Оплачено сполна

Сердцебиение Вэй Усяня отсчитывало каждую секунду окончания ужина, который приближал миг его «свободы». Лань Ванцзи отпросился досрочно, потому что ему нужно было переодеться, Сун Лань откланялся за ним, и Усянь просеменил следом, бросив напоследок взгляды на мать и Вэнь Цин. Конечно же, он даже не посмотрел в сторону Цзян Чэна, который сверлил его взглядом, но всё, что оставалось принцу Юньмэна, это лишь с силой сжимать чарку в руке. Вэй Ин шел прямо за Лань Чжанем, то и дело поднимая глаза на его широкую спину. Он внезапно поймал себя на мысли, как скучал по этой спине – просто смотреть на нее было дорогим удовольствием, не говоря уже о том, чтобы позволить себе прикоснуться – невиданная роскошь! Вэй Усянь аж сглотнул, сам от себя не ожидая такой реакции. Это же всего лишь спина Лань Ванцзи… Спина, вид которой сводил с ума. Усянь резко качнул головой. Держи себя в руках, в конце концов! - Всё в порядке? – спросил Сун Лань, краем глаза заметив суетливость Вэй Ина. - Да… – кивнул тот, потом облизнул пересохшие губы и решил как-то оправдаться, хотя его никто не просил: – Просто Лань Чж… Молодой господин Лань пострадал из-за меня, и я теперь чувствую себя виноватым. - Глупости, – через плечо кинул ему Лань Ванцзи. – Если бы я этого не сделал, пострадал бы кто-то другой, и тогда тебя бы наказали гораздо более сурово. К тому же, вино не было настолько горячим. - Но всё равно! – заупрямился Вэй Усянь. - Если действительно испытываешь чувство вины, нанесешь мне лекарство, и мы будем в расчете, – заявил Ванцзи абсолютно спокойной интонацией, даже не повернув головы, но его слова заставили Усяня вздрогнуть. Нанести лекарство? Прямо на плечо Лань Чжаня? Значит, фактически он все-таки прикоснется к его спине? Как милостиво с его стороны! О большем Вэй Ин даже мечтать не смел. Он попытался скрыть дурашливую улыбку, которая так и норовила проскользнуть на лице, и все-таки спрятать радость от предвкушения особо не удалось – Сун Лань чувствовал себя третьим лишним рядом с этими двоими, между которыми явно что-то происходило, название чему помощник предпочитал тактично не называть даже у себя в голове. Когда они дошли до отведенного им павильона, Сун Лань попрощался первым: - Я пойду в свою комнату. Если что-то понадобится… – Он глянул сначала на Лань Ванцзи, потом на Вэй Усяня. – Вероятно, ничего не понадобится, но если что – зовите. Ванцзи кивнул, потом обернулся к Усяню: - А ты пойдешь со мной. Вэй Ин только и выдавил из себя короткое нечленораздельное: угу. Ему хотелось удариться головой об стену, потому что он переставал себя контролировать в присутствии Лань Чжаня и начинал вести себя странно как дурачок, и главное, что ничего не мог с этим поделать. Когда это случилось? Ведь раньше такого не было! Но стоило им воссоединиться после долгой разлуки… как он ощущал себя как сам не свой с постоянным волнением, заставляющим сердце взволнованно подскакивать от каждого обращения Лань Чжаня. Они прошли в покои Лань Ванцзи. Все павильоны и помещения в Безночном городе, конечно же, были выдержаны в красных оттенках, от темного до более светлых, насыщенных и бледных, дорого-богато, как и полагалось могущественной династии. - У тебя тут… просторно, – слабо улыбнулся Вэй Усянь, осматриваясь. – Моя комната не такая огромная, хотя не то, что я жалуюсь, ха-ха. Честно говоря, у меня уже глаз дергается от обилия красного. Скучаю по Облачным Глубинам… Он внезапно осекся и замолчал. Ванцзи ничего не говорил. В этот момент в двери постучали. - Это господин Сун Лань? – предположил Усянь и направился открыть. За