Lord of my heart

девушка ставит огромную чашку с блинами по середине стола. для особо голодных и прожорливых рядом ставит такую же тарелку с панкейками и коробку с пончиками. Дживон с улыбкой встречает подошедших к столу братьев с сестрой и ухаживает за каждым, позволяя им немного расслабиться. она суетится и бегает туда - сюда, чтобы, как можно лучше, накормить эту, как она выражается, ораву. но ей только в радость. на самом деле, готовка и прочая домашняя суета так нравится Чон. все, лишь бы не выходить в люди. когда она на них смотрит, у неё сразу появляется так много комплексов, и желание выходить из дома исчезает, как минимум, на ближайшие года два. поэтому, Ию очень благодарна, что её родные пошли ей на уступки и обеспечивают, взамен на её такую некую благодарность. всё всех устраивает, и всё всем нравится. — слышал, у нас новый жилец, — интересуется брюнет, даже не обращая своего внимания на Ию, которая и без слов поняла, что спрашивают её. — да, дело рук Чонгука, — Чон одаривает его своей фирменной улыбкой, разливая каждому чай по чашкам. — он что, привёл его сюда??? — с набитым ртом спрашивает Хосок, который до этого молча уплетал то, что видел перед собой. — ты прожуй сначала, — ласково улыбается блондинка, протягивая ему кружку с чаем, а сама отставляет чайник в сторону, — да, он теперь будет жить с нами. — никому ничего не напоминает?? — спрашивает Хваса, указательным пальцем ведя вокруг чашки. она смотрит каким-то грустным взглядом на напиток и делает глубокий вдох, вспоминая события, которые произошли несколько лет назад. — мы договаривались не говорить об этом в стенах этого дома, — вмешивается Намджун, прожёвывая кусок блина, — это, конечно, не исключает того факта, что мы волнуемся о Чонгуке, но он, как - никак, большой мальчик, сам вправе решать. — почему мы ещё не наблюдаем этого омегу здесь? — пытается перевести тему Джин, подливая себе кипятка в кружку. — туда пошёл Чонгук, но их нет довольно давно. Невелтиса, кстати, тоже. пойду схожу, — предупреждает Ию, ставя на стол вазочку с конфетами, — только прошу, Хосок, не съешь тут всё. есть ещё пару-тройку людей, которые не пришли за стол, но всё еще не ели. Дживон тихо хихикает с реакции альфы и уже готовится к нападению, как слышит хлопок входной двери. Ию смотрит сначала в прихожую, затем переводит взгляд на время и удивленно ахает. Чон сразу же, даже не раздумывая, идёт в комнату пришедшего. два раза стучит ему в дверь и толкает её только тогда, когда из комнаты доносится тихое и приглушённое "войди". — так и знал, что это ты, — шмыгает своим носом Чимин, сидя на кровати и даже взгляда не поднимая. — только я слышала про план, который, по всей видимости, не сработал. но, если честно, он изначально был провальным, — Дживон закрывает за собой дверь, подходит ближе к брату и садится рядом. — ну спасибо, поддержка что надо, — бурчит под нос себе Чон, отворачиваясь немного от собеседника. — ну на что ты надеялся, когда ночью пошел туда? Намджун уже привык к этому, не ведётся больше. ну погуляешь и придёшь. да и, ты знаешь, выбирая между работой и вот этим, он выберет работу. как вчера. — мне кажется, он меня скоро бросит, я чувствую это. я достал его, — Чон всхлипывает, пытаясь утереть непрошенные слёзы. — он тебя любит, и такие ваши отношения тоже. это видно. они у вас, ну, своеобразные, конечно, но зато ваши, — Ию приобнимает парня за плечи в знак поддержки и ласково убирает лишние пряди, упавшие ему на лицо, — да и ты уже использовал такой план. пошёл бы сразу в стриптиз, на других альф смотреть. он же ревнивый, этого нам собственничества у всех не занимать. — Чонгук всё равно превосходит нас в этом, — шмыгая носом, бурчит себе под нос рыжеволосый, на что Ию закатывает глаза. — на то он и алчность. — зато это хорошая идея, — говорит Чимин, резко вскидывая голову и широко улыбаясь, — малышка, ты гений! — я же не на полном серьёзе, — омега удивленно смотрит на своего брата, но даже спорить отказывается с ним. знает, что это пустая трата времени. — я улучшил твою идею, — старший словно уже не слышит и не видит младшую рядом. он уже начинает представлять то, как выведет Намджуна на эмоции и получит то, чего он столько добавился. — сомневаюсь, что хочу знать, — кривится блондинка и встаёт с насиженного места, поправляя свою