Тень в зеркалах

Парень не отходит от зеркала ни на минуту — следит за мной, как бы я чего лишнего не сделал. Меня же это ничуть не смущает — делаю свои обычные бессмысленные дела, копаюсь в компьютере. Точнее, хочу, чтоб со стороны так казалось. Нарочно закрывая спиной весь обзор, тем временем просматриваю страницы касательно… смерти. Мне нужно знать, как быстро человек умирает от таблеток или от кровотечения, или от чего бы то ни было еще. И самое главное — сколько будет времени на спасение тела. Сколько времени мозг еще функционирует после остановки сердца? От трех до пятнадцати минут. Естественно, чем больше времени проходит, тем шанс на полное восстановление мозговых структур становится меньше. Не сделать бы Эрена инвалидом. Но я же не сделался? Прекрасно живу себе, способный мыслить и осознавать все вокруг. Лучше, наверное, вызвать «скорую» сразу же, как начну терять сознание, чтоб уж наверняка. Осталось выбрать способ… Настойчивый голос со спины заставляет меня отвлечься и обернуться. — Ты чего там делаешь? — скрестив руки на груди, недовольно смотрит на меня парень. Не нравится ему моя идея. Вот и зря. Я же как лучше хочу, дурачок. — Читаю, — и отворачиваюсь обратно к экрану. Резать лучше ничего не надо — парню потом терпеть боль и зуд от заживающих ран. Повеситься тоже не вариант. А вот с таблетками вариант очень даже ничего. Осталось лишь выбрать препарат, необходимую дозировку и сходить в аптеку за ним. Просидев так еще некоторое время, определившись со всем необходимым, выключаю компьютер и иду одеваться. — Ты куда? — все также недовольно. — В магазин, — вру. Заврался уже. Но таковы обстоятельства. — Зачем? — щурится. Выглядит забавно. Его беспокойство заставляет лишь улыбнуться. Говори, что хочешь, Эрен, я от своего не отступлю. — За едой, очевидно, — хмыкаю в ответ, слегка улыбаясь. Ловлю на себе все еще не верящий взгляд и выхожу из комнаты. Вернувшись домой, не спешу расставаться с жизнью. Хотелось бы провести этот день как-то приятно, да и парня расслабить хоть ненадолго. Не хочу, чтоб последний наш день он был такой хмурый. Все же прекрасно, да? Совсем скоро все вернется на круги своя… По крайней мере, я надеюсь на это. Ну, а если нет, что ж, такова судьба. — Не хочешь посмотреть со мной сериал? — предлагаю я парню, переодевшись в домашнее. Его хмурый вид уже выглядит скорее уставшим — конечно, любой устанет столько времени строить из себя строгую мамочку. — Хочу. Кажется, он сейчас на все согласен, лишь бы я не делал то, что задумал. — Я тут один сериал начинал смотреть… Осталось шесть серий. Одному скучно. — Я помню. Конечно, ведь постоянно наблюдал за мной. — Тогда, приступим? Приходится взять зеркало в руки (не без труда — я и забыл, какое оно тяжелое), поднести к столу и самому усесться на стул рядом. Лишь бы мама в комнату не зашла, а то поймет меня неправильно. Нажимаю на «плей» и утыкаюсь в экран. Иногда поглядываю на парня, который к середине серии уже расслабился, даже начал вставлять свои комментарии относительно происходящего в сериале. А так смотреть оказалось действительно интереснее. Моменты, которые кажутся скучными, когда их смотришь один, вместе с парнем мы обыгрываем и выводим в шутку. А более серьезные и важные для сюжета моменты смотрим не моргая, но в конце них Эрен обязательно вставит свое слово, от которого хоть стой, хоть падай. — Так быстро, — произносит он, когда серия закончилась. — Давай еще одну. И включаю следующую. С ним эти сорок минут действительно проносятся слишком быстро. И почему всегда так? Чем приятнее проводишь время, тем оно быстрее и незаметнее для тебя? Несправедливость какая-то. Приятные моменты хочется растянуть, насладиться ими, остановив время, но, увы, это невозможно. Также я хотел бы остановить время сейчас — пока мы вдвоем смотрим сериал, который казался мне скучным и неинтересным до этого. То ли все дело в парне, то ли сам факт наличия компании скрашивает просмотр — кто ж его знает. Да и не так уж это важно, главное, что приятно. Время, остановись, пожалуйста. Конечно же, нет. Оно лишь близится к вечеру. И я понимаю, что слишком поздно умирать не вариант. И я понимаю, что в меня закрадывается страх. Всячески его отгоняю, но чем ближе назначенное время, тем он сильнее и тем отогнать его становится сложнее. А если не получится? Не думай об этом. Нужно сделать все возможное в любом случае. Но, а если реально не получится? Будет чертовски обидно. Хочу, чтоб Эрен продолжил жить. Очень хочу. Хочу вернуть то, что отобрал у него. Обидно будет только за него. На себя мне все равно. Не вижу я себя живым. С самых первых мгновений, как я пришел в сознание в той больнице, я уже не хотел жить в этом мире. Да, он прекрасен. Есть в жизни что-то, что может заставить ощущать интерес к ней, но во мне он не столь сильный, я уверен, какой был у того же Эрена. Какой он у ребят, которых теперь могу назвать