Золотая середина

Новое место жительства не принесло той радости, что должно было. Я был слишком озадачен. И плавал внутри себя. Даже не плавал, рылся как слепой крот в сырой почве. Все пытался понять, что сделал не так. Да мысленно я пытался убить Командира, но тот то этого не знал. Может, он недоволен моими результатами тестов? Но он ничего не говорил. Командир больше возмущался, когда я не дал остричь волосы. Но если ему так хочется, пусть обкромсает меня хоть под горшок. Лишь бы больше не одаривал своим злым презрительным взглядом. Теперь видя разницу между тем вниманием, что получаю я, и получает та девушка, я принимаю для себя очевидный факт. Меня это не устраивает. А это значит, что стоит лучше стараться. И Командир это обязательно заметит. Его мнение изменится в отношении меня. Ведь... Я тоже хочу ласки. И пусть она будет от такого грубияна, как Рамлоу. - Ты только глянь, а. Как он для тебя постарался. Ну вот, Командир опять злился. Из-за чего на этот раз? Я осмотрелся. Просторная квартира, с большими комнатами. Судя по количеству дверей трёшка. Не считая кухни и гостиной. Кстати в гостиной то я и был. Подошёл поближе к окну, именно там сейчас стоял мужчина. Какой это этаж? Семнадцатый? Высоко. Я бы даже сказал очень высоко. Но благодаря этому, город было видно как на ладони. И люди внизу были крошечные-крошечные точно нарисованные. - И как тут блять курить? Ворчал мужчина и тыкал в кнопки, что были встроены в стену рядом с панорамным окном. Вот поехали из секретного отсека шторы. А по нажатию кнопки, тут же двинулись обратно, успев едва ли на секунду замереть. Включилась подсветка. Зачем в окне подсветка? Благо напротив не располагалось здание из окна, которого их мог поджидать снайпер. Вот бы у него была забавная самовыделяющаяся мишень. Наконец погасли и светодиоды, их заменило гудение вытяжки. Брок протянул руку повыше, к открывшейся решетке. - Неплохо тянет. И тут же полез в карман за новой пачкой сигарет, что едва ли пять минут назад купил в ларьке, оставив меня тухнуть в машине на жаре. Закурил. На самом деле глупый поступок, для далеко не глупого человека. Я ведь мог сбежать тогда. - Ну, все. Осталось пожрать, и можно считать, что жизнь удалась. Как мало надо человеку для счастья. При слове еда я тоже приободрился. И все же один вопрос мучал. - О ком ты все время говоришь? - М? О чем ты? Командир полез в телефон. И почему то стал рассматривать фотографии еды. А ещё добавлять их в некую "корзину". И после этого я чудак? - Ты называл его моим "папочкой". А минуту назад сказал "он для тебя постарался". Кто он? Мужчина поднял на меня удивленный взгляд. Он смотрел так, словно только сейчас увидел. Изучал, как-то по-новому. Словно и, не узнавая вовсе. Я что спросил немыслимую глупость? - Твоя истинная пара. Но я не хочу обсуждать это на голодный желудок.