дверями стояла служанка с подносом. - По приказу вана я принесла целебные снадобья и мази, – доложила она. – Позвольте мне позаботиться о ране молодого господина Ланя. - В этом нет необходимости, – покачал головой Лань Ванцзи. – Оставь это. Тут есть тот, кто обо мне позаботится. Служанка спорить не стала и передала поднос Вэй Усяню. Усянь непроизвольно вздрогнул на слова Лань Чжаня. У него есть тот, кто о нем позаботится… И с каких пор Вэй Ин так остро начал реагировать на всё, что тот говорил?! Как утихомирить свое шальное сердце?! За то короткое время, пока Вэй Усянь взял поднос и закрыл двери за служанкой, а потом обернулся, чтобы вернуться к Лань Ванцзи, тот уже начал снимать с себя верхние одежды. Усянь аж поднос из рук чуть не выронил: пальцы предательски задрожали, дыхание сперло, и он нервно сглотнул. Когда Вэй Ин в последний раз видел Лань Чжаня без верхних одежд?.. Так давно, что уже не помнил. Но тогда… ощущения были другими. А теперь… тело непроизвольно бросило в легкий жар. - В чем дело? – спросил Лань Ванцзи так, будто его раздевание не должно было смущать от слова совсем. – Или ты передумал и не собираешься мне помочь обработать плечо? Вэй Усяню пришлось мотнуть головой и попытаться взять себя в руки, хотя получалось у него это не очень. - Нет-нет, я вовсе не собирался отлынивать… – возразил он и подошел с подносом ближе. Лань Ванцзи оголился по пояс. Усянь заметил на его груди какую-то отметину, но не успел разглядеть – Ванцзи сел к нему спиной. Вэй Усянь лихорадочно пытался понять, что в нем изменилось. Он стал еще более накачанным или таким и был? Казалось, что прибавилось свежих шрамов. Вероятно, после стычек с варварами… И кожа загорела! Усянь закусил губу, коря себя за то, что не помнил тело Ванцзи более подробно. Только шрамы на спине, более старые и бледные, остались такими, какими он их запомнил. Плечо Лань Чжаня было немного покрасневшим, но не сильно. Вэй Ин какое-то время просто рассматривал его тело, жадно впитывая каждую деталь. Он должен был запомнить каждую черточку, чтобы даже с закрытыми глазами смог нарисовать по памяти! Чтобы… больше не прибавлялось новых шрамов, а старые поскорее выцвели. Лань Ванцзи чуть повернул голову. - Чего ты ждешь? Вэй Усянь снова сглотнул. Чего он ждал? Он пытался собраться со своими мыслями! Что именно сейчас… сможет прикоснуться к его коже. Для этого нужно было морально подготовиться. Усянь глубоко вдохнул, присел с подносом за его спиной и взял в руки первую попавшуюся баночку с мазью, чуть нанес на подрагивающие пальцы, а потом поднес к плечу Ванцзи. Его кожа слегка обожгла, и в голову мгновенно полезли всякие посторонние мысли. Вэй Ину хотелось не просто обработать покраснение, он желал прижаться щекой к спине и крепко обнять Лань Чжаня за талию. Но ведь… он не мог себе этого позволить, не правда ли? Ванцзи его не поймет… или поймет? Нет, будет неловко. Это всё усложнит! Или не усложнит?.. Всё стало каким-то запутанным и сложным! Пока Вэй Усянь очень медленно водил пальцами кругами по плечу Лань Ванцзи, то и дело думал о разном: с самого начала у него был только Лань Чжань. Вэй Ин не знал никого, кроме Лань Чжаня, да и не хотел знать. Всё то, что он хранил к нему в своей душе, что сейчас волной вздыбилось с глубин его сердца и встрепенуло всё существо, дало осознание, что его всегда тянуло только к своему вану, только к своему королю. Ни к кому больше – ни к женщине, ни к другому мужчине. Но… заслуживал ли Вэй Усянь этого? Можно ли было хотя бы мысль допустить, что Лань Ванцзи мог испытывать то же самое? Усянь долго раздумывал, с