Афродизиак

      — Сакура-сан, чудесно выглядите. Рад, что вы надели мой подарок, — проговорил советник дайме, масляно оглядывая девушку. — Я знал, что это кимоно очень пойдет к вашим прекрасным глазам.       — Спасибо, господин Советник, — Харуно мило улыбалась, а Какаши поражался несвойственной ей выдержке. Еще раз окинув ее взглядом, он согласился с советником — выглядела девушка в изумрудном кимоно изумительно. Хатаке даже не понял, как из девчушки с взрывным характером выросла прекрасная юная женщина.       Как же летит время.       — Ну что вы, к чему формальности, — советник слащаво улыбался. — Для вас я Фуджито.       — Спасибо, Фуджито-сама, — девушка слегка поклонилась.       — Надеюсь, именно вы будете охранять мой покой ночью, — мужчина двусмысленно ухмыльнулся, невесомо касаясь пальцев Сакуры. От Хатаке не скрылась маленькая записочка, которую передал девушке советник. Ему уже не впервой наблюдать подобные намеки, Сакура прекрасная и сильная куноичи, героиня войны. Поклонников со дня окончания войны у нее заметно прибавилось, особенно, со дня ее восемнадцатилетия.       Какаши поморщился.       — Нам нужно идти, господин Советник, — копирующий почтительно поклонился мужчине, отвлекая его от девушки, терпение которой, скорее всего, было на исходе. Сейчас, когда они подали прошение на открытие дополнительного корпуса госпиталя, черепно-мозговая травма одного из советников Дайме не казалась радужной перспективой. — Сакура, можешь пока отдохнуть, заступаешь на дежурство по графику.       Девушка кивнула, также почтительно склоняя голову перед советником.       — Увидимся, Сакура-сан, — мужчина еще раз оценивающе прошелся по фигуре куноичи. — До скорого.       Они покинули бывшую ученицу, но что-то заставило Какаши обернуться. Искривленные в презрении губы, хмурые брови и сжатые кулаки говорили о том, что все-таки в этой молодой девушке до сих пор живет та вспыльчивая двенадцатилетняя девочка, которую он помнил.       — Прелестная девушка, — услышал он довольный шепот советника. — Такая юная. Везет же вам, Хатаке-сан, ведь в миссиях вы часто остаетесь наедине. Я бы воспользовался этой юной красотой.       — Господин советник, она моя ученица, практически выросла на моих глазах. Это не приемлемо, — тон Какаши был холоден.       — Ваша ученица выросла, Хатаке-сан, — толстые губы советника изогнулись в пошлой ухмылке.       — Несмотря на это — я дал обещание защищать ее от всего, — копирующий посмотрел сверху-вниз, прямо в маленькие глаза мужчины. — И от всех, кто покушается на ее честь.       Упор на последнюю фразу. Советник мельком глянул на него.       — Она взрослая девушка, — повторил мужчина, вытирая влажные губы. — Сакура-сан имеет право выбора, ведь все может быть по обоюдному согласию.       Какаши проигнорировал последнюю часть предложения, но эта фраза его кольнула. Ему не понравилось то, что он услышал.       Советник не посмеет тронуть Сакуру, ведь ему не нужны проблемы, но в словах его было что-то тревожное. Чутье еще ни разу не подводило Хатаке.       Копирующий вздохнул. Нужно предупредить девушку быть осторожнее.

***

      Сакура успела принять душ и переодеться в обычную форму. Заглядывая в зеркало, она расчесывала влажные волосы.       — Прекрасные глаза, — с отвращением прошептала куноичи. — Толстый богатый урод.       Она скривила лицо, вспоминая прикосновение мясистых пальцев к своей коже и прохладу маленькой бумажки. Читать записку девушка не стала, хотя ее подмывало посмотреть, сколько же предложил советник за ночь с ней.       Немало, наверное.       Она перестала обращать внимание на такие предложения, ведь после войны количество ублюдков, предлагающих немалые суммы за ночь с ней, росло в геометрической прогрессии.       Героиня войны, одна из лучших медиков страны Огня — лакомый кусок для этих уродов.       Память услужливо подкинула первое такое предложение, когда ей только исполнилось восемнадцать. Сакура тогда растерялась, вспылила, разнесла пол полигона для тренировок, а потом рыдала от омерзения всю ночь, свернувшись калачиком. И только потом, за бутылочкой саке, Цунаде-сама рассказала горькую правду — чем толще кошелек, тем непристойнее предложения к молодым симпатичным куноичи. Для этих людей нет понятия чести. По их мнению, все в мире было можно купить за деньги, и, самое смешное, что некоторые девушки соглашались.       «Легкие деньги» — как сказала ей однажды знакомая. Все хотят красивой жизни без риска. Она могла бы согласиться на это — влиятельный покровитель превращал бы ее жизнь в рай без миссий, без страданий, без проблем.       Девушка еще раз скривилась от омерзения, заглядывая своему отражению в глаза. Но это не ее путь ниндзя. Ее путь — стать сильнее для своих друзей и близких, защищать их.       