Неравный бой

      Я, конечно, ожидала, что скоро относительно хорошая полоса в моей жизни прервётся, но что на мою долю выпадет столько дерьма, помыслить не могла. Словно все эти дни какого-никакого, но спокойствия в стенах штаба внезапно захотели взять с меня плату. А платить в нашем мире никто не любил.       Не успела продрать свои глаза ото сна — в дверь заколотили с заметным нетерпением:       — Марго, собирайся. Поедешь с нами, — Ханджи стояла на пороге, порозовевшая и запыхавшаяся, видать, от бега. — В седле сидела когда-нибудь?       — Не приходилось, — я демонстративно зевнула, потерев ладонью правый глаз. Вчерашний разговор с капралом не дал мне спокойно заснуть. В голове роились воспоминания о том, сколько раз моя жизнь могла оборваться в прошлом, будь то по моей вине или по чьей-нибудь ещё. Неужели было бы правильно, если бы для меня всё закончилось уже тогда?       — Печаль, тоска… — брюнетка задумалась. — Сядешь к Майку.       — Разве он уже поправился?       — Руки ноги целы, значит, здоров. Давай, одевайся скорее, — нетерпеливо протянула Ханджи, оглядываясь вокруг.       — К чему такая спешка? Куда вы собрались? — я встала в позу, не собираясь срываться непонятно куда ни свет ни заря без веских на то причин. Ещё и первая встреча с Захариусом после нашего последнего разговора была явно не тем, с чего хотелось начинать день.       — Я тебе обещала титана? Так вот, мы поедем испытывать Эрена, — взволнованно произнесла она, сложив ладони перед собой. Пелену с заспанных глаз как рукой сняло. Мое желание захлопнуть перед женщиной дверь появилось мгновенно и грозилось быть исполненным в любую секунду.       — Ханджи, через двадцать минут отъезжаем, — раздался звонкий голос Майка в конце коридора. Моя рука остановилась на полпути. На самом деле мне вчера очень хотелось, чтобы он был в зале, видел меня там, слышал. До боли девчачий каприз: покрасоваться перед понравившимся мальчиком. Но то был уже не мальчик, а я давно не девочка…       — Не тормози, Маргарет. Не соберёшься — тебя привяжут к лошади, как попутный груз. А нестись мы будем на всей скорости. Ощущения тебе вряд ли понравятся, — я уже начала закрывать дверь, однако вновь замерла. — То не моя угроза — то реальный приказ, который был отдан Леви, в случае, если ты начнёшь перечить, — виновато добавила женщина, с мольбой смотря на меня.       Мне вчера прямым текстом завещали сдохнуть. Сегодня решил меня Йегеру скормить?!       — Поеду с Майком? — переспросила я Зоэ, на что получила утвердительный кивок. — Тогда я быстро.

***

      Хоть и было утро, но погода уже ясно нашёптывала, что собирается сегодня заняться готовкой. Воздух был сухой, пробивающееся сквозь редкие облака солнце знатно подпекало. А путь, похоже, предстоял долгий.       Пока я подходила к Ханджи и всем остальным, словила себя на мысли, что жду на себе взгляда Аккермана. Просто, чтобы понимать обстановку между нами. Однако, когда дождалась, заметила лишь привычный холод, каким он одаривал всех вокруг. Синяки под глазами вовсе не придавали ему жалкий вид — наоборот, делали выражение лица еще угрюмей и недоброжелательней. Мужчина явно был не рад новому дню и тому, что он ему сулил. Петра и ещё четверо молодых людей были уже готовы тронуться в путь. Я приветственно помахала девушке, получив тёплую улыбку в ответ. Завидев Майка, я тут же почувствовала, как моё настроение чуть улучшилось. Он выглядел бодрым и весьма здоровым. Помимо этого был очень добр и деликатен со мной, впрочем, как и всегда. Возможно, чувствовал вину за наш последний разговор, хотя, виноват, конечно же, ни в чем не был. Никакой неловкости между нами я не ощущала. Словно и не было ничего, и мы вновь стоим на начальной точке. Думаю, нас обоих это устраивало. Мужчина помог мне взобраться на лошадь, затем сел сам:       — Держись за меня крепче, ехать будем быстро. Путь неблизкий, — прозвучало впереди, когда я осторожно сцепила руки на его животе. Отчего-то стало неудобно. Мы впервые находились с ним вот так близко. Я заметно стушевалась, но к его словам прислушалась: тесно прижалась к широкой спине мужчины, увереннее обхватив его за пояс. Майк напрягся в моих руках, но ничего не сказал. Мы двинулись в путь.       Капитан Леви и Ханджи ехали во главе, мы с Майком, Оруо и Петрой — за ними. Гюнтер, Эрд и Эрен были в самом хвосте. Когда Зоэ перечисляла мне достижения людей, входивших в Элитный отряд, я с белой завистью и восторгом смотрела на каждого из них. Все они на вид были немногим старше меня, не говоря уже о Петре, с которой мы, вероятно, и по возрасту, и по росту, можно сказать, были идентичны. И они столького добились не где-нибудь, а в Разведкорпусе… Сколько бы не ходило о нем слухов, но здесь были собраны сильнейшие люди из всех. Когда прорвали стену Мария, это многим пришлось признать. Что гарнизон, что военная полиция оказались бессильны в той схватке, судя по новостям, распространившимся по нашему городу. Тогда впервые я была благодарна, что мне не удалось сбежать в те земли, как планировала…       Наши лошади мчались вперед, а я у меня дух захватывало от одного вида вокруг… Такой простор! За всю свою жизнь я выезжала за пределы города лишь однажды — когда меня повезли в штаб Разведки. Однако ту дорогу я вряд ли могла назвать захватывающей. Мне было явно не до пейзажей за окном. Здесь же полям и лугам конца и края не было, в дали виднелись леса, реже одинокие высокие деревья. Кругом ни души, только наш мелкий отряд нёсся вперёд, рассекая воздух. Лицо обдало порывом встречного теплого ветра. Волосы, заплетённые в высокий хвост, то и дело надоедливо попадали на глаза и в рот, но мне не было до этого дела. Даже уже хорошо ощутимая жара словно не поспевала за нами. Я ощущала себя такой свободной в тот момент, что казалось, ничто не могло испортить мне настроение…       Однако чем дальше мы ехали, тем больше я понимала, что пейзаж повторяется, чувство новизны притупляется, близость того момента, когда я впервые увижу титана, неумолимо наступает.       — Майк, который час мы уже в пути? Долго еще? — чуть подавшись вперед, спросила я, надеясь, что он услышал меня. Всё же орать в присутствии Аккермана было делом неблагодарным.       — Видишь лес впереди? Рядом с ним спешимся.       Нервно сглотнув, я повернулась назад и перевела взгляд на Йегера, который скакал вперёд, задумчиво уставившись на поводья в своих руках. Похоже, парень тоже боялся себя. Совсем ещё ребенок, а с ним творится подобная чертовщина… Как вообще такое случилось? Титан в теле человека? Все это время я пыталась игнорировать тот факт, что в штабе Разведки живёт бомба замедленного действия, но оказавшись сейчас с ним в непосредственной близости, догадываясь, какую опасность он будет представлять для всех нас через несколько минут или часов, мой мозг не переставал посылать мне тревожные сигналы. И даже присутствие лучших разведчиков рядом со мной не могло заглушить ту тревогу, что нарастала во мне. Я была трусихой, и я это знала и признавала.       Сначала ничего не получилось. Зоэ заметно потухла. Я выдохнула.       А затем началась игра «выбеси, если сможешь». Игрок был один.       Я не была удивлена его реакцией. Совсем. Эрен виноват во всех смертных грехах — весь путь проделан впустую. Ни поддержки, ни выяснения того, в чем может быть причина неудачи. Ничего.       Стоило устроить привал — на лице капрала снова раздражение.       Встал отдельно, со своим отрядом не переговаривался, на всех абсолютно плевать — была б его воля, оставил бы нас и поехал один, чтобы глаза его больше нас не видели… Такой низкий, но такой заносчивый говнюк!       — Тц, и так пекло, ты мне ещё кипяток пихаешь в руки, — было сказано с таким пренебрежением, что мне захотелось вылить содержимое кружки ему на голову.       Было искренне жаль Петру. Этот её нежный взгляд в его сторону, то как она внимательна к нему… Кому-то могло с ней повезти, но сердце Рал распорядилось иначе.       — Петра, дай мне попробовать. Никогда раньше не чувствовала такого аромата. Чего добру пропадать, только потому, что некоторые совсем уже тут зажрались?       После моих слов воцарилась гробовая тишина. Он медленно к нам развернулся, безошибочно находя источник звука глазами. О, как я ждала его гневного взгляда. Все, что нужно было, о себе я уже от него услышала — можно было больше не сдерживаться. Однако бравада моя длилась недолго. Меня жёстко обломали, спустив все на тормозах, проигнорировав мой выпад и сбив мою спесь. Леви устало осмотрел меня и отошёл подальше… Ну и хрен с ним, зато в глазах его отряда я поднялась до статуса бессмертной, судя по их лицам.       — Марго, ты в своём уме?! — зашептала Петра, садясь рядом, наклонившись ближе. — Как ты могла такое сказать при капрале?!       — А что такого? Я разве не права? — усмехнулась, допивая из своей кружки.       Девушка была явно недовольна моей выходкой, в то время как Оруо с Гюнтером наоборот одобрительно кивнули мне, чуть улыбаясь уголками губ. Эрд никак не реагировал на происходящее.       — Маргарет у нас та еще штучка, — отметила Зоэ, потягиваясь и уходя в сторону леса, вероятно, чтобы справить нужду.       — Я бы не рисковал на твоем месте, Марго. Леви сегодня не в духе, оставь его, — я скептично посмотрела на Майка, сидящего рядом. Бывают дни, когда он в духе?       — Ты просто не понимаешь… — шикнула Рал, но продолжить не успела:       Буквально в двух метрах от нас ударила молния, после чего начал распространяться жалящий пар. Мы инстинктивно рванули в сторону, не понимая, что явилось его причиной. Я судорожно начала искать руку Захарируса, словно одно его прикосновение могло спасти меня от неминуемой гибели.       — Все живы? — раздалось из эпицентра происходящего.       К тому моменту я уже нашла мужчину, вцепившись в него мертвой хваткой, затем оборачиваясь на голос капрала. Пар стремительно рассеивался, Леви же невозмутимо стоял рядом с громадной титаньей кистью… У меня весь воздух застыл в легких… Я завороженно смотрела на эту гигантскую ручищу, не веря, что такое вообще существует на этой земле: этот жар, запах, тот ужас, что нагоняет разница в габаритах с размером обычного человека. Один палец этой исполинской руки мог раздавить Аккермана, словно муху на широком окне…       Весь Элитный отряд встал против Йегера, и лишь капрал призывал к спокойствию. Словно за его спиной не семиметровая красная конечность, которая непонятно на что способна, а всего лишь недрессированный пес! И это выражение на его лице… Раздражение? Разочарование? В ком? В них? Я посмотрела на ребят, которые крепко сжимали оружие в своих руках. Эти люди были готовы сражаться, не сбежали, как трусы, так в чем же дело?! То, что вытворила Ханджи секунды спустя, меня вообще заставило усомниться в реальности происходящего… Эта женщина безумна — теперь у меня в этом не было сомнений!       Йегер куковал наверху. Было ощущение, что он прирос к этой руке. Вероятно, так и было. Звук натянутого троса, молниеносное движение — и Леви уже на вершине большущего скелета достает Эрена. Мужчина двигался так непринуждённо, словно каждый день только этим и занимался всю жизнь. Я подняла глаза на Майка, которого не отпускала всё это время: спокоен, ничего не предпринимает и предпринимать не собирается. Хотя, думаю, двинься он хоть на шаг вперёд, я бы вцепилась в него ещё крепче.       — А вы чего встали? Я вас не для того так тщательно отбирал, чтобы наблюдать этот позор, — лениво прозвучало из уст капрала, однако я видела, как напряжены его скулы и брови нахмурены чуть больше, чем обычно.       — Позор? Что они должны были сделать, чтобы он остался ими доволен? — тихо пролепетала я, не сводя с Леви глаз. Даже Йегер, находящийся в любопытных руках Ханджи — причина всего происходящего — не вызывал во мне интереса в те секунды.       — Но, капитан, никто ведь не ожидал. Естественно, что мы все испугались.       — Верно ведь? Нет? — вторила Оруо я, не отпуская руки Майка.       — Вы должны быть готовы ко всему, иначе вам нечего делать в моей команде. — прозвучало так просто и ультимативно, что даже мне отчего-то стало совестно.       Я уставилась на весь его отряд, ожидая увидеть какую угодно реакцию, но не согласие с его словами. Все покорно склонили головы, словно понимая, в чём их ошибка.       — Чему ты удивляешься? — хмыкнул Захариус. — Мы должны сохранять хладнокровие и трезвый ум. Нам доверили Эрена, а мы до сих пор на него косимся. Сейчас они все были готовы убить его, если бы он полностью обернулся. Леви призывает к четкой оценке ситуации, только и всего. Тем более, то была всего лишь рука, — усмехнулся Майк, отходя от меня к лошади, когда почувствовал, что я расцепила свою крепкую хватку на его предплечье.       Вероятно, Аккерман прошёл через ад, раз сам оказался готов к подобному…       — Капрал, — он обернулся, серо оглядев мое, наверняка, побледневшее лицо. Вопрос, застывший на кончике языка, был до невозможности глуп и наивен, но мне казалось, что если Леви скажет что-то пренебрежительное, язвительное, колкое, то меня отпустит. — Если… Если это всего лишь рука, то как… Как огромны эти монстры в своей полной форме?..       Я хотела услышать ответ именно от него. Не зря же он «сильнейший воин человечества». Кому как не ему знать о них всё?.. Именно его слова дали бы мне понять масштаб той катастрофы, которая ожидает их каждый раз за Стенами. Мне стала бы ясна логика Разведкорпуса: зачем все эти жертвы, куда они стремятся, ради чего я сейчас ложусь под их солдат, рискуя быть убитой. Если для него эти твари не больше, чем груда тупого мяса, то я могла поверить, что у человечества действительно есть шанс выстоять в этом неравном бою…       На меня посмотрели, как на полную дуру, отправив прямиком в кладезь знаний всего и вся — к Ханджи. Мужчина не горел желанием вести со мной беседы и упрямо шёл к своей лошади, больше не оборачиваясь. Затем с присущей, наверное, только ему грацией взобрался в седло. Даже когда ко мне подошел Майк, разворачивая за плечи к нашему «транспорту», я не могла отвести своего взгляда от фигуры капрала. Почему-то стало обидно. Вроде радоваться должна была, что меня игнорируют, а неприятный осадок так и плескался внутри.       Продолжившаяся поездка в одном седле с Захариусом больше не приносила былого восторга. Мой взор был устремлен четко в затылок Леви, который постоянно держал осанку, несмотря на количество часов, проведённое нами в дороге. Стамине этого человека могли позавидовать, наверное, даже лошади, нас везущие.       Чем ближе мы были к штабу, тем тверже была моя решимость. Абсолютно плевать как, сколько раз, с кем, но я должна была добыть Эрвину информацию о крысе, которая собиралась предать людей, что сейчас окружали меня. Вскоре мы спешились.       — Ты, — Аккерман остановил на мне свой взгляд. — Идёшь со мной.       — Не дрожи так. Я поговорил с ним вчера. Больше он тебя задирать не будет. По крайней мере, не так сильно, — произнёс Захариус мне на ухо. Я дёрнулась от такой нашей близости, однако его слова подействовали на меня отрезвляюще. Теперь стало понятно, почему днём меня не обругали за мою дерзость. Я вновь была благодарна мужчине за заботу.       Пока медленно подходила к Леви, старалась не пялиться на него. Всё же мне о многом хотелось его спросить: почему он был так разочарован в своей команде? Как Эрен это сделал? Что это за штука, на которой он взмыл в небо? У меня в голове было столько пробелов, которые хотелось заполнить, но я подозревала, что меня опять отправят к Ханджи, не желая вести задушевные разговоры. Просто выразить восхищение их героизмом казалось мне хорошим решением в той тишине, что воцарилась между нами. Отбрасывая личную неприязнь, нельзя было не признать, что капрал сегодня у меня вызвал неподдельное уважение: бросился вперёд вслепую, лишь бы убедиться, что все целы. С моей стороны было ошибочно полагать, что он печётся только о себе.       — В порядке? — вопрос прозвучал обыденно, ровно. «Он ведь не мог спросить в порядке ли я? Не мог ведь?»       — Кто?       — Спрашиваю, ты в порядке? — подтвердил он мои мысли. Видать, выглядела я совсем неважно.       — Врать не буду, чувствую себя паршиво, — я постучала в дверь Эрвина. По ощущениям, этот разговор нужно было прервать.       — Хоть помойся потом, — Леви поморщился. Я с неудовольствием признала, что его совет небезоснователен и предусмотрительно отошла от него. Такая жара не пощадила никого.       — Вы сегодня на удивление добры ко мне, капрал, — честно отозвалась я, наивно надеясь, что так будет и впредь. Он было уже готовился мне что-то ответить, но Смит спас наше шаткое положение. Была уверена, что оскорбление в мою сторону уже было наготове, дабы опровергнуть мною сказанное.       — Говорю сразу: всё пошло по пизде, — раздалось справа совершенно будничным, скучающим тоном. Леви, в принципе, не очень-то стеснялся в выражениях, но я не думала, что он позволяет себе подобное при Эрвине. Перед нами был главнокомандующий всего Разведкорпуса, его непосредственный начальник, который ждал форменного, содержательного доклада, а с порога получил подобное. Мне было откровенно смешно. Смиту было неудобно.       — Маргарет, — я вся обратилась в слух, одновременно зная, что мне сейчас скажут, и не желая это слышать. — Сегодня придётся потерпеть, — Эрвин смотрел пристально, ждал.       — Я понимаю, о чём вы. Мне вчера прозрачно все объяснили.       