***

И так, та-дам, новость дня. У меня есть истинная пара, которую от меня скрывали целый месяц. "Я думал, ты знаешь." Сказал этот гад, уплетая уже четвертый кусок пиццы. И я ел. Было бы нерационально отказываться от еды из-за свалившейся новости. С другой стороны... Ну, Истинный. Ну, был. И что дальше? - Дальше? Да, ничего, все по-старому. Ого, кажется, я задал последний вопрос вслух. Нужно быть более осмотрительнее. И раз уж я начал говорить, замолкать было бы не уместно. - Значит... Это Истинный приставил Вас ко мне? Почему? Очевидно, что из Командира был паршивый мозгоправ, хоть тот и старался втюхать в мою голову правильные мысли. И надзиратель тоже был паршивый, припоминая все тот же случай на парковке магазина. И друг из него был... Никакой. Хоть мужчина и улыбался (но изгиб его губ больше смахивал на волчий оскал), и всячески пытался подавить в себе неприязнь ко мне, она все-таки проступала. В мелочах, но все же очевидных и ярко бросающихся в глаза. - Ты начал задавать правильные вопросы. Почему и зачем. Хм. Если бы только я знал, что можно тебе рассказывать, то непременно бы ответил. Интриган чертов. И как вообще можно было надеяться с ним подружиться? Да, подружиться громко сказано, тут больше подходит "наладить взаимовыгодные отношения". Я хмурюсь. Командир недобро поджимает губы и откидывается на спинку стула. Мы буравим, друг друга взглядами добрые минут восемь. И никто из нас не собирался сдавать позиции. Неожиданно лицо Командира подобрело, а губы сложились в довольную улыбку. Он что, одобрил мое поведение? - Так сложилось, что я, похоже, единственный Бета офицер, которому тебя смогли доверить. Поверь, нас обоих лишили выбора компании. И вновь оскал лесного зверя. Он подмигнул мне и тут же потянулся к кружке с пивом. Безалкогольное пиво. Это даже звучит дико. И если верить прищуру карих глаз, на вкус так же как звучит. Брок допивает кружку до дна, и со стуком возвращает ее на стол. Этот варвар что, все делает так громко? В моей голове слишком много вопросов, и я понятия не имею с каких начать. И самое жуткое, что я не получу ответы, если буду мыслить аналитически. Тут поможет только чистый допрос. И Командир знает это. Поэтому он так выжидающе вылупился на меня. Еще и насмехается подначивая. Хочет заставить меня говорить, а для начала хотя бы задавать вопросы. Что я там раньше думал об этом человеке? Сотрудничество? Признание? Нет, сейчас он меня бесит еще больше чем прежде. Но вопросы все же стоит задать, особенно если объект настроен сотрудничать. Но стоит отмести лишние. И так. Как я и думал, Командир не в восторге от задания присматривать за мной. И по всему выходит, что отказать он не мог. Но почему же... - На должность Командира, подходят только Беты? - На конкретно эту, как ты выразился, должность, да. - Почему? - На других, ты излишне резко реагируешь. - Например? - Во время непредвиденной течки, ты убил пятерых альф. - У меня не бывает течек. - Так было, пока ты не встретил своего Истинного, и у тебя не сорвало резьбу, после семидесяти лет воздержания. Новая информация совершенно отказывалась укладываться в голове. Словно новая папка документов, которую было необходимо впихнуть в переполненный сейф. И снова возникал вопрос "Нормальности". Убивать людей - ненормально. Убивать по приказу - нормально. Не помнить, как впал в течку и убил - знак вопроса. Из очередного мозгового ступора, меня вывел голос, сжалившегося надо мной Командира. - Медики сказали, что у тебя гормоны шалят. Срабатывает защитный механизм, и ты таким образом... Защищаешь от поругательств свою честь. Ты отверг свою пару, изрядно покусав. А когда течка кончилась, и ты стал стабильным, все повторилось. Практическим путем выяснилось, что ты покушаешься исключительно на Альф. Их запах вызывает в тебе приступы агрессии, которые ты не в силах контролировать. А мозг... Крайне умный и заботливый человеческий орган. И мы не знаем, как он работает. Точнее говоря, мы не понимаем, как он удаляет травмирующие тебя воспоминания. Именно поэтому, мы должны работать крайне осторожно. Звучало логично. И это объясняло, почему на меня нацепили намордник, когда мы покидали Трискелион. Но тогда, закономерно возникал другой вопрос. - Какова конечная цель? Это ведь естественно, что не логично держать такое действенное оружие, как я вечно взаперти. Какова вероятность, что меня сочтут дефектным и просто утилизируют? Да и сам Командир, не будет сидеть со мной в заточении вечно. Или же ему найдут сменщика? Не хочу знакомиться с новыми людьми. - Сделать из тебя настоящую, здоровую Омегу. - И что для этого требуется? - Время. Покой. И высококлассный психотерапевт. Командиру наскучил этот разговор. Это было слышно не только по интонации его голоса, но и по лицу, которое он даже не пытался держать. Мужчина поднялся уперевшись ладонями на стол. Пытается сбежать от разговора. Но я понимал, что услышал и так слишком много. Мне нельзя сильно углубляться, иначе произойдет сбой, и весь прогресс этих дней пойдет насмарку. Я должен постараться. Не хочу больше забывать. И не хочу нового Командира. Да, этот Рамлоу был ужасным, но я кажется, привыкаю. А его замена может быть еще хуже. Мужчина уже был в дверном проеме, когда я задал последний вопрос. - Как его зовут? - Стивен Грант Роджерс. Он выплюнул имя с деланным безразличием.

