Счастье есть.

Наследник Малфой явился утром. Прямо к завтраку, но мы ещё спали. Когда я всё-таки пожаловал в столовую, он пил кофе, поданный Кричером, удобно устроившись за столом, и читал Ежедневный пророк. Его лицо показалось мне немного бледным, но я не придал этому особого значения. — Крёстный. — Драко. — Я пришёл согласовать время и список зелий, требующихся для больничного крыла, моя команда из восьми студентов готова приступить уже сегодня. Но, как я понимаю, вам с Поттером не до этого. — Он положил газету с новостями о вчерашней трагедии на стол. — Могу я чем-то помочь? — Драко, ты ли это? Самому предлагать помощь? Не в твоих правилах. Он немного помолчал, пристально глядя на меня, и, пожав плечами, продолжил: — Поттер много сделал для нашей семьи. О тебе и говорить нечего. И потом, зря ты так, крёстный. Вы с отцом всегда помогали друг другу. Он действительно хотел помочь, я видел это. Почему нет? — Не станем нарушать традиций. Тем более, что мне действительно необходима твоя помощь, как минимум, в двух вещах. Спасибо, что предложил. Первое, мне необходимо, чтобы ты посетил вместе со мной Малфой-мэнор. Нужна одна книга из вашей библиотеки, о существовании которой я точно помню. Если вдруг найдутся ещё, я буду весьма признателен. Защита замка раньше пропускала меня, но явиться в дом без хозяев и воспользоваться библиотекой без их ведома я бы не хотел. Поэтому прошу тебя сопровождать меня и дать доступ к книгам. Драко согласно кивнул. Пальцы его, минуту назад державшие изящную кофейную чашечку, вернули её на блюдце и теперь нервно отстукивали по столу турецкий марш Бетховена из Афинских развалин. Одно слово — аристократ. — Поттер, если он теперь с тобой, тоже как бы член семьи. Можешь взять и его. — Куда меня можно взять? Появившийся, наконец, Гарри выглядел не очень. Осунувшийся, с больными печальными глазами и чёрными кругами под ними на пол-лица. Одет во всё чёрное. — Мы с Драко посетим Малфой-мэнор. Там есть книга, которая может оказаться очень полезной. Возможно, мы найдём что-то ещё. — М-м. Хорошо. — Хочешь пойти с нами, Поттер? — Нет, Малфой, спасибо. — Его лицо было совершенно безэмоционально; он занял за столом хозяйское место и равнодушно смотрел на поданную верным домовиком еду. — Мне нужно в больницу. Я собираюсь забрать Гермиону и отправиться с ней на Гриммо. Покопаться в библиотеке Блэков. А вы идите. Внутри меня что-то кольнуло. Вот так просто: «А вы идите». Здесь только я не хочу расставаться? Даже на час. Но стоило только взглянуть на несчастного Гарри, как сразу становилось понятно — умные люди мыслят одинаково, что в простонародье звучит, как «у дураков мысли сходятся». Он тоже не хотел, это читалось в его потухшем, несчастном взгляде, в том, как он придвинул свой стул поближе к моему креслу, как, развернувшись к Малфою всем корпусом, неосознанно подался ко мне — ни на час, ни на миг. Но… Надо. Я решил подбодрить его. — Разумное решение, Гарри. Так действительно будет лучше. Мисс Грейнджер нужно прийти в себя после комы и побыть с тобой наедине. Попробуй отвлечь её от тяжёлых мыслей книгами. И не пускай в Нору. Мой мальчик молча кивнул и положил свою ладонь на мою. Начинался ещё один тяжёлый для него день, и он искал моей поддержки. Что ж, я рядом. — Всё так серьёзно? — спросил Драко почему-то слегка дрожащим голосом. — Я имею в виду именно Грейнджер. — Полный набор: родовое, кровное, парное, тёмномагическое. — Парное? — Вот теперь парень совершенно очевидно побледнел. — А пара — Уизли? — Да. — И он мёртв. — Драко смотрел на нас, будто ожидая подтверждения. — Да, — процедил я, уже жалея, что мы затронули эту тему. Чайная ложечка, которой Гарри методично помешивал свой кофе, ни разу не пригубив, звякнула о блюдце. Малфой вздрогнул. — Но… Это значит, что… — Он побледнел ещё больше и беспомощно моргал испуганными глазами. — Да, Малфой. Это значит, что Рон тянет её за собой. И мы должны это остановить. Гарри говорил тихо, но твёрдо и решительно. Меня порадовал его настрой. Драко уткнулся в свою чашку и кивнул. — Что-то я совсем не голоден. Пожалуй, уже пойду. Северус, как думаешь, сколько времени вам понадобится? Если обнаружите что-то важное, сразу сообщите. Мы с Герми будем ждать на Гриммо, я открою тебе камин. — И, повернув голову в сторону моего крестника: — Если у тебя есть время и желание, Драко, ты тоже можешь прийти. — Я приду, Гарри. И… Прими мои соболезнования. Насчёт Рона. Поттер кивнул, посмотрел на меня долгим тоскливым взглядом и исчез. Просто растворился в воздухе. Малфой вздрогнул ещё раз. — Крёстный, я так давно не был дома, — проговорил он спустя какое-то время. — Как думаешь, каковы шансы встретить там доблестных представителей Аврората? Может, стоит наложить дезиллюминационное? — Думаю, не стоит. Я вчера говорил с Шеклболтом. Вас с Нарциссой никто не ищет. Им вполне достаточно Люциуса в Азкабане. Даже следящих и оповещающих чар на мэнор не наложили, не до этого им сейчас. — Это хорошая новость. Тогда заканчивай завтрак, и отправимся. Камином? — Да, так будет удобней. Но, что бы ни говорил министр, не расслабляйся, Драко. Помимо авроров, там могут быть и другие сюрпризы. — Постоянная бдительность? — Крестник невесело ухмыльнулся. — Хорошо. Малфой-мэнор встретил настороженной тишиной. Всё как будто замерло и ждало хозяев. — Минки, — шёпотом позвал парень. Появившийся домовик, дрожа от восторга и склонившись в поклоне так, что кончики ушей доставали до пола, заголосил: — Хозяин Драко! Что Минки может сделать для вернувшегося хозяина? — Тс-с… Тише! В мэноре есть посторонние? — Никого нет, хозяин. Только верные замку домовые эльфы. — Какие-то чужие, установленные не членами семьи чары? — Никаких, хозяин. Только родовая защита замка. Почти разрушенная. Всё это время домовик складывался в поклонах и приплясывал от счастья. — Отлично. Давай позовем маму, крёстный. Пока мы с тобой будем искать интересующие нас ответы, она поправит защиту мэнора, отдаст распоряжения домовикам и вообще, она жутко скучает. Как бы замечательно нас ни принимали родственники, всё равно мы там в гостях. Опасаясь, что здесь стоят чары и что как только мы появимся, за нами пожалуют из Аврората, мы даже не пытались вернуться. Но сейчас, зная, что есть возможность свободно попасть домой… Я был с ним полностью согласен. Остаться без дома Нарциссе было почти так же тяжело, как без Люца. — Конечно, Драко. Зови. — Минки, отправляйся к хозяйке и передай, что я зову её домой. Сейчас здесь безопасно. Мы будем в библиотеке. Домовик, поклонившись три раза, тут же исчез. — Ты иди, Северус. Дорогу тебе показывать не нужно, а я присоединюсь чуть позже, хочу зайти в свои покои. Даю разрешение Северусу Тобиасу Снейпу, моему крёстному по магии, беспрепятственно пользоваться родовой библиотекой. Слово наследника рода. И он любовно прикоснулся палочкой к инкрустации малфоевского герба над камином. — Теперь ты сможешь пользоваться даже зачарованной частью. Удачи. — Благодарю, Драко. Каждый из нас отправился в нужном ему направлении.

