Киришима Саки (временно)

[...отрывок из тетради] Из всех духов и демонов самыми страшными являлись богини-убийцы. Именно женского пола, они были особенно жестоки, беспощадны, несли с собой особенно разрушительные бедствия. Сметая все на своем пути и полностью подвластные эмоциям [примечание на полях: как будто мужчины не подвластны эмоциям...], женщины-богини стирали с лица Земли целые города, не щадя никого. Доведенные до ярости, богини-палачи были гораздо страшнее любых грозных богов. Чаще всего они орудовали холодным оружием, иногда - голыми руками. Разорвать любого демона или человека просто руками для божественного палача ничего не стоит. Она обрушится на этот мир, если гармония будет утеряна. Она всегда приходит. Богиня Смерти. Гибель всего живого. [...конец отрывка] Конечно, я встретила Накаджиму. Он стоял в месте, где скорее всего никто не подумал бы его искать. Он стоял у того самого моста. Я понятия не имела, о чем он думает и какой у него вид, так как он стоял ко мне спиной и трогал мост. Казался нетипично тихим, задумчивым, но я-то знала. Стоит ему увидеть меня, это тут же прекратится. - Накаджима, ты ничего не хочешь мне сказать? Я хотела озвучить это иначе, но получилось почему-то вот так. На удивление, он в ответ продолжил молчать и шарить руками по кладке моста. Даже ухом не повел. Я почувствовала невероятное возмущение. Мне захотелось его даже ударить, что вообще-то мне было не очень свойственно. Этот тип расшатал мою нервную систему, точнее ее остатки. - Накаджима!! Я подошла и с силой развернула его на себя. - Киришима-сан?! Его ошарашенное лицо и болтающиеся наушники, которые выпали из ушей, мгновенно прояснили ситуацию. Но не его исчезновение. - Киришима-сан, а ты что это тут делаешь? - он быстро вернул себе обычный хитро-мерзкий видок, сузил глаза и пытался сделать вид, будто меня изучает. Но что-то мне подсказывало, что это ширма. - Куда ты исчез, идиот? - холодно спросила я. - Это что, плеер? Он молча протянул мне один наушник с гадкой улыбочкой. В плеере играли The Beatles. Я тут же вернула наушник ему. - Не любишь битлов? - он казался по-настоящему пораженным. Как будто каждая живая душа обязана любить Битлз. - С той ночи, когда ты заставил меня трогать свой стояк, не люблю, - я решила, что можно ударить напрямую, он заслужил. Накаджима неожиданно замялся, я увидела, что в его лице промелькнуло какое-то нетипичное выражение. Не притворное. Он моментально отвернулся и начал смеяться и жестикулировать, но я даже не стала слушать, что он там говорит. Что-то про Битлз, кажется. - Так и что ты тут делаешь вообще? Где ты был? - прервала я этот поток бессмысленной информации. Этот извращенец остановился и со вздохом размял шею. - Я следил за этим местом, всю ночь. - Что?! То есть Накаджима ночует буквально в нескольких шагах от места убийства, проводит тут целую ночь, не предупредив меня? - Тебя и в школе не было, - не показывая, как я шокирована, я решила додавить этого типа. Он явно что-то не договаривал. Видок уж больно подозрительный. - Были кое-какие дела, - делает вид, что ехидно улыбается. Как же хочется просто плюнуть на все это, почему вообще я разговариваю с этим отбросом. - Сегодня-то ты идешь в школу? - хмуро спросила я. - Мы уже опоздали на первый урок. В глазах Накаджимы блеснуло что-то очень странное. Я бы даже сказала, зловещее. Казалось, он собирается чуть ли не школу взорвать, так это выглядело. - Да, иду, - ответил он довольно серьезно, хотя на губах играла его обычная улыбка. - Пойдем на второй. Мне нужно выпить кофе. И он просто направился в сторону ближайшей кофейни. В этом районе их было всего ничего, и конкретно эта была на редкость паршивой. Однако очевидно, Накаджиме до этого не было никакого дела. Заказав себе черный кофе и сэндвич, Накаджима сидел непривычно тихо. Я подумала, что если он не спал всю ночь, вероятно, чувствует себя не очень теперь. И