Белые Лилии

      Саске замерла на месте, смотря на девушку с розовыми волосами. Они падали на её плечи, а лицо исказилось в усмешке, Лука смотрела точно в зеленые глаза девушки в школьной форме, которая изредка кидала взгляды на труп парня. Его голова была рассечена топором на двое, он больше точно не встанет. Она не чувствовала страха, не чувствовала паники от этого зрелища, она чувствовала лишь благодарность за спасение, смотря на девушку в черной форме с вышитыми белыми лепестками лилии. Наран сжала руки в кулаки и прикусила нижнюю губу, её серые глаза не отходили от неё, она изучала девушку с какой-то самодовольной усмешкой. Саске кинула взгляд в сторону битвы, которая шла в самом разгаре, ей было плевать на мертвого парня, который хотел убить её, сейчас её интересовал лишь Майки, к которому она должна была спешить.       — Спасибо большое, Лука... — прошептала Наран, не зная, как вежливо обратится к девушке. Она была примерно одного возраста с ней, можно было немного и расслабиться. Лука поднимает топор со своего плеча, а за ним с лезвия стекала кровь и падала на её плечо, как резко опускает руку с ним вниз, слега дергаясь за ним, — Мне надо идти, меня ждут... — её там никто не ждал, ей там вообще нельзя появляться, но она всё равно бежала к Майки... Ей нужно было, ей казалось, что именно сейчас там происходило что-то зверское, и она должна была остановить это, чего бы ей это не стоило.       — Нет, Наран, тебе туда нельзя, — со стороны вышел парень с белыми волосами, который смерил девушку серьезными черными глазами. Парень в той же черной форме, руки его были убраны в карманы, он осмотрел тело девушки, а после труп парня у её ног, кинув взгляд на довольную Луку, он выдохнул, — Хорошо, что мы успели, — проговорил он, и Лука кивнула. Если бы они не успели неизвестно, что бы сказала Госпожа и как отреагировала. Наран жива, и это главное, — Идём, Наран, мы проводим тебя в более безопасное место, мало ли, тут ещё черви есть, — это был Рин, а за ним уже шел Лин, который был готов драться ровно как и двое остальных.       — Нам было велено держать тебя рядом, дабы с тобой ничего не случилось, сейчас опасно, — Лин, как и Рин, могли быть серьёзными в нужный момент, и вот этот нужный момент настал. Они не могли отпустить девушку дальше, пока не поступит приказ уходить, они будут держать девочку рядом с собой. Смотря в её зеленые глаза, полные спокойствия от трупа рядом, и в тот же момент полные волнения за Майки, Лин ухмыльнулся. Интересная девочка, ничего не скажешь. Рядом с ней лежало тело парня, его голова была рассечена на двое, а она дергалась в сторону битвы Вальгаллы и Тосвы, её интересовал только Майки и всё тут, — Если бы не Лука, то ты бы уже была мертва, не будь дурой, не испытывай судьбу, — Лин смотрел на девушку, которая металась глазами от него к брату, а после в сторону битвы, и на Луку.       — Пойдем, Наран, по хорошему... — Лин протянул руку к девушке, надеясь на её благоразумие. Близнец поставил вторую руку на бедро, а его брат и Лука встали с разных от него сторон, смотря на Наран. Девушка чувствовала, как быстро билось сердце, они не отпустят её. Смотря на них ледяными зелеными глазами, она сжимала руки в кулаки, — Пошли, — уже более требовательно, проговорил Лин и стал перебирать пальцами, прося Наран не нервировать его ещё больше и наконец аккуратно вложить свою руку в его ладонь и просто пойти с ними. Но девушка не собиралась делать этого.       Она слышала крики, слышала звуки бойни, она прекрасно понимала, что ей там места нет, и на неё очень сильно будут ругаться, если увидят там, но сердце просило, оно неистово молило её и кричало, чтобы она спешила к Майки и ребятам. Она не боялась их, ничего не испытывала от трупа в её ногах, даже испачканные кровью туфли не тяготили её. Майки! Майки! Майки!! Предчувствие у неё плохое было, а оно никогда не обманывало и ей нужно было к нему. Хотя бы просто увидеть и стоять в стороне, ждать конца боя. Саске делает аккуратный шаг назад, и стук каблука отдается в уши не только Нары, но и Самоубийц, которые словно по щелчку пальцев закатили глаза. Баджи и Кадзутора дерутся против Майки, как бы он не показывал, что ему плевать с кем драться и раз Баджи сделал выбор, то пусть так оно и будет. Ему тяжело. И Наран это знала как никто другой.       — Нет... — прошептала девушка, смотря на парня округлыми зелеными глазами. Ей нельзя, там её Майки, ей надо к нему. Прямо сейчас, даже если она тут с ними драться будет. Она сделала дерганный шаг в сторону, и вот парень вновь закатывает глаза и делает один шаг к ней и тут же хватает за руку. Хватка была слабой, но в тот же момент каменной, — Нет! Я не могу уйти! Отпусти меня! — прокричала девушка, пытаясь вырваться из его стальной руки. Пусть и держал с нежностью, но силу всё же прикладывал. Его черный взгляд равнодушно прошелся по Наран, и вот он дергает девушку на себя, она словно безвольная кукла ударяется об его грудь, и застывает на месте. Саске пыталась выкрутить свою руку, но ничего не получалось.       — Давай мы всё-таки обойдемся без силы, Наран, тебе туда нельзя, — спокойно проговорил парень и скрепил свои пальцы на второй руке. Он чувствовал, как она дрожала, а взгляд её был устремлен в сторону битвы. Рин чуть сильнее сжал пальцы и поджал губы, девочка не сдавалась и рыпалась туда. Парень начинал злиться, плохо, что им нельзя было применять силу по отношению к девочке, так и хотелось вмазать ей, чтобы отрубилась, — Ты только что чуть не сдохла, точно хочешь туда? — Наран словно не слышала его, внимание было сконцентрированно на поле битвы, ей нужно было туда, и плевать, что она чуть только что не умерла. Рин дернул её на себя, но в ту же секунду Наран взвыла.       — Нет! Майки! Мне надо к нему! Отпусти, меня! — прокричала девушка и начала дергаться, дабы высвободиться из хватки. Она выкручивала руки, пыталась делать шаги вперед, но парень не отпускал, ощущая его пальцы на своих руках, Наран поджала губы, чувствуя как слезы собираются в глазах. Они не отпустят её, что ей делать? Как быть? Ей хотя бы одним глазком увидеть Майки и понять, что с ним всё хорошо, — Отпусти! Нет! Майки! Я должна идти к нему... Мой Манджиро! — вот и слезы брызнули, она вырывалась как могла, но парень не отпускал, лишь смотрел на её жалкие потуги вырваться, слушал её крик и никак не реагировал, — Я должна быть с ним! — ему было всё равно, приказ есть приказ, ставить кого-то выше он не смел, — Отпусти!       — Отпусти! Пожалуйста, не надо! — дикий крик, который разрезал уши Кеиджи и Кеиичи, братья ринулись вперед к девочке и обхватили её своими руками с двух сторон. Поднимая на мужчину с белоснежными волосами свои угольно-черные глаза, они были такими дикими, словно волк вышел на охоту и оказался загнанным в угол. Не смел проигрывать, не смел сдаваться врагу более сильному. Братья обязаны защищать младших, они не должны давать её в обиду. Дрожащее тело девочки с огненно-рыжими волосами, она смотрела заплаканными глазами то на одного брата, то на другого, не в состоянии успокоиться, — Кеиджи, Кеиичи, извините...       — Мику... Не бойся, пока мы рядом, всё будет хорошо!       Как от огня, Рина отдернуло от тела Наран, её дикие крики вернули его на четыре года назад, в те дни, которые были самыми ужасными из-за своего мимолетного счастья. Перед глазами всплыла девочка с огненными волосами, озорными глазками и такой искренней улыбкой, и именно эту улыбку они утеряли. Сцепив зубы, Рин протянул руку вперед, словно в замедленной съемке он видел, как развевались длинные волосы убегающей Наран, но вместо черноты видел огонь, который грел его сердце. Парень не смог сдвинуться с места, замерев с протянутой рукой. Вместо Рина дернулся Лин и Лука, которые не особо поняли, что произошло с Рином. Лин задумался лишь на мгновение, но быстро отпустил ситуацию в небо, дабы не угнетать себя вновь.       — Кеиджи и Кеиичи Андо, моё имя Госпожа, отныне я и только я имею право голоса в вашей жизни, — девушка с длинными черными волосами, в белом длинном пальто с вышитыми черными лепестками лилии по всему пошиву, смотрела на него сверху вниз с какой-то лукавой улыбкой, — Убийство, омытые кровью руки, я спасу вас, защищу, укрою от всех бед, от вас мне нужна лишь верность и сила, — ребята сидели на лестнице во дворе колонии, удивление, что девушку вообще пропустили сюда, и именно это стало показателем её силы, — Месть реальна, я помогу вам осуществить её, позволю вам надеть корону на голову и встать на вершине преступного мира, — за её спиной стоял Найс, который осматривал двух лысых парней, которые принимали решение, — Имя мне Госпожа, и я захвачу Японию, либо вы со мной, либо вы в трущобах этого никчемного мира.       Саске чувствовала как по щекам текли слезы безнадежности, они не отпустят её, что бы она не делала и как бы не просила. Её тело всё дрожало, оно пыталось справиться с силой парня и девушки, которые схватили её, не успела она и пару шагов сделать. Слезы градом катились по щекам. Её Майки, её жизнь и спасение. Она прямо душой чувствовала, что ей нужно быть там, ей нужно прямо сейчас обнять его и прижать к себе, чтобы успокоить не только себя, но и его. Смотря вперед, она видела Майки, видела его светлые волосы и черные глаза, которые смотрели на неё, чувствовала его руки на своей талии и чувствовала дыхание на шее. Ей нужно к Майки! Прямо сейчас! Если она сейчас не увидит его, умрет, сломается что-то внутри... Она не могла без него, и сейчас нуждалась в нем как и он в ней.       — Рин, эй! Тато кишки на жопу намотает, если мы отпустим её! Держи крепче! — гневно прокричала Лука, которая держала Наран за плечо, сжимая пальцы с силой, — Голова этой девки дороже наших, — Лука сжимала пальцы с каждой секундой всё сильнее и сильнее, доставляя Наран неприятную боль. Девушка всё равно противилась, она старалась выкрутить руки, старалась сделать шаг, — А ты чего туда так рвешься? Давно по еблу не получала?! — терпение девушки подходило к пику, она вот-вот и швырнет её на асфальт, в надежде, что она отрубится и им не придется возиться с ней, — Всё будет хорошо с твоим Майки, разве не знаешь кто он такой!? — прошипела девушка, смотря сбоку на её широко распахнутые глаза. Ей надо было к Майки.

2002 год.

      Звук бьющегося стекла и вот Саске выбегает из дома, разбитая губа, огромный синяк под глазом, а так же опухшая щека. На теле вообще живого места не было, отец постоянно бил её, а мать ничего не могла сделать против его силы. Приходилось терпеть, да замазывать раны на лице тональником матери, а летом ходить в школу в колготках и рубашке с длинным рукавом, чтобы никто не увидел её синяков. Сбегая из дома вновь, она бежала по улицам, глотая такие жгучие слезы боли и обиды, вытирая щеки до раздражения кожи ладонями, маленькая двенадцатилетняя Наран не знала куда ей податься. Куда идти? У кого просить помощи? Кому она нужна такая? Жалкая...       — Братик... — Наран останавливается и вспоминает лица своих братьев, которые всегда её успокаивали и помогали ей. А теперь она одна с отцом тираном и матерью тряпкой, которая ни на что не способна. Семья, которая приняла её, была ужасной, да, они хорошо жили, но деньги не могли заменить любовь братьев, деньги и хорошая комната не могла стать ей другом, к которому она могла прижаться. В свои двенадцать лет, Саске мыслила куда старше, ей приходилось готовить самой, убираться дома одной, обрабатывать собственные раны... Самостоятельно, никто ей не помогал... — Я хочу домой... — вновь поток безудержных слез, которые так и рвались от обиды из маленького детского тела.       Девочка опускается на корточки, чтобы потом упасть на ягодицы и, прижавшись к собственным коленям, заплакать в них. Тихо, чтобы папа не слышал, не дрожать, чтобы папа не слышал, не выражать ничего, чтобы папа не пришел бить её за слабость и слезы. Чтобы папа просто поиграл с ней, чтобы папа просто провел с ней время, чтобы она не чувствовала жгучей боли от его руки, а чувствовала хотя бы какую-нибудь любовь. Что ей нужно было сделать? Как заслужить его любовь? Наран просто хотела, чтобы кто-то был рядом, чтобы в этой кромешной тьме к ней кто-нибудь пришел... У неё был Кен, но ей было стыдно каждый раз приходить к нему и просить немного времени, побыть в тишине и спокойствии. Она хотела найти место, где её будут ждать, где её будут любить... Или хотя бы ждать... Было ли такое место? Для Наран – навряд ли.       — Тебя вновь избили? — детский голос раздался от куда-то сверху, и Саске дрогнула, она медленно поднимает голову со своих колен и смотрит на мальчика со светлыми волосами, в его рту чупа-чупс, а сам он осматривал её тело с какой-то жалостью в черных глазах, — Что случилось, Наран? — девочка поджала губы и упрямо мотнула головой в сторону, Сано Манджиро, она познакомилась с ним не так давно из-за Кена, который их познакомил. Нара привыкала к Майки очень долго, и всё ещё изредка дергалась от него, но старалась привыкнуть и общаться, как с Дракеном, — Эй, Наран, что случилось? — вновь спросил мальчик и присел на корточки возле неё, заглядывая в красные от слез глаза, он тяжело вздохнул.       — Ничего... — еле как выдавив это из себя, она вновь поджимает губы и чувствует металлический привкус, корочка порвалась... — Всё хорошо, Майки, спасибо, — она улыбается, словно ничего не произошло, скрывает свои чувства и эмоции, пытается избавиться от слез и кома в горле. Сано легко почти невесомо касается её коленки и смотрит на лицо, которое всё ещё улыбалось, и вот её брови падают вниз, а она сама начинает дрожать. Ей больно. Майки хватается пальцами за палочку и вытаскивает сладость изо рта, чтобы потом склонить голову в сторону и смотреть на плачущую Наран, — Не рассказывай Кену...       — Попроси уже, — проговорил спокойно мальчик и увидел как она дрогнула, как она поднимает на него взгляд и удивленно смотрит, совершенно не понимая, о чем он говорит. Майки и Дракен прекрасно знали о ситуации в семье Наран, видели все её слезы, но не знали как помочь. Что они, младшеклассники, могли сделать? Как они могли помочь ей? — Попроси, Наран, Кен–чин, обязательно сделает всё, чтобы помочь тебе, если тебе нужна помощь, просто попроси, и я могу помочь тебе, — сам не понимая о чем говорит, Майки легко, почти не видно вскинул брови. Это точно он сказал? Что так затронуло его в слезах Наран, которые он видел каждый день...       Точно, как раз таки то, что он видел их каждый лень. Наран прибегала к Кену, и плакала, она просто не могла сдержать эти слезы, которые иссушали её глаза, которые вынуждали их думать о том, как ей помочь, как избавить от слез. Она такая маленькая и худенькая, кажется вообще ничего не ела, пыталась смеяться вместе с ними, улыбаться, хотя её сердце рвалось на части от несправедливости. Она не понимала за что её бьют, не понимала почему её забрали от семьи, почему она осталась одна... Майки поднимается и протягивает Наран свою ладонь, он расскажет об этом своему другу, и они попытаются помочь Наран, ведь смотреть на её слезы было уже невозможно... Эта безысходность душила и убивала.       — Попроси уже о помощи, хватит терпеть, Нара, — он впервые так назвал её и вот девочка дрогнула от его искренней улыбки, которая растянулась на его лице, протягивая ей руку, Сано правда хотел помочь, сделать хоть что-нибудь, чтобы на её теле стало меньше синяков, чтобы она больше не плакала, а улыбалась. Почему? А он сам не понимал, просто хотелось и всё тут, он просто хотел помочь ей, просто хотел, чтобы она улыбалась, — Просто попроси, — прошептал мальчик, смотря в её зеленые глаза полные боли и отчаяния, кажется, он никогда не сможет больше выкинуть из головы этот взгляд. Не сможет стереть с памяти.       — Помоги мне, Манджиро... — вот Нара протягивает ему свою маленькую ручку в синяках и сжимает свои пальцы на его руке. В её сердце что-то дрогнуло, что-то переменилось, смотря на него сейчас, она кажется видела тот свет спасения, которого она так долго ждала и жаждала. Обрамленный лучами солнца Майки и её глупая слезная улыбка, которая сама собой появилась на лице, — Пожалуйста, помоги мне... — чуть увереннее проговорила девочка, доверившись главе Токийской Свастике, который просто кивнул и поднял её с асфальта.

2005 год.

