Пора мне

      Шум царил дворце Поповых с самого утра. Покой Арсения пришлось прервать матерью, так как мужчина решил игнорировать просьбы служанки проснуться раньше. С помощью матери с мужчины выбили всю дурь, поднимая на ноги. Лёгкий приступ тошноты, туман летал в голове, а тело плыло далеко-далеко.       — Пьяница! — всё кричала она, говоря одно слово по кругу, как поток воды в колесе. — Катря! Прошу помочь этому бесу, видишь ледь-ледь на ногах держится, — из коридора пришла служанка по имени Катя. — Убери его комнате сначала.       — Я и сам могу, — возмутился Арсений, держа служанку за запястье.       — Нет не можешь! И бумажки его выброси, побыстрее, — повысила голос женщина, а сын стоял недоумение от такого поворота.       — Я не позволю, это мой труд!       — А нам с отцом кажется, что он только мешает тебе. Мы хотим как лучше для тебя в будущем.       — Вам же лучше знать, — Арс спокойно ответил, взял вчерашнюю одежду и вышел из комнаты, оставляя родную мать с Катей наедине.       Сзади послышались голоса отца и матери, которая уже готовая чесать языком о своем сыне. Горько на душе стало парню. Сам не знает, откуда появилась боль, нагоняя на душу тоску и страх. Губы сжались, боясь сказать плохого слова. Ушёл он с дома, без желания праздновать и возвращаться в «тюрягу».       За помощью обратился к Сергею, он всегда был рад видеть Арсения любое время. На дворе всё ещё бродила холодная весна, поэтому в домах приходилось палить в камине, двое мужчин сидели на креслах согреваясь около него.       — Да, нехорошее дело заварилось, — Сергей делал выводы, всяким образом пытается утешить друга. — Ничего, ничего, ещё все наладится просто подход нужен правильный. Вот найдешь вдохновения и романы как будто сами напишутся, а потом уже слава, деньги, женщины, и уедешь.       Арсений молчал не отвечая другу на его слова, а лишь кинул взгляд: бездушный, пустой, холодный.       — Кстати! — Серега что-то вспомнил, тем самым заинтересовал внимания графа. — Что же ты как не родной, я чуть о подарке не забыл, — мужчина стал из дивана, направляясь к дверце своего шкафа доставая один, но большой предмет. Подходя ближе он смог разглядеть — музыкальная шкатулка. — Держи, вот она с самой Швейцарии к тебе ехала.       — Спасибо, не стоило тебе. Для меня подарок, что ты меня не бросил одним гнить в этом мире.

Мой первый друг, мой друг бесценный!

И я судьбу благословил,

Когда мой двор уединенный,

Печальным снегом занесенный,

Твой колокольчик огласил.

Молю святое провиденье:

Да голос мой душе твоей

Дарует то же утешенье,

Да озарит он заточенье

Лучом лицейских ясных дней!

(Пушкин "И.И. Пущину")

