Мотив, теории и новая жертва.
27 августа 2021 г., 15:36
***
Дверь судебного морга со скрипом открылась, визит нанес Достоевский. — Вызывали, Йосано-сенсей? — надевая белый медицинский халат на плечи, задал риторический вопрос Фёдор. Йосано лишь кивнула, поднимаясь с рабочего места. — Видимо, что-то важное, раз вы сами меня вызвали. — Дост-сан, Акутагава-сан не сова и не почтовый голубь, чтобы передавать такие вещи, вы всегда так говорите, а я , в свою очередь, отвечаю вам одинаково почти всегда, — Словно маленькому ребенку поясняя, Акико протирала руки в виниловых перчатках антисептическим раствором. — Я привык, что Рюноске сам доносит мне информацию от других коллег, — продолжал бессмысленный диалог следователь с аметистовыми глазами. — Акутагава-сан не ваш подопечный, ну да ладно, — пресекла продолжение диалога судмедэксперт, — Я надеюсь, что вы составили уже достаточное представление об убийце, но без данных о трупе судить ни о чем нельзя. Йосано подошла к холодильнику и выдвинула ячейку с мертвой жертвой, оголяя ее до ключиц. Федор хоть и привык видеть трупы, они были частью его работы, но ему всегда становилось противно после таких зрелищ. Какие же люди все-таки твари. К примеру, чем провинилась эта женщина, что сейчас лежит в холодильнике для трупов? Вовремя не вернула долг? Стала свидетелем чего-то лишнего? Пока брюнет пребывал в своих филосовских мыслях, Акико, словно на автомате, перечисляла все то, что сказала перед этим криминалисту. —....и ещё, — девушка аккуратно подняла веки усопшей, — обратите внимание на внешность. Эта и две предыдущие жертвы похожи друг на друга внешне. У всех троих одинаково черные волосы, а в цвете глаз преобладает зеленый. Рост и телосложение тоже примерно похожи — среднего роста женщины со средним телосложением. — Я, конечно, не могу быть уверена, — Йосано тревожно понизила голос, — но все жертвы похожи на Ранпо-сама, они могут являться своеобразным предупреждением о том, что главной целью является глава. — У меня были такие мысли, но я их отметал. Ведь Ранпо-сама — справедливый человек. Все дела мы раскрывали и преступники честно отправлялись за решетку, кому главный мог насолить? — Федор негодовал всеми фибрами души. Но хотя бы он не сумасшедший, ведь не один так думает. — Акутагаве-сану я не стала это говорить, потому что может не подвердиться, а давать ложные направления я не желаю, — пожала плечами брюнетка, задвигая отсек холодильника обратно. — Спасибо, Йосано-сенсей. Я обдумаю ваши слова. Доброго вам вечера. Темноволосый халат на вешалке у входа и удалился восвояси.***
— Но Дост-сан, вы же шутите? Кому мог перейти дорогу Ранпо-сама?! — Рюноске хоть был черствым, но преданным человеком, и позариться на его собственность и его начальство стоило дорого. — Акутагава, с такими вещами не шутят. Я рассматриваю это, как один из мотивов, но искренне надеюсь, что это просто сумасшедший маньяк с фетишем на зеленоглазых брюнеток, — следователь говорил медленно и спокойно, будто о покупке хлеба в булочной. На самом деле, это один из приемов Достоевского — говори спокойно и медленно, чтобы люди отвечали тебе также. Ведь Федор терпеть не может разговоры на повышенных тонах. — Хорошо...Я прислушаюсь к вашему мнению, но до последнего буду надеяться, что это не подтвердится, — криминалист кивнул и направился вон из кабинета, — Доброго вам вечера и... До завтра, — попрощался сероглазый. Достоевский лишь кивнул, погружаясь в свои мысли.***