коротенькую клетчатую юбочку, — у тебя есть что-то менее открытое? может, что-то из старых шмоток? дать на время Юнги. — ах, этот омега, — теперь Чимин возвращается в реальность. на этом имени он недовольно хмурится и качает головой, — чего это ты так прониклась к нему? он тут даже меньше дня. — чувствую, что он хороший человек. этого для меня достаточно, — пожимает плечами блондинка, осматривая комнату младшего, — я таких издалека вижу. — прошлый тоже был "хорошим", и что в итоге?? все они одинаковые, — Чимин усмехается на слова девушки, но поднимается для того, чтобы поискать вещи, — что же ты не взяла из того прекрасного гардероба?? — ты разве не знаешь реакцию Чонгука?? — закатывает глаза Дживон, уже заметно раздражаясь. — ему пора бы не жить прошлым. — сам ему скажи об этом, — цокает блондинка, стараясь не послать своего братца прямо сейчас. иногда, похоть ведёт себя, как маленький глупый ребёнок, который совсем не следит за тем, что говорит и делает, — Чимин, Чонгуку двадцать восемь лет, он взрослый человек. он сам разберётся. — Ию, а мне девятнадцать, был в одних отношениях и до сих пор в них состою, но знаю намного больше, чем он. Чонгук наступает на те же грабли сейчас, — наконец, из какой-то коробки рыжеволосый достаёт спортивное трико, пару просторных футболок и какие - то обтягивающие джинсы с рубашкой, — этого вполне достаточно, я думаю. — я не хочу об этом говорить. когда я в прошлый раз кричала о том, что он херовый, пожалуйста, остановитесь, только Вел был на моей стороне. я поняла, что это бессмысленно, особенно, если это касается самого Гука. а теперь, спасибо, братец, но прошу меня извинить, мне нужно к нему, — Дживон идёт к двери и открывает её, потянув на себя, — и Чимин, лучше не лезь. уверена, Невелтис это и без тебя сделает. не хватало, чтобы ты еще попал под горячую руку. — я всегда, в любом случае, оставался нейтральным, — омега поправляет макияж, который растёкся из-за его слёз и выходит следом за сестрой, только держа путь на кухню. Ию, как только оказалась за дверью, спокойно выдохнула. она не любила обсуждать эту тему точно также, как и сам Чонгук. то, что тогда произошло, сделало больно всем. если честно, удар прошелся по всем. Дживон буквально все не верили, ну, конечно, сколько ей тогда лет - то было? да может, дело и не только в этом. с ней готовы были чуть ли напрочь не рассориться, если бы не произошло то, что произошло. из мыслей её вырвали двое альф, которые, о чём-то громко говоря, направились в сторону кабинета Чонгука. откуда они шли, угадать было несложно. сама Дживон держала туда путь. поэтому, не тратя больше времени, она направилась к Юнги. постучав несмело в его дверь, ответа она не услышала, поэтому позволила себе побыть наглой. толкнув дверь, она вошла в его комнату, но самого омегу в ней она не увидела. но зато услышала его по всхлипам, которые доносились из ванной комнаты. — Юнги? я могу войти?? — спрашивает Ию, постучав в дверь ванной комнаты. ответ она слышит отрицательный. — я принесла тебе чистую одежду. там, кстати, вся моя семья в сборе. они бы хотели увидеть тебя, — говорит девушка, слегка улыбаясь. чуть позже до неё доходит, что омега не видит её сейчас, и это всё ни к чему, — я не могу ничего тебе сказать, но, всё-таки, одно скажу. я вообще не должна в это вмешиваться, но я правда вижу, что ты хороший. я не предам брата и не сделаю что-то, что ему, может, не понравится. потому что, на самом деле, он неплохой. ты просто не знаешь его так, как я, судишь его по словам. но он говорит одно, а поступает, всё равно, немного иначе. он хороший, правда, больно тебе не сделает, даю гарантию. — тогда какого чёрта он говорит, что я его игрушка? я что, вещь какая-то, что ли? — всхлипывая, спрашивает Мин у Ию, вытирая выступившие слёзы руками, — я просто хотел счастья. хотел себе семью, а тут.. впрочем, видимо, я не заслужил ничего из этого. — твоё право, верить или нет, но с ним, если по-хорошему, то можно договориться всегда, — Чон глубоко вздыхает и прислоняется к прохладной стенке рядом с дверью, — но это не отменяет того, что тебя ждут внизу, потому что хотят познакомиться. вытри слёзы, пойдём. ты пообщаешься, успокоишься и отвлечешься. Чонгук с нами не сидел и, я думаю, уже не будет. на несколько минут в комнате повисла тишина. ни Ию, ни Юнги её