чего ему следует заговорить и, мучаясь от неопределенности, потаенных страхов и смущения, набрался смелости подать голос: - Лань Чжань… Есть что-то, о чем я давно хотел спросить тебя. - О чем? – Плечи Ванцзи едва заметно дрогнули под пальцами Вэй Усяня. - Шрамы на твоей спине… – чуть погодя, словно сомневался, сказал Усянь. – Они были на тебе со времен Гусу. Раньше я не осмеливался задать вопрос, откуда они… Теперь ты можешь мне рассказать? Тебя наказали? Лань Чжань пару секунд помолчал, обдумывая ответ, потом покачал головой. - Никто из посторонних меня не наказывал. Я сам… нанес их себе. Вэй Усянь прерывисто выдохнул. Он догадывался, но так хотелось получить подтверждение из уст Лань Ванцзи! - Но почему? Это… – Усянь сделал паузу, опустив глаза, а потом все-таки тихо договорил: – из-за меня? - Из-за того, что я потерял тебя тогда в детстве и не смог найти… – кивнул Ванцзи. – Я сам выбрал себе такое наказание. - О… – протянул Вэй Ин, едва осознавая этот факт. Так значит еще с тех времен… Он и подумать не мог, что его безумная догадка подтвердится! Это всколыхнуло всё внутри. Потом вспомнил об отметке, которую заметил на груди Лань Чжаня. – А та метка, что теперь у тебя спереди? Она откуда взялась? - Я получил тавро в качестве наказания в степях. - Что?! – возмутился Вэй Усянь. – Псы из Вэней посмели поставить на тебе клеймо?! - Что было, то прошло, уже неважно, – отмахнулся Лань Ванцзи. - Как неважно?! Как они только посмели испортить твое тело!.. Вэй Ина захлестнул праведный гнев. Голова взрывалась от новой информации, а сердце выпрыгивало из груди. Лань Чжань наказал себя из-за него! Да еще столькому натерпелся в степях! И нес это бремя всё это время… Вэй Усяню теперь нестерпимо захотелось прикоснуться губами к каждому шраму и зацеловать его, как будто бы этим действием он мог перенять всю пережитую Лань Ванцзи боль на себя. - Лань Чжань… – позвал Усянь. Держать в себе то, что с каждым ударом сердца возрастало в размерах, из-за чего казалось, что грудь скоро лопнет, стало невыносимо. – Ты… Твои плечи слишком напряжены. Попробуй их расслабить. Произнеся это, Вэй Ин прикусил язык и на пару секунд резко зажмурился. Снова ляпнул какую-то ерунду, вместо того чтобы заговорить о том, что уже давно вертелось на языке, из-за чего всё внутри ходило ходуном и переворачивалось! - Не могу, – хрипло отозвался Лань Чжань. Его ответ поставил Вэй Усяня в легкое замешательство. - Что такое? – встревоженно спросил он. – Я сделал тебе больно? Извини, я постараюсь проводить пальцами полегче… - Это не из-за плеча. - А из-за чего? На несколько мгновений наступила напряженная пауза. Сердцебиение Усяня снова участилось. Он сделал что-то не так? - Из-за тебя, – наконец-то выдохнул Ванцзи. Вэй Ин не успел обдумать его слова, потому что Лань Чжань повернулся к нему и перехватил за запястье ту руку, которой тот мазал ему плечо. Вэй Усянь задержал дыхание, а сердце пустилось в пляс настолько, что его удары пульсировали в барабанной перепонке. - Вэй Ин… – произнес Лань Ванцзи низким голосом, так, словно внутри вел какую-то борьбу, и с такой надломленной интонацией, что заставляло сердце Усяня нещадно щемить. Глаза Ванцзи казались словно затуманены поволокой, из-за чего Вэй Ин растерял всякую способность соображать и говорить. – Посмотри на меня. Вэй Усянь смотрел, и с каждой секундой ему казалось, что всё происходящее похоже на сон, иначе как объяснить этот горящий взгляд Лань Ванцзи, устремленный на него, из-за чего невольно вспыхивали не только щеки, но и что-то другое внутри?.. Лань Чжань притянул ладонь Вэй Ина к