Перед глазами прошлый вечер, тот грузный мужчина, его липкий взгляд. Я действительно понимала, что меня ждёт, потому ответила без всякого возражения. После того, что я сегодня увидела, мне отчего-то уже было неважно, что придется терпеть. Если бы столкнулась с настоящим титаном и стала свидетелем того, как он пожирает людей, думаю, моя прошлая жизнь в борделе показалась бы мне раем на земле.       — Я намекаю на то, что придётся терпеть побои, судя по докладу Элизабет, — Смит продолжал ждать испуга в моих глазах. Я же спешила его обрадовать. — У нее, кстати, были опасения насчёт него, но он оказался не очень разговорчив, — «в зависимости от того, с какой силой я буду огребать, думаю, я получу хотя бы односложные ответы на свои редкие вопросы» — пронеслось в голове. Агрессия многое может рассказать о человеке. Знала не понаслышке.       — Это легко исправить, — я обернулась на Леви, сталкиваясь с его четким профилем. Лицо расслаблено, взгляд апатичный, губы чуть дрогнули в подобии усмешки. Опустила глаза вниз и побоялась представить, что он подразумевал под своими словами, учитывая активность его разминающейся руки.       — Леви, мы с тобой осуждали это и не раз. Я не собираюсь бездоказательно подвергать пыткам своих лучших людей! — тут я была на стороне Эрвина: лучше найти одного, чем пустить всех на фарш в руках капрала.       — С каких пор озабоченные кретины в их числе? — обозлился мужчина, чем вызвал во мне легкое недоумение. Еще бы пара фраз, и я бы посчитала, что он препирается со Смитом из-за меня. В очередной раз обманываться я не хотела.       — Мы досмотрим комнату Рида, пока он будет с тобой. Вряд ли это даст результаты, вся нагрузка все же на тебе. Постарайся узнать хотя бы о его отношениях с Элизой.       — Я сделаю все, что смогу, — опередила я Аккермана, не желая стать причиной их спора. Тот презрительно скривился. Фраза была слишком двусмысленной из моих уст? А мне плевать; главное, Эрвин остался доволен моим ответом. Мы молча вышли.       То, что происходило дальше, я бы назвала тестом на терпимость. Капрал на удивление отлично его проходил. Узнать причину такого поведения я очень хотела. Был ли это его разговор с Майком, или он посчитал, что руки Эрена с меня достаточно, но факт оставался фактом: он меня ещё ни разу не опустил.       — Дня два назад вы бы меня придушили уже пару раз. Что поменялось?       Мужчина выглядел свежее, чем этим утром. То ли синяки под глазами стали меньше, то ли раздражение пало под натиском чистой воды. Влажные волосы небрежно спадали на его лоб, рубашка наглухо застёгнута и заправлена в чёрные брюки, в руках аккуратно сложено полотенце. Педантичен…       — Наигрался. — раздалось из его уст сухо, холодно, безразлично. А мне стало всё понятно. Что хотел, он мне сказал вчера: лучше бы сдохла, но раз работаешь на нас, пока живи. А потом всё-таки сдохни. Может быть, он в чем-то и был прав, но я хотела жить. Теперь до жути хотела…       Одиннадцать часов наступили невероятно быстро. Я сидела в своей комнате и обречённо ждала стука в свою дверь. Отныне это происходило так. Мой спутник особо со мной не церемонился. Просто взял за руку, стоило открыть ему, и потащил вперёд. Постепенно большая ладонь опустилась и больно стиснула талию. Я еле поспевала за его семимильными шагами, старалась быть ласковой с самого начала: улыбалась, пыталась заговорить — все тщетно. В итоге, стоило закрыться тяжелой двери за ним, я по одному его взгляду поняла, что разговаривать он не был особо настроен, как меня и предупреждали. Хищный оскал, мерзкий прищур, тяжёлая поступь. Я покорно стояла, ожидая указаний. С такими инициатива была наказуема. Однако одно я сказать должна была заранее:       — Только можно не по лицу? Я у вас здесь одна такая, — кокетливо промурлыкала я, намекая, что Эрвин не будет рад моему попорченному виду.       — Согласен, — прохрипел он, надвигаясь на меня.       Лёгкое красное платье быстро пришло в негодность, отлетая за его широкую спину. Кожу на голове неприятно стянуло от тугой хватки на волосах. Сухие губы сомкнулись на моей груди, затем последовал болезненный укус. Я смолчала. Получила ощутимый удар в живот. И так каждый раз, когда отказывалась реагировать на его «ласки». Все, что угодно, но не имитация того, что мне хорошо, когда мне откровенно хуёво. Клиенты жаловались, били, иногда не платили, но я всегда компенсировала свою молчаливость. Кому-то даже это нравилось. Пусть удавятся, но единственное, что они от меня услышат, — болезненный вой, если терпеть уже не будет сил. Рид был терпимым: сильные грубые руки на моем теле, слюнявые поцелуи, если можно их так назвать; унизительные для меня позы, выверенные удары, куда придется. Пока не бил по лицу, могла прикрыть рот руками и заглушить рвущиеся вскрики. Тело не обманешь — оно ныло. На банальный вопрос о том, было ли ему с Элизой лучше, чем со мной, мне ясно дали понять, что он бы предпочел её мне. Я, видите ли, недостаточно отзывчивая. Элизабет хотя бы сопротивлялась и царапалась в ответ. «Какая же мразь… Как только угораздило в Разведкорпус попасть. Надеюсь, достойных людей здесь больше, чем таких скотов». Про поездку за Стену лучше бы не спрашивала. Меня технично заткнули, чтобы не спрашивала о всякой «хуйне», про которую он пытался со мной забыть. То, что на вылазку он не стремился, было ясно как белый день. Тело ныло, когда он повторно касался налившихся синяков, отметин своих пальцев. Я начала тихо поскуливать, от чего он приходил в дикий восторг, продолжая надавливать на гематомы с новой силой. Снова быстро заткнулась, поняв это. Использованная во всех отношениях, я на дрожащих ногах поднялась с пола, когда всё это закончилось. Еле натянула на себя драное платье и пошла за ним, в надежде, что ему больше ничего не приспичит. Ублюдок. Давно я с вами не сталкивалась. Успела уже подзабыть.       Вышла в коридор, судорожно ожидая, когда же он скроется с глаз моих. Когда совсем пропал в темноте, облегченно выдохнула на секунду. Всего лишь на секунду, потому что в следующую же меня с силой дернули на себя. Я пискнула от пронзившей меня совсем неожиданной боли. Запястья до сих пор саднили от повязанного кожаного ремня, к кистям только начинала приливать горячая кровь. Неужели нельзя было быть осторожнее? Он же все понимал. Я гневно уставилась на Леви, собираясь уже выказать ему свое возмущение, однако замерла, заметив его бешенный взгляд на своих запястьях. Не нравятся? Мне вот тоже. Меня силком потащили по коридорам. Первое время вырывалась, потом бунтовать смысла я уже не видела. Он что-то для себя уже решил. Вёл в душевые — мне всё равно туда и была дорога. Только чего же сам пачкался, держа меня за руку? Я бы даже посчитала это мягким захватом, если бы не было так больно. Меня небрежно толкнули в сторону стола, подсаживая на него за бёдра. У меня аж рот чуть приоткрылся от такого относительно тесного телесного контакта между нами. Он хоть помнит, чем я занималась еще пару минут назад? Ничего не смущает? Холоден, сосредоточен. Впервые за сегодняшний день сосредоточен на мне…       Я ждала от него чего угодно, но не досмотра своей головы. Проверял, сильно ли меня попортили? Возможно, Эрвин бы сделал так, но не Леви. Его взгляд опустился ниже — на лице отразилась неприкрытая ненависть. Думала, сейчас снова отхвачу непонятно за что, да только теплые ладони осторожно приподняли мои саднящие руки; его шершавые пальцы очертили след от армейской подошвы на моей груди. Серо-голубые глаза горели непонятным мне огнём, а может, это лампа рядом со мной отбрасывала на них тёплый свет. Аккерман аккуратно поднял подол моего платья до самой тазобедренной кости, едва касаясь моей кожи, вызывая во мне непонятную дрожь. Списала бы на холод, но это был явно не он. То было совсем не так, как со всеми другими. Меня не лапали, но касались мужские руки. И этот его взгляд: словно ему больно это всё видеть. Человеку, который повидал в этой жизни самое худшее, было больно видеть синяки на моём теле? Когда он поднял на меня глаза, я невольно начала отводить свои. Казалось, если он вот так близко посмотрит на меня, я здесь же сгорю от стыда и отвращения к самой себе. Я давно отказалась от этих чувств, но Леви неизменно пробуждал их во мне. Меня каждый раз задевали его слова. Раньше я на такое бы никогда не повелась. Да даже скажи мне Майк то, что выплёвывал каждый раз Аккерман, наверное, приняла бы это, как должное.       Я воротила нос от мужчины до последнего, пока меня, как непослушного ребенка, не развернули за подбородок. Он был ещё ближе ко мне, чем тогда, в моей комнате. Сердце заколотилось. Больше отвести своих глаз я не могла.       — Почему ты молчала, овца? — его злой шёпот тепло отозвался в моей груди. Он меня овцой назвал, а я радуюсь, что снова вижу в нём какие-то эмоции. Но то был хороший вопрос. И что бы он сделал? — Ни одного грёбаного вскрика — а если бы он тебя убил там?       Его губы были так близко ко мне, лицо в паре сантиметров. Мы чуть ли не соприкасались носами… Он в своем уме вообще? Я проститутка, которая только что полностью обслужила клиента. Не могла себе отказать в таком удовольствии: смачно выдохнуть в его до тошноты аккуратное, красивое, волевое лицо.       — Ну не убил же, — прошептала я в его рот, чуть улыбаясь полученной реакции. Скривился, отпрянул. Очнулся. Пускай теперь ещё и зубы чистит до утра. — Да и не такой он дурак отправлять меня на тот свет в ночь, в которую я предназначалась лишь ему, правда же? Тем более, всё оказалось не так плохо, как я ожидала.       Леви отстранился от меня. Я смогла облегчённо выдохнуть. У него даже аура гнетущая. Будто сидишь в замкнутом помещении и чувствуешь, как пространство вокруг сжимается.       — Выйдите, пожалуйста. Мне нужно вымыться… — наверное, я впервые его о чем-то попросила. Всё, что надо, он сделал и проверил. Шагал бы уже.       Хотелось поскорее отдраить свое тело. В этом плане мы с Аккерманом, можно сказать, похожи: оба постоянно чувствуем на себе грязь. Однако не успела я головы поднять, как меня резко дёрнули за руки, заставляя встать на пол. Ткань испорченного платья с треском опустилась к моим ступням. Я стояла в шоке, понимая, что сейчас перед капралом в полном неглиже, в пустой душевой, ночью. Конечно, не думала, что он имел на меня виды, но все же… Меня грубо развернули за плечи, втолкнув в душевую кабину, захлопнув дверцу.       — Десять минут. — холодно раздалось за деревянной преградой.       Я глупо уставилась на плитку перед собой, ощущая, как горячая вода стекает по моему телу. Слишком горячая — я в такой сжарюсь к чертям собачьим. Как он моется в таком кипятке? Капрал видел меня голой — он спать-то теперь сможет? Я ведь до сих пор не знаю, девственник он или нет… Делать было нечего, десяти минут казалось маловато, но дабы не злить его лишний раз, я управилась и за них. Замотавшись в махровое полотенце, стала ждать непонятно чего. Он исчез, одежды у меня, считай, и не было. Идти в таком виде до своей комнаты особым желанием я не горела. Ощутимый сквозняк заставил меня поежиться от холода. Ледяной кафель не добавлял комфорта. Обувь одиноко стояла у стола. Уже хотела надеть, дабы не стоять босиком, но в комнату вошел Аккерман, впечатывая мне в грудь форму Разведкорпуса. Похоже, форму Петры. Я не могла поверить, что он отдает мне её…       — Хрена с два я бы отдал тебе свою рубашку, — пояснил он всё заранее.       «Да усралась мне твоя рубашка, деспот проклятый! А за одежду спасибо» — скажи я это вслух, напряжение между нами бы в миг рассеялось. Всё лучше, чем тишина и его сверлящий взгляд. Но, в принципе, стесняться мне было нечего. Я его об этом всём не просила. Счастливо улыбнулась, надеясь, что у меня в очередной раз не заберут ценный атрибут. Отняла от обнаженного тела полотенце, демонстрируя боевой раскрас. Пускай любуется, чего уж там. Натянула желанную форму, тая от того, насколько в ней удобно и безопасно.       — Не знала бы вас лично, подумала бы, что вы переживаете за меня, — он сузил глаза, поджав губы. — Они быстро сойдут, не беспокойтесь. Через день-два я снова буду в форме, вы не выбьетесь из графика…       Знала бы, что его вскроет от моих последних слов, вообще бы рот свой не открывала. Буквально секунда — и он передо мной. С такой силой сдавил моё лицо в своих ладонях, вперив в меня разъяренный взгляд, что думала, в глазах потемнеет. Втянул воздух так глубоко, будто дышать больше никогда не собирался, затем выговаривая то, что держал в себе, наверное, весь день:       — Ты всегда такая ебанутая или только рядом со мной? — остервенело произнес он, подцепляя меня в сети своих зрачков. Чёрные, как смоль, с нездоровым блеском. Радужка все ещё отливала огнём. Я тяжело сглотнула.       Если так задуматься, то он был прав. С его появлением, с каждым его оскорблением я собираюсь по кусочкам, заново. Хочу стоять за себя вновь, препираться с ним, испытываю стыд и гордыню. Мне одновременно хочется и сдохнуть от того, какая я ничтожная, и выжить, чтобы доказать, что это не так. Однако я бы не называла это ебанутостью.       — Так трясешься за свою шкуру, а самой всё равно, что с тобой сделают в следующий раз? — спросил он уже не у меня, отводя свои мёртвые глаза. Даже тот блеск не мог скрыть глубокую и бесконечную тоску в них. Что-то я ему напоминала, и это что-то, он хотел бы навсегда забыть.       — Мне не всё равно, но у меня нет другого выбора, как вы не понимаете? Что я, по-вашему, должна сейчас делать? Бежать? Убьют. Не давать? Вернут в бордель. Покончить с собой? Так лучше задание Эрвина выполню, хоть какая-то польза! — я была зла, потому что не понимала, чего он хочет от меня, и какое право он имеет от меня этого требовать. Его личное — это только его личное и меня никак не должно касаться!       — Хотя бы не строить из себя мученицу, готовую ко всему, занимаясь подобной грязью, — окинул меня всю взглядом, видимо, уже жалея, что отдал мне их форму.       — К подобному обращению я привыкла, мне не было нужды орать почем зря.       — Ты реально та ещё потаскуха, если не понимаешь, о чём я, — кинул он и снова, как в тот первый день, будто пощёчину мне этим отвесил. — Поди ещё и удовольствие получила, раз уж на то пошло.       …       А вот это было действительно чересчур. Я бы и рада была попытаться его понять сегодня, но такого слышать в свой адрес больше не хотела. Он не раскаивался совсем. Стоял, сложив руки в карманы, с презрением смотря на меня. Я не знаю, может, он и не замечал, как ранит людей вокруг лишь выражением своего лица. Даже не понимаю, сходятся ли его эмоции с тем, что оно отражает. Но такому поведению и отношению оправдания не было.

***

      — Командор Эрвин, не помешаю? — я резво вошла в кабинет, заставляя главнокомандующего оторвать глаза от массивной книги в его руках. Мужчина сидел на диване, заложив ногу на ногу, с интересом уставившись на меня.       — Могла и постучать, — вздернул бровь он, скривив рот в усмешке. — Хотя, я не удивлен. Узнаю влияние Леви.       — Я как раз о капрале…       Я виновато прикрыла за собой дверь, садясь напротив командора.       — Хочешь, чтобы я отставил его от тебя? — догадался Смит, откладывая фолиант на стол. — Этого не будет.       — Могу спросить, почему? — я недовольно уставилась на мужчину. Тот никак не отреагировал. — Зачем присматривать за мной? Вряд ли кто-то будет повторять свою ошибку. Чем больше думаю об этом, тем больше не понимаю, — я сложила руки на груди, ожидая внятных ответов на очевидные вопросы. — Если Элиза что-то узнала, но не успела доложить, не логично ли, что её убил последний, с кем она провела ночь? Вагнер и Рид чисты, хотя, последнего бы я сама прикончила. Так кто это был? Отдайте меня ему через пару дней, и мы проверим.       Смит отчего-то довольно улыбался, смотря на меня. Совсем не перебивал, расслабившись в мягком углу дивана. Только методично постукивал указательным пальцем по своему колену, заложив левую руку на подлокотник.       — А ты оказалась смелее, чем Элизабет, — ответил он, когда я закончила свой словесный потоп. — И умнее к тому же.       — Мне не нужны комплименты, мне нужны ответы…       Аккерман спрашивал, всегда ли я такая ебанутая или только рядом с ним? По-моему, радиус поражения только что увеличился…       — Простите, командор. Я не имела права с вами так разговаривать.       — То, что ты наблюдала вчера между мной и Леви, — это исключение из общего правила, тебе ясно? Мы с ним через многое прошли, потому я позволяю ему такую вольность. Тебя же это никогда не касалось и не коснётся, — сурово отчеканил мужчина, сверля меня взглядом, заставляя вжаться в кресло. — Элизабет нашли в ее комнате, но мы не уверены, что она умерла именно там, — спокойнее продолжил он, поднимаясь со своего места. — Хоть она и была повешена, скончалась не от удушья. Следы от верёвки появились уже после её смерти. Ханджи считает, что была передавлена сонная артерия — остались едва заметные следы пальцев на шее, что в принципе бы не вызвало подозрений, учитывая ваш род занятий. Значит, убить её могли где угодно. Подвал — не исключение. Чтобы вытворить подобное, нужно обладать отличным знанием анатомии. В наших рядах этим могут похвастаться абсолютно все. Но помимо этого, нужно правильно приложить силу — не дать жертве вырваться, надавить на нужную точку. У Уолиса, который был с ней в ту ночь, повреждены локтевые суставы обеих рук. Он физически не смог бы этого сделать, — Эрвин расхаживал по своему кабинету, монотонно вываливая на меня эту информацию, словно утреннюю газету читал. — Раз Элиза не доложила о том, что узнала, значит, либо не успела, либо вообще не хотела… Женщины очень влюбчивы, Маргарет. Особенно такие, как вы, — Смит чуть сжал ладонь на моем правом плече, склоняясь рядом со мной. — Не верь их словам. В конце концов, твою дальнейшую судьбу буду решать только я.       