не нарушают. Мин просто хотел успокоиться полностью, а девушка терпеливо ждала его. если честно, Мин хотел ей верить. она единственная, кто встретил его с улыбкой на лице. она милая и слишком добрая, очень искренняя. возможно, став к ней ближе, он сможет сбежать? но завести друга ему тут точно надо. он не имеет возможности связаться сейчас с Тэ, хотя безумно хочется. но ничего не сделаешь, Ким не всегда может быть рядом, так что Мину надо научиться надеяться и полагаться на себя тоже. хотя, признаться честно, очень тяжело. омега открывает прохладную воду, хорошенько умывается ею, затем смотрит в зеркало, облокотившись о раковину, и грустно улыбается. он обязательно что-нибудь придумает. — переоденусь и идём, — говорит Мин, открывая дверь ванной. он протягивает руку и ждёт, пока Ию положит на неё его одежду. Дживон немного тупит взгляд, но, когда до неё доходит, улыбается и отдаёт одежду, оставаясь дожидаться его снаружи комнаты.

****

альфы заходят в кабинет Чонгука. это была довольно просторная, но тёмная комната с большими окнами, которые, на данный момент, были завешаны тяжёлыми бархатными портьерами. рядом с окнами висели небольшие и незамысловатые картины в белой рамке, на которых были изображены различные пейзажи. стены были окрашены в темно - коричневый цвет, без какого - либо рисунка, а на полу лежал паркет темно - бордового цвета, на котором лежал большой ковёр. дверь с витражным рисунком со вставками из коричневого и серого стекла.  напротив стоял большой дубовый стол, рядом с которым находилось чёрное кожаное кресло. на этом столе стояла закрытая чернильница для печати, подставка с ручками и карандашами, и лежала большая стопка бумаг. рядом стоял ноутбук, на котором был открыт документ для печати. в правой стороне от стола стоял чёрный камин, который сейчас не горел, так как погода была довольно тёплой. да и в их доме не было особо холодно. так что, скорее, этот камин был просто для красоты, так как прекрасно вписывался в интерьер.  Чон старший привёл сюда своего брата для того, чтобы их никто не слышал. Чонгук уже предполагал, о чём пойдёт речь, но искренне хотел верить в то, что он ошибается. альфа отодвигает то самое кожаное кресло и садится, вальяжно закинув ногу на ногу. он смотрит на младшего своим пронзительным взглядом, ожидая от него каких - либо слов. какое - то время в кабинете стоит гробовая тишина, которая нарушается только тихими хлопками дверей за пределами этой комнаты. — долго будешь молчать?? твоя инициатива была поговорить, — терпение старшего лопается, поэтому он нарушает затянувшуюся тишину первым. — я не знаю, с чего начать, — младший глубоко вздыхает и поднимает свой полный уверенности взгляд, — впрочем, неважно. я скажу прямо, зачем тебя позвал. я хочу знать, кто этот омега, и зачем он здесь нужен. — разве вчера вы не познакомились? это Мин Юнги, сын Джонгуга, — поясняет Чонгук, скрещивая руки на груди. — которого ты собирался убить?? — младший вопросительно выгибает бровь и, теперь уже удивлённо, смотрит на своего брата, — то есть, он ещё и сын предателя? — не приписывай его к этому, понял? он и его отец - разные люди, — альфа глубоко вздыхает, устало потирая переносицу. у младшего от этих слов болезненно сердце сжимается, словно готовое вот-вот рассыпаться на части. такое чувство, словно в него вонзили острый нож. он опускает взгляд в пол и сжимает губы в полоску, не зная, как должен реагировать. больше всего его сейчас раздражает тот факт, что старший притащил омегу в их дом, как в тот раз. неужели, жизнь его совсем не учит?? Невелтис не хотел бы, чтобы это повторилось. и, признаться честно, он не хотел, чтобы Чонгук вновь вступал в какие - либо отношения. даже если о них и речи не идёт, а сам старший уверен в том, что не собирается ни с кем встречаться, Вел думает совсем иначе. тех, с кем он играет, алчность домой не приводит. с теми, кто нужен ему лишь для удовлетворения, так долго не водятся. не заставляют братьев и сестёр сидеть с теми, кто совсем человеку не интересен. уж Невелтис это знает, потому и опасается. вдруг, это его истинный? и если что - то между ними завертится, то младший точно этого не переживёт. если в прошлый раз он был маленьким и почти ничего не понимал, то сейчас он не готов быть свидетелем отношений своего самого лучшего и самого