своей груди, где под кожей бешено пульсировало сердцебиение. - Из-за тебя… уже очень давно… я не могу контролировать свое сердце, – признался Лань Ванцзи. Его лицо, раньше бледное, а теперь чуть загоревшее, выглядело абсолютно серьезным, а смущение выдавали лишь порозовевшие уши. – Не было ни дня, чтобы я не думал о тебе в степях… и теперь, когда мы снова встретились, мне очень тяжело сдерживать себя рядом с тобой. Вэй Усяню подумалось, что он расслышал ошибочно, а если даже расслышал правильно, то всё это происходило лишь в его воображении, даже биение сердца Ванцзи прямо под его пальцами. - Я знаю, что по заветам Гусу это неправильно… – продолжил Лань Чжань. – Но ничего не могу поделать со своими чувствами. Я пойму, если ты не испытываешь того же, и не хочу, чтобы ты чувствовал какое-то давление. Просто… я больше не мог молчать. У Усяня перехватило дыхание, кровь загрохотала в ушах, и он нервно облизал пересохшие губы, пребывая в самозабвенном замешательстве. - Ты спросил меня про мои шрамы… А теперь могу ли я задать тебе вопрос? – спросил Лань Ванцзи; в тоне его голоса сквозила тень неуверенности. Вэй Усянь кивнул. - Что ты обо мне думаешь? - Я… восхищаюсь тобой, – почти не думая выпалил Усянь первое, что крутилось у него в голове. Он не успел сформулировать всё, что думал о нем, потому что события происходили столь стремительно, а он еще толком не успел осознать признание! - Не как о своем прошлом господине или прошлом правителе… а как о мужчине, – уточнил свой вопрос Лань Чжань. – Или… тебе нравятся только девушки? Я слышал, что в Цишань Вэнь более свободолюбивые взгляды, и в степях сам стал этому свидетелем. Ты тоже живешь здесь довольно давно… Поменялось ли что-то в твоем мировоззрении с тех пор? У Вэй Ина чуть не закружилась голова. Поменялось, ох, как поменялось! Он многое для себя осознал и всё никак не мог упорядочить в голове, что его чувства оказались взаимны. - Если я скажу, что мне нравятся только девушки, ты оставишь меня в Цишане? – осторожно поинтересовался Вэй Усянь. Этот вопрос заставил Лань Ванцзи напрячься и помрачнеть, но он проглотил внутреннее негодование и, стараясь следовать своей способности выглядеть и разговаривать непоколебимо, какая бы буря ни бушевала внутри, сдержанно произнес: - Я никогда не оставлю тебя здесь, если ты сам этого не захочешь. - И, несмотря на это, всё равно заберешь с собой? - Заберу. Только скажи. - Даже если я захочу вернуться в Гусу с девушкой? Ванцзи глубоко вдохнул. Он, конечно, морально готовил себя к тому, что его чувства окажутся безответными, но на такие вопросы от Усяня даже его терпения перестало хватать! - Вэй Ин, – гробовым голосом проговорил Лань Чжань. – Ты нашел здесь девушку? И хочешь взять ее с собой? - Просто ответь на вопрос. Лань Ванцзи потребовалось несколько секунд на обдумывание, затем он низко произнес: - Если это сделает тебя счастливым. Его ответ заставил сердце Вэй Усяня болезненно сжаться от переполняющего счастья. - Я правда… настолько нравлюсь тебе? Что ты даже готов смириться, если я буду с женщиной? – ошеломленно спросил он. - Мои чувства – только мои чувства, – сухо ответил Ванцзи. – Я не хотел их больше скрывать, и ты не обязан на них отвечать. А теперь скажи, что это за девушка. Хотя говорил он обычным тоном, но блеск в его глазах угас, и он начал походить на обиженного медведя, хотя и старался всеми силами выглядеть как достойный муж, принявший поражение. Наблюдая за ним со стороны, Усянь больше не мог сдержать смех. - В чем дело? – нахмурился Лань Чжань. – Над чем ты смеешься? - Нет никакой девушки, я просто