Бегство — мой единственный выход.

.

Не подходи ко мне.

      И все тело дрожит. До костей пробирает холодный ужас перед тем, что Союз видит. Кровь, тело, габариты, руки что сломают шею. Половина его страха не только то, что передают мозгу глаза, но и его собственное воображение которое за секунды рисует столько вариантов событий, что один был хуже другого. И смотря прямо в лицо России, коммунист понимает что все может закончиться неоднозначно. Русский пугал не только выражением лица, на котором была смесь интереса и наблюдения, но и всем телом. Особенно это касалось звуков которые он издавал. Точнее не издавал. Ведь коммунист помнит те отличия что есть у России и США. Американец всегда появляется так, что его слышно. Что его шаги ты узнаешь до того как он войдёт. Он всегда шел именно так, чтобы все знали. США идет. И казалось бы, мелочь. Но именно эта мелочь заставляла Союза так пугаться, что он уже морально готовился к любому варианту развития событий. С русскими же, все было отнюдь не так. Федерация со своим крупным телом, на удивление всегда передвигался медленнее, тихо. Будто бы он парит в миллиметрах от пола, а не идет как другие. Довольно часто, остальные воплощения пугались тому, насколько близко он мог оказаться прямо позади них. Ведь большинство из них уверены в своем слухе, глазах. Как минимум они уверены в своей наблюдательности, или по другому — чутье. Но такое тихое передвижение России, ты замечаешь буквально в паре метров, но не раньше. И именно этот момент пугал Союза сильнее всего. Неожиданность. От чего по природе человек пугается сильнее всего? Тигра перед глазами? Или атаку змеи из под кустов? Во втором варианте человек не успеет даже понять что делать, он будет полностью охвачен страхом. Прямо как Союз наблюдает, как Россия подходит к нему медленным шагом, не издавая при этом ни звука, но оставляя кровавые следы из мизинца. И этот звук капли падающей на пол. Казалось громче только стук собственного сердца.       Союз не заметил как уперся ногами и упал на кровать, из-за чего оказался в сидячем положении. Россия в этот момент стоял впритык. Коммунист лишь секундно отвернулся чтобы понять на что он сел, как повернув голову, встретился глазами с Россией. С такими же серыми словно серебро глазами. В них читался холод, но и что-то ещё. Союз не мог понять что и в этот момент, все прояснилось. Россия смотрел на отца сверху вниз, он не дрожал, никак не выказывал эмоции. Даже легкого дергания мышц не заметишь. И вдруг, тот резко упал перед ним на колени. Со стороны все выглядело так, будто бы сын собирается просить прощения у отца, стоя перед ним на коленях. Но это лишь кажется. Схватившись за его белую футболку и пачкая ее своей кровью, он резко начинает лить слезы. Коммунист совершенно не понимает как и чем реагировать. Молча наблюдать, или же что-то сделать? Он сам впадает в панику, видя как Федерация вот так вот резко начинает плакать. И через всхлипы и дрожащий голос обращается к отцу… — Я же не больной. Правда? Отец, я ведь самый обычный ребенок, ваш сын. У меня нет никакого психического отклонения. Только невроз как и у вас! — И Союз молчал. Он просто не знал что ответить. И с каждой секундой его молчания, младший русский начинал биться в истерике. Слезы на глазах России не были поддельными. Это настоящие слезы отчаяния и запутанного понимания своих эмоции. Ведь он не привык к ним. Каким бы сильным он не был на мировой арене, свои эмоции и свое внутреннее «Я» Россия до конца не понимал. Ведь спустя столь долгое время, он понял что вновь чувствовать такие яркие эмоции он может только в присутствии отца. И судьба дала ему шанс на эти эмоции. И он не справляется. — ...Россия... — Дрожащим голосом сказал Союз.       