Воспоминания о лунной ночи

Лестница вела всё глубже, как будто совсем не собиралась заканчиваться. Благо героев сопровождали вновь появившиеся золотые сферы — они давали хоть какое-то ощущение правильности направления. Терпение Сунь Укуна, будучи от природы не особо долгим, уже подходило к концу — он убежал далеко вперёд. Перепрыгивая ступени одну за другой, Герой в конце концов добрался до небольшой круглой комнаты. Как только он ступил на территорию тайного убежища, светлячки, обитавшие здесь, поднялись к самому потолку, позволяя оценить обитель Цзинь Ю целиком. Единая стена была разделена золотыми линиями на пятнадцать частей, и каждая из них, кроме одной, была покрыта изображениями, не представляющими для Укуна никакого интереса. Он ограничился мимолётным взглядом на рисунки со скелетами, призраками, джинами, а остальные просто не попались ему на глаза за эту долю секунды. Пустая часть располагалась напротив выхода, в ней, на уровне пояса, была выемка под лежащий там свиток. Так как это было единственным, что здесь вообще находилось, Царь не раздумывая подошёл к нему и развернул. На чистой бумаге снова, повинуясь его взгляду, появлялись слова… «Путь истины всегда так долог и тернист, А в воздухе туман из тьмы давно завис. Грешной обидой полнится одна душа, И кровь — единственная, что счастье ей дала Порою, хочется весь мир перекроить Порою хочется все правила разбить И силы ищет он, не зная сам, К скольким всё это приведёт слезам Второй душе по силе всё понять, И общее их счастье стремится отыскать Костями нужно сеять почву и спешить, Чтобы судьбы виток своего конца достиг… А третий удушает сам себя, Через преграды, что для него создали, проходя Убийством жажду хочет утолить, Но своей плоти тем не изменить. Ужасным монстром обернётся вмиг И вечными страданьями окажется разбит Не важно, сколько жизней на спасенье положить Если мучения сама вселенная ему сулит Мир тот, что назван по числу семнадцать Давно готовится за правду свою драться Но если нет надежды в тех сердцах Не отыскать и смысла в их делах Есть те, кто мудрость давнюю хранил Но голоса не слышны из запрятанных могил Ошибки — то, что ярость призовёт, И совершить ещё одну настал черёд. В мир дальний явится златой герой С горы он спустится священною стрелой Из двух путей свой проложить готов Не знаю, хорош ли будет тот исход Но встретившись со всем, что далеко, Найдёт он то, что навсегда останется близко… А равновесие продолжит долгий путь, Пытаясь жизнь по-свойски развернуть И не найти конца и края тем слезам Что выплакать придётся новым мудрецам… Найти мечту, волнующую сердце Открыть прекрасной тишины златую дверцу… Не знаю, может ли хоть кто-нибудь дойти И не свернуть с правдивого пути…» — Что там? — спросила подошедшая Принцесса, но взгляд обернувшегося Укуна выдал лишь его озадаченность. Пускай большую часть пророчества ему было не под силу расшифровать, но кое-что он понял. Эта история не завершится битвой с Аароном, за ней скрывается что-то ещё… То, в чём Царь обезьян не имел никакого желания принимать участие. — Ничего. — вдруг резко ответил он, сворачивая свиток. — Этот чудак не оставил нам ни единой подсказки, я ошибся. — Чудак? — Видел во сне мудреца, — признался Укун, — и он рассказал, как попасть сюда. Я думал, что здесь найдутся ответы, но тут ничего нет! Лишь глупое пророчество! Только время теряю. Герой был в бешенстве. В Пещере Водного Занавеса остались без защиты те, кто когда-то давно взяли себе фамилию Сунь. Макака, его названный брат, стал частью сил Кровавого демона. А он тут играет в угадайку! Его переполняла злость, и он сжал кулаки. — Надоело. Силой выбью из него, чего он там хочет. Убью во второй раз, в третий, если не успокоится! — наконец процедил герой и собрался покинуть тайное жилище, но был остановлен Принцессой. — Обернись, Укун, — тихо попросила она. — Не буду я больше разгадывать загадок! Цзинь Ю не Будда, чтобы меня учить! Я с самого начала говорил тебе, что всё это не имеет смысла! Да пусть хоть вся библиотека будет завалена способами прикончить наглеца, я не собираюсь копаться в этом… — под конец он всё же снизил тон, вспомнив уроки своего давнего наставника. Принцесса же только разгоралась… Но с губ её сорвалось лишь одно слово. Холодным, как лёд с крайнего севера, голосом она произнесла: — Обернись. И за спиной своей Укун увидел уже знакомый силуэт. Тень создателя библиотеки светилась золотом, а за его полупрозрачной сущностью на пустой стене начала появляться карта двух архипелагов, в совокупности напоминающих символ Инь-Ян. На пятнадцатой стене показался мир, которому Первый мастер кружитцу дал имя Ниндзяго… Дитя двух начал наконец показало своё лицо, но запомнить его было невозможно. Очертания тут же стирались из памяти. По итогу запечатлелась лишь одна деталь — многогранность внутри глаз, для которых не определялось ни цвета, ни формы… Создавалось ощущение, что ПМК смотрит сразу на всё и в то же время ни на что. Его голос, который казался чуть звонче, чем раньше, отражался от стен древней обители, заполняя разум посетителей своей историей, которую хранил здесь множество веков…