хотел знать, насколько сильно тебе нравлюсь, – наконец-то признался Вэй Ин. – По правде говоря… я тоже уже очень давно испытываю к тебе то же самое, просто не знал, как об этом рассказать, и боялся, что ты отвергнешь меня. Лань Ванцзи замер, не сразу сообразив, что этот негодник провел его. Между тем Вэй Усянь продолжил: - Я уже говорил, что восхищаюсь тобой, ты для меня с самого детства словно небожитель, до которого я, как бы ни стремился, никогда бы не смог дотянуться, никогда бы не посмел возжелать… Я не знаю, когда это началось. Знаю только, что ни к кому не чувствую того же, что и к тебе. Я знаю, что мы разные. Я как маленькая свеча, а ты как солнце, я как муравей на земле, а ты как прекрасная бабочка, я как… - Вэй Ин. Хватит глупостей. Усянь хотел было возмутиться: «Я еще недоговорил!», как в следующее мгновение его накрыло чужим дыханием, и губы опалило прикосновение чужих губ. Единственный поцелуй, который между ними был, когда Вэй Усянь давал Лань Ванцзи противоядие, а тот был без сознания. Теперь же они оба были в сознании, и это стало их первым настоящим поцелуем, немного неумелым, но при этом пылким. Усянь не думал, что чужие уста могут оказаться такими мягкими и такими горько-сладкими. Он видел поцелуи только на картинках и не знал, как правильно отвечать, но инстинктивно сминал губы Ванцзи в ответ, и от этого в голове всё перемешалось, дыхание сбилось, где-то внизу живота заныло. - Лань Чжань… Лань Чжань… – в перерывах, чтобы глотнуть воздуха, как в бреду повторял Вэй Ин, ощущая себя пьяным как от вина. - Ммм, – мычал Лань Ванцзи ему в ответ, не в силах остановиться. Он так долго сдерживал себя! В какой-то момент Ванцзи навалился на Вэй Усяня, и тот опустился спиной на пол, чувствуя вес тела своего возлюбленного на себе. Они жадно целовались, словно были голодны друг до друга и никак не могли утолить этот голод, пока Лань Чжань не спустился с губ Вэй Ина ниже, к шее. Руками он пытался освободить его от верхних одежд, которые мешали ему, потом ему надоело возиться на полу и, рыкнув себе под нос, Лань Ванцзи резко поднял Вэй Усяня на руки, подхватив за спину и под колени, чтобы отнести на кровать. Усянь пискнул от неожиданности и как можно крепче вцепился в Ванцзи. Между ними… сейчас произойдет то, что он видел только в развратных книжках? Как волнительно! - Лань Чжань… – протянул Вэй Ин. – Ты… позволишь этой ночью служить тебе? Произнес он это нарочито игривым тоном, словно кокетливая куртизанка, и специально состроил соблазнительную гримасу, сощурив глаза и закусив губу, из-за чего у Лань Ванцзи мгновенно вспыхнули уши еще ярче, чем до этого. - Это фраза из безнравственных книжонок, которые ты читал? – полюбопытствовал Ванцзи, делая вид, что это его не смутило и… не возбудило. - Ну, опыт у меня только по ним, должен же я теперь применить свои знания на практике? – подмигнул Вэй Ин. – Только это, Лань Чжань… Я не очень знаю, что надо делать. Я ведь… – Он замолк, застеснявшись. Лань Ванцзи уже удалось оголить Вэй Усяня до пояса, но стоило тому произнести последнюю фразу, как руки Ванцзи замерли над нижними одеждами Усяня, а на лицо упала тень какого-то внезапного осознания. - Точно. Я забыл… – прошептал себе под нос Лань Чжань. - Что? – не расслышал Вэй Ин. Лань Ванцзи резко отстранился от Вэй Усяня. - Я поспешил, извини… Сегодня ночуй в моей комнате. Ты, должно быть, устал, а я на тебя набросился… Поговорим завтра. Усянь привстал с постели, не понимая, что происходит. - А ты? Ты не останешься? Лань Чжань, куда ты уходишь? Лань Чжань! Ванцзи быстрым шагом покинул покои, оставив