Yellow Tabernus

Тэхён разглядывает носки жёлтых сапожек, сидя на корточках, и не обращает внимания на разговоры взрослых. Он не замечает, что все кроме него облачены в чёрное, что только его жёлтые резиновые сапоги выделяются из общей серости. Повсюду ходят взрослые, то и дело прикрывая лицо платком. Они плакали. «Это потому что у них нет таких сапожек» — думал мальчик, когда те заливались слезами сильнее, смотря на него. Бабушка, что привела его сюда, стояла рядом с несколькими женщинами, что неверующе качали головами. К слову, бабушку он увидел впервые, мама не рассказывала ему о ней. Она просто приехала одним дождливым днём, как сегодня, и забрала его. Мальчик не знал, разрешила ли мама: она спала вторые сутки подряд. Утром он проснулся и побежал в спальню, привычно взобрался на неё и стал тормошить, но та не вставала, даже не реагировала. Тогда он попытался разбудить её криком, но и это не сработало. — Тэхён, — зовёт его бабушка. Он глядит на неё и вспоминает, как она в первый раз появилась в квартире. Она прижимала его к себе до боли в рёбрах, вместе с ней пришли полицейские. Тэхён видел, как они зашли в комнату мамы и долго не выходили. — Там кое-кто приехал, — бабушка шмыгает и протягивает ему руку. — Пойдём, познакомлю тебя с ним. Он берет её за руку и идёт, рассматривая всех собравшихся людей. Их немного, но каждый из них чем-то похож на другого. Бабушка ведет его, не оглядываясь, так что мальчик иногда запинается. Она подводит его к дороге, и Тэхён видит большую синюю машину, он уверен, что такая игрушка есть в его коллекции. Дверца открывается, из неё выходит мужчина в чёрном костюме. Он сразу замечает их и спешит к ним. Мальчик смотрит, как он приближается, и, почувствовав, как бабушка отпустила его руку, посмотрел на неё. Она кидается к мужчине в объятья, а тот сжимает её в своих. Его лицо болезненно искажается, а Тэхён снова думает про свои сапожки. Они обнимаются медленно, бабушка дрожит и что-то говорит, мальчик не разобрал что именно. А потом разжимает объятия, отходит и подталкивает Тэхёна ближе. Мужчина смотрит на него, а затем присаживается на корточки, оказываясь лицом к лицу. — Привет, малыш. — Голос мужчины не такой подавленный, как у других, которые мальчик сегодня слышал. — Меня зовут Юнги, я твой дядя. — И ты будешь жить с ним, — сразу добавляет бабушка. Тэхён хмурится, и лицо дяди искажается от боли. — Как же он похож на неё, — шепчет он женщине, вставая. Та кивает ему и кладет ладонь на макушку Тэхёна. — Сколько ему? — Представься, — просит его бабушка. — Я хочу жить с мамой, — отвечает мальчик, насупившись. Юнги наклоняется к нему, подхватывает, и, перехватив под коленями, сажает на сгиб локтя, придерживая. — Мамы больше нет, — мягко отвечает он, — но есть я, со мной будет не хуже, правда. Ты когда нибудь видел настоящих кроликов? — спрашивает он, а бабушка лишь грустно смеется. Тэхён отрицательно покачивает головой, а потом ойкает от того, что его прижимают. Мальчик пытается отстраниться, но мужчина, перехватив его поудобнее, направляется туда, откуда они с бабушкой только что пришли. — Ему едва пять исполнилось, чем она думала? — слышит он кусочки диалога дяди и бабушки. — Твоя сестра эгоистка и я знала, что она такой вырастет. Наглоталась таблеток, а на сына маленького наплевать. Как так можно? Ну как так можно?! Юнги вздыхает, подходя к родственникам и поочерёдно здороваясь с каждым. — Мальчик тихий, она либо била его, что он такой зашуганный, либо папаша больной был и ребёнку передалось, — высказывается кто-то. — Моя сестра. Ни за что. Не стала бы. Бить. Своего. Ребёнка, — отрезал Юнги, смиряя того гневным взглядом. — Он совсем маленький, чего вы от него хотите? Чтобы он вместе с вами рассуждал тут, как ужасно она