они вместе с Такемичи смотрят на фотографию парня с красными волосами, концы его были окрашены в черный цвет. Прекрасный костюм, а так же виднеющаяся татуировка на левой стороне шеи, золото, проколотые уши, — Информация не точная, но нынешние Белые Лилии превосходят в жестокости и преступлениях даже Токийскую Свастику. Убийства, изнасилования, торговля наркотиками, оружием и людьми.       — Лилии... Точно такая же татуировка как и у Майки, — Такемичи акцентировал свое внимание на татуировке, они были почти одинаковыми, могло ли это иметь такую важную роль, которую дал Такемичи? — Этот парень, я его где-то видел... — если Белые Лилии сейчас под управлением нового человека, это означало, что и Госпожа мертва, — Рентаро Рен говоришь... Видел, я его где-то видел, но не могу вспомнить где, — осматривая золото, которым он был увешан, а после смотря в черные глаза, которые пожирали душу даже через фотографию, он нервно сглатывал. Суваться по собственной воле к якудза... Да он кажется совсем свихнулся и потерял страх, раз решил вернутся и пойти прямиком к Лилиям.       — Нынешние Белые Лилии имеют множество связей и поддержки даже за рубежом, — Наото самого иногда бросало в дрожь от каждой новой информации о них, — На них пытаются выйти вот уже десять лет, но всё бестолку, они неуловимые, под их крылом не только Япония, но и Корея, Китай и даже Россия, у них есть лазейки везде, — прочитывая информацию уже со своих бумаг, парень кривился, если они смогут наступить на хвост в Японии, то они быстро переметнуться в другую страну, и там их достать будет ещё сложнее, — Сколько бы я не искал, нигде не написано, что за убийством Саске стоят Белые Лилии, — это была точка, которая поразила Такемичи. Если это не Белые Лилии, то тогда кто? Кто убийца!       — Конечно это не мы, нам незачем убивать её, — женский мелодичный голос поднял парней со своих мест, вынуждая резко развернуться и увидеть девушку с черными волосами. В ушах пара маленьких колец, ботфорты на плоской подошве и шорты с запахом на левую сторону, к ногам прикреплены кобуры с пистолетами, а на спине висела кобура с топором, милая белоснежная майка с глубоким вырезом, на талии черные ремни, а на руках кожаные перчатки без пальцев, — Господин полицейский, у тебя окно открыто было, вот я и зашла, — девушка растянула губы в премерзкой усмешке.       Упирая руку в бок, Лука стояла и ухмылялась, её длинные черные волосы спадали на плечи, а так же касались груди. Ханагаки сделал это неосознанно: Пробежался глазами по ней и замер: Белые Лилии, татуировка лилии прямо на её груди, точно такая же как и у Рентаро. Она из Белых Лилий. Наото ринулся к пистолету, но девушка была быстрее, она вынимает пистолет и тут же спускает курок, простреливая Наото руку и не позволяя ему и шагу сделать. Лука крутит его на пальце и наклонив голову в сторону, качает ей, прося парня не делать лишних движений. Внезапно раздается стук в дверь, парни вновь дергаются и косятся туда, только вот не успели они даже подумать, что можно сделать в этой ситуации, как дверь выбивают и она, слетев с петель, падает на пол с грохотом.       — Вы не открыли дверь, и мы решили её выбить, — первыми в квартиру проходят два близнеца, их руки убраны в карман, а сами они осматриваются. Заметив свою подругу, парни широко улыбаются и делают пару шагов к ней, — Лука, ты победила, первая их выследила, — Рин улыбается и кидает взгляд на Такемичи, который помнил их. Те самые два одинаковых парня, которых он встретил в своем магазине. Ханагаки ощутил как заходило его сердце, как вспотели ладони, у Наото прострелена рука, они шутками раскидываться не будут. И вот теперь он вспомнил их. Близнецы, которые тогда лезли к нему! Это Белые Лилии, точно они, теперь он в этом уверен.       — Киеджи, Кеиичи! Ну наконец-то, мне пришлось руку прострелить парню, он хотел выстрелить в меня, — Лука театрально закатила глаза и пустила ненастоящую слезу, вытирая её указательным пальцем. Ханагаки смотрел на троицу и услышал как же громко и нервно он дышал. Им лучше помалкивать и понять, что им нужно от них, — Где босс? — девушка касается плеча Киеджи и сделав на него опору выглядывает из его плеча, выискивая красные волосы, — Мы не можем долго тут задерживаться, надо быстрее избавиться от Такемичи и валить куда подальше, — девушка невинно поворачивает на него голову и улыбается белоснежными ровными зубками с видимыми клычками, — Распотрошим его да скормим свиньям, всё как обычно.       — Аха! Точняк, надо бы отомстить ему и двенадцатилетнее дело подойдет к концу, — Кеиичи более известный как Лин делает шаг к Такемичи и смотрит прямо в глаза. У них совершенно разные габариты, Кеиичи был шире Такемичи в несколько раз, так ещё и выше на две головы. За двенадцать лет, он из шкодливого подростка превратился в мужчину, который получал всё, что хотел и делал, то что нужно, — Верно, Ханагаки Такемичи? — он наклонился немного вперед и, убрав руку под красный пиджак, вынудил от туда пистолет, дуло, которого тут же оказалось на щеке парня.       — Не понимаю... Что я сделал то? — в ту же секунду, Кеиичи замахивается и бьет парня по брови, вынуждая его с грохотом упасть на пол и схватиться за бровь, от куда брызнула кровь, — Вы были там... Я вспомнил, Рентаро Рен, тот парень, который заступился за Госпожу, когда к ней подошел Дракен, а вы были готовы ринуться в бой... Кха! — парень получил ногой по животу, изо рта вырвались слюни, которые разлетелись в разные стороны. Парень хватается руками за пробитый живот и пытается утихомирить боль. На глаза бросается татуировка лилий на его руке, только благодаря тому, что он достал пистолет, он смог увидеть её.       — Такемичи!       — Молчи, дядя полицейский, мы пришли сюда только за Такемичи Ханагаки, лишний труп нам не нужен, — сладко проговорила Лука, отходя в сторону и подпирая спиной стену, как в ту же секунду Киеджи достает пистолет и наставляет его на Наото, который и подумать не мог, что всё так обернется. Белые Лилии, которых никак не могут поймать, прямо у него в квартире избивают Такемичи, за которым и пришли, — Слишком геморно убивать полицейского, да, Найс?       — Верно, труп Наото Тачибаны нам не нужен, мы пришли за головой Ханагаки, — в квартиру входит человек с яркими алыми волосами и черными концами, татуировка лилий на его шее и дорогой сшитый на заказ костюм главы Белых Лилий. За его спиной два парня: Один больше другого, который еле как прошел через выбитый дверной проем, на его лысой голове сверкала татуировка, а черный костюм плотно прилегал к мышцам, которые были готовы разорвать его в любой момент. Второй же парень был пониже и поуже, за его спиной катана, и длинные волосы, которые сыпались по его плечам. Татуировка лилий была набита возле уха, начало брала с шеи и лепестки переползали на скулу и щеку.       — Глава Белых Лилий – Рентаро Рен! — Наото делает незаметный шаг в сторону Такемичи, дабы успеть отправить его обратно, перед тем как его убьют. Им нужно выяснить, что же произошло, раз они так ополчились на него, — Что сделал Такемичи? — обычный вопрос, на который Рен собирался отвечать, он хотел показать им как долго они искали виновного.       — Убил Саске Наран.       Ханагаки замер, он поднимался на ноги, но услышав причину, тут же завис. Это он убил Наран? То есть Тосва стала такой из-за того, что он убил Наран? Но почему он сделал это? Она ведь ничего не делала, обычная школьница и девушка Майки – его друга. Ханагаки поднимает глаза наверх и видит полный боли черный взгляд, у якудза не такие глаза, нет... Осмотрев каждого, он заметил эту тень печали, которая лежала на их лицах. Обхватив рукой локоть, Лука смотрела куда-то в сторону, братья опустили свои оружия, а парни за спиной Рентаро прожигали его взглядом, полным ненависти и агрессии. Наото точно так же замер, переваривая информацию. Убийцу так и не нашли, и сейчас выясняется, что это был Такемичи? Что там в этом прошлом вообще происходило?       — Такемичи!       — Я не убивал её! — прокричал Ханагаки, перебивая Наото на полуслове, он точно не мог сделать этого, она просто девушка, — Почему...? Это не мог быть я! — прошептал парень, пытаясь вспомнить хоть что-то, но перед глазами только опустошенный Майки, который потерял любовь всей своей жизни, и больше ничего... Ему срочно нужно было возвращаться, чтобы не допустить этого, он должен сам всё увидеть и понять, что на самом деле произошло, и какая же была у него причина убивать Наран и самолично превращать Тосву в опасную преступную группировку.       — Это ты ответь нам, Ханагаки... — шепот девушки и вот она с силой отталкивается ногой от стены и подлетает к парню, — За что ты убил её!? Что шестнадцатилетняя девочка сделала тебе, ублюдок! — она сжимает руку в кулак и тут же бьет им по лицу Такемичи, из глаз брызнули слезы, которые она скидывает пальцами и нервно выдыхает, — Почему ты натравил на неё якудза? Почему из-за тебя по её венам пустили яд? Скажи мне почему, Ханагаки?! — кричала девушка, не в силах больше сдерживать свой гнев, который копился двенадцать лет, — Почему ты лишил собственного друга жизни...? Это ты виновен в том, что сейчас происходит... — последнее она прошептала и ощутила руки близнецов на своих плечах.       — Двадцать пятого сентября, на тебя вышли якудза, которые были помечены Белой Лилией, они служили нам тогда и занимались перевозками наркотиков да оружия, были подставными лицами, — начал Рентаро, подойдя к девушке, он легко потрепал её по плечу и улыбнулся, они нашли убийцу и теперь можно будет отомстить за Саске, которая погибла ни за что, повернув голову на Такемичи, который просто слушал их не в силах даже моргнуть, — Я уж не знаю, что тебе сделала Наран, но ты попросил их об одолжении: Пустить по её венам яд, чтобы она умерла прямо тогда, когда прибудет Манджиро Сано. Там был наш человек, который лечил Саске Наран, и как он говорит, его заперли в кабинете и поэтому он не смог придти к ней, когда она умирала, это тоже твоих рук дело, — парень тянет руку внутрь пиджака и вынимает от туда пистолет, прокрутив его в руке, он вновь смотрит на Ханагаки, а после кидает взгляд на Наото, который был уже рядом с ним, — Мы пообещали защищать эту девушку, а ты использовал наших же, чтобы избавиться от неё... Ей было всего шестнадцать, она задыхалась и молилась, чтобы это всё закончилось поскорее, и меня знаешь что интересует? Перед тем как я тебя убью, я хочу узнать: Зачем ты убил её?       — Я не убивал... — прошептал парень, понимая, что сейчас, двенадцать лет назад, он уже договорился с якудза, и ему нужно торопиться, чтобы исправить ошибку, которую он допустил. Он не мог вспомнить по какой именно причине сделал это? За что? Почему? Он обязательно спасет её, и остановит якудза, — Я... Не убивал, — вновь повторил Такемичи и поднял серьёзный взгляд на Рентаро, который лишь скривил губы.       — Я...       — Сейчас, Такемичи! — Наото дергается вперед и тут же сжимает окровавленной рукой руку Такемичи, отправляя его обратно на двенадцать лет, чтобы он спас Саске Наран, и изменил настоящее, дабы сестру не убили, и всё это наконец закончилось.       Сидя в просторной комнате, Манджиро Сано уже не чувствовал той боли в сердце, уже не чувствовал сковывающего всё тело непринятия, он уже ничего не чувствовал. Смотря на фотографию черноволосой девушки с черной лентой, парень зажимал пальцами одежду, понимая, что он до сих пор любит её. Ту, которая дарила ему свет, нет, она была его светом, который у него забрали. Он любил Наран по сей день, осматривая её фотографию вновь и вновь, он чувствовал тепло её рук. Стоящая сзади Наран крепко обнимала его за плечи, прижимая головой к своей груди, сжимая пальцами плечи, она всегда была рядом с ним. Его Саске Наран, которую он мечтал взять в жены, быть с ней и в горе и в радости, быть всегда с ней... Умерла двенадцать лет назад.

26 сентября 2005 года. 18:48.