своими друзьями. Их планы хоть и расплывчаты, но они есть и вполне осуществимы. Стоит лишь постараться. А мне от этой жизни ничего не нужно. Сижу тут и разговариваю с зеркалом — вот оно, мое будущее. Даже если не умру, всю жизнь буду существовать со знанием того, что не мое это все, что этот парень в зеркале — мое настоящее отражение. И все, что я имею, на самом деле его. Невозможно так жить. Невозможно радоваться жизни, зная все это. Может, у кого-то и вышло бы, но у меня — нет. Будь этот парень «плохим», может, я бы еще подумал, но настолько чистого человека не каждый день встречаешь. А зная всю его изнанку, лишь больше убеждаюсь, что из нас двоих достоин жизни только он. Осталось две серии. Но мы не успеем их досмотреть. Слишком поздно. — Я устал, — снова вру. — Да? А я бы еще посмотрел, — улыбается мне парень. Посмотришь. Обязательно посмотришь. — В другой раз. — Ну, ладно. Тогда чем займешься? — осторожно спрашивает Эрен. Я тем временем вновь беру зеркало в руки и возвращаю на место. Напротив него я и умру. Совсем скоро. — Можем просто поговорить. — Можем. Может, это даже будет не последний наш разговор. — Как учеба? — начинает Эрен. — Наверное, тебе не нравится, — смеется. — Да, это не мое. Но справляюсь. Скажи… — хочу перевести тему разговора. — Какую бы песню ты выучил первой, будь у тебя гитара? — Я не задумывался об этом. Скорее, хотелось бы написать что-то свое. — Даже так. Столько амбиций… — Почему никому не рассказывал о своих желаниях? — вспоминаю я поверхностное общение парня в переписках. Может, конечно, в жизни у него с людьми все складывалось более удачно, однако… — Хотел сначала их воплотить. Звучит вполне разумно. Вот только много ли из того он успел воплотить? Жизнь сама по себе коротка, а когда умираешь в двадцать — это полный пиздец. — А… почему ты пришел ко мне в сон? — еще один волнующий меня вопрос… — Потому что оказался таким же слабаком. — Поясни. — Не сумел противостоять своему желанию узнать ближе тебя настоящего, — и как же я этому рад. — Жалеешь? — Да. — И поступил иначе, если бы выдался шанс? — Хотел бы. Но… зная себя, не смог бы, — горько усмехается. — Спасибо тебе за это, — дарю ему легкую улыбку и отхожу от зеркала. По-моему, это то самое время, когда пора все закончить. Хватит разговоров, хватит всей этой «случайной» жизни. Хватит. — Эй, ты чего? — волнение в голосе вновь возвращается, будто и не было этого расслабленного парня последние часы. Молчу. Беру в руки упаковку с таблетками, открываю. Воду я тоже прикупил. Высыпаю в руку несколько штук препарата — дозировка, которая сделает свое дело. — Эй… — глаза парня округляются, когда я оборачиваюсь к нему, держа в руках все необходимое, в том числе телефон — чтобы позвонить в «скорую». И он понимает. Видимо, в моих глазах тоже можно прочитать многое. — Нет, не делай этого, придурок! — кричит мне из зеркала, но я его не слушаю. — Оно того не стоит! — упирается руками в поверхность, мечтая выбраться наружу, остановить меня и ударить по лицу пару раз — для профилактики. — Не тебе решать. Сейчас это мое тело — что хочу, то и делаю, — спокойно отвечаю, присаживаясь на пол и смотря на свою ладонь с таблетками в ней. Ощущаю быстро нарастающее волнение. Пальцы немного подрагивают. Главное, не показывать свой страх этому парню. Не хотел бы я, чтоб он видел, как его тело снова умирает (такое себе зрелище), но по-другому наш «обмен» телами может не получиться. — Нет, пожалуйста! — уже в истерике кричит парень. — Это все я! Боже, это все из-за меня! — плачет? Плачет. Как же чертовски больно видеть его таким. Я не хочу видеть его несчастным. Эрен, ты заслуживаешь только лучшего. Прости, что так вышло. — Не говори ерунды. Я не имею права жить твою жизнь. — Однако тебе выпала такая возможность! И это лучше, чем пустая смерть. Так мое тело хотя бы остается нужным. Снова он о своем… — Донором заделался? — Да хоть так! Тогда… — Раньше надо было думать. Как это… грубо с моей стороны. Но пусть он лучше злится в ответ, ненавидит меня. Это, на самом деле, выглядело бы более нормально в нашей с ним ситуации. Нормально злиться на того, кто украл твою жизнь. Нормально. Злись. Я на себя тоже очень сильно злюсь. Подношу ладонь к губам. Горький вкус во рту. Запиваю водой. Все. — Ты идиот! Выплюни! — кричит мне сквозь слезы. — Отвали. Боже, как же больно. Лишь бы сработало. Набираю «скорую». Вот и все. Совсем скоро я усну. Сижу и жду, слушая истошные крики. — Дурак, хватит рвать горло, — говорю тихо. — У тебя все будет хорошо, понял? — изображение начинает мутнеть. Вижу, как парень тянет ко мне руку. — Ты такой бесявый, жуть. Но мне было хорошо с тобой. Крики парня превращаются во что-то неразборчивое… Перед тем, как упасть на пол, тяну руку ему навстречу. «Зачем ты это сделал» — последнее, что доносится до моего сознания. Как будто неясно. Чтобы ты жил, идиот. И только попробуй еще раз умереть.