За мгновение до истины

      Арбенина проснулась от шумных укоризненных вздохов над ухом, а затем удаляющегося цоканья. Сонный, и слегка стрясенный, мозг еще не до конца включился, а потому, открыв глаза, она не сразу вспомнила где находится. Но увидев на диване напротив одеяльный кокон, из которого торчала загипсованная нога и золотистая макушка — тут же поняла, что это квартира свидетельницы по делу о красном шарфике, Сургановой Светланы Яковлевны. Наконец вчерашний день, точнее вечер, всплыл до последней секунды. Особенно ее забеспокоило состояние собственной головы и вещей.       Диана осторожно потрогала затылок — небольшая шишка, но никаких болезненных ощущений не наблюдалось, и это радовало. Теперь — где ее шмотки и в каком они состоянии? Но стоило ей присесть на несколько жестковатом ложе, как вещи обнаружились — чистыми и отглаженными они висели на спинке стоящего рядом стула. На его сиденье лежал ее портфель, сверху папка с так и не заполненным протоколом, мобильник и ключи от «Шевроле».       Сняв пароль с телефона она тяжело вздохнула — пять утра, а если учесть вчерашнюю бессонную ночь, затем насыщенный день и сегодняшний выходной, то такой ранний подъем казался просто издевательством.       Цоканье возобновилось и в дверях появился Тайсон с поводком в зубах. Он выплюнул его на колени Арбениной и уселся напротив, умоляюще глядя на женщину.       — Погоди… Дай я оденусь, — шепотом сказала Диана, и покосившись на спящую хозяйку квартиры, стянула с себя футболку. Почему-то сразу вспомнился оценивающий взгляд Сургановой, ползущий по ее спине, настолько осязаемый, что по телу тут же проскакали толпы мурашек и следователь быстро накинула на себя рубашку, надеясь что это всего-навсего озноб. Но пошловатые мысли не оставили, тут же предоставив ясную картинку того, как тонкие пальцы этой свидетельницы скользят по ее телу.       «Брысь, озабоченный!» — скомандовала следователь, запрыгивая в юбку, и они, мысли, скабрезно подхихикивая, исчезли где-то в подсознании.       Осталось только выяснить как выйти из квартиры, а главное — как потом зайти. И немаловажным — сможет ли она удержать эту гору шерсти, если Тайсон захочет погулять, так сказать, в индивидуальном порядке. В крепости поводка, больше похожего на буксировочный трос, Арбенина не сомневалась.       — Ты меня будешь слушаться? — чувствуя себя полной идиоткой, спросила Диана пса. Тот расплыл морду в широкой улыбке, свесив ярко-алый язык. И как следователю показалось — в ехидной.       Так что поводов будить хозяйку квартиры оказалось целых два.       Присев на диван, она осторожно потрясла женщину за одеяло. Та тут же вынырнула из-под него, щурясь, и смешно морща нос.       — Вам ехать надо? — уточнила она, с трудом сдерживая зевок. — Ключи в тумбочке в коридоре, в верхнем ящике. Будете выходить, просто захлопнете дверь. — и попыталась вновь натянуть одеяло на голову.       — Светлана Яковлевна, — Арбенина поспешила задать животрепещущий вопрос, пока та вновь не уснула. — Тайсон на улицу просится.       — А у вас есть время? — разлохмаченная голова вновь вынырнула.       — Да, — кивнула головой Диана. — Но я не уверена, что он меня послушается.       — Тайсон… — хрипловатый со сна голос мгновенно изменился, став твёрже. Из-под одеяла вынырнула рука и тонкий палец ткнул ей в плечо. — Охранять!       Одеяло было вновь натянуто на голову, из-под него донеслось сонное бурчание, больше всего похожее на: «Спасибо, Динечка…»       Арбенина поначалу застыла с открытым ртом, но потом решила, что ей это показалось.       — Тайсон, понял? — сделав голос жёстче, она обратилась к ньюфаундленду. — Охранять! Пойдем, пока я не передумала.       Поводок женщина нацепила на пса уже в тесном и неудобном коридоре. Стараясь не особо шуметь, нашла ключи и вывела из квартиры рвущегося вперёд Тайсона. Осталось только одно — как объяснить, если что, встретившимся жильцам, почему она выходит в такую рань из квартиры свидетельницы. К счастью, ей повезло — по причине воскресенья весь дом мирно спал.       