любимого брата. он просто не готов делить его с каким-то глупым омегой. — ты ведь понимаешь, что дело даже не в этом??? — Вел сжимает руки в кулаки, пытаясь быть более сдержанным со своим старшим братом. он не должен переходить грань и, тем более, выдавать свои настоящие эмоции, — разве несколько лет назад было не то же самое? ты хочешь, чтобы та история повторилась?? — я, кажется, блять, просил при мне не упоминать об этом случае, — неожиданно резко рычит Чон старший, меняясь сразу во взгляде. теперь он очень разозлился, и Невелтису лучше закончить этот разговор прямо сейчас, он понимает это сам. но ничего не может поделать с эмоциями, которые берут вверх. его раздражает тот факт, что брат снова притащил омегу к ним домой, его бесит, что они могут сблизиться, и тогда все будет очень плохо. для младшего, по крайней мере, точно. — зачем ты повторяешь свои же ошибки?? у тебя, на такие случаи, всегда есть твой бордель, разве нет? неужели ты снова хочешь быть кинутым? это человек, на минуту, если ты забыл. они все одинаковые, он - не исключение, — младший продолжает наступать, даже не задумываясь о последствиях. — разве не видно, что он и бордель абсолютно разные вещи?? — альфа делает глубокий вдох, пытаясь не сорваться на младшего. но, Вел слишком загоняется и уже не видит границ, — я, вроде как, взрослый и самостоятельный мужчина. я сам буду решать, что мне делать. ясно тебе? я никого из вас не буду спрашивать. разговор закрыт, — Чонгук встаёт, буквально срывается с насиженного места и смотрит на свои серебряные наручные часы. — скажи честно, ты притащил его сюда, потому что он очень похож на него?? — тихо, почти себе под нос, спрашивает альфа, но Чонгук прекрасно слышит его. он слышит то, что так хочет, наконец, забыть. мечтает о том, чтобы это перестало причинять боль его итак уже каменному и черному сердцу, что так сильно зачерствело за это, вроде как, большое количество времени. Чонгук хочет, чтобы он перестал видеть его в своих снах. алчность также, как и люди, будучи глупым наивным мальчиком верил в то, что время лечит. но он сам убедился, что оно только калечит. слова младшего становятся последней каплей, после чего Вел чувствует, как начинает болеть у него нос. алчность ударил его, в лицо, оставляя опухшим и красным нос, из которого маленькой струйкой побежала алая жидкость. — кажется, мелкий, ты в край ахуел. вот так ты платишь за то, что я сделал для тебя?? видеть не хочу тебя в ближайшее время. а со своей жизнью, позволь, разберусь сам. передай остальным, что в ближайшие дня два не вернусь, — старший потёр свой кулак, который также слегка покраснел от удара. лёгкая боль от того, что неправильно поставил удар, но что было поделать, когда вверх над ним взяли эмоции?? эта мелочь не сравнится с тем, что до сих пор чувствует альфа. и уж Велу точно его не понять.Чонгук в своём брате души не чаял, так что слышать это от него, зная, как алчность реагирует, неприятно вдвойне. альфа не понимает, что заставило Невелтиса бить Чонгуку по больному, зная, что в их доме стоит запрет на эту тему. возможно, просто волнение за старшего. возможно, что-то ещё, алчность не имеет понятия. он не собирается заводить с Юнги отношения, но тем не менее, он не мог притащить его в то грязное, для такого невинного ангела, как этот Сахарок, место. и это точно просто желание поиграться с мальчишкой, скорее даже испортить его, подчинить, прогнуть, а затем выгнать, заплатив ему, конечно же. а не то, что надумал себе младший. но, Чон считает, он не должен стоять тут и распинаться перед кем-то. это его решение, и никого ничего волновать не должно. Чонгук кидает мимолётный взгляд на младшего, что стоит и за нос держится, затем поправляет воротник своей белоснежной, как снег, рубашки и выходит из кабинета, громко хлопнув дверьми. — поговорили, — злобно шипит младший, так же следом вылетая из кабинета старшего, но только держа направление в свою комнату. идти за старшим смысла не было, Вел это понимал. сейчас он злой и расстроенный одновременно, ведь Невелтис затронул ту тему, которую не должен был. и младший молит всех дьяволов, чтобы только Чонгук не сделал вновь то, что делает на протяжении пяти лет, пытаясь забыться. только уныние совсем забыл, что сам Чонгук является сущим Дьяволом. и сейчас он его явно не услышит.

