Кадуцей

Спустя время, которое показалось ему вечностью, Итан вышел... вернее сказать выполз в какой-то совершенно другой мир. Готичные своды коридоров замка, их высокие потолки и, украшенная резным золотом, мебель выглядели до жути гротескно на фоне затопленных мутной водой подвалов, заселенных отвратительными тварями. Каждый шорох теперь казался Уинтерсу приближающейся смертью. Раньше думалось, что все это сон или что-то подобное, но после крюков, которые пришлось рыками доставать из - и без того раненых - кистей Итан осознал, что никто здесь с ним церемониться не будет. Дочери... дети этой сумасшедшей, казалось, не представляли ему особой опасности, но после схватки с одной из них Итана жутко трясло, а что делать с ощущением жуков, снующих туда-сюда под одеждой и кожей, он понимал весьма слабо. Да и сами эти воспоминания вряд ли пропадут в скором времени. Руки опять болели. Чёртовы мухи, прогрызающие плоть на живую, оставили кровоточащую воспаленную дыру в ладони, но тратить на нее драгоценный реагент было бессмысленно. Итан остановился, прислушался и, убедившись, что никого поблизости нет, прошмыгнул в ближайшую дверь, вычурную, как и все вокруг, до глупого дорогую: настолько, что от нее тянуло безвкусицей больше, чем эстетикой. — Наконец-то, боже, спасибо! - шепнул он себе под нос, увидев в шкафу напротив выкованную из золота узорчатую подставку для бутылки. Не то, чтобы до конца понимая, зачем он это делает, Итан уложил тяжелую бутылку с кроваво-красной жидкостью в подставку. Вино. Несомненно - вино. Ящик все в том же шкафу громко скрипнул, затрещал и выдвинулся, позволяя Уинтерсу увидеть свое содержимое. Он был почти пуст, единственным предметом в нем оказался клинок: маленький, но на поверку достаточно тяжелый. Он удобно лег в руку, загадочно поблескивая материалом, который явно был невероятно дорогим. Почему-то ему показалось, что этот кинжал срочно надо спрятать. Слишком ценным и необходимым, он показался Итану. Он вытащил свой старенький, но от того не менее острый нож, а в ножны вставил этот и вышел за дверь. Нельзя оставаться на одном месте слишком долго. Не в этом ёбаном замке. *** Итан вздрогнул всем телом услышав громкие шаги за дверью, как будто не такие, как должна была бы издавать "эта сука", но не менее пугающие. Захотелось вжаться в стену, а лучше - провалиться сквозь землю, но вместо этого он только достал пистолет, и направил на дверь так, чтобы прицел был примерно на уровне головы среднестатистического человека. "Сначала стреляй, потом спрашивай кто" - константа, которая уже не раз его спасала. Дверь открылась с тихим скрипом, что было ожидаемо, для такой древней конструкции, петли здесь смазывали, наверное сотни лет назад. — Ой, да ладно тебе... Ничему жизнь не учит? - хмыкнул Гейзенберг плотно захлопнув за собой деревянный массив, и кивнув на Леми в руках Итана, - Альсина может и тупая, но точно не глухая... Выстрелишь - умрешь. — Ты мне угрожаешь? - пролепетал Итан, старательно скрывая пульсирующий в голове ужас. — Это похоже на угрозу? - он выглядел, действительно, озадаченным, подкрепляя это вид еще и какой-то гиперболизированной мимикой,- хм-м-м, давно я не занимался.. ну знаешь... коммуникацией. Он сделал шаг вперед, на что Итан только удобнее переложил пальцы на рукояти Леми и машинально отошел на тот же шаг, стараясь сохранить расстояние, разделявшее их как можно точнее. — Альсина? - переспросил он, надеясь, что этот "монстр" не заметит его страха. — Димитреску. Думаю, вы знакомы, - ухмыльнулся он, - высокая такая, клыкастая... сука. А я, - спохватился, — я - Гейзенберг, la dispozitia ta. — Что? — Румынский. Жизненно необходим в этой дыре, - фыркнул, рассматривая руки Итана, искусанные роем сумасшедших плотоядных мух, - а ты не слабак, да? Он чересчур смело для человека, на которого направлено дуло пистолета, двинулся ближе, заинтересованно наклоняя голову и, совершенно этого не скрывая, начал в упор рассматривать Итана. — Чего ты хочешь? - напряженно процедил Уинтерс сквозь зубы, прижимая палец еще ближе к спусковому крючку Леми. — У меня есть предложение... от него ты в принципе можешь отказаться, но пожалеешь, - я предлагаю сотрудничество. Проще говоря - мои услуги в обмен на твою помощь. Ты и я... — "Ты и я"? Твои услуги?- опешил Итан, - это ещё какие? — Информация. Например... Тот кинжал, что так небрежно болтается у тебя на поясе - единственное оружие против моей сумасшедшей сестры. Итан нахмурился, не понимая может ли он верить Гейзенбергу. С одной стороны, он, кажется, до сих пор не пытался напасть, с другой, он был такой же тварью как и все прочие здесь, а от одного взгляда на него, у Уинтерса странной фантомной болью отзывалось живое воспоминание о штыре, торчащем из груди. — И почему я должен тебе доверять? — Потому что твоя победа в моих интересах. — Смешно... Это что же у тебя за интересы такие? — Такие, о которых тебе знать не обязательно... по крайней мере пока. В любом случае, не хочешь верить, хотя бы попробуй. Ты удивишься результату. Гейзенберг хищно ухмыльнулся, демонстрируя клыки только с одной стороны рта, а потом, видимо, не сдержался и, громко шепнув "бу", дернулся ближе к Итану. Хлопок. Уинтерсу почему-то захотелось зажмуриться, но когда он открыл глаза, пуля оказалась зависшей в воздухе, прямо возле груди Карла. — Ты мне определенно нравишься, - хмыкнул тот, звонко уронив пулю на пол, - еще бы патроны не тратил направо и налево... — Это магия?! — Это физика, - хмыкнул Гейзенберг себе под нос, - Удачи, Итан, подумай над моей сделкой хорошенько... пока убиваешь эту ёбнутую.