А может, все же чай?

      Прошло около недели после разрушения Ли Юэ. Народ все еще стоял на ушах, однако жизнь, по большей части, вернулась в привычное русло. Листовки о пропавшем человеке висели повсюду уже несколько дней, качественно напечатанные, они привлекали много внимания к себе. Большинство постояльцев гостиницы, где проживал герой, так и не поняли, что их сосед был спасителем города. Не было тех, кто пытался бы заполучить его внимание или же, наоборот – убить. Все было спокойно и умиротворенно. В ту ночь, после битвы, Итэр уснул спокойным сном на сутки, немного беспокоя этим малышку Паймон.       Среди недели даже госпожа Кэ Цин удостоила его чести и пришла проведать. Нелепые слухи о герое зачастую вызывали у девушки улыбку, а смущенный взгляд героя едва не выводил на добрый смех. Кэ Цин рассказала о спокойствии народа под защитой Цисин, практически никто не высказывал недовольства о решении адептов. — Благодаря тебе, отношения Ли Юэ и Мондштадта стали дружественнее, а политическая связь крепче. Статус рыцаря Ордо Фавониус сделал своё дело, хоть я и уверенна, что ты даже не думал об этом. — Она одарила немного высокомерным взглядом путешественника, — исполняющий магистр Джинн уже уведомлена о твоем вкладе в спокойствие жителей нашей страны. — Кэ Цин перевела взгляд на мирно играющих детей рядом и как-то по-доброму улыбнулась. Зная привычку Итэра молчать, продолжила. — В скором времени часть группировки Цисин отправится в Мондштадт, мы собираемся заключить мирный договор и договор о содружестве в случае возможных угроз, — непонимающий взгляд Паймон говорил о многом, но Кэ Цин его не заметила. — Но разве у Ли Юэ не было дружеского договора с Мондштадтом? — Малышка паря в воздухе наклонился голову на бок и сложила руки за спиной — Договор был заключён с Властелином камня, несмотря на то, что мы занимались управлением города. Следовательно, Цисин, как новому, официальному, правительству Ли Юэ придется заново налаживать контакты с другими странами. — она вздохнула. В Кэ Цин таилась надежда, что правители стран воспримут Цисин правильно, и примут дружескую позицию. Отношения со Снежной, в связи с последними событиями, были не самые лучшие, вернуть все в мирное русло будет сложно. — Делегация выдвинется в путь через три дня. Не желаешь присоединиться к нам и отправиться на родину? — Фиолетовая красавица перевела взгляд на героя, убирая улыбку с лица, возвращая более строгий тон. А ведь до сегодняшнего дня казалось, что она только так и могла общаться.       Путешественник только кивнул ей и улыбнулся. Он хотел вернуться в Мондштадт, но дела здесь все никак не отпускали его в страну ветра. — В таком случае, ожидаю тебя через три дня на рассвете у юго-западных ворот города. — Небольшой кивок на прощание, и гордая прямая спина предстала перед сидящим Итэром. — Была рада поговорить, — уверенной походкой девушка удалилась.       Следующие дни путешественник провёл выполняя все задания, что у него оставались. Иногда ему казалось, что знай народ о том кто он, глупых просьб стало бы меньше: постоянные ссылки его в другую часть страны ради особого чая, помощь с уборкой на улице. Нет, он не был высокомерен и с радостью помогал старикам и детям, но молодые, здоровые люди, посылающие его по любому поводу начали выводить из себя. Однако, иногда, в таких просьбах он лазил по крышам Ли Юэ, наслажаясь ветром в волосах. В этот день он нашел нового знакомого прямо на одной из крыш, молодой белый кот усмирил ярость путешественника своим громким мурчанием от небольшого кусочка мяса.        Паймон и Итэр, уставшие от поручений, сидели в, до этого пустой, комнате их номера. Сейчас здесь стоял небольшой стол и пара стульев, шкаф с закрытыми полками и красивый расписной ковер. По всей комнате в творческом беспорядке лежали все запасы провизии и материалов, накопленные за все время. Итэр сидел на полу и аккуратно отсортировывал вещи, пока Паймон летала над ними и помогала подавать что-либо. Несмотря на общую усталость и ночь за окном, спать не хотелось. Предвкушение скорого пути в страну ветра давало слишком много энергии обоим. Мондштадт стал их родным домом, едва ли не роднее друг друга. А оставшиеся там знакомые каждый раз вспоминались с такой теплотой, что хотелось расплакаться и вернуться. — Паймон кажется теперь мы будем разрываться между Ли Юэ и Мондштадтом, — немного грустно озвучила их мысли малышка и слабо улыбнулась. — Да, — люди в стране камня тоже стали родными и любимыми, множество новых знакомств осталось таким же теплом внутри, хотелось остаться и уехать одновременно.       Они так и не уснули. Итэр, закончив сортировку собранного добра, занялся своим мечом и наточил его, укрепив магией материалов, что добыл за этого время, потом занялся своей одеждой, все-таки после драк она испортилась. Иглы и ниток он не нашёл, но в голове возникли добрые лица его соседок по этажу. Нужные материалы нашлись там, где и ожидалось. Красавицы по соседству занимались вышивкой и были не против помочь с вещами Итэра, но не за просто так. Девушки всегда засматривались на волосы героя, поэтому без зазрения совести попросили разумную, по их мнению, плату за нужные предметы в виде разрешения сделать прическу их соседу. Не увидев в этом проблемы, Итэр просидел с ними около часа. Одна из девушек собирала его волосы, пока вторая общалась с Паймон, которая устала ждать в одиночестве и присоединилась к их полуночной компании. Девушки говорили обо всем на свете, а узнав о скором отбытии путешественника, начали помогать штопать вещи, все ещё увлеченно разговаривая. Только к утру, закончив помогать с одеждой, девушки отпустили мальчика на волю.       