***

У жизни в квартире было много плюсов. Первый и самый главный это сотовый телефон с выходом во всемирную паутину. Да, Командир поставил на него "Родительский Контроль", ограничивающий запросы в интернете, но он мне совершенно не мешал. На Стивена Роджерса в интернете было не то чтобы много информации. Это была мировая личность, президент большой, нет, даже огромной страны. Много заслуг перед отечеством. И собственно... все. Ни точной даты рождения, ни личной жизни, никакой биографии. Лишь политика. Этот человек тщательно охранял свою частную жизнь. Это, конечно, похвально. Вот только... Похоже, Командир ненавидел Роджерса, еще сильнее, чем меня. Его жутко корежило, стоило только заикнуться по поводу этого человека. Выключал телевизор, когда начиналась политическая сводка. И никогда не называл по имени. Исключительно "Твой Истинный". И словно говорил он эту фразу не для меня вовсе. А для себя. Как какое-то напоминание. Жаль смысл этого ускользал мимо. Я уже отчаялся понять этого мужчину. Его стало слишком много. Он был буквально везде. На кухне, в гостиной, особенно в ванной. Занимал всем собой все пространство. А еще он был громким. Очень громким. Он мог по полчаса ворчать в телефон, найдя там какую-то статью. Или ругаться на подгоревший обед. "Кто мать твою, в этом доме Омега?! Почему я один ебусь на этой кухне?" А еще " Барнс, ебанный ты в рот! Выкидывай свои длиннющие волосы из стока, я ебал их собирать, вода совсем не уходит!" И да, у него явно какие-то проблемы со словом "ебать". А еще жить с кем-то. А ещё странное чувство юмора, ведь на мой ответ, что "насколько помню в рот меня не ебали", он смеялся так, что будь у нас соседи точно бы вызвали неотложку. А ещё он обладал целой кучей дурных привычек. Он много курил. Да он цивилизованно делал это под вытяжкой, но каждые полчаса. Мне порой казалось, что дым просто не успевает всасываться. Он включал телевизор, а сам сидел в телефоне. Думаю, это была очередная уловка, чтобы я проявил себя как личность. А именно отобрал пульт и включил тот канал, который понравится. Ну а мне было одинаково ровно, что смотреть. То есть, все интересно. Он мог часами трепаться по телефону с разными людьми. Но в основном с неким "Роллинзом" , которому Командир устраивал взбучку за плохую дрессировку птенцов. И я понятия не имею, кем работал этот Роллинз. Да и откуда сам Рамлоу знал, как дрессировать птиц. Командир пил очень крепкий кофе по утрам. Такой горький, что только от одного запаха я заряжался бодростью на целый день. Рамлоу мог тянуть эту чашку целых два часа. Допивая этот напиток уже холодным. А ещё он мерз под душем, поэтому предпочитал долго лежать в ванной и тихо слушать музыку. Он говорил, что ему так крепче спится. Но это было ложью. Нет, не про душ, про такое он, конечно, не рассказывал. Я просто лично слышал, как стучали его зубы, когда он ополаскивался после зарядки. Врал он про крепкий сон.