Коммунист боялся этого вида. Этого жалобного тона, дрожащих рук и то что он весь перепачкан кровью. Но особенно боялся его взгляда. Это опять тот взгляд что и тогда в детстве. Резкий, но пугающий взгляд. Его слова «У меня нет отклонения». Отрицание этих природных фактов, уже показывает что у русского острый случай самовнушения или какого-то отклонения. Именно психического. Начиная с 15 лет, Хотя возможно и раньше, но заметно это стало именно в этом возрасте. Россия странно смотрел на отца под чьим попечением и рос с рождения. Для него был лишь отец, больше никого он не видел. Остальные Союзные Республики жили на своих территориях и были отдельными личностями. Жили своей жизнью и работой. Лишь за Россией присматривал Союз из-за их общей территории и даже разделения столицы. Он считал себя особенным, быть сыном и наследником такой великой и огромной страны. И он же его отец! Они ведь так похожи! Это судьба! По мере роста и дохождения пика своих гормонов, его психика дала сбой от восхищения отцом, дойдя до настоящей зависимости и не нецелесообразного характера, а именно изощрённого. Он думал лишь об этом, любил отца и хотел его во всех смыслах этого слова. Ему было плевать на остальное, он хотел лишь его. Союз читал об этом. Эдипов комплекс по Фрейду. По его интерпретации, дети испытывали сильную привязанность к своим родителям. Россия был привязан к отцу во многих смыслах, хотел обладать им и если бы у него была мать, он бы воспринимал ее как помеху ему в этом. А значит, устранить, заменить её. Сексуальное предпочтение родителя противоположного пола и ненависть к родителю того же пола составляют, с точки зрения Фрейда, позитивную форму эдипова комплекса.       Это ещё гетеросексуальное, но вот гомосексуальное может быть опаснее. Любовь к родителю того же пола и стремление устранить из жизни родителя противоположного пола характерны для негативной формы этого комплекса. И все оба случаю принимают форму эдипов комплекс. Иван Грозный убивает собственного сына. В царской семье Романовых убийства происходили уже не от «горячего нрава», не от душевных болезней, а в результате заговоров. Петр I Великий, крайне разочарованный в своем старшем сыне Алексее отправляет его на смертную казнь. Алексей, однако, не доживает до исполнения приговора и умирает при загадочных обстоятельствах. Павел I оказывается свергнут и убит в результате заговора сыном Александром I. Можно ли это считать последствиями Эдиповым комплексом? Частично. Потому что случай России другой. Он испытывает это к своему полу, а не наоборот. И это не психологическое, это психическое. Оно в разы опасней и более непредсказуемый. Обычно сам комплекс можно вылечить и не считался бы столь опасным в раннем возрасте, но для случая Федерации он был запущенным и легче охарактеризовать это просто кошмаром. Он с рождения видел отца, бегал за ним сперва как маленький ребёнок за родителем. Он ему всё-таки был нужен. Но стоило стать старше, а гормонам начать прыгать, как он осознал что вокруг были практически одни мужчины, и видел он среди них всегда отца. Он был самым лучшим их представителем. Дальше эта мысль в нём застряла и чем старше он становился, тем яснее это было видно. Когда отец сбежал после распада его страны, когда оставил его с перерезанным горлом на кухне дома, русский очнувшись рвал и метал неделю. Это был удар под дых, но он не винил отца, он винил себя что упустил его. Одна из причин по которым коммунист оказался именно в Америке, а не в своей Москве. Он бежал от зависимого от него сына. Союз был им изнасилован. Он помнит как это было. Это было отвратительно. Он просто стал жертвой. Первое что он испытал став человеком, это изнасилование. И от кого? От России. Вот на что намекнул американец в первый день его плена. Он всё ЗНАЛ. С самого мать его начала! Дальше после побега все пошло по полной. Без денег, с фальшивым паспортом, без возможностей к нормальной жизни и отсутствия опыта именно человеческой жизни, он должен был выживать. Так как он был иностранцем, ни о каком кредите и речи не идёт. Пришлось с ростовщиками. Он расплатился с ними спустя 15 лет и вновь переехал. Опять по кругу и вновь взял не у тех людей. В конце им уже нужны были лишь органы иностранца, которого никто не будет искать, чем просто деньги которые капают так медленно. И в один из дней где он прятался от них, Союз и оказался в плену у США. Отсюда и начинается момент его персонального ЖИВОГО АДА.