      Девушка внезапно вспомнила тот переломный момент, когда её сердце дрогнуло от Майки, когда он коснулся её сердца и души, когда она потеряла себя в нем. Поджимая губы и чувствуя руки Лина и Луки на своем теле, она всё ещё делала шаги, но её тут же дергали назад, Лука что-то кричала ей, Лин пытался привести в чувство и дать понять, что от её нахождения там ничего не изменится, что она просто будет там мешать. Ей было всё равно, она прекрасно это понимала, но всё равно тянулась туда, туда где Манджиро. Как он помог ей, так и она будет помогать ему, всегда. Она связала себя с ним добровольно, и сейчас всем нутром, всеми фибрами своего тела чувствовала, что ей сейчас туда надо. В самый пыл битвы, встать прямо по середине и искать его глазами, видеть и слышать его, а потом выслушивать ругательства от него... Главное, чтобы с ним всё было хорошо, а остальное они вместе смогут пройти, все ссоры и ругани, даже её ложь, которую она скрывает... Он сказал, что простит её, что бы там не было, и она верит.       — Отпустите её, — новый голос, и его слова, которые вынудили вздрогнуть всех. Наран поворачивает голову назад и видит парня с топазовыми глазами и светлыми длинными волосами, он смотрел на неё сквозь пелену сожаления, сквозь боль утраты, которую ощутила Наран. Заглянув в его глаза, она прямо увидела, как боль и печаль волной накрыла её. Тато смотрел на Наран, слышал её дикие крики, и больше не смог стоять в стороне. Смотря на неё, он вспоминал себя несколько лет назад, тогда его так и не отпустили...       — Охара! Охара! Отпустите меня! — дикий крик парня и вот отец скручивает его руки, а дедушка бьет под колени, вынуждая его с грохотом упасть на землю и смотреть на то, как девушку избивают. Он мог помочь, он мог убить их всех, но его крепко держали, — Охара! Нет! Не делайте этого! Она же девушка! Прошу вас, избейте меня! Это всё моя вина! — из топазовых глаз стали литься слезы, он безумно любил эту девушку, которая сейчас смотрела на него темно-карими глазами и улыбалась. Она понимала, что её ждет, но не страшилась этого, а с гордостью принимала свою участь, она знала, что связавшись с кланом Като будут огромные проблемы, но её любовь была сильнее здравого смысла и разума, — Охара!!! Нет!!! — её избили до полусмерти на его глазах. Таков был урок отца и дедушки за, то, что привел в клан девку без корней и благородной семьи. Он не смог защитить её.       — Чего? — прошипел Рин, поворачивая голову на Тато и видя его мертвые глаза, он никогда раньше не наблюдал за командиром таких глаз, — Госпожа же приказала держать её, пока всё не утихнет, как мы можем отпустить её сейчас и ослушаться приказа Госпожи?! — Рину не нравилось всё это, потом они все будут огребать от Госпожи, которая придет в ярость, если узнает... О черт, а она узнает... — Тато, ты же понимаешь, что мы изменили все планы из-за неё, и сейчас ты приказываешь отпустить её, да как это вообще понимать?! — он тоже закипал, подняв на командира гневные черные глаза, он сжал руки в кулаки, совершенно ничего не понимая.       — Пойдем с ней, отпустите её к Майки, — Тато вспомнил себя, когда он точно так же пытался вырваться из захвата отца и дедушки, смотря на то как любимую девушку избивали. Он понимал её чувства и ему стало жалко её, он не мог просто стоять и смотреть на то как её тут удерживают, когда она так рвется к своему любимому человеку, — Я всё объясню Госпоже, отпустите её сейчас же Лука, Лин, — приказным тоном проговорил парень и ребята тут же отпускают её, и вот девушка застывает на месте, смотря на Тато полными глазами благодарности.       — Спасибо, — прошептала Наран и поймала его кивок, он всё понимал, он всё чувствовал и принимал. Смотря на неё он всё вспоминал и вспоминал, девушка, которую он полюбил, Охара стала его светом и тьмой, он возненавидел себя и свою судьбу, когда ничего не смог сделать, её жестоко избивали, а он лишь плакал и выслушивал от отца, что такая особа не стоит его внимания. Он смотрел на то как черные волосы Наран разлетались от её бега, как она неслась на поле боя, как она жаждала увидеть своего любимого.       — За ней.       