Растопим между нами лёд

Вот уже и подступило время для начала сборов. Антон открыл свой чемодан и неспешно начал бросать необходимые ему в поездке вещи, которые скорее всего нельзя будет купить в Крыму или же зачем переплачивать? Да, именно так подумал парень и сгрёб в сумке почти пол дома, а мама же ему помогала. Да, было волнительно, ведь в конце концов Антон никогда не был в Крыму. Все говорят, что там круто, но не попробуешь — не узнаешь. Но все же Шастун искренне надеялся на позитивный и запоминающийся отдых. Однако, это ведь круто ездить куда-то с классом, а тем более с друзьями, поэтому юноша облегченно выдыхал, радуясь, что едет с друзьями. Но времени размышлять категорически не было, поэтому парень продолжал сгребать все нужное и ненужное. «Ну, а че, лучше будет, чем нет. Пригодиться, — именно так и оправдывался Шастун.»

***

На часах уже давно перевалило за два часа ночи, а Антон только пытается застегнуть долбанный и давно проклятый чемодан, в который ничего не влезает. Все-таки забив на это дело, зеленоглазый бьет ногой по чемодану, пиная, а сумка отлетает в другой конец комнаты. — Ну и на хуй, — махнув рукой, он разворачивается и почистив зубы, ложиться спать, впервые за долгое время крепко засыпая.

***

Семь утра. Мать его семь утра. За окном темно, а Антон блять проснулся. Ещё с раннего детства парень терпеть не мог просыпаться рано. Он не жаворонок, он сова, которая, желательно бы всегда спала. Да именно так. Поэтому, матеря всех и все на чем свет стоит, юноша потирая глаза ушёл умываться, по пути врезаясь в дверь и уже ее покрывая трехэтажным матом. М-да, в этом весь Антон Шастун.

***

— Да е-мое! Где эта троица придурков то?! — Павел Алексеевич хмуря брови стоял под ранним питерским небом. Сейчас уже девять утра и должен быть их выезд, но кое-кто опаздывал. Угадайте кто? Правильно. Шастун, Позов и Матвиенко, которые ждали первого, пока он докурит за школой. — Паш, не нервничай. Все будет хорошо, — Арсений Сергеевич подходит к другу со спины и кладет руку на плечо, заставляя шатена слегка вздрогнуть. — Да в каком месте хорошо, Арс? Они же стопудово где-то стоят и болтают! — словесник начинал потихоньку закипать, пока в поле зрения не появились три причины, для выпитого недавно корвалола, который любезно развёл физик, — Сучандры... — Па-а-аш, спокойно, — рука на плече успокаивающе гладила напряженные мышцы. — Долба... — Тише-тише... Ты учитель русского языка, будь любезен. — Сволочи подойдёт? — дождавшись кивка со стороны друга, Павел Алексеевич с прищуром смотрел на парней которые уже подходили к учителям и ожидающему классу, — Вы совсем сдурели, раздолбаи? «Пунктуальность». Не слышали? — Простите, — в унисон пробубнили школьники и опустили взгляд, а физик только хмыкнул. — Ладно, черт с вами, — махнул на них рукой преподаватель русского, и отвесив по подзатыльнику, обернулся к остальным детям, — Ребята, проходим в автобус, — скомандовал старший, а после начал помогать ученикам. Троица хмыкнула, а после словила недовольный взгляд Арсения Сергеевича и пулей залетела в автобус.

***

Пейзаж за окном проносился так быстро, что Антон толком то и не успевал рассматривать мелкие детали. Безоблачное небо сменилось на уже привычное серое. Парень прислонился лбом к холодному стеклу, облегченно выдыхая. Его слегка укачивало из-за того, что первые пятнадцать минут поездки он тупо смотрел в одну точку. Стекло по которому стекали мелкие капельки дождя приятно охлаждало горячую кожу. Нет, Шастун не думал, что заболел, хоть на улице и было +7°, а он приперся без куртки, закинув ту в рюкзак и махнув на неё рукой. Ведь болел юноша крайне редко, но сильно. В наушниках, которые вечно запутывались и выпадали из ушей, чем изрядно подбешивали хозяина, играл Noize MC «Это был дождь». «А музыка то подходила, — мелькнуло в светловолосой голове». Под боком мирно сопели Дима и Серёжа. Вообще, почему-то спали все. Неужели ничего более интересного нет, чем спать? «Сказал Антон Шастун, который сегодня материл весь свет из-за того, что он встал в семь утра, — ехидно подкидывал голос в голове, но Шаст лишь закатывал на это глаза». Спали все, кроме учителей. Те сидели сзади всего автобуса, разговаривая о чем-то своём. Иногда преподаватели поочередно обходили учеников, проверяя все ли в порядке, а Павел Алексеевич весело посмеивался с Антона, который пребывал в прострации. Но вскоре Арсений Сергеевич откинув голову на сиденье, вставляет в уши беспроводные наушники и включает последнюю песню в плэйлисте, коей оказывается песня Eminem «Venom». Физик прикрывает глаза, погружаясь в раздумья и свои мысли.