***

«Сын Перворождённого и Перворождённой… Я родился посреди их битвы и был обречён на скитания в поисках мира. Несмотря на все усилия, в Первом Царстве мне не удалось найти его. Тогда мой путь лёг за пределы родины, в другие миры. Однако, повидав их все, я снова погрузился в отчаянье… Даже обладая силой, не создать того, чего желает необузданное сердце. Уже выбившись из сил и готовясь к встрече с рассерженными родителями, я наткнулся на стену, которая ограждала один единственный мир от всех остальных. Лишь использовав большую часть своей Золотой силы мне удалось проникнуть сюда и застрять на долгие годы… Здесь не увидел я и тени влияния Созидания, Разрушения и даже моей силы. Противоборство шло по другим законам… Инь перетекает в Ян и наоборот, тоже самое со стихиями У-син: дерево в огонь, огонь в землю, земля в металл, металл в воду, а вода в дерево. Всё включено в единый круговорот, наполненный балансом, которого я искал. Радуясь своему открытию, я постигал тайны нового мира, оставаясь чужаком для здешних Богов. Я построил эту библиотеку и жил здесь, собирая по крупицам мудрость своего наставника — единственного, кто принял меня. Я изучал его священные писания, культуру и быт простого народа. Постепенно во мне крепло желание остаться здесь навсегда… Однако, учитель раз за разом отговаривал меня. Он предсказал мне дело, которому я должен буду посвятить всю оставшуюся жизнь. Со временем его слова стали ясны как самый солнечный день… Но кое-что продолжало мучить меня — видение показало, что мои потомки утратят наследие Золотой силы — оплота баланса в мире, что я создам собственными страданием, мыслью и знанием. Это повергло меня в уныние. Когда я рассказал учителю, он привёл меня к Горе Пяти Стихий, под которой когда-то заточил Великого мудреца, равного небу. «Видишь это существо? Оно похоже на тебя — действует против всякого порядка, ведомое лишь своим безрассудством. Не мало бед оно принесло Небесным чертогам, за что и было заточено в металлический ящик. Но однажды оно снова будет ходить по земле, станет героем. Как ты привнесёшь в новый мир законы нашего, так и здесь останется то, что будет обладать твоей Золотой Силой. Равновесие привело тебя сюда, чтобы мы осознали твою истину, а ты осознал нашу.» Так он сказал, а я не посмел усомниться в его словах. Той же ночью мне явилось новое послание… Я записал свои мысли на бумаге. Царь обезьян Сунь Укун, я вижу тебя. Я знаю, что твой разум наполнен скорбью. Прошу тебя, прими мою помощь и поступай так, как велит твоё сердце. Если ты сможешь изменить судьбу, это будет для меня лучшим подарком.