Наран была искренне благодарна этому человеку и сейчас бежала к тому месту, вот поворот и она видит две банды, которые били друг друга не жалея. Тосва проигрывала, но надежда всё ещё была. Тяжело дыша, она осматривала всех, в поисках нужных голов. Вот Дракен дерется, вон Мицуя, но где Майки? Почему она не видит его? Саске чувствовала как быстро билось её сердце, с каким грохотом оно отдавалось в ушах, как разрывало её грудную клетку. Девушка сжимает руки в кулаки и отходит немного в сторону, туда где сидели два парня. Один в очках, а другой с косичками, они смотрели на бой, и стоило ей сделать к ним шаг, как они обратили на неё внимание. Саске не особо всматривалась в них, лишь единожды окинув взглядом, чтобы после начать искать Майки глазами. Ну где же он?!       — Девчонка, — прошипел один из парней, осматривая Наран с ног до головы, сбежала со школы, чтобы посмотреть на бой? Какая глупость, младший брат Риндо Хайтани с обычным интересом осматривал девочку, — Тебе тут не место, вали от сюда, — чуть громче проговорил парень и увидел как она дрогнула. Нет, она не уйдет, она будет тут до самого конца, ей нужно найти Майки, почему её сердце так сильно билось... Она же знала, что он не слабый, знала, что он со всем справиться, что он сильный.       — Нет... — прошипела Наран, вжимая ногти в кожу ладоней, она резко поворачивает голову на них и смотрит в глаза сначала одному, потом второму. Её уверенность, её упрямство вырвало с губ братьев такую легкую и незаметную улыбку, — Где Майки? — они тут были с самого начала и должны были знать где глава Тосвы, к которому было приковано всё внимание. На её вопрос братья усмехнулись, а потом кивнули в сторону горы из машин, — Майки... — её дрожащий шепот, дыхание учащается, казалось, она начала задыхаться. Его загнали в самую невыгодную местность, туда, где он не сможет спокойно бить ногами из-за плохой опоры.       — Вон он, его искала, так смотри внимательно, — старший брат Хайтани ухмыльнулся и осмотрел девушку с ног до головы, что-то подмечая для себя. Он переводит взгляд в сторону, туда где намечалось самое интересное. Туда, куда смотрела Наран, которую охватывала паника. Девушку начало бить легким тремором, всё её тело дрожало, и она ничего не могла с этим сделать. Её тревога начала накатывать на неё, к этому добавилась внезапная головная боль, которая била всё сильнее и сильнее, вынуждая её кривиться и прикусывать губы, чтобы перевести внимание на другую боль.       Саске смотрит как Майки в окружении троих парней стоит на крыше машины, там был Кадзутора, который смотрел на бой с каким-то упоением, двое на одного, но Майки всё равно брал вверх, он был сильнее их. Пока её не замечают, можно просто стоять в стороне и смотреть с замиранием сердца на эту битву. Манджиро был её парнем, а Кадзутора другом, и ей было больно смотреть на это... Но не больнее чем Майки, который дрался со своим другом... Да, он убил Шиничиро, но Майки с её помощью и с помощью Баджи старался простить Ханемию, старался изо всех сил, ведь Кадзутора просто хотел сделать Майки подарок, он не знал... Так они шептали Майки, молили его отпустить обиду, но полностью она не прошла, они не смогли очистить сердце Сано полностью.       — Кадзутора, нет! — крик девушки, который был заглушен воплями парней. Она видит, как парень берет в руки арматуру, и в ту же секунду Майки захватывают парни, один хватает его за ноги, а второй за корпус и в ту же секунду, Кадзутора бьет Майки по голове этой арматурой, со звонким лязгом его голова откидывается в сторону, — Майки!!! — дикий, животный визг Наран, которая смотрит на то, как на бампер падает тело Майки с безумным грохотом, Саске замирает с раскрытым ртом, смотря на тело Майки она чувствовала как подкатывает ком, как собираются слезы в глазах. Как она паникует.       Наран ощущает дрожь тела, чувствует как скатывается пот по спине, как он медленно впитывается в рубашку. Её сердце замирает на несколько мгновений, она смотрит на Майки и понимает, что ничем не смогла ему помочь, что ничего не смогла сделать, вообще ничего... Как она может помочь ему сейчас? Что ей делать? Как спасти своего любимого? Из её тела вырываются нервные вдохи и выдохи, она смотрит на тело Майки и молится, чтобы он поднялся... Охватывающая, всепоглощающая ненависть к Кадзуторе, за что? За что он ударил так Майки? Почему так подло? Саске начинает глубоко дышать, теряя фокус, всё перед глазами начинало плыть, её голова раскалывается на двое, боль била со всех сторон с разной силой, вынуждая её делать нервные и такие маленькие шаги назад... Манджиро... Его тело неподвижно лежит на капоте...       