***

Как я оказался в такой ситуации?

      Нет. Ну правда? Истерика, которая казалось была лишь коротким всплеском, растянулась на полчаса! Россия плакал у него на коленях целых полчаса! У Союза за это время все ноги затекли! Он так долго просидел неподвижно, боясь помешать ему и вытащить из его сопливого мира, что не только ноги, а вся спина ныла от этой сидячей позы. Когда же Россия заметил что отцу стало неприятно и даже болезненно, он просто толкнул его на кровать и сам прилег рядом, продолжая вытирать свои слезы об его одежду. Чтобы было удобнее ему самому, Федерация лег с отцом на боку, прижимая его спиной к себе и обнимая. Точнее он его обнимал, а коммунист боялся лишний раз дернуться. После той непонятной истерики, можно было ожидать что угодно. Он уже начнёт привыкать к этим эмоциональным качелям. И сворачивающаяся кровь из мизинца не была столь большой проблемой как его непредсказуемое поведение.       Кстати о подведении. Его мысли — это одна из тех причин, по которой нахождение у него в плену, в 10 раз опаснее чем было до. Если смотреть на ситуацию объективно, то… Союз практически меж двух огней, которые вроде как горят и делают ему больно, но совершенно по разному. И казалось бы, у США больней. Он столько пыток пережил, столько боли ему причинили, сколько раз был на грани истощения как морального так и физически. Обобщенно говоря боли было ГОРАЗДО больше чем здесь, вроде бы как в родной стране. Но там, именно в Штатах, находясь в плену Союз боролся. ОН ХОТЕЛ БОРОТЬСЯ. Выбраться было его первостепенной задачей. Здесь же что-то его сковало. И вот тут то все и начинается. Откровенно говоря, коммунист чувствовал себя гораздо хуже и менее безопасно у России. Его непредсказуемое поведение, эмоциональные всплески и горящие похотью глаза вызывали ужас и отвращение. Настолько сильны были эти эмоции, что даже содержание у американца он считал более менее тюремным, а не пыточным. Хоть Союз и боялся неконтролируемой реакции России, больше всего он боялся самого себя. Коммунист понимал что он должен бежать отсюда, гораздо сильнее отбиваться и по идее рвать и метать. Но он не мог. Он так быстро угас как оказался здесь. На это хватило меньше месяца. Союз это одновременно понимал, но и не менял ситуацию к лучшему. Ему было тяжело пересилить себя. С одной стороны, был страх перед Россией, как перед своим возможным палачом. И страх его кричит что надо убегать. С другой стороны, была запутанная смесь той каши которую он же и заварил. Точнее он её и начал. Именно Союз начал этот круговорот погони. Он знал что воплощения не зря держат дистанцию с детьми их вида, знал что иногда это принимает нешуточные последствия. Это не значит что все страны выросшие в таких условиях обязательно насиловали своих опекунов, нет. Но заканчивалось это либо попыткой их извращенно сохранить, как к примеру хранить их отрубленные головы в пробирках с жидкостью, или ещё мумифицировать. Либо просто заточить еле живых чтобы просто радовал их извращенное эго. В данном случае без какого-то либо насилия. Но у России смешались оба этих состояния, принявший куда более худшие последствия из-за его долгого нахождения в среде одних мужчин в армии. В месте, где работает принцип «либо ты, либо тебя». И один черт знает, что он мог там видеть. И ведь его предупреждали.

Не подпускать чистое воплощение к худшим грехам людей. Последствия вам не понравятся.

      И Союзу они сильно не понравились. Воплощения постарше и даже некоторые люди уже на опыте знали что, воплощения как дети ещё чистый лист. Нет. Даже не лист. На листе можно написать и стереть в случае чего. Страны же это просто откровенная губка, которой плевать что впитывать. Если человеческие дети к определенному возрасту могут отличить плохое от хорошего, смотря прямо на похожих на них людей. Воплощения дети довольно рано понимают что они, не такие как «другие». Что похожих на него мало. И поэтому, сказанное что-то другим воплощением становится для него истиной, а человеческое лишь вопросом которое требует подтверждения. Поэтому воплощений и просят не сильно приближаться к ещё детенышам. Те как губки, высосут все их грехи. Любовь к власти, извращение, фетиши, высокомерие, похоть, слабость эмоций. Все это как снежный ком, который катится с горы и превращается во что-то большее. И чем раньше детеныши это увидят, тем больше будет ком. Вот России и повезло оказаться рано в руках Союза. Обычно воплощения лет так до 18 могут ни разу и не увидеться с так называемым «отцом». Или от силы 1-2 раза. Россия же оказался намного раньше и был с ним гораздо дольше. Союз допустил просто фатальную ошибку, когда пустил этот самый снежный ком на самотёк. И смех и грех в том, что он сам оказался зарыт этим комом. И он не может из неё выбраться. Да и сил выбираться как таковой уже нет. Легче просто сдохнуть по быстрому. Разве нет?