Усяня одного в недоумении и замешательстве. Как он мог забыть то, о чем ему говорил Сун Лань! Вэй Ин же теперь… евнух? И ему, наверное, очень неловко говорить об этом… Сможет ли он получить удовольствие или был согласен терпеть, чтобы получил удовольствие только Лань Чжань? Нет, Лань Ванцзи не такой, он не воспользуется им только ради удовлетворения своих низменных желаний! Сун Лань, конечно, очень удивился, когда Ванцзи внезапно заявился в его комнате и объявил, что будет ночевать здесь. Неужели эти двое не успели воссоединиться, как сразу поссорились?! Лань Чжань ничего объяснять не стал, оставив Сун Ланя самому додумывать, в чем была проблема.

* * *

Вэй Усянь сначала дулся на Лань Ванцзи, который после их взаимных признаний и бурных поцелуев как будто испугался ответственности и сбежал, ничего не объяснив и оставив своего возлюбленного обиженным и неудовлетворенным, ну прямо как в одной из «безнравственных книжонок», которых сам Ванцзи презирал! Усянь пошарил по комнате Ванцзи, но не нашел ничего, кроме пары сменных одежд, любезно предоставленных дворцом, пока его взгляд не зацепился за потрепанную красную ленту. Чуть погодя он узнал ее. «Это же… моя старая лента для волос, – осенило Вэй Ина. – Лань Чжань всё это время хранил ее? Как… трогательно с его стороны». Лента пребывала в плачевном состоянии: выцвела, истончилась, и на ней в паре мест виднелись какие-то засохшие пятна… интересно, от чего, мимолетно подумал Вэй Усянь. На самом деле, это его очень тронуло. Значит… он действительно был в сердце Ланя Чжаня уже давно, и это знание грело душу, поэтому он не мог долго злиться на него. «Наверное, он не хочет, чтобы между нами произошло всё очень быстро сразу после признания… – решил для себя Усянь. – Для него подобная связь вне брака, вероятно, недопустима. С другой стороны, мы же оба мужчины и не можем пожениться как обычные пары… поэтому ему нужно время с этим свыкнуться». На утро они встретились в общей комнате-гостиной, где слуги накрыли завтрак. - Как спалось, молодой господин Вэй? – учтиво поинтересовался Сун Лань. - Спасибо, неплохо, – отозвался Вэй Усянь, про себя договорив: «Но было бы лучше, если бы кое-кто не оставил меня одного, пфф!» - Ты голоден, Вэй Ин? – спросил Лань Ванцзи. Сун Лань сделал вид, что не придает значению тому, как его бывший господин зовет Усяня по личному имени. Сам Вэй Ин на вопрос Лань Чжаня про себя подумал: «Голоден только если до тебя!», но при Сун Лане нужно было вести себя прилично, поэтому он, чуть откашлявшись, послушно кивнул: - Немного. Они сели за стол и молчаливо начали трапезничать. В какой-то момент Вэй Усянь вспомнил о ленте и достал ее из-за пазухи. - Кстати, Лань Чж… Молодой господин Лань, я нашел это у тебя в комнате, ты до сих пор хранишь ее? Но она такая потрепанная и грязная! Посмотри, на ней даже какие-то пятна… Ванцзи закашлялся и поспешил вырвать ленту из рук Усяня, чтобы торопливо спрятать ее подальше от чужих глаз. - Разве тебе не говорили, что брать чужие вещи без разрешения нехорошо? – пробормотал он с порозовевшими ушами. - О? – Вэй Ин приподнял одну бровь и усмехнулся. – О каких чужих вещах ты говоришь, если раньше это была моя лента? Мне, конечно, не жалко, а чего ты так напрягся? - Ешь молча, – отрезал Лань Чжань. - Это же всего лишь лента, – фыркнул Вэй Усянь. – Зачем так из-за нее переживать… Ты так не считаешь, господин Сун Лань? - Ээ… – Сун Лань не знал, куда себя девать и лихорадочно искал смену темы. – Кстати, я слышал от прислуги, что сегодня в Безночном городе будут проходить гуляния в честь праздника фонарей. Может