***

На исходе четвёртого часа, я перелопатил уже уйму книг. Ничего толкового. Справочник, который был мне нужен, как в воду канул. Но я точно помнил, что видел его здесь. Нет, безусловно, я смог систематизировать свои знания, которые уже у меня имелись, и получить общее понимание того, что происходит, поняв, как это работает. Но о том, как исправить, ничего конкретного. Я нашел гримуар «Темный алтарь»*, из которого уяснил, что, по сути, проклятие, поразившее мисс Грейнджер, является тёмным приворотом. Магическое воздействие на волшебника, которое подчиняет его волю, вызывая симуляцию чувств, схожих с любовью, к другому волшебнику. То есть, своеобразное магическое насилие, при котором возникает зависимость друг от друга. Не любовь, которая окрыляет, делает лучше и счастливее, а именно зависимость, которая губит здоровье и жизнь ни в чём не повинных привороженных. Симптомы (то, чего нам следует ожидать в ближайшее время от мисс Грейнджер): — Резкая смена модели поведения: центр внимания перемещается на один объект, тогда как всё остальное, даже до недавнего времени дорогое, кажется неважным. — Проявление негативных черт характера, несвойственных ранее человеку: раздражительности, грубости, агрессивности, угрюмости, в общем, полный набор. — Резкие перепады настроения, как при депрессии. — Сексуальное расстройство — теряется любой интерес к особям противоположного или своего пола, кроме пары, к которой приворожили. — Появление симптомов, которые не позволяют диагностировать конкретную болезнь, но при этом волшебник постоянно чувствует себя плохо. — Навязчивое желание, постоянно находиться рядом с объектом своей страсти, подчиняться ему. — Временами неспособность рационально мыслить. — Проблемы со сном: частые пробуждения ночью, беспокойный сон, жуткие кошмары. Ну, что ж, предупреждён — значит вооружён. Драко сидел рядом и тоже искал, как снимается кровное и родовое. Ритуалов имелось достаточно, но нам всё это, к сожалению, не подходило. Когда в библиотеке появилась Нарцисса, я уже изрядно нервничал, но лицо имел, как мне казалось, непроницаемое. Она выглядела спокойной и умиротворенной, пробыв под сенью семейного крова несколько часов, что занималась привычными домашними делами. Ну хоть кому-то хорошо. Я был за неё искренне рад. Спросив её о справочнике, я почти не надеялся на удачу, однако: — Конечно, Северус. Он в моих покоях, это же практически настольная книга. — Она царственно пожала изящным плечиком. — Ты даже представить себе не можешь, сколько всякой дряни цепляют защитные артефакты после приёмов или посещений Косой аллеи. А уж сколько всего приносил на себе Люциус после очередного посещения министерства, одному Мерлину известно. Там как раз есть раздел о чистке оберегов. Я сейчас распоряжусь. Минки! Принеси книгу, которая лежит на туалетном столике в моём будуаре. Я впервые за два последних дня попытался благодарно улыбнуться. Вышло не очень. Через минуту справочник был в моих руках. К несчастью, готового алгоритма действий в нём не обнаружилось, но зато там нашлись необходимые заклинания для временной блокировки магического воздействия и отсрочки действия подобных проклятий. И то хлеб. Я с облегчением наколдовал патронус и отправил Гарри сообщение: «Мы нашли, как существенно увеличить время воздействия. Приходите в Малфой-мэнор, Нарцисса покажет тебе эффективное заклинание блокировки и усиленные чары её закрепления. Ждать не пришлось, они прибыли почти сразу. Просто появились в том зале, где когда-то на Беллатрису упала знаменитая малфоевская люстра. Домовики сразу доложили Нарциссе, что в мэноре посторонние, и она пошла их встречать. То, что Поттеру не помеха любой антиаппарационный барьер, уже никого не удивляло. Подумаешь, для кого-то барьер, а для него — не барьер, он их даже не замечал. Грейнджер была тиха, подавлена и не отпускала руку Гарри. Заплаканные глаза, осунувшееся лицо и совершенно потерянный, несчастный взгляд. Войдя в библиотеку, она просто молча кивнула всем присутствующим и села на оттоманку вместе с Поттером. — Нарцисса, Драко. Благодарю за приглашение. — Здравствуй, Гарри. — Какие новости? У нас толком ничего, так, разрозненные сведения, которые ещё нужно систематизировать. — Кроме одного, — тихо сказала Гермиона, — мы