****

блондинка стоит за пределами комнаты Юнги, облокотившись о дверь. она покорно стоит и ждёт, когда омега переоденется и выйдет. их ждут остальные, поэтому она переживает, как бы альфы не разозлилась столько сидеть. она нервно закусывает губу, откидывая голову на дверь и только хочет снова зайти к Юнги, как её отвлекает Вел. он хлопает дверьми так, что, Ию на минуту кажется, все двери на этом этаже трясутся. омега нервно оглядывается и затем прожигает взглядом эту дверь. она недоумевает, о чем парни говорили, но, ясное дело, это привело к конфликту. её порыв пойти к брату и обо всем расспросить прерывает Юнги, который, открыв дверь, чуть не сбивает Ию с ног, которая до сих пор облокачивалась на неё. — черт возьми, Ию, обязательно было подпирать дверь? — Мин хватает девушку за руку, не давая той поцеловаться с чёрным паркетом в их коридоре. он заботливо осматривает её затылок и облегчённо выдыхает, когда не обнаруживает покраснения. — я просто задумалась, прости. но, все в порядке! — она ободряюще улыбается, показывая большой палец, тем самым показывая, что она и правда в порядке. блондинка слегка краснеет, когда Юнги проявляет заботу, а потом только шире улыбается ему, — не переживай, все и правда хорошо. — ты меня просто очень сильно напугала, — блондин улыбается Ию в ответ и отпускает девушку, нежно ероша ей волосы. — я думаю, нас уже заждались. идём? — Дживон берёт парня под руку и ведёт его по каменной лестнице вниз, на первый этаж, где находилась их кухня, на которой сидела практически вся семья омеги Чон. две омеги входят в довольно большую, но тёмную кухню, особо не отличающуюся от всего остального интерьера. она больше смахивала на какую-нибудь столовую, нежели на кухню. посередине стоял огромный стеклянный стол, на котором красовались различные блюда на завтрак, приготовленные руками Ию. за ним стояли стулья со спинкой, на которых лежали подушки с рисунком чёрных котов, демонов или просто ночного города. напротив стола, в нескольких метрах, находилась плита, а рядом с ней несколько столешниц. над ними висело несколько шкафчиков, внутри которых стояли разные специи, крупы и, самое главное, посуда. рядом со столешницами стояла большая морозильная камера, на которой висело множество магнитиков из разных городов и стран. потолок был зеркальным, в нём можно было увидеть своё отражение. посередине висела огромная люстра, сделанная из камушков различной формы. стены были самыми обычными, но украшали их небольшие картины космоса, ворона или какой-либо пустынной местности. окно на кухне было завешано жалюзями, видимо, эта семейка не особо любит солнечный свет. самое главное во всём был тот факт, что весь интерьер был в черных или серых тонах. Юнги только сейчас придал этому значение. его комната, ванная, коридор, а теперь и кухня. видимо, вся семейка любят тёмные оттенки. омеге непривычно в такой атмосфере, ведь сам парень любитель всего светлого и просторного. самый любимый цвет - белый, и весь интерьер у него дома из нежных, постельных цветов, а комната так вообще чисто из белого. но, люди разные и вкусы у всех тоже. несмотря на это, у них всё равно было уютно, как бы Мин не хотел этого признавать. они создают уют сами, просто своим отношением и заботой друг о друге. — мы думали, уже не дождёмся, — нарушает тишину альфа, который салфеткой вытирал свои руки после трапезы. — простите, случилось небольшое происшествие, — Дживон снова улыбается, разряжая своей милостью и искренностью всю эту обстановку и ободряюще хлопает Юнги по плечу, — я рада, что мы успели до того, как все бы разошлись. — знаем мы это происшествие. оно вылетело, словно кипятком ошпаренное, минут пять назад, — откусывая кусок блина, говорит Хосок, с тарелки беря еще один панкейк. — как? куда? — Ию удивлённо хлопает глазками, нервно прикусывая губу. в последнюю очередь хочется думать о том, куда мог пойти Чонгук после конфликта с Велом. — разве мы об этом сейчас? ты, вроде, хотела познакомить нас с этим прелестным