Саске не понимает в какой момент её сердце охватывает злость и равнодушие, в какой момент её барьер треснул острыми осколками, впиваясь в её нежную оболочку. Всё сконцентрировалось на теле Майки, который уже начинал подниматься... Только вот Наран этого не видела, она уже ничего не понимала, не осознавала, крик в её голове заглушал все звуки, все вопли парней, всё заглушилось диким криков в её голове... Неистово громким, неистово режущим и заглушающим даже разум и сердце. Девушка нервно хватается за голову, смотря на тело Майки, она сжимала зубы, она стягивала пальцами волосы у корней, пытаясь привести себя в чувство... А он всё громче и громче, он не позволял ей думать, прерывал все мысли, вынуждал её ломаться, вынуждал её принимать не те решения... Её руки переходят на лицо, она стягивает ногтями кожу, стягивает всё своё лицо, в попытках придти в себя.       Не выходит. Она сходит с ума, эта картина, действия Кадзуторы, всё это так сильно отпечаталось в её памяти, что картинки просто не переставали повторяться, всё одно и то же: Как Кадзутора бьет Майки по голове, а тот замертво падает на бампер. Её начинало ломать со всех сторон, руки наравились вывернуться в неестественном положении, а шея выгнуться, она не могла удерживать в себе это всё... Всё то, что её тяготило. Походила... Нет, она была ненормальной, может удары отца так повлияли на её психику? Что так двинуло Наран? Стягивая пальцами свое лицо и голову, она пыталась придти в себя, сейчас же! Ей нужно взять себя в руки, здесь её близкие и самые родные люди, она не может предстать перед ними в таком облике. Втянув в себя воздух, Наран тут же резко выдыхает, ей нужно придти в себя... У неё получится.       Девушка в моменте скидывает туфли в сторону, она приняла решение, она сделает, то, что нужно прямо сейчас. Смотря на то как Майки держат, как Кадзутора сжимает в руках арматуру, Наран теряет себя. Как он защитил её, так и она защитит его, даже ценой собственной жизни. Её Майки, её Манджиро, любовь, которая ослепляла её полностью. Девушка в моменте выдыхает весь воздух и в ту же секунду срывается с места, она уворачивается от парней, которые дрались, она рвалась к Майки. Прыгнув на машину, она начинает хвататься руками за другую, дабы забраться, дабы добраться до Майки, который сейчас захвачен двумя парнями. Помочь ему. Спасти его. Майки! Манджиро Сано! Как сильно она любила его, невыносимо в сердце, невыносимо в душе. Она не могла жить без него. И не могла позволить ему пасть! Только не ему!       — Наран... — шепот Мицуи, который смотрел туда, он видел маленькую Наран, которая ползла к нему и не понимал, что она тут вообще забыла, как она тут оказалась? Его сердце сжалось в несколько раз, Саске ползла к Майки, но ведь он там не один, чем она вообще думает? Он так испугался за неё, и помочь ведь не может... — Стой, Наран, прошу, не надо, — наблюдая за ней со стороны, он чувствовал себя беспомощным, они и Майки помочь не могут, так тут ещё и Наран, которая должна была быть в школе. Пострадает, точно пострадает... Но ведь, Кадзутора не ударит её?       Саске поднимается по машинам и оказывается прямо перед Майки, она не понимает, что делает когда дергается вперед, делает шаг и оказывается прямо рядом с Майки. Её руки сходятся на его шее, а она сама прижимается к его оголенному телу всем своим. Наран прижимается к Майки, будучи готовая к любому исходу, главное, что она с ним, главное, что она чувствует его и слышит как он дышит, как бьется его сердце. Она рядом с ним. Зарываясь пальцами в его волосы, она поджимала губы, её тело всё дрожало, а головная боль так и не отступала, разрывая голову всё сильнее и сильнее. Её нижняя губа начала дрожать, она жалась носом в его шею, вдыхая такой родной запах тела, его одеколона, который дурманил разум. Всё это произошло за несколько секунд, Кадзутора даже не успел заметить родные черные волосы о которых бредил, он не смог уследить, как его сердце разбилось на сотни осколков.       — Я люблю тебя, Манджиро... — прошептав эти слова, она пробудила его, и в тот же момент раздается металлический звук и Кадзутора бьет арматурой по голове Наран, а не Майки... Всё произошло настолько быстро, что никто не успел понять, вот девушка появляется из неоткуда и тут же Ханемия бьет арматурой по голове Майки, попадая по голове Наран. Она отрывается от Майки и на мгновение замирает в воздухе, чтобы потом за ней пошло её тело и улетело в сторону.       — Наран!!! — дикий крик в унисон Мицуи и Дракена, которые видели всё снизу.       Тело Саске Наран отлетает в сторону и она с грохотом падает на капот машины, сложив руки и ноги крестом. Пробитая голова, и открытая рана, девушка теряет сознание, а кровь из головы начинает стекать по её лбу, перетекая к глазам. Ханемия замирает на месте, он медленно поворачивает голову в сторону, смотря на тело девушки, это он её ударил, из-за него она сейчас без сознания, из-за него у неё вновь травма головы. Его руки начинают дрожать, а сердце кажется вообще перестало биться, он ударил ту, которой бредил, которую так жаждал видеть рядом с собой. Она защитила своим телом Майки, она подставилась под удар прекрасно понимая, что будет дальше. Она любила Майки, а его считала простым другом... Она верила, что Кадзутора не ударит, но не взяла во внимание то, что он просто не успел среагировать. Он хотел бы остановиться, но не успел...       — Наран!!! — крик Такемичи, который вообще не понял, что произошло. Неужели она умерла? Нет! Нет! Нет! Нельзя! Он ведь всё это делал, чтобы Наран была жива, чтобы она спасла Майки, а тут она подставляется под удар, спасая своего любимого человека. Ханагаки замер на месте, что ему делать? Её же ведь только что выписали из больницы, и тут вновь травма головы... И пока Такемичи думал, Мицуя и Дракен пытались прорваться вперед, неизвестно от куда появилась Наран, и пострадала, сейчас её тело лежало неподвижно, а с головы стекала кровь, Кадзутора смотрел на всё это, не моргая, а Майки приходил в себя.       — Нара! Нара! Нара!!! — крик Ханемии и вот Майки дергается, он всё понял. Пусть Наран и просила его не вмешиваться, просила закрыть глаза, именно сейчас он потерял себя. Видя её тело, он не мог больше противиться тому, что сдерживал. Черный импульс, который сдерживали определенные люди, и одна из них сейчас пала от рук того, кто убил его брата. Сано теряет себя, он слышит крик Кадзуторы, видит как он метается вокруг неё, как не знает, что ему делать, — Нара! Прости меня, я не хотел! — он выходит из себя, а Кадзутора упивается виной. Он ударил Наран... Из-за него Наран сейчас без сознания... Нара, которую он хотел защищать...       Сано услышал её слова, ощутил её руки и почувствовал, как мурашки пробежали по коже от её дыхания. Он ощутил себя самым сильным, но услышав тот звук, ощутив холод на своем теле и увидев Наран на капоте, он ощутил себя самым слабым. Саске, которая прекрасно понимала, что будет, всё равно рискнула... Ради него... Сердце Майки покрылось тьмой из-за неё, если она умрет, всё станет ещё хуже, прямо сейчас он разорвет Кадзутору за то, что он сделал, за то, что ударил Наран, которую они любили. Любовь Майки была иной, она была более чистой и искренней, ведь его любила Наран. А вот любовь Кадзуторы была больше одержимостью, нежели любовью, и это было заметно. Майки ощутил как задрожали его брови, как сердце остановилось вновь... Нет, она не умрет... Она будет жить, она не оставит его... Она же обещала...       — А она ведь просила меня не трогать тебя, просила простить... — шепот Майки, которого охватил тот самый черный импульс, который потерял одну печать в виде Наран. Она сдерживала, и именно из-за неё он вышел на свободу, — А ты всё ещё зациклен на ней... Два года ведь прошло... — видя тело любимой девушки, эта картина всё больше срывала крышу, он не мог контролировать себя... Наран вновь пострадала по его вине, он больше не имеет право сдерживаться, когда виновник прямо перед ним.