точно знаем, что срок у нас 9 дней, из которых один уже прошел, сегодня второй. Пока не закопали тело или прах погибшего. Земля усиливает действие данного заклинания. После того, как Рона похоронят, — её голос задрожал и сорвался, — шансов снять проклятие практически не останется. — Успокойся, Грейнджер. У нас ещё целая неделя, мы обязательно что-нибудь придумаем. — Малфой ободряюще кивнул ей из-за огромной стопки книг. — Ты и Северус — у такой команды шансы на успех практически гарантированы. Вы обязательно что-нибудь найдёте. И мама поможет. И фантастическая везучесть Поттера тоже не может не сработать. Что? Девушка смотрела на него, как на второе пришествие Мерлина. Малфой, подбадривающий Грейнджер, — ещё недавно это был бы полный абсурд. Но всё же она попыталась улыбнуться и, кивнув, прошептала: — Спасибо, Драко. — Итак, давайте обсудим, что мы имеем. Надо же с чего-то начинать, — предложил я. Мы все расселись так, чтобы было удобно вести разговор. Каждый делился тем, что знал, пытаясь систематизировать данные и выстроить в логическую цепочку, вырабатывая, возможно, новый ритуал. Потому что готового решения у нас не было. Спустя несколько часов домовики накрыли в малой столовой обед. Нарси пригласила всех к столу. За обедом Нарцисса, мечтательно подняв глаза к потолку, поделилась: — Как хорошо дома, Северус. Только подумаю о том, что нужно будет возвращаться во Францию, — она часто заморгала, пытаясь сдержать непрошенные слёзы, — не могу, не хочу. Дома стены помогают. Здесь Люц со мной, в каждой мелочи. Говорила она тихо, наклоняясь ко мне. Мы сидели за столом рядом. Но внимательный и чуткий к мелочам Поттер услышал. — А зачем вам уходить? Вас не ищут. И в ближайшее время точно не будут. — Сегодня не ищут, а завтра могут начать, — заметил Драко. — Я, ладно, переживу, — усмехнулся он. — Но вот маме категорически нельзя попадать в Азкабан. Ни за что. Да и отец мне не простит этого, никогда. Поттер заботливо смотрел на подругу. И снова взял её за руку. Умом я понимал, что это просто дружеская поддержка, но в душе всё равно скреблось что-то не очень хорошее. — Гермиона устала. Ей нужно прилечь. — Гарри погладил пальцы девушки. — Если вы найдёте возможность устроить её отдохнуть, то я мог бы наложить на мэнор Фиделиус. И помочь восстановить защиту. — Гарри, конечно! Благодарю. — Цисси всплеснула руками, прижав их к сердцу, глубоко вдохнула, в очередной раз сдерживая слёзы. — Драко проводит мисс Грейнджер в гостевые покои и поможет расположиться. Вам будет предоставлен домовой эльф, чтобы вы чувствовали себя комфортно и ни в чём не нуждались, Гермиона. Отдыхайте. А мы с Гарри займёмся защитой. Фиделиус — пожалуй, в данной ситуации лучшее из возможного. Я буду хранителем. — Спасибо, миссис Малфой. Мне действительно нужно прилечь. — Я провожу. — Полупоклон в сторону девушки. — Мама, но почему хранитель ты, а не я? — Потому что ты и этот дом, где мы с Люцем были так счастливы, это всё, что важно для меня. И мне нечего терять, сынок. Я буду защищать это ценой всего. — Я тоже ценой всего, мам. — Драко подошёл и поцеловал матери руку. — Но пусть будет так, как ты хочешь, если тебе так спокойней. Минки! Подготовь гостевые покои в моём крыле. Как можно быстрей, дама устала. — Драко, ты мог бы помочь мне сварить ликантропное? Об этом тоже не следует забывать. Боюсь, что в таком состоянии самому мне не справиться. — Да, крёстный. Я провожу мисс Грейнджер, и спустимся в лабораторию. — Сынок, после Фиделиуса необходимо будет обновить и усилить родовую защиту. Для этого необходима твоя магия Наследника. Нельзя ли немного отложить приготовление зелья, Северус? — Если мы начнём сегодня, то уложимся как раз до полнолуния. Но мы можем сделать это ночью. Я ведь могу остаться на ночь, Нарцисса? Или мы с Драко можем переместиться в лабораторию на виллу. — В этом нет необходимости. В Малфой-мэноре у тебя есть свои покои, которые всегда готовы и ждут тебя. Так что будьте нашими гостями, мальчики, мисс Грейнджер. Мне будет приятно. Я соскучилась по дому и домашним хлопотам. Украдкой я глянул на Гарри. Тот улыбнулся и согласно кивнул. С планами на ближайшее время мы тоже определились, так что каждый занялся тем, чем предполагал. Я в ожидании Драко отправился снова в библиотеку.

