Артефакты

      Когда они решили посвятить половину своего общего выходного походу в магазин товаров для дома, был составлен целый список действительно необходимых вещей и того, что в принципе не особо срочно к покупке прямо сейчас, но желанно к приобретению и почему бы не посмотреть возможные варианты. Как, например, новый сервант для посуды, о котором Усаги буквально грезила. Или плетеные корзины для белья.        - Вот увидишь, я возьму только самые необходимые вещи, - усмехнулась Усаги, осторожно садясь в машину и бережно расправляя юбку платья. Оно было настолько же мнущимся, насколько красивым и любимым. Удалось бы избежать множества проблем, если бы Усаги догадалась еще в магазине чуть смять легкую ткань. Но была слишком очарована фасоном, цветом, структурой, чтобы думать о таких мелочах, как практичность и удобство в носке.        - Целый багажник самых необходимых вещей, - согласно кивнул Мамору, пристегивая ремень безопасности, - А ты уже нашла целый шкаф с совершенно ненужными вещами?        - Зачем это? - немного озадаченно уточнила Усаги, горестно вздыхая, прежде чем самой взяться за ремень. И зачем было надевать сегодня именно это платье. Когда они подъедут к магазину, ее одежда будет как после цикла интенсивного отжима в их стиральной машине.        - Выбросить и освободить место для сегодняшних покупок, - он терпеливо ждет, когда любимая закончит устраиваться, только после этого выезжает на дорогу и вливается в транспортный поток, - В "Икею" или "Нитори"? - дома, Усаги металась между двумя огромными сетями, не зная, какой из них отдать сегодня предпочтение.        - В "Икею", - снова пережив короткие муки выбора, отозвалась Усаги.       В торговых залах, они переходили от стенда к стенду, никуда особенно не спеша. Усаги нравилось рассматривать экспозиции, несмотря даже на то, что им не нужен был новый диван или обеденная группа, или гардеробная система. Хотя, возможно, Мамору не отказался бы от нового книжного стеллажа. Побольше. Прежний начинает угрожающе скрипеть, стоит хозяину только подумать о приобретении новой книги.        - Смотри, симпатичный, - Усаги с удовольствием провела пальцами по светлому дереву полок стеллажа, - Мне кажется, он отлично вместит все твои книги. И ты уберешь ту высоченную стопку из спальни.        - Она тебе мешает? - Мамору уперся вытянутыми руками в ручку тележки для покупок, едва-едва, уголками губ, улыбнулся жене.        - Не мешает, - Усаги все гладит этот стеллаж, мысленно уже прикидывая, встанет ли он у стены в их гостиной. И куда девать старый. Вдвоем, они там точно не поместятся, - Просто, ты ведь сам очень любишь порядок.        - Я думал, мы решили брать все строго по списку. Не ты ли настаивала, что мы слишком много тратим на всякую ерунду, без которой вполне можно обойтись, - Мамору выразительно скосил глаза на тележку. Он был полностью уверен, что четыре набора полотенец для кухни, очередной (у них уже были два точно таких же) плед и скатерть, которой они точно не будут пользоваться - это не самое необходимое.        - Я с мамой переобщалась, - просто отмахнулась девушка, - Ну правда, мне просто хочется, чтобы у нас дома было уютно.        - Уютно, так уютно, - Мамору только плечами пожал, но его жену такой ответ точно не устраивает.        - Так, тебе нравится этот стеллаж? Купим его и я больше не возьму ничего не из списка.       “Ничего не из списка” включает в себя набор тарелок, два сервировочных блюда, набор бамбуковых трубочек для коктейлей и новую кастрюлю. И снова, Мамору совсем не уверен в том, что им все это нужно. Зато, абсолютно уверена Усаги. Как уверена и в том, что им совершенно необходимо зайти в отдел с детскими игрушками. И Чиба точно знает, к какой игрушке направится его ненаглядная.       Эта мягкая акула - предмет давней и преданной любви Усаги. Она мнет и тискает эту Блохэй каждый раз, как они здесь оказываются. Каждый раз, Мамору предлагает купить эту игрушку. Раз уж так сильно нравится. И каждый раз, она густо краснеет и бормочет что-то о том, что давно уже не ребенок. Акула тут же возвращается в корзину к своим плюшевым собратьям, а Усаги спешно уходит из отдела, пару раз оглядываясь. Все же, акула очень ей нравится.       В этот раз, Мамору намерен сломать эту неправильную традицию. По его мнению, раз Усаги неровно дышит к этой игрушке, игрушка должна быть у них дома. И точка. Опередив жену, он первым приблизился к корзине, выхватил за плавник первую попавшуюся под руку игрушку и положил в их тележку. Обернулся к немного опешившей жене.        - Идем. Я проголодался. Было бы отлично хотя бы кофе выпить, - он первым направляется к выходу к кассам. Обсуждать покупку акулы он не намерен. Смешно, но эту игрушку он считает единственным на самом деле нужным приобретением сегодня. Хотя, Усаги точно права. Его книгам слишком тесно на старом стеллаже.       