Едва выйдя на улицу, она увидела скособочивнуюся на левую заднюю сторону «Ниву», до самых окон заляпанную грязью. Подойдя к машине и с трудом удерживая рвущегося вперёд Тайсона, она осмотрела разорванную резину колеса и хмыкнула — вот он, тот самый «выстрел», из-за которого она сейчас не спит спокойно на своем диване в общаге, а вынуждена выгуливать собаку. Хотя бы из благодарности за лечение и постиранную одежду.       Успокоенная, она пошла на поводу у пса. Место преступления было не так далеко, можно было бы затем и туда прогуляться… Дождавшись, пока Тайсон сделает все свои первостепенные дела, они вместе двинулись в ту сторону: ньюфаундленд обнюхивая каждый куст на пути, а Диана обдумывала всю полученную информацию.       Судя по направлению странгуляционной полосы и нанесенным горлу женщины повреждениям, убийца достаточно высокий и сильный мужчина. Пол убийцы определил анализ ДНК с мундштука сигареты, так же как и первую группу крови. В базе данных отсутствует, значит в последние годы несудим, или в руки доблестной полиции не попадал. На шарфике потожировых убийцы не было, орудовал в перчатках, что подтвердило подногтевое содержимое убитой. Видимо, женщина сопротивлялась, цепляясь пальцами за его руки. Кожа с перчаток дешёвая, низкого качества. Такие продаются на каждом рынке или недорогом магазине. Негусто… Шарфик на шее жертвы не новый, неоднократно стираный и ппринадлежит ей — значит либо убийца высматривал определенного человека, либо его интересовала вещь, принадлежащая ему. А второе, как правило, свойственно только маньякам, для которых эта вещь может служить триггером. Но с другой стороны, автомобиль! Если это маньяк, то почему он таким образом поджидал жертву? Словно ждал, что она пройдет именно здесь и в это время. Поведение им тоже не свойственное. Возможно, все-таки стоит обратить внимание на место работы убитой. Почему-то Диане казалось, что все дело в ее профессиональной деятельности. Сейчас, в первую очередь, необходимо вернуться в отдел, чтобы передать чемодан с вещдоками экспертам и направить в ГИБДД информацию по автомобилю. Возможно, ведёрко с фаркопа и масляное пятно помогут найти его.       Углубленная в свои мысли, Диана не заметила, что они с Тайсоном оказались на месте преступления. Сделав несколько кругов, следователь убедилась, что все, что могло быть затоптано — затоптано: собачьими лапами, человеческими ногами. Под тем кустом, что лежала убитая женщина, валялись пустые банки из-под пива и энергетика.       — Ну что, пошли домой, Тайсон, — Арбенина разочарованно дернула поводок и тот довольный развернулся обратно. Уже подойдя к подъезду, следователь обратила внимание на суетящихся вокруг «Нивы» мужчин. Один откручивал гайки с диска, второй копошился в багажнике. Завидев ньюфаундленда, первый оторвался от своего занятия и приветственно рявкнул:       — Здорово, Тайсон. — Пёс ответил громким гавом.       Затем недоуменно покосился на Арбенину, но решив, что меньше знаешь — крепче спишь, с независимым видом буркнул:       — И вам не хворать, гражданин следователь.       Диана кивнула, достаточно вежливо поздоровалась, окинув взглядом тщедушную фигуру мужчины, следы обильных возлияний на его лице и на всякий случай уточнила:       — За что сидел?       — Сто шестьдесят шестая, часть первая. Дали полтора, через год условно-досрочное. По пьяни случилось, да по глупости — перед бабой вые… Выдрыгнуться захотел. С тех пор — нини, исключительно законопослушный гражданин.       Диана кивнула головой, на всякий случай зарубив себе пометку уточнить данные этого законопослушного товарища и слегка склонившись на колесом спросила:       — Что случилось-то?       — Да мы вчера со свояком, Коляном, вон тем… — он ткнул пальцем в сторону своего напарника, который уже выудил из багажника запасное колесо и теперь курил, опершись локтем о дверцу. — …на рыбалку поехали. Все чинно-благородно, с удочками, никаких сетей. — Женщина кивнула, сделав вид что поверила. — А на обратном пути это е… — мужик кашлянул, — чёртово колесо спускать начало. Ну мы в потёмках каждый километр качали его, да надоело. Ну и забабахали по полной до четверки. Думали до четверки… А на шине видать грыжа была и уже здесь во дворе, резко тормознули — она, зарраза, возьми и лопни.       