омегой, — Намджун улыбается слегка, изучающим взглядом проходясь по блондину. он берёт стакан со стола и делает глоток, в голове помечая, что у алчности, как ни крути, хороший вкус, — Хосок, прошу, перестань чавкать мне на ухо и обрати внимание на гостя. — я ем, вообще-то, — бубнит чревоугодие, но просьбу выполняет. Чон откладывает недоеденный кусок в сторону, вытирая губы салфеткой и убирая её в сторону. Хосок берёт стакан в руки и теперь переводит свой взгляд на омегу, — ну привет, Юнги. добро пожаловать. вот этот альфа показался Юнги очень знакомым. Мин долго не мог вспомнить, где мог видеть этого мужчину, пока тот не поднял на него свой взгляд. точно, именно его тогда показывал ему Тэхен. так вот на кого он работает. теперь - то блондин, отчасти, даже рад, что испортил им ночку. не хотелось бы Юнги, чтобы его друг был связан хоть как-то с этой семейкой. конечно, нельзя судить всех людей только по одному человеку, ведь Ию, например, совсем отличается от всех них. но и, в то же время, она омега, а Хосок тоже альфа. мало ли, он такой же конченный псих, как и Чонгук. но желание спросить про Тэхена у него огромное. хотя бы попросить ему позвонить, ведь, Мин уверен, у мужчины сохранился номер его друга. — Юнги, не стой в проходе. присаживайся, мы очень сильно хотим поговорить с таким очаровашкой, как ты, — улыбается ему Хваса, с которой утром он уже пересекался. она жестом приглашает его сесть рядом, отодвигая для него стул. омеге ничего не остаётся, как послушно кивнуть и сесть рядышком с самой старшей из всех присутствующих. — что же, Мин Юнги, расскажешь о себе немного?? — начинает Намджун, в пол оборота поворачиваясь к блондину и одаривая его своей легкой улыбкой. Чимину этот жест понравился меньше всего, поэтому он ногой пинает мужчину в колено и теперь сам обращается к Мину. — я слышал, что тебе, всего лишь, семнадцать лет. это так?? — спрашивает рыжеволосый, как-то двусмысленно ухмыляясь. после неуверенного кивка Юнги, Чимин удивлённо ахнул, — поверить не могу. Чонгука на маленьких потянуло?? — щёки Мина тут же вспыхнули, залившись краской. он опустил голову и сжал свои кулаки под столом. имя своего похитителя даже слышать не хотелось. — Чимин, имей немного совести и приличия, в конце - то концов, — брюнет, что сидел рядом с этим омегой, впервые что-либо сказал. он ударил его по голове, недовольно покачав головой. Юнги невольно засмотрелся на этого парня. он был таким красивым и таким стильным, что смотреть на него было одним удовольствием. Мин не удивится даже, если ему скажут, что он модель какая или актёр, настолько он был прекрасен. — так его, мамочка, научи его манерам, — улыбается Дживон брюнету и, наконец закончив разливать всем чай, сама садится за стол. — перестань меня так звать, — закатывает глаза гордыня, — если я буду много с ним говорить, то стану таким же. не хочу, я слишком прекрасен для этого. — эй, на что ты сейчас намекаешь?? — рыжеволосый недовольно хмурится, но спорить с Сокджином не решает. — на то, что я о твою голову сломал ноготь, — цокает брюнет, осматривая свой маникюр. — только о себе всегда и думаешь, — теперь уже очередь Чимина закатывать глаза. он уже привык к действиям своего брата, поэтому даже не удивляется. похоть лишь утыкается в стакан со своим чаем и делает глоток горячей жидкости, которая приятно обжигает ему горло. все присутствующие начинают смеяться с происходящего, особенно с милых, как посчитал Юнги, надутых щёчек Чимина. от такой посиделки за одним столом с ними у Мина разливается в груди тепло. он невольно улыбается и нехотя отмечает для себя, что хотел бы ни один раз вот так сидеть в такой теплой и семейной обстановке, просто шутить и смеяться с шуток остальных. жаль, что Мин этим обделен. но кто же мешает ему сейчас просто посидеть и немного помечтать об этом, верно?? просто на секунду представить, что он тоже является частью этой милой и дружелюбной семьи. всего лишь разочек, всего лишь немного, Юнги позволяет себе немного расслабиться.

