Yellow Tabernus

— Попробуй, это же весело, — подбадривает Юнги, поправляя сползшую на лоб шапку. Мальчик настойчиво качает головой, ёжась от холода — зимнее утро выдалось морозным. Юнги разбудил его кружкой какао, уже будучи одетым в тёплую одежду. Мужчина настаивал на том, чтобы выйти на улицу и сделать снежных ангелов, какая же зима без них? Тэхёну зима не нравится, так что он без особой радости выходит на улицу и, слыша хруст снега, скучает по шелесту травы. Никаких плюсов в зиме мальчик не видит: нет растительности, холодно, приходится кутаться в кучу одежды и повсюду противный белый цвет. — Я не хочу, — отвечает мальчик, вытирая текущие сопли. — Промокну ещё. Юнги посмеивается, наблюдая за паром изо рта, и разворачивается к сугробу спиной. Младший чуть отходит и смотрит на то, как мужчина валится в снег и начинает махать руками и ногами туда-сюда. — Обычно детям нравится возится в снегу, лепить снеговиков и снежных ангелов. И ещё приходить до ниточки мокрыми и продрогшими, — весело говорит Юнги, вспоминая себя в детстве. Они с Чеён каждую зиму лепили армию снеговиков на заднем дворе, а мать ворчала, что морковка бессмысленно расходуется. — Догоняй малявка, — смеясь, кричит девушка и резво присаживается на корточки, поспешно хватая руками снег, лепя снежок. Юнги в неудобных дутых штанах бежит по снегу, проваливаясь и уворачиваясь от снарядов старшей сестры. Она резво смеётся и убегает подальше, когда брат оказывается совсем близко. — Чеён, так нечестно! Ты старше, у тебя ноги длиннее, ты быстрее, — кричит ей вдогонку мальчик и запинается о собственную ногу, падая. Сестру прошибает хохотом, она хватается за живот и сгибается пополам, шапка слетает с головы, высвобождая длинные чёрные кудри. Запыхавшись, Юнги встаёт, с обидой глядя на сестру, и бежит прямо на неё с целью повалить. К счастью, девушка не успевает увидеть, что на неё несётся брат, поэтому она, вскрикнув, падает от толчка младшего. — Маленький титан, — посмеивается Чеён, не двигаясь, наблюдая, как мальчик встаёт с неё и ложится чуть поодаль. — Хочешь снежных ангелов сделать? — В этот раз мой будет больше, — заверяет Юнги и усердно начинает размахивать руками и ногами. — В траве валяться приятнее, — отвечает Тэхён, заправляя рукавицу под рукав куртки. Они ушли на луг рядом с замёрзшим озером, ведь собственный двор был уже полностью в снеговиках и ангелах. — Ты тепличный цветочек, — Юнги растягивает губы в улыбке и осторожно встаёт, стараясь не испортить своё творение. — Зимой же нет всяких комаров, радоваться надо. Мальчик пожимает плечами и поворачивает голову в сторону озера. На берегу стоит деревянное сооружение типа дорожного знака. — Что это? Мужчина поворачивает голову в ту же сторону и издаёт тихое «о» вперемешку со шмыгом. — Видать, кто-то поставил, пойдём-ка посмотрим. Хрустящий снег доходит аж до середины голени, благо у Тэхёна дутые штаны, но всё-таки удобства в этом мало. Ему уже одиннадцать, и он справляется почти со всеми обязанностями по дому, в амбаре он уже закрытыми глазами может заниматься делами. Книжная коллекция занимает всё больше и больше места, мальчик становится всё начитаннее. Когда они доходят, Юнги мрачно оглядывает табличку с инициалами утонувшего в этом озере человека и вздыхает. — Он владеет этим озером? — спрашивает Тэхён, разглядывая чёрную-глянцевую табличку. — Нет, он утонул здесь, — тихо отвечает мужчина и шмыгает. Заложенный нос — вечный спутник зимы. — Пойдём уже, — просит мальчик, сунув руки в карманы куртки. Видимо, заставить его полюбить зиму — невыполнимая задача.