поступила? — Гроб привезли, — оповещает подошедший мужчина. Тэхён поднимает с плеча голову и видит большой черный фургон с белой надписью. — По… — пытается он прочитать. — Похор… Дядя резко разворачивается, поэтому мальчик теперь смотрит на огромную дыру в земле. Тот быстро опоминается и чуть отстраняет от себя ребёнка, заглядывая тому в лицо. — Тебе на это смотреть нельзя, пойдём-ка в машину, — говорит он и, предупредив толпу, идет к своей машине. — Что такое гроб? — мальчик поднимает руки, когда Юнги просит, чтобы закрепить ремни безопасности вокруг него. — Я потом тебе расскажу, — пытается улыбнуться он и опускает взгляд на чужие ноги. — Какие у тебя красивые сапожки. — Мои любимые. — гордо отзывается Тэхён, начиная бултыхать ногами. — Мама купила тебе их, да? Мальчик кивает и тянется руками к одному, сапог легко соскакивает с ноги, открывая вид на желтый носок с маленькими оранжевыми горошинками. Юнги усмехается, обхватывая ступню ладонью. Тэхён протягивает ему сапожек, и мужчина берет его, начиная рассматривать. Ребёнок был рад рассказать об этих сапогах, показать их, дать пощупать, ведь они были ему дороги. — Где мама? Юнги сглатывает, натягивая обувь на крохотную ногу племянника. Подняв взгляд на ждущие ответа глаза, он глубоко вздыхает, прежде чем ответить. — Мама стала ангелом. Смотрит на тебя прямо сейчас с неба и рассказывает там всем, какие у её сына красивые сапоги, — под конец голос дрожит. Тэхён молчит и не понимает, но больше ничего не спрашивает. Мужчина выглядывает в окно и, видя, как несут гроб с его сестрой, не сдерживает всхлипа. Он вновь поворачивается к племяннику, треплет мягкие волосы и обещает вернуться попозже.

***

Когда они приезжают, Тэхён уже мирно спит, свернувшись в детском кресле. Юнги паркуется рядом с домом — в гараж заезжать нет смысла, позже придётся снова ехать. Он выходит из машины, наступая на мокрую после дождя траву, и открывает синюю дверь машины. Осторожно, чтобы не разбудить ребёнка, отстёгивает его от кресла и подхватывает, закрывая машину. Юнги открывает калитку и после запирает, напоминая себе смазать скрипучую петлю. Он идёт вдоль сада, растущего по обе стороны от тропинки, ведущей в дом, и мысленно делает пометку о том, чтобы провести с Тэхёном пикник здесь в хорошую погоду. Открыв дверь, мужчина скидывает обувь, подталкивает ногой к остальным ботинкам и, аккуратно снимая с мальчика сапоги, ставит их рядом, затем открывает ещё одну дверь, на этот раз в дом, и проходит внутрь. Тэхён просыпается от собственного чиха, во время того, как Юнги снимает с него верхнюю одежду. — Будь здоров, — улыбается дядя и, задумавшись на секунду, прижимает ко лбу мальчика ладонь. — Ты себя нормально чувствуешь? Не заболел? — Я хочу кушать. — отвечает Тэхён, потирая сонные глаза и осматриваясь вокруг. — Сейчас я дам тебе переодеться, и пойдём что-нибудь приготовим, — кивает Юнги, а потом выходит из комнаты, возвращаясь через пару минут с коробкой. — Тут все вещи, которые мне не впору. Тебе что-то да должно подойти, — он начал выуживать из коробки по одной вещице и раскладывать в разные стопки. «На вырост», «сейчас» и «просто есть». Тэхён же с любопытством наблюдает за появлением каждой новой вещи. Ему понравилась шапочка с помпончиком, он сразу же говорит об этом, и по итогу сидит в ней. — Великовато, но всё, что есть. — Юнги выбирает бирюзовую футболку с принтом оранжевых треугольников и старые боксеры, которые были новыми и нетронутыми, но не подошли когда-то парню. Тэхён маленький, всё равно не поймёт. На ноги он смог отыскать разноцветные потрепанные носки. Футболка доходит до колена, боксеры на манер шорт слегка сползают, но их мальчик подтягивает сам. Носки оказались слишком большими, поэтому автоматически