***

Выходило так, что сон был нашей общей проблемой. Точнее его отсутствие. Первую ночь, я не хотел спать. Вторую ночь - пытался, но не смог. А третью... В третью ночь, и во все последующие, я по каким-то своим внутренним часам начал просыпаться полчетвертого ночи. За полчаса до того, как Командир выползал из своей берлоги. И эти ночные... бдения, стали чуть ли не главным вопросов в моей "нормальности". А причина в том, что я ждал. Ждал, когда ровно в четыре часа утра дверь в комнату Рамлоу едва уловимо скрипнет. Это был очень тихий звук, от того я и ожидал его в напряжении боясь пропустить. Мягкой поступью босых ног, мужчина проходил мимо моей комнаты. Он делал это так тихо, насколько вообще может здоровенный мужик вроде него, что в мою голову лезла подлая мысль. "Командир боится потревожить мой сон". Глупая мысль, согласен. Но она мне так нравилась, что я задерживал дыхание, в те секунды, когда Рамлоу был совсем близко. Ему не за чем знать, что даже в такое раннее утро, он не может остаться наедине с собой. О, как мне хотелось выйти к нему. Узнать, почему не спится. Что тревожит, этого бронированного человека. И почему он включает новостной канал, который под запретом днем. Но мне не хватало смелости, не то что выйти, а даже перевернуться в постели. Выдать свое пробуждение хоть как-нибудь. И я лежал, тупо уставившись в потолок. Вдыхал запах сигарет, что тянулся в мою комнату, вместе с всепоглощающей тоской. В такие моменты, вечно шумный Рамлоу, затихал, превращаясь в безмолвную тень. Призрака. И только тихий шепот телевизора, выдавал его. Ровно через два часа, мужчина выключал телевизор и уходил на кухню готовить завтрак. А после в ванную, умывался, изредка брился, чистил зубы. Там, в этой керамической комнате он перерождался, возвращая на себя броню с маской озлобленного шута. Ровно в семь утра, он уже топал к моей комнате не тихушничая. Громко стучал в дверь и выкидывал каждый раз новые фразочки. "Дорогая, завтрак готов." "Барнс! Упал отжался!" "Если хочешь, чтобы я съел твой завтрак, не торопись." И только после этого, я позволял себе окончательно проснуться. И идти жить жизнь, как говорил Рамлоу. И я шел. Зарядка, видео консультация с психологом, какие-то тесты. И так изо дня в день. Больше чем раннее пробуждение, я любил вечера. Брок заказывал вкусную и вредную еду и выдумывал всякие развлечения. Я видел, как тот чах запертый в четырех стенах, поэтому соглашался на все выдумки. Моими любимыми были, игры в карты, шашки, и просмотр фильма. Я ненавидел, когда Командир заставлял меня читать вслух. "Это чтобы твой язык не атрофировался." А еще эти тупые документалки про Омег, самореализацию и суть бытия. И самое отстойное - вечерний отчет. Брок печатал его на ноуте ежедневно. Я особо не вчитывался, но там было все одно и то же. "Стабилен". Вот только понять, хорошо это или плохо, я не мог. А Командиру походу было все равно. А может просто не хотел на меня давить. Но суть не в отчете, а в звонке, что следовал сразу после отправки. Стивен Грант Роджерс, звонил Командиру каждый раз. Рамлоу не брал трубку до последнего, буравя дисплей недовольным взглядом. И вот, когда мелодия была готова вот-вот оборваться, поднимал трубку. Отвечал спокойно и по-деловому сдержанно. Он был страшен в этот момент. Его взгляд. Нет, он не был холодным, или злым. Если описывать с чем-то осязаемым, то его глаза в такие моменты напоминали высушенный колодец. Да такой глубокий, что свет не доставал до дна. А дно там было, выжженное, вымершее, безжалостное. Темное. И эта темнота поглощала своего собственного хозяина, превращая его в мраморную статую. Прекрасную и безжизненное. И Рамлоу это прекрасно знал. Не хотел, чтобы его видели таким. Я видел. Поэтому, только ответив на звонок, он спешил скрыться в своей комнате. Чтобы выйти из нее только в четыре часа утра. Это длилось на протяжении месяца, пока что-то вдруг не изменилось.

