Два Доктора

Все пошло как-то совсем не так, как Сереже уже успело во всех красках нарисовать его живое, богатое воображение. А что еще он должен был подумать после того рукопожатия и тех слов в казино? Может, конечно, надумал и лишнего, и наверняка, но когда тот, кто ужасно нравится, чтобы не сказать – когда тот, в кого ты успел отчаянно влюбиться, приходит к тебе глубокой ночью, о чем прикажете думать еще, что это сугубо деловой визит по работе?! А потом громом среди ясного неба грянул настоящий кошмар. Сережа мог только твердить себе, как заведенный, что продолжает спать дальше, что ничего этого нет, потому что быть такого не может! Он – Чумной Доктор?! Нет, тысячу раз нет! - Спрячь, как следует, не разбрасывай больше где попало, а лучше уничтожь. – в конце долгого, убийственного монолога, доходящего до смятенного сознания в лучшем случае на четверть, протянул детскую тетрадку с его рисунками Игорь. И в точности так же, как Сергей не сразу решился пожать ему в ответ руку, теперь он никак не мог себя заставить сделать то, что делать следовало молниеносно, пока на его счастье внезапно ополоумевший представитель закона не передумал. Он просто… не мог поверить… - Мне угадай с трех раз, насколько интересно, как тебе удалось проделать все эти хакерские штучки и кого пустить по миру, а кого отправить за решетку до конца жизни, но даже спрашивать не буду. Все равно не пойму не фига – это во-вторых, а во-первых не хочу знать ни в коем случае, хотя меня и уволили. - Но я ничего не делал! – наконец вернулся к глубоко потрясенному Разумовскому голос, пропавший заодно с даром речи, только что казалось, навсегда. К злосчастной тетрадке он так и не притронулся. - Вот! Правильно. Так всем и говори, если не да бог что. – буквально силой впихнул ему тетрадь в руки Игорь и ободряюще положил ладонь на плечо, крепко и горячо сжал. – Ты меня не выдал, теперь моя очередь тебя прикрыть. Все в порядке. Не бойся. - Это не я! – севшим голосом, придушенно все равно возразил Сережа, зная заранее, что ему не поверят, но это вдруг стало так неважно по сравнению с теплом руки Игоря на его теле, от чего его затрясло, будто в ознобе, что было тем принято за дрожь страха. Несказанное везение. - Понимаю... – негромко протянул майор Гром, глядя ему прямо в глаза, и Сергея точно током тряхнуло, от ужаса, при мысли, что тому стало ясно, как сильно он его хочет. – Я надеялся, мне не придется этого говорить. «Я не гей. Сейчас он это скажет и… и все…». – Сережа прикрыл глаза, как маленький при столкновении с кем-то невыносимо страшным, не в силах вынести следующего удара лицом к лицу, спрятавшись от всего в глубине себя. - Я бы сам прибил Гречкина, если бы мог. – совсем тихо закончил Игорь, склоняясь почти к самому его лицу, шепча прямо на ухо. – Это все, что мне можно сказать. Не выдашь? - Не выдам… - одними губами шепнул Сережа Разумовский, широко распахивая глаза и, словно во сне, зачаровано глядя на собственное крошечное отражение в глазах сидящего напротив мужчины, в теплом и добром взгляде которого не отражалось ничего, кроме огромного к нему душевного расположения. Которого его до смерти захотелось поцеловать сию же минуту, а остальное все, да гори оно огнем! Черт… на счет огня, как раз… так он что, действительно Чумной Доктор?! - Лады. – радостно хлопнул ладонями по коленям и поднялся на ноги Игорь, широко и добросердечно ему улыбаясь. – Вот и договорились. Что ж, пойду я, пожалуй, поздно уже. «Ты заходи, если что». – чуть было на нервах не пошутил Сергей, цитируя классику отечественной мультипликации. И завис снова, при виде вновь протянутой ему раскрытой ладонью руки, от которой горячего тепла которой ему всего миг назад было так хорошо на сердце… и не только… и не столько… Он все не пожимал ему руки, проходящие секунды оборачивались часами, затем тысячелетиями, все как будто переместилось в другую плоскость, тогда как что-то надо было делать здесь. Немедленно! Чего было никак не сделать. Чего?.. «Валить и трахать». – очень вовремя напомнил голос с пижонским исконно лондонским выговором. - Я много думал, Сереж. – тем временем заговорил Игорь, даже не думающий уходить, пока руки ему не пожмут. – Я хотел тебя поймать. Сперва. Но постепенно все менялось. Знаешь, почему? Потому что ты остановился на Гречкине, не зашел дальше. Обычно так не бывает, как правило, все бывает в точности до наоборот, по нарастающей. Ты какой-то совершенно уникальный случай. Чему я лишь рад. Очень рад. «Я сплю». – твердо заявил себе Сергей, решительно поднялся, крепко сжал протянутую ему руку и с силой дернул майора на себя, заставляя нагнуться, чтобы он смог дотянуться до его губ и поцеловать, мгновенно обвив обеими руками шею. – «Это самый сладкий сон в моей жизни… Не хочу просыпаться… Не хочу! Хочу остаться здесь, с ним… Насовсем». – а потом не стало и этих мыслей, остались одни ощущения, становящиеся все более яркими и прекрасными. Ничего прекрасней с ним не было в жизни! Пока Игорь… - Если ты это потому… - задыхаясь от нахлынувшей страсти, с титаническим трудом заставил себя оторваться от него Игорь Гром, которому меньше всего хотелось, чтобы это прекрасное, сказочное рыжеволосое создание предлагало ему то, о чем он не смел мечтать, но исправно мечтал в глубочайшей тайне, как взятку за то, что он для него сделал – по велению, блин, сердца и никак иначе! - Не поэтому… - жарко выдохнул Сережа, прежде чем жадно припал его рту и мягко, но безоговорочно подтолкнул Игоря обратно к дивану, наконец-то пригодившемуся не по своему прямому, сугубо деловому назначению. *** Следующим же вечером в башне «Вместе» появилось новое спальное койко-место, поперек себя шире, как раз то, что доктор прописал, как говорится. А рядом со ставшей знаменитой маской Чумного Доктора вполне себе уютно устроилась одна небезызвестная криминальному Питеру кепка.