становятся гольфами, но мальчику даже нравится. — Не холодно? — Нет, — уверенно отвечает он и шагает в сторону двери. Юнги усмехается и, скинув старые вещи племянника в коробку, спешит за ним. Тэхён идет медленно, рассматривая коридор, заглядывая в комнаты и комментируя всё бормотанием. Что-то Юнги ему поясняет, где-то рассказывает применение тех или иных предметов декора, а когда они наконец доходят до кухни, то и лестница на второй этаж интересует мальчика. — Стой, — останавливает его мужчина, разворачивая в сторону кухни. — Сначала поедим, а потом я покажу тебе второй этаж и скот. — Скот? — повторяет Тэхён неизвестное слово, поднимает руки, позволяя поднять себя. — Что это? Юнги ставит его на стул рядом с плитой и включает конфорку, отходя к холодильнику, но потом быстро возвращается, забирая оттуда племянника. — Животные. Куры, свиньи, утки и кролики, — перечисляет мужчина и поручает мальчику держать два яйца. Тэхён относится к заданию со всей серьёзностью, вытянув перед собой ладошки с яйцами и смотря на них так, будто те могут убежать. Раскалённая сковорода приятно шкварчит, Юнги быстро нарезает зелень и ссыпает её. — Юнги, — позвал племянник, и мужчина на секунду замер. Он впервые назвал его по имени. — Что? — улыбается ему Юнги и вновь поднимает, ставя на стул у плиты. — Животные на втором этаже? — Нет, что ты. Они на улице, но у них есть свой домик, — объясняет Юнги и, взяв в ладони руки ребёнка, вытягивает над сковородой. — Хочешь сам разбить? Тэхён часто-часто кивает и сжимает яйцо, то трескается и крошится, содержимое вместе со скорлупой благополучно попадает на сковороду. — Нет, это не так делается, — протягивает Юнги, судорожно вытаскивая кусочки скорлупы из еды. — Смотри, — он ударяет яйцо о поверхность плиты и показывает племяннику, что оно треснуло, а затем правильно ставит его руки и объясняет, как нужно сделать, чтобы желток и белок вылились. Сосредоточившись, Тэхён надувает щёки и тянет в стороны скорлупу. Та расходится и выпускает из своих оков содержимое. — Получилось! — радостно кричит мальчик и прыгает на месте, что аж перепуганному Юнги приходится придерживать его, чтобы он не свалился. Дядя закрывает сковороду крышкой и снова стаскивает Тэхёна со стула, на этот раз усаживая за стол. — У тебя хорошо вышло, — одобряюще оповещает Юнги, подходит к холодильнику и достает пласт бекона, упаковку со сливочным маслом и пакет с помидорами. — Я как повар! — улыбающийся Тэхён — спасение сегодняшнего дня. Юнги кивает, летая по кухне то туда, то сюда. В сковороде к яйцам добавляется бекон, на хлеб намазывается масло и отправляется на тарелку, а потом и на стол, столовые приборы тоже незамедлительно пропадают из ящика, появляясь рядом с тарелкой бутербродов. — А сколько тебе лет? — Я был младшим братом твоей мамы. Твоей маме было десять, когда я родился. Знаком с арифметикой? — по лицу племяннику понятно, что само слово «арифметика» — это неизвестность. — Двадцать исполнилось три месяца назад. Убедившись в готовности яичницы, Юнги выключает плиту и достаёт тарелку, аккуратно перекладывая всё на неё. — Ты взрослый, — протягивает Тэхён. Тарелка оказывается у него под носом. Оттуда на мальчика смотрит улыбающаяся беконом рожица с одним поплывшим глазом и зелеными веснушками из зелени. Тэхён восторженно ахает и приподнимает тарелку, вглядываясь. — Осторожно, горячо же, — протестует Юнги, пытается забрать и поставить тарелку обратно, но племянник делает это сам, а потом резко вытягивает к нему руки, что мужчина не сразу понимает зачем. А потом наклоняется, и маленькие руки обвивают его шею. Юнги чувствует тепло исходящее от ребёнка и гладит его по спине, улыбаясь. Его сестра в детстве была такой же. Всегда была любопытной и пахла теплом и солнцем.