***

— Шасту-у-у-ун, — тянул мягкий голос над ухом. Антон разлепляет сначала один глаз, а потом и второй, понимая, что заснул в наушниках. «Блядство, голова раскалывается, — пробубнил Шаст», — Шасту-у-у-ун, — разум, который ещё не проснулся не понимает, чей голос зовет юношу, поэтому парень поднимает голову и округляет глаза, падая на соседнее сидение, — Доброе утро, а точнее вечер, — физик, склонившийся над Антоном хищно улыбнулся, обнажая до идеала белые клыки и сверкнув голубыми глазами выходит из автобуса, оставляя зеленоглазого одного, заставляя медленно крутить шестеренки в голове. Хмыкнув, Антон встаёт с места и идёт на выход. Первая остановка состоялась на заправке. Синее небо плавно перетекало в фиолетовый и растекалось за горизонт. Розовые облака медленно плыли по небу. Мокрый асфальт хлюпал под ногами, а мороз кусал обнаженную кожу. Рывком надевая капюшон чёрной толстовки, Антон подходит к бордюру, рядом с которым стоял автобус и садится на бордюрный камень. М-да, сомнительное удовольствие сидеть на мокром бордюре и чувствовать как штаны постепенно становятся влажными, то ли от дождя, то ли от мокрой земли. Но кого ебет? Точно не Шаста. Юноша достаёт пачку сигарет, вынимает одну и закрыв ее от дождя рукой, поджигает край. Затягивается и пропустив едкий дым через легкие, выдыхает, выпуская пар. На душе мгновенно становится спокойнее, дурацкая головная боль почти улетучивается, а сигарета зажатая между тонкими пальцами унизанными кольцами, медленно тлеет. Вокруг идеальная тишина и только шум проезжающих машин нарушает эту идиллию. Ещё одна затяжка, а затем третья. И все бы хорошо, но сигарету вырывают из пальцев и в затылок прилетает чья-то ладонь, отвешивая нехилый такой подзатыльник. — Шастун, ты совсем охренел?! — знакомый голос над головой заставляет закатить глаза. Тянут за шкирку сильные руки, а сигарета летит в ближайшую урну. Изумрудные глаза впиваются в темно-синие, в которых сейчас бушует шторм. Шторм грозит унести с собой всех, кто был неосторожен и осмелился сунуться в таинственные и непроглядные байкальские воды, — Какого чёрта я спрашиваю?! — Арсений Сергеевич, ну вам-то какое дело до меня? — недовольно шипит старшеклассник, который в какой-то момент поверил в свои силы, но тут же теряет уверенность, когда его буквально швыряют вперёд. — Какое мне дело? — Рычит физик и подходит к Антону, который отходит от шока, — Мальчишка, может мне и никакого, но проблемы мне не нужны, — разносится над ухом, — А теперь быстро пошёл в автобус, твоя прогулка закончена, — Шастун уже разворачивается и собирается идти в туалет, но его вновь перехватывают за шкирку, — Пачку сигарет отдавай и не делай из меня идиота. Антон закатив глаза, вкладывает в раскрытую ладонь пачку сигарет и развернувшись, уходит в туалет, проклиная Арсения Сергеевича.

***

За окном окончательно стемнело, а Шастун также слушает музыку в наушниках и вглядывается в непроглядную темноту. Деревья, поля, речушки и маленькие озера скрылись в темноте, будто накинули мантию-невидимку. Остался только месяц, освещающий ночную пустую трассу. Свет фар автобуса иногда подсвечивал отбойники. Удивительная тьма. Мгла, как в песнях «Короля и Шута». Не хватает только темных кладбищ и одиноких могил, покрывшихся толстым слоем пыли. — Что ты там рассматриваешь, Шаст? — пробурчал сонным голосом Сергей, смотря на друга. Антон обернулся на хвостатого, пожимая плечами. — Я просто всматриваюсь во мглу. Она таинственна и чертовски манит. Там может быть все, что угодно. Во мгле может таится красивейший пейзаж, одинокие деревья и леса, маленькие озерца и болота, холодные кладбища и могилы, хищные животные и маньяки, жаждущие жертв, — парень слегка улыбается, — Ночь таит в себе многие тайны. Она загадочна и иногда пугает. — Ты гребанный философ, Шаст, — хмыкнул Димка, который уже тоже проснулся. Очевидно, такой ответ устроил друзей и они продолжили спать, а зеленоглазый продолжал вглядываться в темень. Ночь и вправду загадочна, она может таить в себе от самых страшных секретов, до красивейших пейзажей. Ночь непредсказуема и коварна. Именно ночью и случается многое. Погружался в свои мысли парень и переслушивал песни «Nirvana». Кто знает, что хранит в себе этот мир? Отличная тема поразмышлять, чем и займётся Шастун.