***

Оборвав своё повествование, Первый мастер кружитцу исчез, а на пол упал железный посох с белыми обручами. Сунь Укун, только оправившись от неожиданной вспышки света, поднял своё новое оружие. На вес оно казалось таким же, как его родное, только изменятся в размерах оно не могло. — Тяжело будет с этим, но уже что-то. Теперь можно и демона проучить! — Царь обезьян попробовал взмахнуть «подарком ПМК» и, вполне довольный, закинул на плечо. Он направился в сторону лестницы, не собираясь обсуждать увиденное и услышанное. Сейчас мысли волшебной обезьяны, казалось, были заполнены лишь предстоящей битвой, но свиток торчал из его кармана, дожидаясь своего часа. Принцесса снова последовала за ним, тяжело вздохнув.

***

Тем временем, Мистер кровавый демон только очнулся. Его затуманенному взору был открыт лишь высокий потолок, устланный камнями различных размеров и форм. Это первый раз, когда он смотрел вверх, находясь зале этого дворца. Вид одновременно вызывал восхищение и злость — даже протянув руку, он не достигнул бы вершины, к которой так стремился… Чуть приподнявшись на локтях, он обнаружил возле себя истекающую кровью Леди, а чуть дальше — развалившегося Ред Сана, из тела которого, он, судя по всему, уже успел вылететь. Оба были тяжело ранены и лишены сознания, а из тени за ними холодно наблюдал мужчина, который во время событий преспокойно отсиживался за каменными стенами. Знакомый Мистеру голос безразлично спросил: — Битва прошла не так легко, как ты себе представлял? Демону не нравился этот тон, ой как не нравился. Он задевал его гордость, которая была чуть ли не центральной составляющей его сущности. Однако, эта фигура была чересчур важна, и он ответил предельно сдержанно: — Я с самого начала понимал, что просто не будет. Но это лишь предисловие, к настоящей битве мы успеем подготовиться. — Рад слышать. — за этими словами последовал неспешный стук сапог по мраморному полу, и вскоре на сцену вышел новый персонаж. Высокое существо было облачено в броню из множества пластин. Каждая «чешуйка» блестела чёрной бездной и алым пламенем, переходящими одно в другое при каждом шаге. Голова его была скрыта под массивным шлемом, а через щели выглядывали две янтарные лужи — по-другому нельзя было описать это неоформленное марево радужки, в которой навсегда перестал плавать зрачок… Это существо не из этого мира. И даже несмотря на всё разнообразие жизни в остальных шестнадцати, в них не сыскать подобного чудовища. Оно вызывало страх, не такой, который охватывает людей при виде демона… Он не казался опасным, но стоило ему двинуться, как дыхание тут же замирало, а ноги — дрожали. Мужчина наклонился над девушкой, и из кончиков его металлических пальцев изверглось синее пламя. Она обволокло Леди, но не жгло её — наоборот, кости человеческого тела срастались, а от глубоких ран не оставалось даже рубцов. Места ушибов тоже обрели здоровый вид. Лицо красавицы было восстановлено до мельчайших деталей, и она наконец пришла в себя. После этого, он окинул взглядом Ред Сана… Молча поднял его одной рукой и понёс к себе. — Спасибо, что доставил мне мальчишку, — бросил он уже на выходе. — Надеюсь, в следующей битве я уже смогу воспользоваться этим твоим огнём? — Не сомневайся.