***

— Так, только смотри, тут пахнет далеко не цветами, — предупреждает Юнги, открывая дверь амбара, и племянник тут же мышкой проскальзывает внутрь. Запах мальчика не смущает, он сразу бежит к ближайшему загону, где кудахтают куры, и дядя спешит за ним. — Курочки, — ахает Тэхён, приподнимаясь на носках, оперевшись об ограждение. — А как их зовут? — Оу, ну они почти все одинаковые, поэтому имён я им не давал, но вот петуха зовут Арнольд. — Петух, услышав своё имя, громко кукарекает, и Тэхён смеется. — Пошли дальше. — взяв того за руку, ведет Юнги. — Это свинка, она пока одна, но в будущем появятся ещё, в амбаре много места. Её зовут Окча, поздоровайся с ней. — Привет, Окча. — племянник махает ей двумя руками и тоже хрюкает, когда она начала издавать звуки. — Ты ей понравился, — ухмыляется дядя. — А вот это кролики. — Они подходят к усыпанному сеном углу, освещаемому специальной лампой. — Их двенадцать, поэтому их зовут по месяцам. — Понедельник, то есть? — спрашивает Тэхён и пытается взять одного в руки, но тот отбегает в сторону. — Нет. Январь, февраль, март и так далее, не знаешь? — Юнги гладит самого маленького серого и берет в руки, протягивая восторженному мальчику. — Знаю, — быстро отвечает племянник и прижимает к себе зверька. — Какой хорошенький, можно его домой? Домой. Юнги опускается перед Тэхёном на корточки и кладёт ладони на его нежные щеки. Мальчик с искренней надеждой смотрит на него. — Всё здесь — твой дом. Ты можешь прийти сюда, когда захочешь, затискать кого угодно, Тэхён. Щеки племянника теплеют и, он прижав кролика, покачивается из стороны в сторону. — А теперь утки. — встав, говорит дядя и отодвигает мешок с зерном, чтобы пройти. Их клетка оказывается закрытой, как и у кур, и Юнги объясняет это тем, что они могут вылететь. — Пирожок, Рисинка, Тарелка, Булочка, Селёдка и Крендель. Понятия не имею, почему назвал их в честь еды. Тэхён долго носится от одного загона к другому, подкармливает, научившись у Юнги, гладит, если дотягивается и пытается научиться их языку, хрюкая и гогоча. Проходит почти час, мужчина еле как уговаривает мальчика пойти в дом, ведь уже пора готовится ко сну, они не заметили как подкралась ночь. Забавно постукивая по бетону сапогами, Тэхён самостоятельно идет по тропинке в дом, Юнги следит за ним позади. Пропахнувшие вещи он снимает сразу в коридоре перед входом внутрь, раздевается до трусов и раздевает племянника, через силу расставшегося с так сильно понравившейся шапкой. Подхватив Тэхёна, мужчина быстро проникает внутрь и поспешно шагает к ванной, заботясь о том, чтобы тот не замёрз. Поставив его в ванну, Юнги накидывает на себя первую попавшуюся в стирке футболку и шорты, а затем, заткнув ванну пробкой, включает воду. — Бомбочку хочешь? — спрашивает дядя, доставая желтый кругляшок из полки. Тэхён кивает, переминаясь в набирающейся воде с ноги на ногу. Достав ещё несколько бутыльков для ванны, Юнги трогает воду локтем и поставив флаконы на бортике, тянет руки к белью племянника. Но тот закрывается руками. — Нет, мама говорила, слоника нельзя показывать. — Слоника значит, — усмехается мужчина. — Но мне-то можно. У меня тоже слоник есть, тебе нечего стеснятся. Тэхён все равно уворачивается от