Арбенина снова кивнула головой, посочувствовала мужикам, и уже подошла к двери подъезда, как за спиной раздался вопль.       — Эй, гражданин следователь, — Диана обернулась — к ней на всех парах летел бывший сиделец, волоча влажно блестевший пакет.       — Вот, Светлане Яковлевне передайте. Думал сам потом зайти, да уж раз вы туда.       — Что это? — с подозрением поинтересовалась она, даже не прикасаясь к пакету.       — Да рыба это! Вот, смотрите… — мужик раскрыл его, и на Арбенину мертвыми глазами уставились две большие щучьи морды. — Скажете что от Василия, из сорок седьмой.       — Хорошо, передам… — приняла женщина презент и внутренне охнула, когда рыба отвесила руку. — И за что Светлане Яковлевне такая честь?       — А вы что ль не знаете? Да она самый крутой стоматолог в городе, и не смотрите что такая маленькая. Пломбы как картинки, зуб выдернуть без боли — что чихнуть. У меня малой проблемный в этом плане, и то, без визга обходится. Только к Светлане Яковлевне. Она, правда, во взрослой работает, но и детей могет…       Мужик развернулся и лёгкой рысцой двинулся обратно к «Ниве».       Тайсон принюхался к пакету, облизнулся. Диана кивнула, отводя его в сторону.       — Слышал? Это крутому стоматологу презент, не тебе. Пошли, мне ещё в отдел надо сегодня.       …Квартира их встретила несравненным запахом кофе, бряканьем посуды и негромким мычанием. Все это доносилось из кухни. Едва Диана, с облегчением сбросив на пол тяжкую ношу, отстегнула поводок, как пёс ринулся туда и тут же загремел миской.       — Привет мой хороший… — донёсся голос Сургановой, — Сейчас покормлю. А ты где Диану Сергеевну потерял?       — В прихожей… — Отозвалась женщина, которая уже планировала как бы уговорить наконец-то свидетельницу по-быстрому оформить протокол и сбежать.       — Идите завтракать.       Арбенина пробурчала себе под нос нечто нелицеприятное в адрес этой беспокойной женщины, но двинулась на кухню. Там, в дверях она замерла, уставившись на Сурганову. Та, стоя у плиты и упираясь коленом загипсованной ноги в табурет, и привычно повиснув на костылях, чем то брякала на плите, повиливая (видимо в такт музыке играющей в наушниках) аппетитной пятой точкой, затянутой в синие трикотажные брюки.       «Слюни подбери…» — опять хихикнули у нее в мозгу, и Диана непроизвольно облизнула губы.       «Пошел ты… лесом. Это просто свидетельница. Понял?»       «Ню-ню!» — отозвался типок, и свалил.       Прежде чем идти на кухню, Арбенина заглянула в комнату, сложила кресло на котором спала, сгребла со стула папку и вернулась на кухню. Сурганова уже сидела за накрытым столом, на котором исходили паром тарелки с пышным омлетом, щедро посыпанным нарезанной зеленью и две огромные кружки. Потянув носом, Диана решительно отодвинув в сторону свой кофе, пристроила на край стола папку.       — Светлана Яковлевна, давайте, наконец, уже заполним протокол.       — А завтрак? — вопросительно задрала брови женщина.       — Утром деньги, то есть протокол, вечером стулья, то есть завтрак.       — А можно наоборот? — улыбнулась Светлана.       — Можно, — отпарировала Арбенина, тут же опуская глаза. «Неудивительно, что ее пациенты не чувствуют боли, — тут же промелькнуло в голове следователя, — под такой улыбкой можно и операцию без наркоза делать…» — Но деньги вперёд…       На такого матёрого следователя как Арбенина уже давно не действовало ничего: ни улыбки, ни угрозы.       — Итак, Светлана Яковлевна, приступим…       …После часовых переговоров, уточнении подробностей, злосчастный протокол, наконец, был заполнен, Диана с облегчением сложила его в папку и потащила в комнату. Уже запихивая его в портфель, вспомнила, что в прихожей стоит на полу пакет с рыбой. Она шлепнула себя раскрытой ладонью по лбу и ринулась туда.       Презент уже подтек, образовав небольшую лужицу. «Да что б тебе…» — адресовала она слова в адрес отправителя, и двинулась на кухню.       — Светлана Яковлевна, — несколько виновато произнесла она, — дайте пожалуйста какой-нибудь большой пакет и тряпку.       — Что случилось? — охнула женщина.       — Там ваш поклонник передал рыбу, а я оставила на полу в прихожей. В общем, там сейчас небольшой потоп.       — Васенька, что-ли? — вновь улыбнулась Светлана, подтягивая костыли и поднимаясь. Диана кивнула, неожиданно для самой себя, мысленно ревниво скрежетнув зубами. — И конечно, щуку… Черт, как неудобно…       Стоя на костылях, доставать из-под раковины пакет с пакетами было действительно неудобно и Арбениной пришлось придти женщине на помощь.       Достав пару наиболее крепких, она бросилась в прихожую.       — Тряпку возьмите в ванной, там внизу, под полотенцесушителем. А рыбу в тазик, он там же.       Ликвидировав последствия, Диана осторожно, стараясь не испачкать форму, сложила подарок в принесенные пакеты и оттащила их в ванную. Она уже выпустила щук в самый большой таз, какой нашелся, когда за спиной послышалось бряканье костылей.       — Красавицы… — довольно произнесла Светлана, заглядывая из-за плеча Арбениной на зубастых рыбин, каждая из которых, навскидку, весила не меньше трёх килограмм. Кроме того, к ним прилагался довесок, в виде крохотули, раза в два поменьше.       — Ой… — Диана едва успела обернуться и поймать Сурганову за талию, потому что несколько неудачно двинув костылями, та едва не навернулась с них.       — Я думаю, вам стоит поберечься, — проворчала Диана, прижимая к себе женщину. — Вы нужны в суде живой, и желательно, здоровой.       — А вы его поймаете? — Светлана вскинула глаза на следователя и та, с трудом вынырнув из серого питерского тумана, твердо произнесла: — Обязательно!       А чтобы хоть как то отвлечь себя и найти силы отпустить свидетельницу, она пробормотала:       — Кто-то обещал мне завтрак…

***

Передав ГИБДД автомобиль в розыск, хотя понимала, что шансов найти его с такими минимальными опознавательными знаками немного, а экспертам чемоданчик в вещдоками, Арбенина двинулась в сторону своей общаги.       Несмотря на то, что она ночевала в ней уже несколько ночей, комната казалась абсолютно нежилой, словно она привыкла к тому, что ее жильцы здесь не задерживаются надолго.       «Надо хоть шторы, что ли повесить… " — подумала женщина, хлопая дверцей маленького дребезжащего холодильника. Грустно оглядев полки, на которых одиноко чахли заветренный кусок полукопченой колбасы и пара яиц, она с грустью вспомнила и вчерашний пирог, и даже утренний остывший омлет. Но больше всего — свои руки на талии Сургановой, небольшую грудь прижимающуюся к ее. Выкинув из головы все фривольные мысли, она решила пожарить яичницу, а затем двигать дальше, в магазин, в котором и работала погибшая.       Яйца с колбасой уже аппетитно шкворчали на сковороде, когда истошно завопил мобильник. Арбенина метнулась к нему, одной рукой пытаясь ухватить за ручку сковороду. И ей это даже удалось. Кинув ее на стол, и дуя на обоженные пальцы, она провела по экрану, принимая вызов с неизвестного номера.       — Диана Сергеевна? — из динамика раздался знакомый голос.       — Да, Светлана Яковлевна.       — Когда вы мне дали свой телефон, то сказали, что если что-то вспомню, можно звонить в любое время дня и ночи.       — Конечно! — с трудом сдерживая радость в голосе, отозвалась Диана. А вы что-то вспомнили? Говорите!       — Я вспомнила, что забыла вас спросить: вы любите фаршированную щуку?       — Что? — разочарованно спросила следователь, решив, что она ослышалась.       — Щуку… Фаршированную… — повторила Светлана.       — Не знаю… — протянула Диана, которая к рыбе относилась достаточно прохладно, предпочитая мясо. Хотя, если вспомнить вчерашний пирог… Рот мгновенно наполнился слюной. — Никогда не ела…       — Я думаю, самое время попробовать, — произнесла Сурганова. — Часов в семь вас устроит?       — Возможно… — протянула Арбенина и покосилась на сковородку, содержимое которой уже не казалось столь аппетитным.       — Значит я вас жду! Отказ не принимается! Женщина отключилась, а Диана рухнула задом на диван, пребывая в совершенной задумчивости и растерянности, чего с ней не случалось уже очень давно…