***

Уже который час Мистер проводил в греховном увеселении. Тела сменялись одно за другим, но никак не могли утолить его гнев. Кровавый демон по прихоти своей даже растерзал и «выпил» парочку своих пленников, остальных же — безжалостно покалечил. Он не щадил никого, осознавая, что жизнь каждого из любовников не стоила для него и локона чёрных волос одной единственной. Насколько богатым ни был, всегда найдётся то, что оказывается не по карману… — Всё, валите к чёрту! — не выдержал он, и из его спальни потащились человеческие девушки, нёсшие на руках своих мёртвых или менее везучих подруг. Однажды полюбив внешность этого подонка, они не имели права сбежать из замка до самой смерти… Но его пристрастия не ограничивались только людьми –здесь были и демоны, более того, особи мужского пола любой из рас. Он не гнушался вселяться в несчастных и делать, что ему только взбредёт в голову. Кто угодно сказал бы, что это мерзко, но Кровавый демон только рассмеялся бы ему в лицо. У него больше нет жизни, и терять нечего. Одевшись и встав с измятой постели, Аарон прошёл в свой кабинет, наполненный трудами существ и эпох совершенно различных. Однако, они не располагались стройными рядами в шкафах, как это хотелось бы себе представлять. Нет, это было похоже на истинный кошмар книголюба — литература валялась на полу, вся в пыли, грязи и каплях красной жижи. Здесь не было порядка и в помине, но Аарон всегда с лёгкостью находил нужные ему свитки и тома. Сейчас он также высмотрел книгу с чёрным переплётом, выхватил её из кренящейся над ним стопки и выбежал, позволяя башне завалить проход в глубину комнаты. Демон закрыл дверь, оставляя взаперти неразбериху своего внутреннего мира… Теперь он вошёл в другую комнату, уже уютную, благодаря постоянной чистоте. Это одно из немногих мест, в котором удалось сохранить полное величия прошлое дворца. Кто именно был владельцем и какую власть имел, нынешним поколениям неизвестно, но небожители знают, что ранее здесь располагалось цветущее государство, в котором людьми управляли демоны. Жестокие к врагам, они отличались строгостью и сдержанностью по отношению к своему народу. И всё же подобное не могло устроить ни людей, ни Богов. Тогда сюда явился Будда добродетельных заслуг сандалового дерева и вместе с верным учеником — Всепобеждающим Буддой, не оставил здесь и камня на камне. Один из правителей сбежал, а второй оказался запечатанным в гробнице… Из истории те события стёрли, но разрушенный дворец оставался доказательством свершённой несправедливости. В высоту уходили колоны, инкрустированные нефритом — очень дорогим камнем, отожествляющим мудрость, долговечность и множество других добродетелей. Правда, Мистеру не очень нравился зелёный цвет… Он напоминал о презренных правителях-соседях, которые только и могли, что плакаться своим советникам и жёнам при виде катаклизмов и злобных чудовищ. — Учитель, я всё приготовила к вашему приходу, — его встретила Леди, которая и отвечала за порядок. Делала она это не по приказу Кровавого Демона, а по собственной прихоти — уж очень любила красоту. Должно быть, в прошлой жизни она была из небедной семьи, и шёлковое платье, с трудоемким макияжем заставляли чувствовать себя уютно, несмотря на все жизненные перипетии. Своему дорогому учителю она приготовила чёрное мужское ханьфу, в которое тот переоделся хоть и с неохотой, но сразу же после первой просьбы. Когда Мистер сел за рабочий стол, Леди распустила его длинные волосы и принялась их расчёсывать. Руки её были нежны, словно весенние листочки на деревьях. Он совсем не сопротивлялся, отдаваясь своей ученице. Неисчислимое количество лет они плутали вдвоём по этому миру, вместе добивались могущества, деля мечту Кровавого Демона на двоих… Это стоило какого-никакого доверия. Похититель Ред Сана вглядывался в чтиво, выкраденное из библиотеки в горах. Впрочем, его никогда не интересовал слог и форма текста, которыми увлекался автор — важна была лишь информация. И вот он пролистывал одну страницу за другой, пока не нашёл схему, которую уже видел в другой книге — с белым переплётом. — Леди, подойди. Я расскажу тебе о системе сил. — кажется, манипуляции с его шевелюрой расслабили Мистера настолько, что тон стал куда добродушнее. Леди тут же убрала гребень и встала возле стола. — Смотри, — учитель указал на зелёную окружность в самом вверху, — это то, что мы называем Ци, а это — Ли. — Он сдвинул палец вправо, обводя чёрную окружность, начерченную на уровне с первой. — Если первая энергия отожествляет материальную природу, полную нюансов, то вторая — нематериальную, полную принципа. Это главнейшие силы во вселенной. А теперь дальше, — от пустоты между окружностями отходили две линии, и сначала Аарон обратился к левой части схемы. Здесь, на второй строчке, был Золотисто-зелёный кружок. — Это Энергия, форма Ци. Она создаёт всё, что мы видим в этом мире. Ниже стоят пять стихий У-син, — он подвинул палец к группе окружностей разных цветов, — Первый мастер кружитцу называет их «двигателями бытия». Они изменяют всё вокруг, но поддерживают постоянную цикличность. И напоследок символ Инь-Ян. Это вторичные проявления, рождаемые каждой из стихий по отдельности. Ян используют монахи, экзорцисты, а Инь — мы, демоны и монстры. Они видоизменяют цикличность. Поэтому одни и те же события не повторяются точь в точь. — А что насчёт правой стороны? — спросила Леди, уже зная о её смысле. Она хотела выразить полную заинтересованность в изучаемом материале, хотя давно уже прочитала всё без ведома учителя. — Я уже говорил, за пределами нашего мира есть ещё множество, и там скрыты силы, непохожие на наши. Золотистая окружность на второй строчке — Золотая сила. Ею владел Первый мастер кружитцу, а сейчас… Сунь Укун. — Произнеся имя своего врага, Аарон сдвинул брови, будто его ударили, — дальше, на месте стихий У-син у них Созидание и Разрушение. Всё понятно из названий. Вместо Инь и Янь — некие стихии и магия. Первых очень много: молния, лёд, тень, свет, природа, гравитация и т.д. Ими владеют драконы — существа созидания. Магия — всё, что у нас называется волшебством. Это сила они — существ разрушения. — Значит, Царя обезьян сложно победить, потому что его сила стоит очень высоко? — Место ничего не значит! — он даже прикрикнул, заставляя Леди заткнуться. — Важны лишь отдельные способности, их качество! Но когда я попаду в Ниндзяго, заполучу магию, а потом и разрушение. Потом буду собирать силы без конца, пока не дойду до Ци и Ли, которыми ещё никто не владел! А чтобы победить Укуна мне и магии не нужно. Он живёт только потому, что нам нужна Золотая сила. — Тогда что насчёт Флэйма? Его пламя… — Не вписывается в схему, да. Но эта тварь и сама говорит, что из другой вселенной. Главное у нас одна цель, а остальное неважно. Теперь можешь идти, я всё сказал. — Как прикажете, учитель. — она поклонилась и удалилась восвояси, обидчиво закусив губу.