***

Завернувшись в одеяло и включив телевизор, Тэхён уютно расположился на диване. Щеки и нос ещё красные, периодически мальчик прижимает к ним ладони. — Съезжу по делам и вернусь, я быстро, — натягивая пальто, оповещает Юнги, заходя в гостиную. Тэхён кивает, укладываясь головой на мягкий подлокотник. Мужчина пару раз появляется в комнате, а после целует в лоб и окончательно уезжает, наказывая быть умничкой. По телевизору «Гарри Поттер» и бесконечные напоминания преддверия Рождества. На детских каналах даже ведут отсчёт, сопровождаемый песнями. Намджун уехал отдыхать с семьёй в тёплые страны, подарив Тэхёну книгу «пусть идёт снег». Мальчик пообещал прочесть её в январе, чтобы начать год именно с неё. Когда начинается реклама, Тэхён, распутавшись, встаёт с дивана и топает на кухню, чтобы сделать какао. Дом уже украшен, повсюду мишура и гирлянды. По вечерам мальчику нравится смотреть, как мерцают огоньки на ёлке. Засыпая в кружку сахар, мальчик посматривает на закипающий чайник и тянется за баночкой с какао, заранее открытой Юнги, и зачерпывает ложку. Недавно Юнги научил его шить: он откопал на чердаке уйму игрушек и поручил Тэхёну задание зашивать их. Мальчик играть не станет, но вот нуждающиеся дети будут рады. На своей первой игрушке Тэхён уколол палец несколько раз, до маленьких капелек крови, Юнги тогда садился позади и трепал по голове, приговаривая, что ему стоит представить, как рады будут бедные дети. Игрушки в большой корзине лежат в его комнате, иногда после чтения, когда выпадает желание, он достаёт швейную коробку и присаживается на пол, туда, где лампочка ярче светит, и берётся за свое дело, медленно, но старательно. Сегодня он тоже зашьет парочку, после того, как допьет какао и отогреется от улицы. Как бы ему не хотелось, зима симпатии не вызывала — не было пения птиц и тёплого ветра, а уж тем более мягонькой травы под ногами. Тэхён дует на какао, неторопливо присаживается на диван и отпивает, слыша, как в телевизоре играет очередная реклама «Гринча». Юнги часто во время реклам переключает каналы в поисках чего получше, но мальчик так не делает — более интересного всё равно не найти. Как-то раз мужчина наткнулся на канал с ужастиками и Тэхёну очень даже понравилось. Это было про акул, и цветокоррекция фильма ему очень нравилась. Юнги, конечно же, сразу переключил, но иногда Тэхён вспоминал об этом случае и выискивал тот самый канал. — Я же всего одним глазком, — бормочет мальчик, дотягиваясь до пульта и накрывая ноги пледом, чтобы устроиться поудобнее. На следующем канале какой-то детектив с запоздалой озвучкой, дальше о животном мире, новостной, а за ним музыкальный, и Тэхён даже не удивляется танцующему брейк-данс Санта-Клаусу. А ещё есть каналы, которые они никогда не смотрят, Юнги пролистывает их абсолютно всегда, там романтика и любовные сериалы. Тэхён пару раз видел красивых женщин в индийских нарядах, но картинка была скучной, да и мужчина говорил, что ничего в этом интересного нет. — Юнги, пожалуйста! Тэхён останавливается на переключенном канале совсем для малышей с кубиками и погремушками. Однако… что это сейчас было? Мальчик листает обратно, на экране девочка лет четырнадцати в японской школьной форме и с хвостиками на голове. У неё очень милая улыбка, а в руках пирожное с заварным кремом. — Руна, я не стану есть это, прекращай, — напротив неё сидит взрослый мужчина с кудрявыми чёрными волосами, под глазами у него мешки, взгляд безумно уставший. Слышать имя Юнги необычно из телевизора, Тэхён не спешит переключать. Интересно, что там происходит? Девочка дуется, откусывает пирожное, на её губах остаётся крем, и она слизывает его, весело говоря о том, что зря он отказался. — У нас ведь свидание, почему отказываешься? — Никакое это не свидание, — возражает мужчина, качая головой. — Ну как же. Ты говоришь, что я на маму безумно похожа, — она смотрит на него блестящими глазами и качает головой под бит музыки в голове. — Вырасту, ещё больше буду похожа. — К чему ты клонишь? — Я вырасту, и ты женишься на мне. У мужчины меняется взгляд, он теряется и покрывается румянцем. — Не говори глупостей, ты моя крестница. — Да, я твоя, — кивает девочка, подмигивает и зачерпывает крем указательным пальцем, пачкает им нос мужчины, перегибаясь через кофейный столик, — крестница. Они ведь родственники, не понимает Тэхён. Юнги объяснял ему когда-то, что у людей есть определённые рамки общения и родственники в них ограничены во многом. Он тогда увидел в городе девушку, откровенно прижимающуюся к парню, она смеялась и называла его пискляво «братиком». Юнги тогда шикнул и отвернул Тэхёна от них, но мальчик совсем не понял такого действия, спросил почему мужчина так отреагировал, и тогда ему объяснили. Но сейчас, выходит, рамки эти не такие уж строгие, за них вполне себе можно выходить? Мальчик отпивает какао и задумывается. Может, Юнги не всё ему рассказал? Спрашивать Тэхён не станет. Но думать об этом будет много.