быть, молодой господин Вэй захочет присоединиться к празднованию? - Я могу выйти за пределы дворца? – удивился Усянь. - Ван Цишаня сказал, что наши передвижения не ограничены только дворцом, – кивнул Сун Лань. – Хотя, конечно, тебя одного могут не выпустить… Лучше тебе быть вместе с молодым господин Ланем. Вэй Ин перевел восторженный взгляд на Лань Чжаня. Даже не произнося вслух, всем своим видом он излучал вопрос: «Мы пойдем вместе?» Еще мгновение назад суровое лицо Лань Ванцзи постепенно смягчилось. - Если ты хочешь, – спокойным тоном сказал Ванцзи. Когда он видел такого Вэй Усяня… отказать ему было невозможно. - Очень хочу! – закивал Усянь. – С тех пор, как я здесь, я ни разу не покидал этот чертовый дворец! Ура, наконец-то глоток свободы! - Ну, это, конечно, не означает, что мы можем насовсем покинуть Цишань Вэнь… – протянул Сун Лань. – Но, думаю, скоро мы отпросимся у вана назад в Гусу. Что думаешь, молодой господин Лань? - Я спрошу его, что он хочет взамен, – кивнул Лань Чжань. - Ты и так избавил его от головной боли в степях, что он может еще затребовать? – фыркнул Сун Лань. Увы, никто не знал, что в голове у Вэнь Жоханя, но этот вопрос решили оставить на позднее. - А ты не хочешь присоединиться к нам на празднике, господин Сун Лань? – поинтересовался Вэй Усянь. Сун Лань увидел прожигающий насквозь взгляд Лань Ванцзи, поэтому поспешил покачать головой. - Спасибо, нет. Я не любитель праздников… Лучше лягу спать пораньше. Усянь покивал головой и настаивать не стал. - Пойдем, – обратился к нему Лань Ванцзи. Охрана была проинформирована, что принц Гусу мог покидать пределы дворца, поэтому их выпустили без проблем. Вэй Ин пребывал в дичайшем восторге. Всё это время он работал и пытался выжить среди многочисленных интриг – ни одного беззаботного денечка, как раньше! Теперь же его накрыла волна приятной ностальгии. - Ты что-нибудь хочешь, Вэй Ин? – спросил Лань Ванцзи, наблюдая за детской непосредственностью в глазах возлюбленного. – Я куплю тебе это. - Даже если я захочу всё-всё-всё? – сощурился Вэй Усянь. - Ну, не прям всё-всё-всё, – уголки губ Ванцзи слегка приподнялись, – по крайней мере, не сейчас. Чуть позже, когда я смогу привести свои дела в порядок. - Это ты так пытаешься извиниться за вчерашнее? За то, что вероломно бросил меня одного? - Я… Лань Чжань действительно не знал, как это объяснить. На самом деле, он не хотел «вероломно» воспользоваться уязвимым положением Вэй Ина, хотя ему очень хотелось наконец-то перешагнуть ту черту и соединиться с ним телами… Но как деликатно поднять эту тему? - Ладно, забудь, – отмахнулся Вэй Усянь. – Сегодня у меня хорошее настроение, мы будем целый день гулять! Они бродили по городу, перекусывали дешевой уличной едой, и это стало самым счастливым временем, проведенным в землях Цишаня для Усяня. Он наслаждался и ребячился, а Ванцзи молчаливо позволял ему делать всё, что тому захочется, и в этом кроилась какая-то особая идиллия. Медленно подкрадывался вечер, окрашивая крыши в мягкое золото последних лучей солнца. С наступлением сумерек начали вспыхивать тысячи фонарей – от самых обычных до формы лотосов, журавлей, рыб и других. Они покачивались под карнизами домов, отражались в темной глади каналов и плыли над людскими головами, словно звезды, спустившиеся на землю. Между рядами лавок разносился аромат паровых булочек, танхулу, жареных каштанов, специй и благовоний. Дети со смехом петляли мимо взрослых с бумажными фонариками в руках, из чайных домов доносились мелодии музыкальных инструментов, а где-то вдалеке под мерный бой барабанов извивался длинный