Я опешила. Он всерьёз полагал, что я могу влюбиться в одного из тех, под кого он меня положит?       — Вариант, что её убил кто-то не из этого списка, отпадает, — Смит постучал пальцем по листку на столе, затем присаживаясь в своё кресло. — Майк следил за тем, чтобы Элизабет ни с кем не сближалась достаточно тесно. Да и я считаю, что предатель — кто-то из них десятерых. Моя интуиция и знание человеческой натуры редко меня подводили.       — Не думали, что она банально поссорилась с кем-то, и ваша вылазка за Стены здесь не причем? — осипшим голосом произнесла я. «Ваши теории — сплошной бред, притянутый за уши» — хотелось мне так сказать, но в горле знатно пересохло за эти бесконечно долгие минуты.       — Может и так, но этот вариант мало вероятен. Всё было слишком аккуратно сделано. Что же касается тебя, Марго, ты можешь так ничего и не узнать, но всё равно будешь являться мишенью. Твоя жизнь — лишь средство для того, чтобы замести следы и скрыться в толпе.       — В таком случае меня и в коридоре по пути в комнату могут оприходовать.       — И в этом ты тоже права. Думаю, стоит и здесь сопровождать тебя, — довольно протянул мужчина, видимо, предвкушая реакцию виновника этого разговора.       — Может, мы ещё в одной комнате поселимся? — процедила я, недовольно поджав губы.       — Надо будет — поселитесь, — серо ответил Эрвин, больше не смотря на меня. Разговор был окончен, и результат я получила прямо противоположный желаемому.       — Зачем вы его так мучаете? Видите же, что он меня выносить не может…       — Всё, что можно было, он уже вынес, — ровно произнес блондин, не поднимая головы от своих бумаг. — Вы с Элизабет для него лишь неприятное воспоминание, не более.       Я вышла, серьёзно озадачившись его последними словами. «Неприятное воспоминание»? В полном упадке я добралась до покоев Майка, надеясь хоть здесь добиться своей цели. Если и он мне откажет, то, значит, я целиком и полностью буду зависеть от капрала. Совсем незавидная участь, учитывая его особую любовь ко мне.       Не сказать, что я была шибко целеустремлённая или стойкая, но думала, что с этим я способна была управиться. В нынешней ситуации это умение было бы хорошим гарантом для сохранности моей жизни. Да и время с Майком можно было проводить, не боясь показаться навязчивой. Я ведь для дела, а не для себя.       — Маргарет? — мужчина открыл дверь, тут же выходя в коридор. — Не ожидал увидеть тебя здесь.       Где находится его комната я узнала случайно: когда шла из душевой к себе, заметила высокую фигуру, удаляющуюся в противоположное от моего крыло. Силуэт в голове теплился — всё же, не один час пялилась в эту спину, пока ехали. Думала, догоню, хоть спокойной ночи пожелаю, но так и не осмелилась подойти к нему ближе. Лишь проводила до спален.       — Хотела тебя попросить об одной услуге.       — Ну… — я поджала нижнюю губу, скрестив пальцы за своей спиной. Слово военного ведь нерушимо? — Если это в моих силах, то, конечно, — настороженно произнес Захариус.       — Обучишь меня рукопашному бою? Хотя бы пару приёмов самообороны? — выпалила я, вопрошающе уставившись на мужчину. Тот изумленно усмехнулся, отрицательно качая головой, разводя руками, видимо, не зная, как помягче мне отказать. Я только сейчас начинала осознавать, сколько времени это может занять — научить такую слабачку, как я, серьезному делу. Захариус все же майор Разведкорпуса, у него и без меня дел невпроворот.       — Слушай, Марго. У нас по утрам проходят стандартные тренировки, ты могла бы начать с них хотя бы…       — Я знаю, но ты ведь тоже понимаешь, что время тикает. У меня нет возможности начинать с азов, — взмолилась я, ещё тепля надежду. — В любое время, когда тебе будет удобно, когда ты будешь свободен. Я прошу тебя, научи меня защищаться!       Я даже чуть повысила голос, чтобы придать уверенности своим словам. На самом-то деле, стоять за себя я давно уже разучилась и перестала…              — Не буду спрашивать, почему ты пришла с этим ко мне, а не к Леви, — усмехнулся Майк, на что я демонстративно закатила глаза. — Сегодня вечером. После нашей очередной попытки с Эреном. Ты ведь в курсе, что мы пробуем снова через пару часов?       Я неуверенно кивнула. Верно. Аккерман же вчера предупреждал…       — На этот раз поедешь с кем-то другим. Я нужен Эрвину в городе, — я поникла, выдавая своё разочарование. — Но к вашему прибытию мы будем здесь, — Майк ободряюще потрепал меня за плечо, мягко мне улыбнувшись. Зачем он продолжал это делать? Сам ведь говорил не путать хорошее отношение с чем-то большим…       — Буду с нетерпением ждать нашей первой тренировки, — произнесла я тихо, благодаря мужчину за предоставленную возможность.

***

      — Ханджи, возьми меня к себе, — крикнула я, завидев свою вчерашнюю компанию вдалеке. Сегодня я была одета в форму Разведкорпуса. Ни один синяк не выглядывал под ней, словно судьбой она была мне предназначена.       — Прости, Марго, но моя малышка слишком привередлива. Она не повезёт двоих, — прогундосила Зоэ, виновато глянув на меня. — А тебе идёт! Где достала?       — Я ей отдала, — сухо ответила Петра, подводя ко мне свою лошадь. — Маргарет, никто из ребят не возьмёт тебя к себе сегодня. У нас груз, — девушка продемонстрировала увесистые котомки, закреплённые на её жеребце. — Мы берём с собой специальное устройство, способное выпускать гарпуны, чтобы в случае чего зафиксировать Эрена в неподвижном положении. В этот раз мы подошли ко всему более серьёзно, — пока Рал объяснялась передо мной, я четко ощущала непонятно откуда возникший холод между нами.       — Ну, в таком случае мне лучше остаться в штабе, верно, Зоэ? — я с надеждой взглянула на женщину. Не пойду ведь я за ними пешком, раз меня некуда приткнуть?       — Боюсь, у тебя нет выбора, милая. Ты едешь с нами. Приказ Эрвина, — Ханджи уселась на коня, разворачиваясь ко мне задом. Очень… красноречиво.       — И каким же образом, позвольте спросить?       — Со мной. — холодно раздалось позади…       Леви быстро прошел мимо, едва задевая меня своим плечом. Всего два слова припечатали меня к земле намертво. Я глупо пялилась в его спину, понимая, что всю дорогу буду жаться к ней и нервно сглотнула, представив его реакцию на это.       — Чего застыла, тупица? Забирайся.       Он уже подвел ко мне лошадь, ожидая, когда я всуну ногу в стремя, а я всё стояла, осознавая, что вот она — моя погибель. Как пить дать, сбросит на полпути, как балласт…       — Мне долго ещё ждать? Думаешь, я горю желанием ощущать тебя поблизости? — судя по тому, как он это произнёс, то была чистая правда.       Деваться было некуда. Одну в штабе меня оставлять никто явно не собирался. Я начала взбираться на лошадь. Никто мне не помогал. Я неуклюже корячилась минуты три. Леви скучающе смотрел на это всё, сложив руки на груди.       — Может, поможете? — обозлилась я, на что он продолжил молча наблюдать со стороны. — Кто-то торопился, разве нет? Или роста недостаёт?       Стоило задеть его за живое, как меня чуть ли не подкинули за талию сильные мужские руки, чётко усаживая в седло. Может же, когда захочет. Я довольно усмехнулась, празднуя свою маленькую победу, однако скалилась недолго. Капрал сел позади, взяв в руки поводья, и придвинулся ближе ко мне, усаживаясь на пояснице лошади поудобней. Что за?.. Блять. Это моя расплата за намек о росте?!       — Держись за загривок и не отпускай. Рухнешь — возвращаться за тобой не будем, — раздалось рядом с моим ухом… Я так и застыла, понимая, что это конец. Спина соприкоснулась с его крепким телом, шею и макушку обдало горячим дыханием, по сторонам от меня его руки… — Мы с Ханджи — впереди, Эрен и Петра — за нами. Остальные в хвосте, — скомандовал мужчина. Я вцепилась в лошадь, попытавшись увеличить расстояние между мной и капралом, однако стоило тронуться с места, уже стало не до очевидных рамок между нами. Возможности оглядеться вокруг будто и не было. Казалось, поверни голову в любую сторону — наткнусь на его лицо. Так и сидела, застыв, боясь сделать лишнее движение. Дыхание спёрло. Даже на Эрена и его титанистость стало плевать. Меня больше пугала моя реакция на Леви за моей спиной. Тело находилось в постоянном напряжении, мне сложно было удерживать равновесие, кожа на шее покрылась испариной от чужого дыхания. Я спиной чувствовала, как напряжён его торс. Если за Майка я держалась сама, то Аккерман делал работу за нас двоих: и мне не давая свалиться, и сам удерживаясь позади. На небольшом подъёме меня чуть повело в сторону:       — Сказал же, держаться крепко, — процедил мужчина, перехватив поводья покороче, теснее придвинувшись ко мне, наклоняясь вперед.       