рук и протестующе хныкает. — Так ладно, будем вместе мыться. Слоник за слоника, идёт? — Слоник за слоника, — решительно соглашается мальчик. Юнги снимает футболку и шорты, попутно спрашивая Тэхёна о том, какой первый бутылек он хочет вылить. Вода уже заполняет почти половину ванной, мужчина наконец снимает боксеры и подходит ближе к ванной. — Я просто взрослый, — сразу поясняет он, когда племянник открывает рот, чтобы что-то спросить. — А теперь ты. В этот раз Тэхён не сопротивляется, позволяя милым синим трусикам упасть в стирку. Он берёт в руки бомбочку и садится. Юнги тут же спрашивает, не горяча ли вода. Выливая по очереди немного с каждой баночки, дядя взбивает воду рукой, чтобы появлялась пена. Тэхён тут же хватает ту руками, смеётся и сдувает с ладоней. Когда ванна набрана, все бутыльки вылиты и остается только бомбочка, Юнги перелезает через бортик и опускается, уровень воды поднимается. — Двигайся ко мне, — просит мужчина и, когда тот выполняет просьбу, набирает в ладони воду. — Закрой глаза, — он льет на волосы, затем ещё и ещё, пока те полностью не становятся мокрыми. — Ещё чуток так посиди. — Хорошо. Юнги льет в ладони шампунь, закрывает крышку подбородком, и размазывает смесь по чужим волосам. Тэхён послушно сидит, что знатно облегчает дяде работу. — Всё, открывай. — говорит он, смывая последние остатки пены с волос и зачесывая их назад. Перед тем как открыть глаза, племянник моет лицо, чем удивляет мужчину. — Бомбочка, — сразу загорается Тэхён и берет её в руки. — Нужно снять упаковку сначала, — отвечает Юнги и протыкает пленку ногтем, разворачивая обертку. Он разгоняет немного пены, чтобы племянник смог увидеть, и суёт тому в руки со словами: — Опускай в воду. Счастливый от самостоятельности Тэхён, медленно погружает бомбочку в ванную, а потом как ошпаренный прижимает к себе руки. Бомбочка зашипела, начала плавать, окрашивая воду в жёлтый цвет. — Хочешь, ещё потом купим? — довольный чужой реакцией спрашивает Юнги. — Да! — выкрикивает мальчик и плещет воду, от несдерживаемой радости. Мужчина задумывается о том, почему же он так удивляется. Его сестра, Чеён, живущая вместе с сыном в городе, ни разу не покупала что-то подобное? — Я хочу намылить тебе голову, — выдает Тэхён и хватает шампунь. — Ну давай.

***

Расстилая постель, Юнги впервые учитывает, что тепло действительно важно, ведь сегодня с ним будет спать Тэхён. Вернее будет спать до тех пор, пока мужчина не обустроит ему комнату. Уже засыпающий племянник сидел в кресле и едва удерживался, чтобы не провалиться в сон. Этот день сильно измотал его. Пижаму ему нашли из топа, что пришёлся, как футболка и боксеров. Достав из шкафа одеяло, дядя стелет его, а затем тихо подходит к мальчику. — Спишь? — спрашивает он шепотом. Тэхён дергается, открывая глаза и сразу зевая. — Пошли. Сонный мальчик заплетающимися ногами подходит к кровати, откидывает краешек одеяла, и забирается на нее, тут же накрываясь. Юнги следует его примеру, выключает свет и залезает в постель, взбивая подушку тихо, чтобы не потревожить ребёнка. — Спокойной ночи, Юнги, — засыпающим голосом желает Тэхён и окончательно засыпает. Мужчина придвигается поближе и шёпотом в ответ желает сладких снов, закрыв глаза.