***

На другом краю дворца, в маленькой комнатушке, Флэйм занимался собственными делами. Из-под шлема показалась обычная человеческая голова с ярко рыжими волосами, светлеющими на концах. Однако, левая половина лица была обезображена — кожа как будто сожжена, но вместо мышц или костей — чёрная масса, постоянно поднимающаяся мелкими пузырями, которые тут же лопались. Его глаза не были слепыми, как это могло показаться, но видели совершенно иначе… Никто кроме него не смог бы рассказать какого это. — Демон пламени Самадхи, Ред Сан. — На кровати действительно лежал сын Царя быков. Флэйм тут же положил свою ладонь мальчишке на грудь. Всей поверхностью металлической перчатки он чувствовал огонь внутри тела, однако он был слишком слабым. — Только у тебя его забрали. Но я дам тебе свой. — Монстр с усилием надавил, и по лицу молодого демона покатились капли пота, он изогнулся в спине, даже попытался закричать, но сознание его жестоко контролировали — Ред Сан не мог очнутся. Через пару минут всё пришло в изначальный вид, правда в хрупком теле теперь была заточена часть силы божества огня — красное пламя реинкарнации, синее пламя восстановления и зелёное пламя статичности. Внутри юноши образовался новый костёр, зажжённый наследием далёкой вселенной… — Послужи Кровавому Демону, пока путь в Ниндзяго не будет открыт.