Дождаться Саске-куна. Ждать его столько, сколько нужно, быть рядом с ним, помочь его израненной душе найти покой. Она будет хранить себя для него, только ему принадлежит ее тело и душа.       От мыслей о любимом человеке ей стало легче.       — И не такое переживали, да, Лобастая? — Сакура отложила расческу и улыбнулась.       В дверь раздалось два негромких стука. Девушка застегнула кобуру для сюрикенов на бедре и натянула перчатки.       — Йо, Сакура, — поприветствовал ее учитель, когда дверь распахнулась. — Я сменю тебя в четыре утра.       Куноичи кивнула.       — Хорошего отдыха, Какаши-сенсей, — пожелала девушка и направилась к покоям советника.       — Сакура, — долетел до нее спокойный голос сенсея. Она удивленно обернулась. — Будь осторожнее.       Куноичи на секунду замерла, а потом почувствовала, как краска приливает к лицу. Внутри тяжело поднималась обида. Ее учитель до сих пор считает, что она маленькая девочка, не способная постоять за себя.       — Какаши-сенсей, я в силах постоять за себя, — Харуно чувствовала, как дрожат ее руки. — Все-таки войну прошла, не забывайте.       — Знаю, Сакура, знаю, — Хатаке поднял руки вверх, примирительно улыбаясь, но тут же его взгляд стал серьезным. — Просто будь осторожнее, пожалуйста.       — Буду, сенсей, — девушка отвернулась и зашагала прочь по коридору, пытаясь сдержать возмущение. Наверное, сколько бы ей ни было лет, он все равно будет считать ее маленькой девочкой. Слабой и плаксивой.       Но все-таки злость на сенсея быстро улетучилась. Это же Какаши-сенсей, заботливый, честный. Сенсей, который всегда будет рядом, всегда поддержит ее и будет защищать ценой своей жизни.       Сакура улыбнулась, но тут же боль кольнула сердце.       А Саске никогда нет рядом…       Она шумно выдохнула и помотала головой. Сейчас не время думать о таком, ведь Саске всегда было намного тяжелее, чем ей. Отдавая ему свои чувства, куноичи взяла на себя бремя его боли.       А Какаши-сенсею она докажет, что защищать ее не нужно, ведь она выросла. Сакура вновь улыбнулась своим мыслям и подошла к двери, где стоял клон учителя с раскрытой книгой.       — Я справлюсь, сенсей, — улыбнулась девушка. — Не беспокойтесь.       Клон учителя улыбнулся в ответ и развеялся в воздухе. Она знала, что Какаши-сенсей получит через него ее сообщение.       Девушка привычно втянула воздух носом, затем прикрыла глаза и прислушалась к звукам. Ничего не обычного не заметила и прислонилась спиной к стене, потягиваясь.       Ее учитель вновь занял мысли. Так странно, что за столько лет все члены команды номер семь научились понимать эмоции мужчины по одному выражению глаз. Его лицо также скрывала маска, предмет интереса с самого детства. Девушка тихо усмехнулась. Интерес поугас, но все-таки остался.       Вдруг из мыслей ее выдернул скрип двери. Сакура подняла взгляд и увидела советник в дверях, облаченного в легкую распахнутую на груди, юкату, открывающую обзор на волосатую обрюзгшую грудь. Девушка усилием воли заставила себя не скривиться от омерзения.       — Сакура-сан, вы уже заступили на дежурство? Можете осмотреть мою комнату? — мужчина слащаво улыбался.       — Да, конечно, — Сакуры попыталась спрятать улыбку. Этот урод только и ждет, чтобы она зашла к нему в покои. Под его взглядом девушка сложила печати и создала теневого клона. Клон поклонился, а спустя мгновение, зашел в комнату мужчины.       Улыбка сползла с лица советника. Он осторожно оглядел коридор и подошел почти вплотную к девушке.       — Мы вроде договорились? — его взгляд остановился на ее губах.       — Не понимаю о чем вы, господин Советник, — Сакура мило улыбнулась, сделав растерянное лицо.       — Фуджито, я же просил вас, — мужчина сжал губы. — Я так понимаю, что нужно больше?       — Извините, Фуджито-сама, не могу понять о чем вы говорите, — уголок ее рта начинал дергаться.       Из покоев советника вышел ее клон, она сложила печати и клон с легким хлопком рассеялся.       — Все проверено, ничего подозрительного не обнаружено, — девушка еще раз улыбнулась, поклонившись. — Доброй ночи, Фуджито-сама.       Советник усмехнулся.       — Так и знал, что будет сложно, ведь передо мной сама Сакура Харуно — героиня войны, — советник нагло оглядел ее ноги. — Вы знаете, что многие вещи решаются через меня? Я могу посодействовать в вашем вопросе открытия дополнительного отделения. Этот разговор уже начал напрягать. Она сжала кулаки, от чего ткань перчаток затрещала.       — Я думаю, что этот вопрос мы будем решать со всеми советниками, — Сакура продолжала мило улыбаться. — Ведь стране не выгодно, чтобы многие шиноби, отдающие жизнь и здоровье за дайме, оставались без квалифицированной медицинской помощи. Собрание — это формальность, вы сами это знаете. Все давно решено.       