      Матвиенко ничего не ответил, лишь отдал шкатулку. Предмет привлекал всё больше и Попов стал внимательно изучать ее. Сделана полностью из дерева с узорами на крышечке и маленький позолоченный замочек. Полностью ручная робота. С виду все очень просто, но внутри вся красота этого механизма: шестерёнки, металлический гребень и цилиндр, на котором записана мелодия. Прокрутив пару раз шестерёнку и механизм заиграл. Спокойная, но в то же время звонкая музыка все играла и играла. Арсений начал вслушиваться в каждый звук, поглощая в себя прекрасную мелодию.       Сережа все-таки переубедил упрямого дуга вернуться домой. Направляясь назад домой, ощущение не самое приятное. Они слышали стук копит об землю, а это означало, что гости только начинали съезжаться. Проникнуть в дом без лишнего внимания парням удалось, бережно отдал нужную вещь своему прислуге, Попов вместе с Матвиенком направились в банкетный зал.       Зал был большим и просторным, и людей было тоже много. Звонят кристальные бокалы, потоки вин разливались в них и запах дорогого табака стоял над ним. Пахло французской кухней. Гудит живая музыка, а люди пляшут в такт.       Наливая себе крепкого в бокал, настроение пошло вверх, Матвиенко составил ему компанию, чокаясь бокалами. Но постепенно к имениннику начал приходит различный люд со своими ненужными поздравлениями. Сережа понял, что ему здесь не место пошел искать себе другую компанию. Проходя мимо столов и людей, в углу он заметил семью Позовых. Дмитрий — учитель и его жена Екатерина, и маленькая дочь на руках отца.       — Добрый вечер, как поживает семья Позовых? — радостно поприветствовал семью, пожимая руку бывшему учителю и нежно целуя кисть Екатерине.       — Матвиенко! Сколько лет, а от тебя ни одной весточки, жизнь пустила тебя по миру, где был, где отдыхал? — начал задавать вопросы Дмитрий.       — Тьфу, где меня не носило, начиная с Болгарии заканчивая Испанией. Поселился я на немках.       — Ну за это выпьем, — Позов поднял свой бокал, допивая все до дна. — Кстати ходят слухи по дворце, что Сергей Попов решил пригласить достойно знатную семью, — чуть ли не шепотом говорит.       — И что же за семья такая? — поинтересовался Сережа.       — Кузнецовые — те ещё занозы в заднице из самого утра говорят, дочка у них есть, такая хоть куда. Жена говорит Арсения сватать хотят.       — Боженьки, тьфу на вас, только ему не говорите, а то он убежит от сюда чем поскорее, — мужчина перевел взгляд на Арсения, который был в центре внимания бурно обсуждая какие-то темы. — Теперь я хочу увидеть ту самую «сударьню из города».       Но Арсения тем временем окружило немало дам. Крутились, вертелись около него, волосы на пальце себе крутили и тихо хохотали. Чужая рука легла на плечо мужчины, Арсений обернулся, сзади него стоял отец. Баришни вмиг подняли свои дорогие роскошные платья и ушли вон. Сергей Попов остался вместе со своим сыном.       — Не возись с ними, онни дурно на тебя влияют, - он приказал идти за ним.       Брюнет фыркнул и пошелза ним, где их ждала мать. Лицо у нее было счастливое, лыба радостная светилась. Дамы со своими мужьями встали в круг, а музыка играла все живее. Танцы начались, Сергей Попов запросил свою жену на танец и повел в круг, Арсений снова остался наедине, в душе он рад, ощущения легкости в груди. К устам преподнес свой бокал, какой он по счету он не знал и не хотел, слишком больно осознавать. Неожиданно открылись двери в зал. Кому не было сложно обернутся, увидели ещё одну семейную пару.       Женщина завешанная различными дорогими украшениями, поднимая носик вверх, она уверенно за своим спутником — господин почтенный, пузатый и весь роскошный. Руками и направо и налево раскидает. Тут же сразу все к нему подбежали, нахваливать что-то начали и руки тискать.        — Что за господин пожаловал? — подошёл Сергей Попов к гостю, обънимает, руки жмет, нежно и добро приветствует. От такого лицемерия у Арсения скулы свело, а нервы все трепают своею пустой болтовней. Вокруг всей толпы просвечивал свет небольшой, что-то необычное, как будто море посреди пустыни.

Я помню чудное мгновенье:

Передо мной явилась ты,

Как мимолетное виденье,

Как гений чистой красоты…

(Пушкин «К* Керн»)

      Нежно-голубое платьице, темно-русые косы падали на утонченные плечи. На щеках лёгкий румянец, вскоре от холода. Изящные ноги направлялись куда-то, чтобы найти себе место среди людей. Глаза бегали туда-сюда, тело само по себе двигалось как будто. Арсений не теряя минуты увидел свою цель и направився к ней.       - Добрый вечер, — поприветствовал её Попов, девушка оглянулась на голос. — Что такая прекрасная девушка ищет здесь?       Легко клянулся ей, целуя нежную руку. А глаза девиц заблещали, щёчки стали ещё розовее.       — Вы же тот самый Арсений?        — Да так и есть.       — Поздравляю вас! Я Ирина Кузнецова, мне очень приятно с вами познакомиться.

Она поэту подарила

Младых восторгов первый сон,

И мысль об ней одушевила

Его цевницы первый стон.

Простите, игры золотые!

Он рощи полюбил густые,

Уединенье, тишину,

И ночь, и звезды, и луну,

Луну, небесную лампаду,

Которой посвящали мы

Прогулки средь вечерней тьмы,

И слезы, тайных мук отраду…

Но нынче видим только в ней

Замену тусклых фонарей.

(Пушкин. Отрывок «Эвгенин Онегин» XXII)