Конечно же, из-под изумрудных глаз не могли уйти такие очевидные детали. Эдогава мотив о себе как самый главный. Дорогу он никому не переходил. Подставных лиц не сажал. Так в чем же дело? Банальная ненависть. О, человеческая ненависть не знает границ. Главный не отрицал, что может являться главной целью, а эти несчастные всего лишь пыль в глаза. Пушечное мясо, простое предупреждение. Не отрицал Ранпо и того, что маньяком является кто-то из подчиненных. Как опытный детектив, он понимал, что такой исход событий тоже нельзя отметать.***
Обычно вечера брат с сестрой проводили порознь. Даже ужинали в разное время. Однако последние пару дней проводили вечера вместе, обсуждая работу. — То есть, возможно главной целью является Ранпо-сама? — прожевав рис, удостоверилась Гин. — Да, — сухо ответил брат,— но я надеюсь, что это не так. Потому что я не приму в качестве причины ненависть. Если ненавидишь — сиди и не высовывайся. Хоть налепи на стену фотографию и покрывай последними словами, но не поднимай руку на невиновных. Они не виноваты, что ты не умеешь держать свои руки при себе, — уже спокойно пояснил свою точку зрения Рюноске. — Все это ужасно...— Девушка отнесла пустые тарелки в раковину и отправилась в свою комнату, — спокойной ночи. — Спокойной ночи, — ответил криминалист, продолжая строить мотивы.***
POV Преступник. Наконец-то. А то я думал, что эти оболтусы не догадаются, какой у меня мотив. Как же я ненавижу этого Эдогаву. Мерзкий человек с завышенной самооценкой. Я знаю, что он в четырнадцать лет потерял родителей и вырос под крылом какого-то знакомого, но это не уменьшает мою ненависть. У него хотя бы был опекун. Эти девушки были всего лишь знаком. Знаком, что скоро я доберусь до него. А пока пора сменить способ убийства, чтобы поводить их за нос. Думаю, внешность жертвы тоже должна отличаться. Так я дольше буду неуязвим. Хм. Что насчет сожжения? Нет, слишком заметно. Да и опознать тогда будет сложнее. Удушье. Да, удавить жертву веревкой. Что может быть лучше? И крови не будет. Не запачкаюсь. Конец POV.***
Очередная ночь. Круглая сырная луна освещает улицы Йокогамы. В центре продолжается движение и жизнь, хотя время перевалило за полночь. Компания девушек выходит из ночного клуба. Одна из них явно пьяная в дюбель, а две другие ведут ее под руки — Ох, Манака, говорили же тебе не пить так много, — одна из девушек причитала вслух, хотя понимала, что подруга ничего не понимает, потому что вырубилась у них на руках. — Саико, я вызову такси, поехали с нами, сейчас ведь ночь, опасно, еще и маньяк, — вторая девушка одной рукой держала телефон. — Ерунда, Аори. По новостям сказали, что он убивает только зеленоглазых брюнеток среднего роста, а я даже близко не подхожу под описание. Саико была невысокой шатенкой с карими глазами. — Тем более, мне пару кварталов пройти. Езжай и будь спокойна. Я напишу, как только закрою дверь квартиры. — Ладно, — Аори вздохнула и усадила сначала спящую подругу, потом и себя в подъехавшее такси. Спорить с кареглазой — биться головой об стену. Ее не переубедить.***
Саико спокойно прошла первый квартал. — Я же говорила... Но, как известно, не говори "гоп", пока не перепрыгнешь. Уже в следующем переулке девушку схватили с руку и втянули в подворотню. Шатенка кричала и сопротивлялась до последнего, но тянувший был сильнее, а люди боялись идти на крики. Своя шкура всяко важнее. Крики стихли, а с ними и жизнь Саико. Грубая веревка перекрыла ей доступ воздуха и Саико отошла на тот свет.***
Уложив девушку спать, Аори ждала сообщения от Саико. Прошел час, второй, а от подруги ни слуху, ни духу. — Так. Ну, с памятью Саико можно не сомневаться, что она просто забыла оповестить меня, — девушка отгоняла от себя мысли того, что с подругой что-то случилось. Но уже поздно. Бездыханное тело Саико найдут уже на следующее утро.