Боги, как я хотела, чтобы это поскорее закончилось. Хоть попутным грузом, хоть пешком бы пошла, только не рядом с ним… Мы уже выехали на знакомую местность, сбавили ход; меня же накрыло заметное облегчение, словно в кровь наконец пустили кислород. Я чуть подрасслабилась, ощущая, как Аккерман отстранился, выпрямившись. Моё лицо, наверняка, горело огнём. Мне всё ещё было страшно повернуть голову.       — Ты там хоть дышишь? — прилетело мне в затылок, на что я просто кивнула, не желая проверять работоспособность своих голосовых связок. — Не повезло, — хмыкнул Леви, останавливая коня, слезая первым.       Все остальные остались в седле. Я вопросительно смотрела на то, как капрал единственный привязывает свою лошадь к дереву, чуть поодаль от леса впереди. Перевела взгляд на Петру, которая недовольно поджала губы, следя за его действиями. «Меня что, оставят одну?»       — Здесь останешься. Твоё присутствие необязательно, — пренебрежительно кинул Леви, цепляя на себя газовые баллоны, проверяя крепления. — Эрен, — парень быстро оказался рядом, внимая каждому слову. — Лажанёшь и сегодня — останемся до утра и будем пробовать снова, ты меня услышал?       Я его точно услышала. Мне нельзя было тут оставаться до утра, у меня планы! И ночь в лесу рядом с Йегером в эти планы никак не входила!       — Ставьте ловушки внутри леса. Сегодня и то, и другое опробуем, — скомандовала Ханджи, пока Аккерман взбирался к ней на лошадь, на что я возмущенно насупилась, прожигая женщину взглядом.       — Зоэ?! — завопила я, ожидая её оправданий по этому поводу.       — Что? Она его любит даже больше, чем меня, — брюнетка похлопала свою красавицу по боку, на что та одобрительной заржала, топнув копытом.       — Заткнись уже и поехали, — закатил глаза Леви, разворачивая за макушку голову Ханджи вперёд.       Пока я мысленно продолжала возмущаться в их удаляющиеся спины, понимание того, что я осталась совершенно одна, сидя на лошади, за которой никто теперь не следит, начало приходить ко мне стремительно. «Я ведь могу сейчас просто сбежать… Неважно, что не умею ездить верхом, как-нибудь, но управлюсь… Почему я до сих пор чего-то жду? Они уже давно скрылись в лесу, так что же меня держит? Впервые в жизни появился реальный шанс начать жить заново, что за сомнения?!» Я словно начинающая воровка осторожно протянула дрожащие руки к дереву, чтобы отвязать поводья. Боязливо осмотрелась вокруг ещё раз, убеждаясь, кто никто не наблюдает. Конь подо мной взволновался, протестующе забив правым копытом оземь, воротя морду в сторону.       — Тише, тише… Как только мы отъедем до ближайшего города, я тебя сразу отпущу, — ласково приговаривала я, пока ослабляла тугой узел, чуть поглаживая животное по шее, однако столкнулась с ещё большим протестом. Лошадь взбунтовалась, упрямо пытаясь сбросить меня с себя. Я мёртвой хваткой вцепилась в густую гриву, наспех соображая, как её успокоить, но размышляла об этом недолго:       — Г-Р-Р-Р-А-А-А-А, — раздался нечеловеческий рёв из глубины леса, одновременно с ударом молнии. Земля задрожала в тот момент, стая птиц хаотично разлетелась с верхушек высоких деревьев, казалось, даже воздух возмутился вокруг. Я поняла, что это оно… У Эрена получилось…       Я неотрывно смотрела вперёд, ожидая хоть чего-то, хоть какого-то признака того, что там всё идёт по плану, но рёв не прекращался, равно как и тяжёлые шаги Йегера. Мои руки механически продолжали отвязывать повод, пока мозг отчаянно призывал оставаться на месте:       «Смогу ли я жить с этим, если сейчас исчезну отсюда, так и не убедившись, что они все живы? Смогу я спать спокойно, зная, что так позорно бежала, ничем не помогла? Хотя, чем я могла помочь? Бесполезная девка, которая только и годится, что для любовных утех. Даже свободную лошадь привести не могу. Любому из них она явно будет нужнее в случае неудачи…»       По округе снова раздался рёв титана. Животное подо мной рвануло в сторону, окончательно отвязываясь от дерева, чуть ли не скидывая меня на землю. Я крепко схватилась за поводья, как делал Леви. Всю дорогу сверлила взглядом его руки перед собой, не смея ни на что отвлекаться. «Так, три пальца сверху. Большой и мизинец вниз…» — лихорадочно вспоминала я. — «Ну почему же Йегер не замолкает? Почему до сих пор двигается? Неужели не получилось поймать его в ловушку? Господи, что я творю, дура?.. Мне был открыт путь на свободу, а я мчусь в этот чёртов лес, рискуя вывалиться из седла раньше, чем добраться до них всех…» — сильно зажмурилась, в надежде прогнать дикий страх хоть на секунду. Когда раскрыла глаза, уже была окружена густым лесом. Спина болела, ляжки и икры стерлись, саднили от того, что как попало гнала лошадь вперёд. Волосы лезли на лицо, неприятно липли на взмокший лоб. Дышать было уже тяжело. «Если выживу, никогда больше в седло не сяду» — пронеслась шальная мысль в голове.       — Майор Ханджи, думаете, у капитана получится? — раздался мужской крик сверху. Я подняла голову и увидела Эрда на ветви большого дерева. С другой стороны тропы на той же высоте находилась Зоэ.       — Должно. Главное, чтобы ему ничего не помешало, — громко произнесла женщина, опуская взгляд вниз. — Маргарет?!.. С дороги! Свали с дороги, Марго! — взревела она, нагоняя на меня лютую панику.       Я замешкалась, не понимая, как развернуться, куда потянуть поводья, как сгинуть на месте, чтобы из-за меня всё не сорвалось к чертям. Мчать вперёд любой горазд, а ты попробуй сверни. Земля сотряслась с новой силой, и я поняла, что Эрен очень близко, где-то там, впереди. Его шаги участились… Он бежит, а я не могу даже остановиться. «Чёрт, чёрт, чёрт, чёрт!» Сердце колотилось, как бешенное, воздуха перестало хватать; хотелось свалиться на землю, свернуться калачиком и тихо плакать, чтобы меня никто не видел и не трогал. Ханджи продолжала орать мне во след, но я уже была на достаточном расстоянии, чтобы не слышать её. Скорее всего, все остальные тоже были там, поблизости, вместе с их тяжёлыми установками. Я воровато оглянулась — никто не отправился за мной. Перевела глаза на дорогу и увидела, как вдалеке появилась огромная голень, затем вторая… Посмотреть наверх мне не хватило духу. Я вгляделась вперёд пристальней. Мне навстречу мчался капрал. Не знаю, видел он меня или нет, но стать ему помехой в тот момент я боялась настолько, что мне каким-то чудом удалось вывернуть гнедого влево, сойти с дороги в гущу леса, освобождая им двоим путь, притормаживая чуть поодаль. Пара мгновений — и между деревьев промелькнул Леви на коне Ханджи, а затем и титан Эрена, буквально в паре метров от него… Так близко. Смерть была так близко к Аккерману, а он даже не обернулся ни разу, уверенно направляясь к месту засады. Ещё бы несколько секунд, и я бы оказалась под огромной ступней Йегера, а может, и того хуже… Возможно, подставила бы под удар и мужчину, что предусмотрительно оставил такую дуру, как я, снаружи, чтобы под ногами не путалась…       Минута. Две. С той стороны, где я нашла Эрда и Зоэ, снова послышался неистовый рёв, но титан больше не двигался — земля успокоилась. У них получилось? Я посмотрела на свои ладони, на стертые пальцы. Мысленно поблагодарила Леви за то, что он невольно преподал мне урок верховой езды. И прокляла себя за малодушие. Мне хватило глупости броситься туда, где от меня никакого толку и одни неприятности, но не хватило смелости сбежать в новую для себя жизнь. Похоже, я слишком привыкла жить в условиях, где у меня нет права голоса и всё за меня решают другие… Неужели для меня уже и правда поздно что-то менять?       — Марго! Ради всего святого, как ты здесь оказалась?! — Петра перемещалась быстро на той штуке, что позволяла взмывать вверх. Её тон явно был далёк от испуганного. В нём ясно читался упрёк. Когда она приземлилась передо мной, я в этом убедилась. — Зачем мы вообще тебя берём с собой, ты даже не солдат! — Рал повысила голос, взбираясь на лошадь капрала, садясь передо мной.       — Я задаю себе тот же вопрос, — пробормотала я ей в ответ. Мой голос был безэмоциональным, серым. Наверняка, и взгляд был пустым.       — У меня нет времени вывозить тебя из леса, — сухо прозвучало впереди. — Не имею понятия, как ты добралась сюда, но судя по тому, что мы наблюдали, наездница из тебя никакая. Поэтому протестуй сколько хочешь, но тебе придётся остаться с нами — рядом с Эреном.       