      Ханагаки резко раскрывает глаза, он дома, он жив, а что с Наото? Его убьют? Нет, он им не нужен, им нужна только его голова. Парень спустил ноги с кровати и опустил локти на колени, задумался: Это он натравил якудза на Наран, но зачем? Он ничего не помнил от слова совсем. Двенадцать лет они потратили на то, чтобы найти виновного, выискивали того якудза, допрашивали и наконец нашли ответ. Он убил Саске. Это он привел к тому, что Тосва в будущем стала такой и убила Хинату. Ему нужно спасти Саске, и для этого у него осталось меньше двух часов, нужно торопиться и остановить убийцу, не позволив ему влить яд в тело. Парень быстро достает телефон и набирает номер Майки.       — Привет, Майки, где ты? — парень начинает попутно собираться, больница тут не далеко он сможет добежать до неё на своих двух. Выбегая из комнаты, а после и из дома, парень ринулся в сторону больницы. Успеет. Успеет. Он успеет спасти её, чего бы ему это не стоило. Сердце так быстро билось, ладошки вспотели от нервоза, если он сейчас её не спасет, то всё пропадет.       — Привет, Такемучи, Нарочка в себя пришла, я вот к ней еду, а что такое? — Майки на той линии был очень рад. Его голос, который источал счастье ударил по Такемичи, это он лишил Майки всего, он убил Наран. На глазах навернулись слёзы обиды, они стали капать из его глаз, но парень упрямо вытирал их рукой и мчался со всех ног туда, — Ты тоже приходи, почти два месяца прошло и вот она пришла в себя, я думаю она будет рада видеть тебя, и Хину бери, — Майки складывал фрукты и брал любимую газировку девушки, пусть ей и нельзя, но он не мог не порадовать её. Ему нужно будет ещё заехать за цветами и потом он помчится к ней.       — Майки... — голос Такемичи выдал его. Майки на той линии напрягся, что-то случилось? Почему Такемичи плакал? — Быстрее езжай в больницу, Саске сейчас убьют! Долго, очень долго объяснять, но врач один из якудза, и он убьет Саске, — этого было достаточно, чтобы Майки бросил все продукты и побежал прочь из магазина, запрыгнув на байк, парень тут же включил зажигание и его байк со свистом колес срывается с места.       — Звони Кен–чину, он сейчас с ней, объясни всю ситуацию как можно подробнее, я буду примерно через пять минут.       — Понял, — парень сбрасывает звонок и ускоряется, по пути набирая номер Дракена, он слышал противные гудки. Не подходил. Он не брал трубку, и если не возьмет, то он не успеет, — Дракен! Возьми же трубку! Ну же! — пока Такемичи пытался дозвониться в палату Саске Наран, зашел врач с черными волосами и двумя шприцами в руке, которые он ввел в тело девушки. Она разговаривала со своим братом, пока тот не заметил звонок.       Саске Наран, которая пришла в себя, увидела поступающие звонки на телефон Дракена и кивнула ему на него, вынуждая парня поднять трубку. Как только Дракен отвернулся, а девушка подняла взгляд на врача, её сердце замерло. Это выражение лица. Это не то лицо, с которым врач должен вводить препарат в капельницу. Девушка невольно сжимает пальцы своей руки, внимательно осматривая этого человека, он касается пальцами её запястья, а после начинает открывать шприц, несколько раз ударив по нему щелчком и проверив идет ли струя, он начинает втыкать его в ёмкость, куда выльет препарат. И наконец убрав пустой шприц в карман, он тянется к регулятору, и только взяв его в руки, как Кен перевешивается через тело Наран и врывает катетер из её запястья, оставляя там кровоточащую рану.       — Дракен...? — Наран медленно поворачивает голову в сторону и смотрит на обезумевшие глаза Дракена, который в один шаг обойдя кровать хватает врача за грудки и начинает мотылять его из стороны в сторону. У парня вздулась вена на лбу от злости и агрессии, а Наран попыталась приподняться, поставив одну дрожащую руку, она не может поднять своего тела из-за огромной слабости.       — Сволочь! Ты что, собрался убить мою сестру?! Я тебя прямо здесь забью до смерти и ничто тебе не поможет! — дикий крик парня и вот дверь с грохотом раскрывается, там на пороге стоит перепуганный Майки, который несся сюда на максимальной скорости, чтобы успеть. И какого было облегчение парня, когда он увидел Наран, которая пытается встать, а так же Дракена, который мотылял врача из стороны в сторону, — Давай, Майки! — он грубо швыряет врача назад, и в ту же секунду слышится грохот. Майки пробивает его висок своим носком, припечатывая безвольное тело к полу.       