***

Я проснулся чуть позже, не в полчаса, а без двадцати минут четыре. Принялся ждать. Все было как всегда, Командир прошел в гостиную. Вот только телевизор включать не спешил. До меня стали доноситься звуки копошения, сначала в гостиную, после в коридоре и даже в прихожей. Через пятнадцать минут, Командир вернулся в свою комнату. Ругнулся. А после подошел к моей двери и затаился. Прислушивается, сплю я или нет? Квартира замирает в оглушающей тишине. А когда мне начинает казаться, что никакого Рамлоу за моей дверью нет, раздается голос. - Барнс? Ошарашенно молчу. И что мне делать? Прикинуться спящим? Или ответить? Вот черт, какого дьявола, лежа в своей комнате, на своей кровати, я чувствую себя так, словно меня взяли с поличным. Застукали за непотребствами. - Командир,-все же отзываюсь я. - У меня сигареты кончились, пойдешь со мной до магаза? И я тут же вскакиваю. И вот какого черта я так себя веду? Бегу как соскучившийся песик по первому зову. А если бы я не откликнулся? Он бы просто запер меня и ушел? Нет, это не главное. Главное, что он пригласил, вспомнил обо мне. Возможно, ему не так уж и похуй, как хочет, чтобы казалось. Это было так странно, наконец, выйти из квартиры. Непривычно, и даже немного страшно. Хотя мы ушли недалеко от дома, всего то перешли дорогу к ближайшему круглосуточному ларьку. Но это уже было приключением. И нарушением правил. Я знал, мне нельзя покидать территорию помещения, в котором меня расположили. Как и Броку оставлять меня без присмотра. Интересно, что он напишет в отчёте? Эта мысль кажется, мне забавной и уголок моих губ дёргается вверх. От этого жеста, дедуля, сидевший за кассой, нервно косится в нашу сторону, тянется рукой под прилавок. Командир тоже бросает на деда украдкой взгляд и тут же теряет интерес, возвращая внимание на список наименований табачной продукции. Похоже, его любимой марки в этом списке нет. Недовольно покусывает губы. И даже спустя десять минут, Командир так и не смог сделать выбор. За это время, мы с дедом успели поиспепелять друг друга взглядом. Я все ждал, когда он достанет из-под стойки ружье. А он... Честно говоря, не знаю, чего он ждал. Наверное, чтобы мы побыстрее убрались отсюда. - Будешь мороженое? Вопрос, заставляет меня моргнуть и взглянуть на мужчину рядом. Дед, тихо выдыхает, немного расслабляясь от безмолвной войны. А Брок словно вообще не замечал напряжённую ситуацию, возникшую в этом крохотном здании. Не дожидаясь ответа, он открывает морозильную камеру, что стоит тут же, и достает два вафельных стаканчика. Расплатился наличкой. Спиной услышал облегченный выдох кассира и тихую молитву, когда мы, наконец вышли. Его можно было понять. Два странных, ещё и трезвых бугая, припёрлись ночью в магазин, чтобы купить мороженку. Так на одном из них ещё и маска на пол рожи. Благо хоть руку было не видно под длинным рукавом толстовки. - Садись. И я без вопросов сел туда, куда махнули рукой. На качели. И только странное чувство невесомости вновь вернуло меня в реальность. Ого, я давно так не пропадал в себе. Не уже ли, это от смены обстановки? - Можешь снять маску. Разрешил Командир, усаживаясь на соседние качели. Я подчиняюсь. Мужчина близко, ближе, чем на расстоянии вытянутой руки. Вот если бы ещё не эта пара цепей, что весит между нами. Свежий воздух ударяет в голову, и я вдыхаю его полной грудью. Вот она, свобода. Солнце уже проснулось, и начало отогревать небо своими лучами, окрашивая в рыжий оттенок. В самой дальней, западной стороне, небо было ещё темным, но уже начинало голубеть. Я и забыл, какое небо может быть чистым. Но это ненадолго, скоро его затянет пепельными облаками. Сегодня переменная облачность. Так сказали по телевизору. - Ешь, а то растает. Опускаю свой интерес с небес на Командира. Не смотрит на меня. Упёр свой взгляд в землю под ногами. Плечи его опущены, слишком большой груз на них возложили. Нет, Брок не жаловался, он не из тех людей, что вечно ноют. Но я чувствовал его усталость, как бы тот не пытался скрывать свое