Усаги трепетно прижимает к себе купленную игрушку, когда они пьют кофе, когда едут домой, когда поднимаются в лифте на свой этаж. Мамору нравится видеть ее глаза, наполненные счастливым блеском. Он, действительно был прав. Акула должна быть у них дома.       Игрушка оказывается чертовски полезной. Усаги обнимает ее по ночам, когда у Мамору ночная смена. Чертовски удобно подложить ее под ноги, когда вдвоем смотрят фильм. Через два года, когда Усаги ждет первенца, оказывается что дремать на диване, пристроив вместо подушки для беременных эту игрушку - лучшее, для чего ее можно использовать.       Со временем, игрушка меняет хозяйку. Уже не Усаги, а маленькая папина копия засыпает на полу, крепко обняв серый мягкий бок. Чибиуса не отличается деликатным обращением с так дорогой сердцу мамы акулой. Мягкий материал, из которого сшита морская хищница, частенько бывает покрыт пятнами сока, разрисован фломастерами или измазан пластилином. Минимум несколько вечеров в неделю молодая мать проводит, оттирая и очищая свою верную боевую подругу.        - Прости, дорогая, кажется, я уже ничего не смогу с этим поделать, - Усаги огорченно смотрит на зареванную дочку. Несколько минут назад, в азарте веселой игры, младшая Чиба вырвала всеобщей любимице фетровые зубы.        - Мамочка, почини, - детская губенка дрожит, глаза снова на мокром месте. Усаги, правда, очень-очень жаль. Обеим Усаги. Маленькой, потому что испортила любимую игрушку. Взрослой - потому, что она ничем не может помочь. Шить так и не научилась. Ее потолок - пришить пуговицу. Единственное, что она может - пообещать купить новую акулу. Точно такую же. Но новая дочке и даром не нужна. Детские слезы снова обрушиваются градом немых укоров на молодую мать, которая, вдруг, снова чувствует себя неумехой.       Мамору вернулся домой, когда дочка уже спокойна. Усаги заблаговременно, как только Малышка отвлеклась, убрала пострадавшую игрушку подальше в шкаф. Знала, что выбросить рука ни в коем случае не поднимется. Но лишний раз напоминать о случившемся считающей себя очень виноватой маленькой девочке точно не стоит.       Усаги уже почти надеялась, что кризис окончательно миновал. Дочь занялась рисованием. И на ее рисунках - к счастью - не акула. Но, стоит Мамору переступить порог квартиры, дочь снова заливается жалобным плачем, бросается к нему через квартиру, да еще и падает в придачу, зацепившись маленькой ножкой за край ковра. Но беспокоит малютку совсем не падение. Она быстро снова оказывается на ногах и бросается отцу в объятия.        - Я Лулу сломала! - рыдает девочка в отцовское плечо, а Мамору недоуменно смотрит на жену, одновременно поглаживая крохотную спинку и плечики.        - Играла, - Усаги прямо там, в коридоре, опустилась на колени рядом со своими самыми любимыми людьми. Мягко прижала ладонь к затылку дочки, и - подавшись вперед - ласково поцеловала девочку, - Дернула за зубы, все и оторвались. Лулу уже не молода, к сожалению. Ей многое пришлось пережить.        - Зубы сохранились? - Мамору мягко отстранил дочку, ласково поцеловал ее в кончик аккуратного носика, - Починим мы твою Лулу, не переживай.        - Думаешь, можно починить? - с сомнением спрашивает Усаги, принеся мужу из шкафа испорченную игрушку. По ее мнению, здесь все безнадежно.        - Не думаю, что это намного сложнее, чем восстановить сосуды в расплющенной руке, - Мамору берется за дело обстоятельно, долго примеряется. Хочется, чтобы Лулу после починки выглядела не хуже, чем до получения “травм”. Наконец, приступает к стежкам. А закончив шить, серьезно командует дочери, - Сестра, ножницы.       Девочка заливается счастливым смехом и торопится принести папе безопасные ножницы со своего столика для поделок.        - Ну вот… - Мамору довольно осмотрел свою работу, протянул акулу дочке, - Ей нужно немного отдохнуть. И больше не дергай так сильно. Хорошо?       Уже почти ночью, прежде чем самой отправиться в постель, Усаги заглянула в комнату дочери. Чибиуса лежит, раскинувшись на кроватке звездочкой. Маленькая ножка с трогательными пальчиками вольготно покоится на спине верной Лулу. Девочка улыбается во сне и мама улыбается, глядя на нее. Усаги осторожно, чтобы не потревожить драгоценный сон ребенка, вытащила из-под дочери одеяло. Укрыла девочку. Любовно пригладила растрепавшуюся во сне челку и поцеловала чуть округлую щечку. А потом, вдруг - погладила мягкую морду игрушечной акулы.        - Ты прости уж. Непросто быть любимой игрушкой маленькой девочки. Но ты отлично справляешься, - молодая женщина мягко улыбнулась и, постояв еще минутку, вышла из детской. В собственной спальне, с удовольствием вытянулась на постели, улыбнулась мужу, - Я с этой акулой более бережно обращалась.        - Это уж точно, - Мамору усмехнулся, отложил в сторону медицинский журнал. Статью в нем можно прочесть и завтра, а минуты наедине с женой после рождения через чур деятельной дочурки стали еще более драгоценными и желанными.