Протестовать я не собиралась. Всё это произошло лишь из-за того, что я не знала, что тут происходит. Ещё один такой заход моё сердце бы не вынесло. Мы с Петрой быстро добрались до нужного места. Я изумленно уставилась на скованную сотнями гарпунов громадную фигуру перед собой:       Его голова находилась в метрах пятнадцати от земли, не меньше. Развитая мускулатура бросалась в глаза в первую очередь. Всё тот же человек, только крупнее. Намного крупнее. Лицо… Его лицо можно было назвать поистине свирепым. Эти глаза жаждали крови, отмщения, возмездия, разрушения — всего этого сразу любой ценой. Длинный язык свисал из огромной пасти. Вся челюсть вместе с зубами проступала наружу. На голове тёмные волосы Эрена…       Я стояла перед ним и смотрела вверх. До сих пор не могла поверить, что вижу подобное наяву. Мой мир ещё неделю назад ограничивался четырьмя опостылевшими облезлыми стенами в старой комнате и чередой ублюдков, которым не было конца. Сейчас же всё былое показалось таким мелким и незначительным, будто я настоящей жизни-то и не знала.       — Вот оно, — Ханджи положила руку на моё плечо и встала рядом. — Такую реакцию я ожидала от тебя получить в первый раз. Правда красавчик?       — Я… Я чуть всё не испортила, Зоэ, — я всхлипнула, закусив нижнюю губу, сдерживая внезапно накопившиеся в глазах слезы.       — Это ты верно подметила, — спокойно ответила женщина. — Но не сотрясай воздух из-за того, чего не случилось. Радуйся, что всё обошлось. Утешать тебя здесь никто не будет.       Я согласно кивнула, продолжая смотреть в лицо Эрена. Его голова была наклонена вниз, тело чуть ли не распято. Зрелище устрашающее.       — Поднимешься наверх? Здесь может быть опасненько через пару минут, — предупредила Ханджи, взяв меня за руку, отводя от титана подальше. — Гюнтер, забери Марго, — попросила Зоэ, передавая меня Шульцу.       Полёт на этой штуковине оказался быстрым. Я, можно сказать, и не поняла, как очутилась на приличной высоте. Дерево было таким гигантским, что на его ветке можно было стоять вполне себе устойчиво, не боясь рухнуть вниз. От Йегера мы находились недалеко. Однако видела я теперь лишь его затылок.       — А что вы планируете с ним делать теперь? — почему-то шёпотом спросила я Гюнтера, чуть склонившись в его сторону.       — Капитан Леви попробует отдать приказ, который Эрену будет по силам выполнить в данном положении, и мы сможем понять, реагирует ли он на знакомый голос в форме титана или же нет, — так же тихо ответил мужчина, не отводя глаз от головы Йегера. — Видишь ли, когда он только превратился, мы не успели его зафиксировать: вспышка нас ослепила на пару секунд. Он понесся вперёд, совсем не обращая внимания на нас. Капрал приказал ждать и помчался следом. Не знаю, как, но, сама видишь, привёл его обратно.       — Люди обычно бегут от титанов, а капитан Леви у вас гоняется за ними? — я чуть усмехнулась, прекрасно понимая, что все люди в Разведкорпусе не совсем обычные.       — У этих тварей есть шансы спастись, только если в его баллонах газ заканчивается, — горделиво произнес Гюнтер, положив ладонь на холодный металл. Видимо, никто не сомневался в силах Аккермана. Однако, не может же человек быть неуязвим?       Мы выждали ещё пару минут, прежде чем увидели, как капрал приземлился на затылок Йегера, обнажая острые клинки. Одного касания его ботинок было достаточно, чтобы титан вновь разразился криком, поднимая свою голову. Я прикрыла рот ладонью, боясь закричать вместе с ним. Рёв был устрашающим, особенно в такой близости. Мужчина пропал из виду, отчего моя тревога продолжила нарастать. Не мог ведь он сорваться вниз? На нём же устройство… Мгновение — и Аккерман уже находился перед лицом Эрена, вонзив один из мечей в его левый глаз. Держался за рукоять крепко, опираясь одной ногой в подбородок, другой в верхний ряд его огромных зубов. «Боги, о чём он думает?! Его же могут сожрать, стоит раскрыть пасть чуть пошире!» Меня начало заметно потряхивать от происходящего. «Это же всего лишь Йегер. Он ведь не станет есть самого капрала?..»       Острые зубы звучно клацнули в метре от туловища Леви, когда тот лихо отскочил от лица чудовища в последний момент. Я громко вскрикнула, привлекая внимание обоих. Мужчина замешкался буквально на секунду, но тут же вернулся в то положение в котором находился до селе — чуть ли не в пасти Эрена.       — Гюнтер, что происходит? Он в своём уме?! — спросила я растерянно.       — Я думаю, это был его приказ.       — Что?!       — Эрен практически обездвижен. Всё, что ему доступно — вертеть головой, орать и кусаться. Последнее можно контролировать, всё остальное он делает сам по себе — хаотично. Вот опять, — Шульц указал пальцем на вновь отпрыгнувшего от укуса капрала.       Я смотрела на это всё и хваталась за сердце каждый раз, когда Леви отдавал свой «приказ». Йегер поворачивался вслед за мужчиной, пару раз дёрнулся в путах, напоследок взревел с новой силой, чуть ли не оглушая всех вокруг, и покорно опустил голову. Удовлетворившись результатом, Леви снова переместился на его затылок, примеряясь клинками к нужному месту на шее. Быстро, уверенно, аккуратно. Тело Эрена было извлечено из титана без единой потерянной конечности. Учитывая, что я абсолютно ничего не знала о том, как это всё устроено и где находился парень, для меня это было сродни операции дилетанта по вырезанию аппендицита…       — Всё прошло отлично. Можем закругляться, — как ни в чём не бывало произнёс Гюнтер, подавая мне руку, намекая, что нам пора спускаться.       В амёбном состоянии я добиралась до лошади капрала, понимая, что снова поеду с ним. Как смотреть в глаза владельцу истерзанного мною животного, я не знала. Как и утром, он быстро прошел мимо меня вперёд, когда мне оставалась пара шагов.       — Простите за то, что ослушалась, — тихо выдавила из себя я, подходя ближе, вставляя ногу в стремя, уже готовясь к очередному позору, однако была тут же подсажена мужчиной за талию. Я удивлённо распахнула глаза, вцепившись в седло под собой. Леви молча забрался следом, чуть ли не подминая меня под себя. Затем взял мои ладони в свои, осматривая образовавшиеся на пальцах мозоли из-за моего правого плеча и недовольно хмыкнул, быстро отбрасывая мои руки, словно грязные перчатки.       — Идиотка. — сухо обронил он рядом с моей пунцовой щекой, пустив табун мурашек по моей спине. Я шумно выдохнула, прикрыв глаза. «Что за чертовщина творится со мной?». — Лучше бы ты воспользовалась моментом и свалила в закат. Не думаю, что тебе ещё когда-нибудь предоставят такую возможность, — прилетело мне в спину, прогоняя непонятный морок.       — Вы поэтому оставили меня одну? Чтобы избавиться от меня?       — Уж точно не для того, чтобы наблюдать твою испуганную тупую тушу напротив себя снова, — бросил он, пустив лошадь тихим шагом, выводя нас из леса.       — Поверьте, я последняя, кто хотел оказаться в подобной ситуации, — Леви хмыкнул на мои слова. — Как вы объяснили моё присутствие здесь своему отряду? Выходит, я лишний груз. Даже стремление Зоэ показать мне настоящего титана рушится о тот факт, что вы меня оставили в стороне, — я перевела взгляд на Петру позади нас. Она посмотрела в ответ. Отчего-то стало стыдно.       — Мои люди не задают лишних вопросов. А вот для Ханджи придумай что-нибудь дельное. Она обязательно начнёт тебя доить рано или поздно, — тихо добавил он. Хоть женщина и плелась рядом с Эреном, слух у неё, наверняка, был отменный. — И не жмись ко мне. Тереться будешь о Захариуса.       — Вы меня, конечно, извините, капрал, но, по-моему, это вы всю дорогу «втираетесь ко мне в доверие», — я возмущенно запыхтела, резко оборачиваясь назад, но это было моей фатальной ошибкой. Леви так и замер, когда мои губы знатно проехались по его левой щеке, останавливаясь у самого уха. — Вот видите… — прошептала я, окончательно добивая его. Видимо, я не только лошадь тормозить не умела, но и себя тоже. «Что же я делаю, дура набитая?.. Сколько можно сегодня испытывать судьбу!» Он перевёл на меня свой острый взгляд, стиснул зубы, затем резко с силой надавил мне между лопаток, заставляя наклониться вперёд. Я застыла, вцепившись в коня, не решаясь разогнуться обратно.       — Леви, что ты с ней делаешь? — возмутилась Ханджи, обращая внимание всех на нашу «потасовку».       — Воспитываю. — холодно раздалось за моей спиной, а у меня внутри всё скрутило тугим узлом. И ощущение это появилось далеко не от страха... Я скривилась, отгоняя от себя необъяснимое абсолютно ничем, чувство. Ещё не хватало испытывать подобное к такому, как Аккерман. С моей спины исчезла его ладонь, я осторожно вернулась в своё исходное положение, даже не берясь предположить, что об этом всём подумали остальные. Леви пришпорил коня, выводя нас из леса, и вплоть до конца нашей поездки оглушительно молчал, позволяя мне накрутить себя до предела. Начало смеркаться. На подходе к штабу нас ожидал Эрвин. Рядом с ним стоял Майк. У меня от сердца отлегло хоть немного. Можно будет уйти под шумок.       