нутро. Тем не менее, мужчина уже съел половину своей порции. И я распечатываю свое, чтобы не отстать. Не знаю, дело в этом десерте, или в компании, или в целом атмосфере, но это было самое прекрасное лакомство, которое мне доводилось пробовать. Съел его в несколько укусов. Я даже не обратил внимание на холод, что обжёг мой язык и горло. Вкусно, но мало. Облизнул сладкие губы. - На. С тихим смешком мне подсунули недоеденную порцию. И я принял. Грех отказываться. На короткое мгновение наши пальцы соприкоснулись. У Командира были холодные, даже ледяные пальцы. Вот дурень. Замёрз, а все мороженое трескает. Так и заболеть недолго. Спешу избавиться от возможной причины недомогания Командира, засовывая лакомство целиком в рот. Медленно начинаю жевать. Мои щеки забавно раздулись, и я плотнее сжимаю губы. Не дай Бог сладкая капелька сбежит. Не позволю. Рамлоу вновь тихо смеётся и отворачивается. - Ты бы видел себя сейчас. Такой серьезный. Посмеиваясь, Командир растирает замёрзшие пальцы и осматривается. Мы одни во дворе. И даже в доме позади нас нигде не горел свет. Слишком рано. Вообще, дом, в котором мы сейчас жили, был очень большим и высоким. Он был построен в форме квадрата, образуя закрытую зону двора, со своей детской и спортивной площадкой. С небольшой прогулочной зоной, в которой были высажены кустарники, деревья и клумбы с цветами. Уютно. Вот только обзор для снайпера отличный. И сейчас, осмотревшись получше я понимаю, почему мы сидим именно на качелях, а не на одной из многочисленных лавочек. Качели были окружены высокими деревьями, чья крона полностью закрывала нас сверху. А кустарник за нашими спинами мешал обзору с той стороны. И меня это поразило. Нет, не то, что Командир так четко отслеживает обстановку, никак не подавая виду. А то, что мы с ним... Одинаковые. Он такой же параноик, как и я. - Я хотел с тобой поговорить. И вновь притих, собираясь с мыслями. Ого. Мне казалось, он никогда не сомневается, и не задумывается над тем, что сказать. Переплетает пальцы в замок и смотрит на них. Словно это самое увлекательное зрелище. И я смотрю. Коротко подстриженные чистые ногти, мозолистые пальцы настоящего трудяги. И набухшие вены на кистях. Они выделяются даже на смуглой коже. Это... Нет, не красиво. Красивым могут быть цветы, десерты, цветастые птицы. А его руки были... Притягательными. Да, именно! Я не мог оторвать взгляд. Сам не знаю почему, но мне вдруг захотелось приложить ладонь своей живой руки. Сравнить. Длину пальцев, ширину ладони. Найти в нас ещё что-то общее. - Уже больше месяца мы топчемся на одном месте. Я рад, что у тебя нет ухудшений, но и прогресса тоже нет. Психологи говорят, что нужно время, надо ждать. Но мы не можем так долго тянуть. Я хочу вернуться к себе домой, в Нью-Йорк. Да и ты, я уверен, тоже хочешь со всем этим поскорее покончить. Поэтому я предлагаю действовать более решительно. Он обернулся, посмотрел мне прямо в глаза. Почему он спрашивает меня? Ждёт моего одобрения? Ну, точно, я ведь должен иметь свое мнение и уметь его озвучивать. Ну, раз он этого хочет... - Например? Дурацкое слово. И такой же дурацкий вопрос, я слишком часто его задаю. Но на большее я не способен. - Попробуем делать все то, что делают обычные омеги. Я ничего не понял, но все равно кивнул. Сделаю все, что Командир захочет. Надеюсь, его это хоть немного сдобрит. В ответ меня одаривают широкой улыбкой, с хищным прищуром глаз. Внутри что-то обрывается. На короткое мгновение перестаю дышать, и даже соображать. Сейчас, в эту самую минуту, на этом самом месте, Брок Рамлоу переродился в моем восприятии. Красивый. Его улыбка, глаза, да и все лицо в целом. Даже искусственная сутулость плеч. Брок сейчас был настоящим, без своих наставнический замашек, неуместных злых шуток. Такое чувство, что его подменил брат близнец. И я не хочу, чтобы такой Командир уходил. Хочу чтобы он навсегда остался со мной вот именно таким. Открытым, добрым, с этой честной улыбкой. Без вражды во взгляде. И я понял. Я не могу его подвести.