***

Он просыпается от громкого хлопка дверью и тихой ругани Юнги, видимо, ударившегося обо что-то. — Я выкину к чёрту эту тумбу, — недовольно говорит мужчина, заходя в гостиную с шуршащим пакетом и тряпкой в руках, похожей на простыню. — Юнги, — спросонья голос сиплый, Тэхён потягивается и ощущает, что лицо очень горячее. Всё-таки зимний сон не из приятных. Мужчина смотрит на экран телевизора большими глазами и Тэхён переводит взгляд туда же. Герои, которых мальчик видел пару часов назад, целуются, оглаживая друг другу спины, и Юнги в панике ищет пульт. — Ты зачем смотришь такое, маленький ещё, — Тэхён протягивает ему пульт, найденный в недрах пледа и наблюдает, как экран гаснет. Юнги выдыхает и смотрит вопросительно на мальчика. — Я не специально, — он встаёт с дивана и шагает к нему, обхватывая за живот. За окном уже темно, Юнги проболтался где-то так много времени. — Тебя так долго не было. Юнги опускает ладонь ему на волосы, вздыхает и начинает рассказывать, что ездил за подарком, но за каким, конечно же, не расскажет, и Тэхёну придётся помочь ему с ним. Мальчик кивает, соглашается и с интересом смотрит на белый пакет, который Юнги нарочно прячет за спиной, чтобы тот не разглядел ничего. Они поднимаются к Тэхёну в комнату, мужчина откладывает пакет, строго на строго запрещая смотреть в него, и разворачивает ткань, показавшуюся Тэхёну простыней. — Что это? — спрашивает мальчик. — Гамак. — Юнги выворачивает его и шагает к заранее намеченному месту — у Тэхёна в комнате есть две перекладины, идеально подходящие для гамака. — Зачем? — Увидишь, Тэхён, — улыбается мужчина, закручивая концы верёвки на перекладине. — Ты ведь не любишь зиму, хочу подарить тебе немного тепла. — Мне тепло с тобой, — мальчик присаживается на пол по-турецки, наблюдая за действиями старшего. Юнги хмыкает, завязывает второй конец. Гамак блекло-белого цвета и достаточно вместительный, пожалуй, мужчина и сам там поместился бы, должно выдержать. — А почему тебя так долго не было? — Мне пришлось повозиться, чтобы найти кое-что, — мужчина оценивающе хлопает по гамаку и отходит чуть назад, на глаз оценивая ровность. — Этого того стоит. А теперь закрой глаза. Тэхён покорно смыкает веки, чувствует, как чужие руки поднимают его и усаживают на гамак. Мальчик держится за крепкие плечи руками, и Юнги для проверки безопасности чуть раскачивает его и, убедившись, что ничего не случится, останавливает и отходит к пакету. Он знает, что Тэхён не раскроет глаз — он не из тех, кто из любопытства будет нарушать поставленные просьбы. Мужчина раскрывает пакет, ерошит содержимое и подходит к мальчику, болтающему ногами. — Чувствуешь, чем пахнет? Нос Тэхёна начинает дёргаться, но Юнги не даёт ему времени догадаться, поднимает пакет и выворачивает, хорошенько встряхивая и разрешая раскрыть глаза. На мальчика дождём сыпятся ромашки, и это то, что заставляет его засмеяться. Тэхён вытягивает ладони, как будто ловит снежинки и улыбается. У мальчика светятся глаза, он собирает упавшие на гамак цветы и подкидывает. Пахнет летом, радостью и травой. Тэхён обкидывает ими рядом стоящего Юнги и чихает от пыльцы. — Нравится? — мужчина улыбается, стряхивает с тэхёновых волос лепестки и наслаждается реакцией мальчика. — Да, очень! — Тэхён в подтверждение своих слов снова собирает ромашки и подкидывает их, от резкого движения одна сторона гамака сползает вниз, мальчик ойкает от неожиданности. Юнги реагирует быстро, цепляется за гамак и смеётся — ровно всё никогда не может идти. Мальчик вцепляется ему в шею, обхватывает крепко, и мужчина обнимает его в ответ. Тэхён тёплый и нежный. — Спасибо, Юнги, — он звучит искренне и очень тепло, так что мужчина прикрывает глаза. — Большое спасибо. Самые яркие вспышки радости обычно возникают от неожиданной искры.