Советник криво усмехнулся.       — Это ваш выбор, Сакура-сан, — мужчина еще несколько мгновений ощупывал взглядом ее ноги, а потом пошел к себе в покои. — Еще увиди-ии-имся, Сакура-сан.       Девушка поклонилась, а когда дверь за советником закрылась, ударила кулаком без чакры в стену.       Толстый ублюдок!       Она еще пару минут отходила от злости, а потом устало прикрыла глаза.       Терпи, Сакура. Терпение всегда вознаграждается. Но как же хотелось выдрать этого урода из кровати и зарядить ему в челюсть так, чтобы он отлетел в стену, оставив своей тушей вмятину.       Девушка потянулась, пытаясь стряхнуть усталость и накатывающую сонливость. Дежурство обещало быть долгим…                     Сакура стояла, прижимаясь к стене спиной.       Надо было взять какую-нибудь книжку, как это делал сенсей. Прекрасное умение у него — читать порно-книги и контролировать ситуацию. Девушка не смогла сдержать улыбки, вспоминая, как проходил их первый бой с Хатаке. Сколько же лет прошло, а сенсей нисколько не изменился.       Вдруг, чутье заставило ее тело напрячься. Она сосредоточилась, но не почувствовала присутствия посторонней чакры.       Что же это такое…       Девушка замерла, пытаясь понять отчего все в ней кричало об опасности.       Запах.       Сакура слегка вдохнула, пытаясь понять откуда он. Прозрачный, пахнет сладко… Она еще секунду размышляла, а потом задержала дыхание.       Что-то в воздухе. Она дернулась, рецепторы кричали об опасности.       Что же происходит?       Вдруг ее грудь обожгло жаром, девушка судорожно выдохнула.       Это точно не яд.       Она попыталась запустить чакру в организм, чтобы проверить, но вдруг голова закружилась, а жар растекся по всему телу. Ноги подогнулись, и девушка чуть не упала. Чакра ее не слушалась, все чувства смешались, а мысли путались в голове. Даже простое сканирование организма она не могла сделать.       И тут догадка полыхнула внутри. Чертов ублюдок. Она не согласилась за деньги, значит, он решил так склонить ее.       Злость и страх бились в голове. Куноичи на подгибающихся ногах пошла по коридору, держась за стену.       Она не позволит ему сделать это.       Ноги совсем ослабели, а ей хотелось сорвать одежду от обуявшего ее жара. Дыхание сбивалось, заставляя сердце биться в груди как сумасшедшее. Кровавые всполохи плясали перед глазами.       Сакура еще не сталкивалась с этим видом афродизиака, который действовал мгновенно и так глобально. Несмотря на все знания, она не была готова к такому. Никто из ее поклонников не смел склонять ее к сексу таким грязным методом. Даже несмотря на непристойные предложения, у них была минимальная кроха чести. Но не у этого ублюдка.       — Какаши-сенсей… — слабо прошептала девушка. И снова она хочет, чтобы он помог ей, хотя сама на него злилась. Снова ему придется приходить ей на выручку, ведь этот толстый урод не должен увести ее к себе в покои в таком состоянии.       Ноги подогнулись, она с глухим стуком упала на пол, ее скрутило до звездочек перед глазами. Кожа плавилась, жар сконцентрировался внизу живота, окончательно путая мысли. Слезы бессилия собирались в уголках глаз.       Саске…       Сакура снова попыталась запустить чакру, но не смогла. Концентрация на минимуме, так она себе только навредит, но с другой стороны, лучше уж умереть, чем оказаться в постели похотливого урода.       Девушка услышала, как открывается дверь позади, звук неспешных шагов.       Сжав зубы и, чертовым усилием воли, куноичи поднялась на трясущихся ногах.       — Сакура-сан, вам плохо? — донесся до нее слащавый голос.       — Мне нужно попасть в мою комнату, — сквозь зубы бросила девушка.       — Ну что вы, давайте ко мне, вам станет легче, я обещаю, — потная ладонь легла ей на плечо, и она едва не сдержала стон. Все ее тело отозвалось на это невинное прикосновение.       Внутри все кричало и билось.       — Какаши-сенсей… — прохрипела девушка, чувствуя, как пересыхает в горле. Советник мягко развернул ее, наслаждаясь видом.       — Не беспокойтесь, Сакура-сан, я позабочусь о вас, — он погладил ее по щеке, а кожа под пальцами тут же вспыхнула. — Я всегда получаю то, что хочу.       И опять ей нужна помощь. Защита… А доказывала, что не маленькая девочка.       Рука обхватила ее за талию, поднялась выше и сжала грудь. Девушка снова подавила в себе желание застонать в голос, настолько чувствительным было это прикосновение.       «А мы даже не целовались с Саске…»       «Я снова не справилась, Какаши-сенсей» — подумала она, проваливаясь в пучину сумасшедшего возбуждения.