Чтобы не попасть под горячую руку капрала, я соскочила с лошади сразу же, как только мы притормозили. Приземление было не совсем приятным, но на ногах я устояла. Невнятно произнеся «Всем доброй ночи» и зачем-то помахав рукой, я, не оборачиваясь ни на кого, быстрым шагом направилась в сторону замка, явно озадачив всех присутствующих.       — Марго, всё в силе? — прилетело мне вдогонку, разрушая образовавшуюся неловкую тишину. — Я буду ждать тебя во дворе через полчаса. Пока приведи себя в порядок, — голос Майка был совершенно обыденным, словно там была лишь я, а не вся верхушка Разведкорпуса. Спина начала гореть. Я чувствовала, что в неё устремлены любопытные взгляды. Могла поклясться, что слышала, как кто-то усмехнулся… «Да ты, Марго, сегодня прямо звезда» — подумалось мне. Ничего не ответив Захариусу, я скрылась за входной дверью, прислоняясь к ней спиной.       «Завтра будет легче. Завтра нам с ним незачем пересекаться. Я его не увижу и продолжу мирно существовать». Я могла убеждать себя в этом сколько угодно, но ощущение его кожи на моих губах до сих пор сохранялось в памяти, ясно намекая, что спать сегодня спокойно я вряд ли буду. Он этого не забудет и мне стоит быть на чеку. Убить не убьёт, а вот изощрённо поизмываться точно сможет.       За отведённых полчаса я успела сходить в душ и переодеться в очередное серое платье — штанов с рубашками в моём гардеробе не водилось, чему я всегда была очень огорчена. Я вышла во двор, воровато оглядываясь по сторонам, затем находя мужчину на тренировочной площадке. Майк притащил небольшое чучело, плотно напичканное сеном, обшитое крепкой тканью, и сам уже разминался, поджидая меня.       — Это будет моя первая жертва? — я усмехнулась, подходя к кукле ближе.       На улице было ещё не очень темно. Луна ярко освещала эту часть территории замка. Я чётко видела Захариуса перед собой: чуть утомлён сегодняшним днём, но силы ещё есть. Тёплый взгляд в мою сторону, мягкая улыбка, располагающая к себе. Почему бы всем на этой земле не перенять у этого мужчины доброту и любовь к людям любого сорта, а?       — Пришла всё-таки? Я уже боялся, что ты обиделась на меня за то, что сказал подобное при всех, совсем не подумав, — он смущённо почесал затылок, явно раскаиваясь в том, что произошло.       — А я и обиделась, — наигранно хмыкнув, я лукаво посмотрела на него, умиляясь тому, как он заметно поник, — но долго дуться на тебя не могу, наставник.       — Коварная ты, оказывается, женщина, Маргарет, — ухмыльнулся Майк, подходя ко мне ближе. Я неосознанно отошла на шаг назад. — Что такое?       «Чего это со мной? Это же Майк… Почему я шарахаюсь?»       — Ничего. Я просто подумала, что ты хочешь ещё немного его помучить, — я погладила чучело по макушке, стараясь не смотреть мужчине в глаза. Если заметит, начнётся допрос с пристрастием.       — Я с ним уже закончил. А вот тебе не мешало бы волосы собрать. Всё же не вышивкой пришла заниматься, — уточнил он, оставаясь на месте.       «А до этого хотел сам с моей причёской управиться?! У них у всех обострение сегодня или это я такая чересчур мнительная?»       Быстро собрав высокий хвост, я выпрямилась, ожидая следующих указаний.       — Сегодня будем учиться стоять правильно и бить с хорошей отдачей в одну точку.       — Звучит многообещающе, но я бы на твоём месте не возлагала на меня больших надежд. Максимум — стойка, — стыдливо произнесла я, попытавшись изобразить, как в моём понимании она выглядела. Зрелище, похоже, было то ещё. Захариус держался пару секунд, затем прыснул в кулак.       — Возможно, ты и права, — усмехнулся мужчина, разворачивая меня к себе спиной, намереваясь поставить мои ноги и руки в правильное положение. — Правша?       — Ещё с утра, вроде, была левшой, — ответила я, чуть напрягаясь всем телом. Откуда во мне это стеснение? Уж точно не такой, как я, смущаться чужих прикосновений.       — Везучая. Эффект неожиданности никто не отменял, — довольно протянул он. — Правую ногу вперёд, левую назад и чуть в сторону, — скомандовал Майк, затем сам хватая меня под колено, ставя голень в нужное положение. — В следующий раз надевай нашу форму. В платье ты далеко не продвинешься. Я даже не вижу, как ты стоишь, только чувствую, — отчеканил Захариус мне в затылок, убирая руки с моей ноги.       — Я учту, — пролепетала я, после чего почувствовала, как мою правую руку вытянули вперёд, чуть согнув в локте, то же самое проделали с левой, только отвели её назад, затем без предупреждения голову наклонили вниз так, что подбородок касался груди. — Майк, полегче. Я ведь и испугаться могу, — недовольно пробурчала я, на что услышала тихий смешок за спиной.       — Мне это от тебя и нужно. От чего же ты будешь защищаться, если будет совсем не страшно? Обычно, когда ты в опасности, то очень быстро учишься или бежишь, поджав хвост. Надеюсь, ты не из последних, — с этими его словами после всего произошедшего днём я поспорить уже не могла.       — Что дальше?       — Сожми руки в кулаки и попробуй ударить чучело рабочей рукой, подаваясь левой стороной тела вперёд.       Я сделала, как просил Майк, но удар был таким слабым, что в пору было бросить это гиблое дело в самом зародыше. Однако мне не дали этого сделать. Мужчина взял мою левую руку в свою, отзеркаливая мою стойку, и с силой направил свой кулак вместе с моим, хорошенько припечатывая голову куклы.       — Больше уверенности в себе, Марго. Ты даже не представляешь, на что способно тело человека при правильном настрое, — произнёс он низким голосом позади меня. Вопреки моим ожиданиям, эффект оказался в разы слабее, чем от холодного тона Леви в мою спину… «Почему ты о нём вспоминаешь сейчас?!» Я тряхнула головой, отгоняя от себя глупые мысли.       — Когда-то давно я убила человека, не осознавая этого… Всё, что у меня было тогда — это желание отомстить. Думаю, я могу понять, о чём ты говоришь, — глухо отозвалась я, концентрируясь на своей сегодняшней цели. Мужчина замолк на пару секунд, затем плотнее прилегая ко мне, крепче держа меня за талию и левую руку, направляя мои движения. «Хватит уже строить из себя недотрогу! Мы оба в курсе, кто я и что я. И разве я сама не хотела быть к нему ближе?» — сама себе вторила я, но отделаться от ощущения, что что-то не так не могла.       — Стремление отомстить и выжить — это, наверное, единственное оправдание, которое можно противопоставить убийству. Я не осуждаю, если тебя вдруг это будет волновать.       — Я не считаю, что убийство человека можно и нужно чем-то оправдывать. Мы живём в таком мире… Что наша жизнь, что наша смерть ничего не стоит, — выдохнула я, со всей силы нанося удар перед собой, уже увереннее стоя на ногах и подавая корпус вперёд.       — Сейчас значительно лучше, — Захариус похвалил меня, предоставляя свободу движений, отходя на пару шагов. — И всё же ты не права. Все мы чего-то стоим. Всегда найдутся те, кто будет молиться за нас или же напротив.       — Правда, что ли? — я горько улыбнулась, обернувшись на него.       — Ты совсем в людей не веришь?       — Я хочу, Майк. Очень хочу, — его взгляд остановился на моём лице. Жалость — последнее, что я хотела видеть в его глазах. — Но мне ещё никто не дал повода для этого.       Я отвернулась от него, продолжая терзать манекен перед собой, выплёскивая накопившиеся за эти дни эмоции, выбивая всю дурь из своей башки. Наивная девка. Уверовала в то, что способна куда-то сбежать, что-то исправить, всё забыть. Даже умудрилась втюриться в первого мужчину, который проявил ко мне банальную доброту. Цепляюсь за жизнь и в тоже время совсем не понимаю, чем могут обернуться мои спонтанные, необдуманные действия! Только и умею, что бояться и жаловаться на свои проблемы… Я ещё ничем не заслужила достойной жизни или нормального к себе отношения, так что даже помышлять об этом сейчас глупо.       — Думаю, с твоим появлением здесь, ты обязательно найдёшь такого человека, — мужчина мягко опустил мою руку. Костяшки были уже чуть сбиты, моё дыхание стало частым. — Хватит на сегодня. Ты и так устала. Иди к себе, Марго. Хорошо поработала.       — Я уже… — мой голос оборвался на полуслове. Захариус посмотрел пристально, будто ожидал чего-то. Но скажи я ему это сейчас — соврала бы. Он мне ясно дал понять, что между нами ничего быть не может, кроме приятельских отношений, а в такие узы я верить отказывалась и подавно… Я смолкла, благодарственно поклонилась и ушла с площадки, не желая более объясняться с ним. И он был прав: я действительно очень устала.