Пойдём на крышу, милый?

1 сентября       Сколько раз вы просыпались от криков, что кто-то опаздывает? Много? Вот и Антон проснулся сейчас по той же причине. Только опаздывал не он, а его младшая сестра Женя, которая шла в первый класс, и, конечно же, надо было начать сборы в такую рань, когда Шастун-младший ещё даже не успел открыть глаза. Стрелка часов медленно подбиралась к шести утра. — Женечка, солнышко, просыпайся, пора снимать бигуди. — тараторила мама, бегая из комнаты в комнату в поисках разных вещей. То это были серебряные серёжки, то туфли для дочери, то фотоаппарат, покрывшийся толстым слоем пыли, чтобы сделать кучу разных снимков с праздника. На память.       Шасту пришлось тоже вставать, чтобы не получить люлей за бездействие. Хотя кому он врëт? Мать не зашла бы в его комнату даже при пожаре или наводнении… Арсений же проснулся ровно в шесть утра для того, чтобы неторопливо собраться и выдвинуться в школу. Он медленно поплелся в душ, после чего умылся и позавтракал заказанной сразу после пробуждения едой. Мда, с домашней она, конечно, даже рядом не стоит.       Когда Арс уже догладил костюм с рубашкой, на часах было 7:27. Осознав, что до начала линейки оставалось каких-то тринадцать минут, он быстро переоделся и, собрав всë необходимое, вышел из квартиры на лестничный проход, где и встретился с сонным парнишкой. — Доброе утро, ты в школу? — только после того, как Арсений задал вопрос, он понял, насколько это тупо. Конечно, он в школу. Куда же ещё? — Доброе, да, — спрашивать, куда в столь раннее время отправляется сосед, Антон всë же не решился. — Тебя подвезти? — Нет, спасибо.       «Этого мне ещё не хватало», — подумал Шаст и начал спускаться на первый этаж. «Как хочешь», — донеслось до Антона, когда тот уже выходил из грязного подъезда.       Надев наушники, зеленоглазый паренёк решил бессовестно прогулять линейку. Шастун пошёл в парк, который находился рядом со школой. В наушниках как раз заиграла песня, которую Шаст может слушать на репите.

Мир умер — Vspak Мир умер, хотя он и не жил вовсе. Твои слёзы — это всего лишь обман…

      С музыкой в ушах парень, чьи глаза были похожи на изумруды, проходит в глубь парка, где обычно обитают только бомжи да вороны. Но там была такая привлекающая лавочка, что вот уже последние года два Антон рисует только там, ну и на крыше, если там нет ветра или дождя. Сейчас же одиннадцатиклассник сидит на этой самой лавочке и рисует чей-то портрет. Чей? Не знаю. Никто не знает.

Ты продалась этому миру, но стыдно называть тебя шлюхой, Ты же всё-таки своё тело… Ты же всё-таки своё тело не сравняла с прахом, Оно по прежнему тонкое нежное, но просто мир тебя трахнул.