****

Чонгука нисколько не смущает тот факт, что сейчас довольно раннее утро для посещений ночных заведений. счастье - иметь свой собственный клуб, думает Чон. сейчас, сидя уже в своей любимой вип комнате, на этом мягком кожаном и удобном диване, отпустив всю охрану и своих людей, он позволяет себе дать слабины. он никому и никогда не показывал своих слабых мест, кроме своей семьи, естественно. но, если честно, он пожалел уже многократно, пока добирался до клуба. ему только перестали сниться эти ужасные сны, как Вел напомнил ему о том, что алчность так яро желает забыть. каждый раз, когда у Чонгука в мыслях мелькает его прошлое, ему хочется кричать. показывать себя таким сильным и величественным не всегда получается, когда есть то, что до сих пор беспокоит его, заставляя проживать все с самого начала и вновь разбивая его сердце вдребезги. он так устал уже держать это в себе, постоянно молчать и показывать все свои сильные стороны, так тщательно пряча то, что терзает его до сих пор кровоточащую рану. иначе ему нельзя, иначе его же слабости обернут против него. он не должен загубить все то, чего добился таким трудом, заново и самостоятельно вставая с колен, еще и поднимая свою семью. Чонгук этого не дождался от собственного отца, все сделал своими руками, всего добился сам, всех заставил поверить в его силу и всех прогнул под себя. альфа всем доказал, какой он могущественный и какой опасный, когда дело касается его желаний, его целей, его семьи да и вообще чего-то его. иногда он сам задаётся вопросом, как он смог достичь таких высот? на самом деле, алчность не настолько силен, как ему хотелось бы. ему хотелось бы совсем ничего не чувствовать, закрыть никому не нужные эмоции и чувства на замок, спрятать в ящике и закинуть на дальнюю полку, забыв про них вообще. но, вместо этого, он только говорит о том, как ему плевать на все. а сам он продолжает постоянно прокручивать в своей голове то самое событие десятилетней давности. он даже смерть отца вспоминает не так часто, как смерть его. и ему бы давно извлечь урок и забыть, но глупое сердце начинает бешено колотиться, вспоминая его лицо, руки и касания, а потом резко замирает, вспоминая его слова, что напрочь разбили альфу. он сжимает руки в кулаки и, не сдержавшись, бьет по столу, оставляя после удара небольшую вмятину. Чонгук просит официантку принести ему крепкий виски, крепче, чем он пьет обычно. все понимают, что в таком состоянии алчности нельзя перечить или пытаться вообще отговорить от этого. в такой период Чон просто прячется ото всех здесь, где никто, кроме давящих стен, не может увидеть его состояние, его, можно сказать, настоящего и настолько жалкого, слабого, как считает сам альфа. Чонгук погружается в свою атмосферу и лечит себя. это может длиться от двух дней до месяца, смотря, как на него подействует лекарство, которое в такое время для него является кислородом, которым он дышит. можно сказать, в прямом смысле этого слова. а вторым дыханием мужчины являются наркотики. они лечат его, когда заменяют собственную боль, что продолжает душить его, на эйфорию, после которой он чувствует какое-то глупое, но такое приятное и нужное облегчение. — вот, как обычно. крепкий виски и пакетик с содержимым, — говорит миловидная девушка, ставя с грохотом на стол бутылку с алкоголем и рядом кладя маленький прозрачный пакетик. — высыпи на стол и можешь идти домой. если кто остался, сообщи им, что тоже могут быть свободны, — безэмоционально говорит альфа, принимаясь открывать бутылку с янтарной жидкостью. девчушка лишь послушно кивает и дрожащими, но довольно ловкими руками открывает пакетик, высыпая дорожку содержимого на стол. она кинула мимолетный и какой-то жалостливый взгляд на Чонгука и, поклонившись, удалилась из комнаты, оставив мужчину одного утопать сначала в своих мыслях и крепком алкоголе, а потом забыться в наркотиках и приятной эйфории.