дракон, сотканный из алого шелка и огней. Среди этой праздничной суеты лица Лань Ванцзи и Вэй Усяня то озарялись теплым светом, то вновь скрывались в мягких вечерних тенях. Вокруг них люди останавливались на мостиках или открытых площадях, закрывали глаза и, крепко сжимая в ладонях бумажные фонари, шепотом доверяли ночному небу свои самые сокровенные желания. Затем отпускали их ввысь, и десятки огоньков медленно поднимались над городом, сливаясь с настоящей звездной россыпью. На короткое мгновение казалось, будто весь мир замер. Не было ни войн, ни дворцовых интриг, ни каких-либо ожиданий – только подрагивающий свет от фонарей, прохладный весенний ветер и ощущение, что этой ночью любое желание может исполниться. Ванцзи и Усянь остановились на одном из отдаленных мостиков, чтобы со стороны понаблюдать за огоньками, улетающими ввысь. - Лань Чжань, – первым заговорил Вэй Ин и задал неожиданный вопрос: – когда я тебе начал нравиться? - Я не знаю, – ответил Лань Ванцзи с почти незаметной растерянностью в голосе. Вэй Усянь повернулся к перилам спиной и облокотился на них, чтобы смотреть любимому в лицо. - Как ты думаешь, я тебе первым понравился или ты мне? – снова спросил он. - Я не знаю, – так же ответил Ванцзи. - Мне все-таки кажется, что ты понравился мне раньше! – дразняще улыбаясь, заявил Усянь. - Это важно? – спокойно спросил Лань Чжань. - Нет, сейчас уже неважно, – покачал головой Вэй Ин. – Просто… я очень счастлив. А ты? - Я тоже. - Тогда… почему ты вчера ушел от меня? - Я не хотел… - Не хотел и все-таки ушел? Лань Ванцзи выдержал паузу, а потом пояснил: - Я слышал, что ты прислуживал наложнице принца Юньмэна. - Да, а что такое? - И что… женщинам во дворце могут прислуживать только евнухи. Поэтому я подумал, что тебе, вероятно, могло быть вчера некомфортно… - Некомфортно? Из-за чего? Вэй Усянь недоуменно заморгал, потом что-то понял и рассмеялся. - Ах, это! Ты подумал, что я стал настоящим евнухом и больше не могу получать удовольствие как мужчина в делах любовных? - Мгм. - Ты можешь об этом не переживать. На самом деле… мне удалось избежать этой участи, но никто во дворце не должен об этом знать. - Что? – настала очередь Ванцзи недоуменно приподнять бровь. - Говорю: я здоровый мужчина! – Усянь для убедительности постучал себя кулаком в грудь. – Ох, Лань Чжань, ты мог бы и вчера сказать, что тебя смущает, а не держать меня в неведении целый день! Я подумал, что я тебе нежеланен… - Желанен, – возразил Лань Ванцзи, посмотрев томным взглядом на Вэй Усяня. – Очень… желанен. Усянь сглотнул, испытывав истому. - Тогда сегодня… ты останешься со мной? – робко спросил он. - По правилам Гусу… – начал было Ванцзи, но его бесцеремонно перебили: - Ой, Лань Чжань, мы давно не в Гусу! Ты что же, даже сейчас будешь следовать этим пресловутым правилам несмотря на то, что мы раскрыли сердца друг перед другом? - Только одному: чарка вина и три поклона, после чего мы разделим одну постель. Говори сразу согласен или нет. Вэй Усянь моргнул пару раз, переваривая это неожиданное заявление, всё ли он правильно понял. - Чарка вина и три поклона? – переспросил Усянь. – Лань Чжань, это же… без благословения старших и даже несмотря на то, что мы оба мужчины? Лань Ванцзи кивнул. Всем своим видом он выглядел так, что не шутил. - Так ты согласен или нет? Вэй Усянь помедлил мгновение. Ванцзи не хотел просто провести ночь как какие-то любовники, он хотел, чтобы всё было по правилам, как у официальных супругов! У Усяня защемило в груди. - Конечно, согласен, призраки меня раздери! – выпалил Вэй Ин и бросился Лань Чжаню на шею.