Парень горел от злости, стоило ему услышать слова Такемичи, как внутри разгорелся пожар злости, агрессии и ненависти. Сано смотрит на врача и сдерживается, чтобы не забить его здесь до смерти. Чувствуя взгляд зеленых глаз, он смягчался, ему было сложно делать что-то плохое, когда на него смотрела Наран. Повернув голову в сторону, парень невольно открывает рот, живая... Она живая! Его руки опускаются вдоль тела безвольным грузом, а сам он не в силах отвести взгляда от девушки, которая пыталась принять сидячее положение, смотря на него, сердце парня пропустило несколько ударов, нет сотню ударов, оно билось с таким продолжительным замиранием и остановкой, каждый удар отдавался во всем теле. Как же он счастлив сейчас, видя её ожившие зеленые глаза, а не полумертвые, которые он видел полтора месяца назад в последний раз.       — Майки... Дракен... Что происходит? — этот голос. Манджиро в ту же секунду срывается с места и оказывается рядом с ней. Опустив одно колено на кровать, он обхватывает плечи Наран своими руками и прижимает к себе, не сильно, чтобы ей не было больно, но и достаточно, чтобы он мог почувствовать её. Услышать сердцебиение, почувствовать пульсацию тела, и вдохнуть родной запах, который он, кажется, забыл. Проводя пальцами по грязным волосам, Майки кусал губы, ведь понял, что если бы не Такемичи, то он бы потерял Наран раз и навсегда.       Внутри всё переменилось, тот сад цветов, который распустился внутри, цвел и пах, они смогли, они справились и больше он не допустит подобного, что бы не произошло, они будут вместе, чтобы потом она стала Госпожой Сано. Обнимая её, он чувствовал, как дрожали его руки, он так испугался, вновь... Потерять её, самый страшный сон. Щупая её плечи и перебирая волосы, он чувствовал тепло тела, слышал её запах, и нервно выдыхал. В глазах вновь собирались слезы, которые он отгонял. Нельзя, ему нельзя плакать, всё хорошо, она рядом, она с ним. Сейчас разволнуется, и состояние её ухудшится, уж лучше он будет улыбаться и просто радоваться тому, что она пришла в себя.       — Никогда больше так не делай, слышишь? — прошептал Майки, сжимая её в своих руках. Ощутив её тонкие пальчики на своей спине, он вздрогнул. Она живая. Он никак не мог поверить в это, даже слыша её дыхание, чувствуя его на своей шее, ему было трудно поверить, что всё это наконец закончилось и теперь Нарочка пойдет на восстановление и всё будет как прежде – хорошо, — Никогда не оставляй меня, — чуть ли не моля прошептал парень, отодвигаясь от неё. Она только из комы вышла, ей нужно набираться сил, а заобнимает он её чуть позже, когда ей станет легче.       — Обещаю, Майки, мне всё рассказал Дракен, извини меня... — она и подумать не могла, что пролежит в коме почти два месяца и за это время, Майки изведет себя полностью, парень опускает плавно девушку обратно на постель, придерживая её голову и плечи, он опустил её словно сокровище, самое дорогое в мире, и такое хрупкое, что сделай он хоть что-то резкое, то она сломается, треснет и разобьется в дребезги, — Можно я посплю? Так в сон клонит... Вы же расскажите мне потом, что произошло... Да? — Майки и Дракен кивнули, нервно выдыхая, всё благодаря Такемичи.       В палату врывается запыхавшийся Мицуя вместе с Эммой, которую Майки пришлось оставить в магазине, она и привезла Наран продукты. Ребята прошлись глазами по палате, замирая на теле врача, а после кинули взгляды на Наран, которая мирно сопела, погрузившись в спокойный сон. Мицуя сделал несколько шагов в сторону кровати Наран и убедив самого себя, что всё хорошо, успокоился, у него было не очень хорошее предчувствие, но видя сейчас здесь Майки и Дракена, он успокаивался, эти двое точно не дадут её в обиду, любого уничтожат за неё. Опустив на тумбочку небольшой пакет с фруктами, Такаши посмотрел на Майки, который сверлил взглядом тело врача, который собирался убить его Наран. Эмма осматривала всё это с каким-то волнением, но смотря на брата и любимого человека, она понимала, что Нара просто спит и всё с ней хорошо.       — Кто это? Что вообще...       — Наран! — в палату залетел Такемичи, который упал на колени и нервно стал осматриваться. Майки, Дракен, Мицуя здесь, тело врача лежит на полу, а Наран спит. Спала ли она? Или он не успел спасти её. Посмотрев Майки в глаза, он понял, что всё хорошо, Наран жива и Майки не сломается, его сейчас меньше всего интересовало почему он собирался убить её, нынешний он, понимал, что для Майки, Наран – это весь мир, и лишив его Нары, он лишит себя хорошего будущего, которое уже никак не исправишь.       — Тихо, не кричи, она спит, — прошептал Майки, смотря с серьёзностью на Такемичи, парень дрогнул и поднялся с колен, не сводя с него взгляда, — Спасибо, что позвонил мне и Кен–чину, благодаря тебе Нара жива, но, Такемичи, откуда ты знал о том, что Нару собираются убить, ты знал, что он собирается пустить яд, откуда? Кто ты черт возьми такой, Ханагаки Такемичи?