      Вот так, слушая музыку и рисуя, Шастун и пропустил школьную линейку. Время уже близилось к началу десятого, когда Антоша забежал в класс. — Извините, что опоздал, — лепечет зеленоглазый, облокотившись кулаками о свои же колени, пытаясь восстановить дыхание. — Ты опоздал на четыре минуты, так и быть, прощаю, — как только Антон слышит голос за учительским столом, он сразу же поднимает голову и встречается взглядом с синими-как-море-глазами. — Садись на своё место и объясни, почему тебя не было на линейке.       Присаживаясь за парту на место рядом с Матвиенко, Шаст, наконец, видит доску, на которой красивыми буквами написано:       «Арсений Сергеевич Попов. Учитель химии. Классный руководитель 11 «А» класса». — Так почему прогулял, — найдя имя, будто он его не знал, ей Богу, продолжил мужчина, — Антон? — Я решил, что это необязательно.       Арсений хотел ещё что-то сказать, как в дверь вновь постучали. Попов кинул строгое «войдите», когда в классе появилась светловолосая девушка. Та самая, которую недавно показывал Антону Серёжа. Кажется, её зовут… — Здравствуйте, я Эллина Гувер. Новенькая. — Здравствуй, ты знала, что у нас была линейка? — вопрошал Арсений Сергеевич. — Я думала, что она необязательная, — по классу раздался смешок, а новый учитель химии еле сдержал не очень-то и доброжелательный смешок. — Вы с Шастуном явно подружитесь. Садись на свободное место.       Ей не повезло, ведь свободное место было только с Кузнецовой. А все знают, что Ира ни с кем не любит делить своего парня.       Весь классный час Арсений Сергеевич рассказывал о том, как важно сейчас готовиться к ЕГЭ, Ира всë посматривала на Эллину, а Шаст шёпотом переговаривался с Серёжей. — На этом всё. Всех жду завтра. Расписание скоро отправлю в беседу, а учебники сможете забрать завтра, — когда Попов закончил, Антон поднялся со своего места и вместе с Матвиенко подошёл к парте девушек. — Здравствуйте, дамы, — первым поздоровался Серый. Антон же стал без единого намёка на флирт рассматривать новую одноклассницу. Светлые волосы, голубо-зелëные глаза и пара родинок. Красивая, нельзя сказать обратного. — Не хотите сегодня погулять? Пока учителя не загрузили уроками… — спросил Антон, смотря на девушек.       Когда те согласились, и все обдумали место и время встречи, Шаст поплëлся домой. Там его никто не ждал.       Мать с сестрой сидели на кухне и смотрели новые фотографии, а отец всё ещё был на работе. Парень прошёл к себе в комнату, где переоделся, взял деньги, сигареты, телефон и, обувшись, поднялся на крышу.       Выкурив несколько сигарет подряд, Антон потянулся и зевнул. Солнце потихоньку двигалось к линии горизонта, и небо начинало приобретать различные яркие цвета.       Посмотрев время на экране телефона, Шастун поднялся и, схватив лежащую рядом кожанку, помчался к месту встречи. До кафе, где ребята собирались встретиться, можно было дойти от дома парня за каких-то 15 минут. Но Шаст же любит погрузиться в мысли и потерять счëт времени опаздывать.       Добраться до места назначения ему нужно было за 7 минут, поэтому он сначала переключился с обычного шага на быстрый, а потом и вовсе на лëгкий бег.       У кафе его ждала Ира. Девушка куталась в огромный вязаный шарф и что-то бурчала себе под нос. Подойдя со спины, Антон легко обнял Кузнецову и прижал к себе.       На удивление, Ира не испугалась, а сразу поняла, кто так нагло подкрался и влез в её личное пространство. Прикрыв глаза, она блаженно выдохнула и повернулась к парню лицом. — Не пугай меня больше, — улыбнулась Кузнецова и, привстав на носочки, оставила на губах Антона лëгкий поцелуй. — Да ты даже не вздрогнула, — начал было возмущаться Антон, но его губы снова накрыли чужие. — Всë, понял, больше не буду. Хотя, если твоя реакция всегда будет такой…       Парень не успел договорить, как по его плечу прилетел еле ощутимый удар ладошкой. На этот жест Антон звонко рассмеялся, а губы Иры, обиженно сложившей руки на груди, тронула невесомая улыбка. — Пойдëм внутрь, — мелодичный голос донëсся до ушей парня, — А то нас уже заждались.       Шастун быстро кивнул и, приобняв девушку за плечи, неспеша зашëл с ней в заведение.       Кафе было уютным, даже слишком. Куча столиков, расставленных в шахматном порядке, кожаные диванчики с замысловатыми узорами на спинках, занавески нежно фиолетового цвета — всë это создавало приятную атмосферу внутри помещения. Но главным моментом была лаванда. Цветы стояли на каждом столике, у входа, висели в горшках у окон и располагались на барной стойке.       Антон сразу подметил, что это место станет одним из его любимых.       За одним из столиков пару ждали Эллина и Серёжа, которые о чëм-то мило беседовали. — Эй, серый, снова даме зубы заговариваешь, — сдерживая смех, говорит Антон и садится напротив него, пропуская Иру к месту у окна. — Ну Антох, ну что началось то опять, — отвечает Матвиенко, делая вид, что очень сильно обижен. — Мы просто разговаривали, надо же было чем-то заняться, пока вы обжимались у входа, — с долей упрëка подытожил парень.       Закатив глаза, Антон подозвал официантку и сделал заказ.       Время летело с ужасной скоростью. За этот вечер ребята успели лучше познакомиться с новой ученицей их класса. Они узнали, что девушка переехала в Воронеж из-за отца, которому предложили неплохое рабочее место здесь. Также Эллина безумно любит петь и даже профессионально занималась вокалом в одной из частных школ её родного города.       Шастун даже подумал, что эта девушка могла бы стать неплохой подругой, готовой выслушать и поддержать в трудный момент. Спустя пару часов, когда ребята уже начали расходиться по домам, и, конечно, пообещав ещё погулять такой компанией, Антон дошёл до порога своей комнаты, переодевшись улёгся на постель и начал переосмысливать весь сегодняшний вечер.       Прогулка, что странно, вышла очень даже хорошей. У Иры с Эл*, оказывается, много общих интересов. И Кузнецова даже не ревновала новую одноклассницу к своему парню. В общем, всё прошло отлично.       С этими мыслями Антона начало утаскивать в царство Морфея.