Нет! Обойдутся!

      Умирать не сегодня. Не сейчас. Всю жизнь и так было тяжело. Справится. По крайней мере он надеялся что его сила воли достаточно крепка для такого рода испытаний упавших на его плечи. Если нет, то смысл в этой жизни просто напросто исчезнет. Пока Союз пребывал в своем мыслительном процессе, при этом умудрившись расслабиться даже в такой ситуации, Россия не мог этого не заметить. Все тело отца обмякло, он уже не избегал прикосновений к его спине, казалось он их даже не замечает. И его это очень радовало. То что отец его не избегает в такой момент, говорит о том что он подсознательно начинает его принимать. И для Федерации, объятия были куда более чувственным и приятным удовольствием чем секс. Как минимум, русский не причинял ему так много боли как это скорей всего делал США. Кстати о нём. Россия вспомнил как в последний раз видел его… в зале… лежащим… и с простреленной головой. От одних только воспоминаний стало приятно. Это конечно не полноценная месть за отца, но это какое никакое начало его наказания за то, что он сделал с Союзом. И ведь дело не только в самих пытках. Он лишь не так давно выдал приказ узнать, что делал этот американец с 3 по 8 января. Именно в один из этих дней, как выяснилось, Штаты похитил его отца. Но, как оказалось это не было началом игр с разумом Союза. Выяснились подробности очень «странного» поведения Америки буквально за пару месяцев. Вызов ростовщиков на личный разговор, странный договор с конкретным банком, выкуп земли и в частности входящих в него зданий. Воплощения никогда не лезут в купли-продажи тех или них вещей. Для них это откровенно бессмысленно. Ведь если нет бумаг что что-то или кто-то кому-то принадлежит, то это всецело собственность воплощения этой страны. А дальше, сделать ли его благой страны или оставить у себя, уже дело другое. И при наличии таких правил, он и сделал здание ничьим. И аренду все жильцы платили как сбор налога, идущий в карман государства. Но, к чему эти сложности? И зачем вообще лезть в такие мелкие, бедные районы и тем более сделать конкретное ветхое здание своей собственностью? Россия к своему сожалению понял все мотивы.

Чтобы поиграть.

      Ведь это же так весело, загнать кого-то в угол и в прямом и переносном смысле. США случайно узнал Союза буквально ЗА ПАРУ МЕСЯЦЕВ до того как похитил в том переулке. И вот, эти месяцы он просто играл с ним как кот с мышонком, загнав в угол, в долгах, оставив без крыши над головой и даже работы. Не за раз. Желая наслаждаться его страданиями, он делал его день хуже и хуже. И вот, истощенного и убегающего русского он забрал выставив всё как случайность. Рассказывать ему о том, что почву то заложил он, для Штатов просто не выгодно. Он хотел сполна насладиться тем что может получить. И для этого, Союз должен был быть уставшим но не потерявшим воли к побегу. Иначе, узнай он об этом, моральные силы явно бы поубавились. Получив вот такой отчет, догадавшись обо всех его желаниях, Россия не просто стал ненавидеть США, он желал ему самой мучительной и долгой смерти. Желательно от его руки. Ведь никто не имел права над его отцом кроме него. Союз принадлежал русскому народу. А кто управляет этим народом? Россия. Значит и отец всецело принадлежал только ему. Только ему одному! — Ай ай. — русский очнутся когда понял что эти звуки боли издавал отец. Видимо он так злился от этих мыслей, что неосознанно сильнее прижимал к себе отца. — Извини отец. — сказал он скорее привычкой, чем признавая вину. Ведь с детства так и было. «Прости отец. Это моя вина. Я не доглядел. Под мою ответственность. Я это решу». И так было довольно часто. Россия не стал лежать дальше. Ему вдруг стало очень противно просто думать о чем-то. Он неожиданно для самого Союза, выпустил его из рук. Встал с кровати и просто молча вышел из комнаты. А потом уже и из дома, конечно же не забыв закрыть дверь на ключ. В комнате воцарилась гробовая тишина.

И что это было?

Безвыходным мы называем положение, выход из которого нам не нравится.

.