Едва встававшее солнце тепло встретило Итэра и сонную Паймон в их комнате. Не закрытые с вечера шторы сами будто светились золотом; приятно рассеивала свет полупрозрачная тюль*. Не решившись разрушить труд девушек, Итэр оставил готовую причёску как есть. Высокий пучок из золотых волос красовался на голове, поддерживаемый небольшими заколками, из него торчали, держащие волосы в нужном положении, прекрасные палочки, украшенные металлическими цветами и бабочками, а две пряди были подняты вперёд так, что обрамляли его лицо с двух сторон. Паймон присмотрелась к новой прическе Итэра и предложила сменить и одежду, как бы дополняя новый образ. Посчитав эту идею несуразной, путешественник долго её отвергал, но под обаянием малышки, все-таки сдался. Слетав к соседкам, Паймон быстро подобрала одежду. Топ и шарф были на скорую руку заменены на светлое ханьфу с рукавами по локоть, и длиной выше колена. Ханьфу было незапахнуто, а под ним находилась такая же светлая туника, закрывающая часть шеи. Туника опоясана широкой лентой вокруг талии и имела металлические нашивки по нижнему краю. Перчатки стали заметно короче, но из-за контраста с белым ханьфу, красиво выделяли маленькие ладони героя. Штаны заменили такими же по цвету, но более облегающими, а сапоги отправлены в одну из пустых полок в шкафу рядом. Вместо них чёрные балетки с плотной подошвой. — Ты как будто всю жизнь в Ли Юэ жил, — активно и тихо поапладировала Паймон, довольная своей работой. Итэр повернулся в сторону собранных вещей и зажмурился от яркого света за окном. — О нет! Уже рассвело, надо спешить! — опомнилась Паймон и схватила небольшую сумку с их вещами с собой, пока Итэр забрал в спешке свой меч и побежал за ней.       Кэ Цин и еще несколько явно важных людей с меллилитами уже ожидали путешественника, пока конюхи проверяли состояние подков напоследок. Кэ Цин, заметив героя, приказала выдвигаться. Паймон, вконец уставшая, легла внутри одной из повозок и уснула. — Решил сменить имидж? — спросил с доброй усмешкой Лин Фао у зевающего блондина. — Что-то вроде того… — немного смутившись отвёл он взгляд. Мало что опоздал, так еще и по глупой причине. — Тебе идет, — вновь хмыкнул Лин Фао и поправил копьё за спиной, закинул немногочисленные вещи героя в повозку с Паймон и они отправились в путь.       Два дня пути, как и предполагал Итэр, прошли вместе с дождем. Повозки надежно укрывали их от сырости и холода. Но как только закончился дождь и появилось тёплое солнце, которое радостно приветствовало своей яркостью людей, он и Паймон выбрались наружу, предпочитая пеший путь. Свежий воздух после дождя опьянял свободой, хотя для малышки все было одно: просыпался аппетит. И как в неё столько влезает? Чуть-чуть обогнав повозку и спутников команда насобирала ягод и фруктов, но набрали так много, что было решено сделать остановку и перекусить всей делегацией.       Открытая поляна с одуванчиками была прекрасна своим запахом травы, мирно журчала протекавшая мимо речка, а слабый ветер срывал семена одуванчиков, и показывая путникам их прекрасный танец. Итэр наклонился к воде помыть фруктов, как оттуда выпрыгнул гидро слайм, который будто заинтересовался в закатниках в руках путешественника. Мальчик только успел ойкнуть и потянуться к мечу, как перед ним возникла фиолетовая вспышка, а в следующую секунду появилась Кэ Цин, уничтожив врага одним ударом электричества. Она по-доброму, но высокомерно улыбнулась и помогла с фруктами.       Ближе к вечеру показалась первая статуя анемо архонта, что приветственно засияла рядом с путниками, поблизости была винокурня "Рассвет", однако сейчас её посещать было не по пути. Итэр собирал по дороге все цветы что находил, вызывая неподдельное удивление меллилитов, ведь собрав все цветы на пути, место в его карманах не закончилось.       Вот и перепутье дорог около стен Монда. Посмотрев вокруг на открытое и любимое место, Итэр вздохнул полной грудью. Он мог остаться тут, дальше Цисин дойдут и без него. Пробежав несколько метров, нырнул с головой в высокую траву и улегся на живот, не желая вставать. А спустя пару секунд сделал ленивое движение и перевернулся на спину. Солнышко все еще светило и грело лежавшего на траве парня, пока влажная трава щекотала открытые руки.       Стражники Ордо Фавониус поприветствовали гостей из Ли Юэ отдав честь от сердца. Магистр Джинн была неподалёку, но не смогла проигнорировать просьбу о помощи, поэтому сейчас помогала достать котенка с крыши дома. Она подняла белого пушистика на руки, отточенным движением рук открыла белый планер и спрыгнула, плавно приземляясь к девочке. — Спасибо! — воскликнула малышка с красными, от недавних слез, глазами. Теперь на её лице сияла веселая улыбка, а, напуганный своим приключением, котенок прижимался ближе к любимому человеку.       Джинн молчаливо кивнула и добродушно улыбнулась ей, а после поправила ворот своей рубашки и подошла к новоприбывшим гостям: — Добро пожаловать, — приложив руку к сердцу она отдала честь, — Мондштадт приветствует Вас, — Кэ Цин склонила голову в знак приветствия и Цисин вошли в город.