***

— Знаешь, крёстный, — говорил мне Драко уже ночью в лаборатории, тщательно помешивая по часовой стрелке основу для зелья в видавшем виды медном котле, — мой отец в Азкабане, положение моё в обществе неясно и зыбко, в моём доме ночуют Поттер и Грейнджер, мой привычный мир перевернут с ног на голову, а я чувствую себя свободным и почти счастливым. — Я рад твоему настрою. То, что ты видишь возможности, где другой бы видел крах, — замечательно. Я горжусь тобой, крестник. Наблюдая за приготовлением со стороны, я знал, чем больше самостоятельности и ответственности предоставить студенту, тем лучше будут результаты. Главное — контролировать процесс. Пока всё было приемлемо. Драко принялся сосредоточенно высчитывать пропорции ингредиентов. — Ты не поверишь, но этому я научился у Поттера. Только не говори ему об этом, — усмехнулся Малфой. — На протяжении стольких лет я видел, как он, попадая в самые невероятные и курьёзные ситуации, становится лишь сильней. Не захочешь — научишься. Чем я хуже? Я же Малфой! У Грейнджер, кстати, та же особенность. Чем невероятней и сложней ситуация, тем лучше у неё работают мозги, и она никогда не сдаётся и всегда во всём видит плюсы, отбрасывая минусы. — Я удивлён. Никогда не думал, что ты обращаешь на это внимание. Зелье в котле начало мутнеть и менять цвет. Драко, ещё больше сосредоточившись, с точностью хронометра добавлял в основу красные ягоды волчьего лыка. — Ну, я же Малфой. Уроки отца не прошли даром. Своего врага надо знать досконально и держать поблизости. Слава Мордреду, они больше не враги. Такого врага я не пожелал бы даже врагу. — Он засмеялся заливисто, откидывая голову назад, и я снова подумал, что он невероятно красив и молод и похож на бесшабашного флибустьера. Вообще, последнее время — период глобальных изменений и открытий в моём окружении. — А Поттер в друзьях — это синоним успеха. Папа бы мной гордился. — Рад за тебя, Драко. — А я за тебя, крёстный. И он снова заливисто засмеялся, опуская в котёл очередной ингредиент.

***

Всё шло своим чередом: мы все перебрались в Малфой-мэнор, где Нарси окружила нас такой заботой и комфортом, что покидать его гостеприимные стены совсем не хотелось. Иногда молодое поколение отправлялось на Гриммо в поисках новой литературы и новых данных. Один раз мы всем составом выбрались на пикник к морю, на виллу. Молодёжь резвилась, купалась и плескалась, и даже Гермиона повеселела ненадолго. Вообще, девушка очень страдала. Проклятие съедало её медленно, но верно. Она быстро уставала, почти ничего не могло обрадовать её, как ни старались Гарри с Драко, объединившись для этого и прилагая немало усилий. Цисси тоже пыталась отвлечь девушку разными женскими штучками. Они, кстати, много времени стали проводить вместе, к обоюдному удовольствию. Ещё раз Гарри, Драко и Нарцисса выбрались к Андромеде Тонкс, навестить её и маленького Тедди Люпина. Примирение двух сестёр вызвало бурю эмоций и окончилось рекой очистительных слез для обеих. Мир сестёр Блэк был восстановлен. По вечерам мы с Драко продолжали варить ликантропное. А по ночам… Эти ночи я буду помнить, наверное, даже за гранью. Закрывая за собой дверь нашей спальни, мы будто попадали в другой мир. Я переставал быть жёстким, язвительным директором и мрачным мистером Снейпом, превращаясь во влюбленного до одержимости, счастливого от впервые обретённой взаимности, на всё готового для своего драгоценного мальчика Северуса. А он, мой Гарри, из недавно ещё угловатого, нескладного мальчишки превращался в воплощение соблазна. Чувственного, отзывчивого, ненасытного бога Эроса, которому я поклонялся со всей нерастраченной страстью и нежностью. Нам не мешали даже мои пока неподвижные ноги. Мы упивались близостью, слиянием нашей магии, которая теперь казалась нам одной общей, и полным совпадением потребностей наших тел. До главного, правда, так и не дошло. Я всё же хотел, чтобы первый раз моего мальчишки был особенным и запоминающимся. А для этого мне нужна была полная подвижность. Но все остальные прелести интимных удовольствий двух раскрепощенных мужчин были нами опробованы. Время шло, и с каждым днём Гермиона становилась всё печальней, Драко — всё отчаянней, а мой Гарри — всё мрачней. День «Х» приближался. Послезавтра должны были состояться похороны Рональда Уизли.