хотя мне не должно было быть дела до этого, я ощутила какое-то непонятное желание отправить его отсыпаться. Вот что делают сутки без этого чудовища - начинаешь относиться к нему так, будто он обычный человек, а не монстр. - Киришима-сан, - вот, стоит ему только голос подать, как вся эта иллюзия рассеивается. Я смотрела на него с вопросительным выражением. - Что бы сегодня не произошло в школе, ты должна мне обещать. - Что? Ты о чем? - мне не понравился тон, которым это было сказано. Мне хотелось срочно заставить Накаджиму заткнуться. - Обещай мне, что не помешаешь мне, что бы я ни сделал, - он смерил меня тяжелым взглядом, который очень отличался от того, как он обычно на меня смотрел. Я даже не сразу смогла понять, что в этом взгляде так отличалось. Он был серьезным. - А если ты начнешь убивать всех? - я спросила первое, что возникло в голове. - Не начну, - он состроил свою обычную ухмылку. Знаете, что мне всегда нравилось в школе? Всем на всех плевать. В обществе в принципе так заведено, и очень забавно, что принято считать противоположное. Сплошное лицемерие ради лицемерия. И это меня полностью устраивало. Мы пришли к началу второго урока, заблаговременно. У нас было еще минут десять примерно, и я уже почти заняла свое обычное место, когда услышала, что приближается староста. Я уже научилась ее распознавать по звуку шагов. - Киришима-сан, где он? Где Накаджима? Почему тебя не было на первом уроке? Где вы пропадаете? Что прикажешь говорить учителю?! Она хотела продолжать гневную тираду, но за ее спиной возник, конечно, Накаджима. Он пока ничего не говорил, а как будто... наблюдал? Мне было немного не по себе из-за его жутковатой просьбы, но я была не обязана ее выполнять, ведь я ничего не обещала. - Я проспала, - спокойно ответила я и указала пальцем за ее спину. - А Накаджима здесь. - Сколько у вас энергии, староста-сан, - ухмыльнулся этот гад, незаметно подмигнув мне. - Видимо, вы не тратите ее понапрасну, так? - А, Накаджима-кун! - с каким-то яростным восторгом прорычала девушка, оборачиваясь. - Я пыталась дозвониться тебе домой вчера весь вечер, но никто не брал трубку! Твой сотовый тоже не отвечал. Что за вопиющее безобразие?! В глазах Накаджимы промелькнул тот самый огонек, и он. Внезапно. Схватил. Старосту. За грудь. Я почувствовала, как мои глаза сами собой округляются, а лицо искривляет гримаса отвращения и шока. "Не мешать мне, что бы я ни делал". Похоже, Накаджима просто какой-то фантастический извращенец. Я поняла, что больше я никогда и ни за что не останусь с ним в одном доме, это был даже для меня перебор. Староста завизжала не своим голосом, но этот отбитый даже не думал ее отпускать. Одноклассники пялились. - Никому домой ты не звонила, не так ли?! - с диким лицом Накаджима наседал на старосту, сжимая в руках ее форму и формы под ней. - Вряд ли ты осмелилась бы. Что с тобой? Что произошло? Ты так страшно хочешь рассказать об этом, не так ли? - Накаджима, что за бред, - я попыталась его отодрать от старосты, но он резко поменял положение, оказавшись позади девушки. Мне было ее откровенно жаль. - Так страшно хочешь рассказать, что изо всех сил пытаешься этого не сделать, - он говорил ей это в самое ухо, посмеиваясь, и мне становилось физически тяжело смотреть на это, хотелось уйти. Почему-то его слова сильно задевали что-то внутри меня, даже стало сложно дышать. - Отпусти меня! - жалобно прохныкала староста, но Накаджима вцепился еще сильнее. - Да кто тебя держит? - хмыкнул он. Я недоумевала, почему все просто смотрят и ничего не делают. - Ты САМА себя держишь. - НЕТ!!! Чие Тору вырвалась из лап этого маньяка и бросилась бежать. Я в мгновение ока оказалась рядом с Накаджимой и, прежде чем поняла, влепила ему звонкую затрещину. Он издал пораженный вздох и после зашипел сквозь зубы. Потом еще раз выдохнул. - Да что с тобой такое?! - в сердцах закричала я. - Что с вами со всеми такое?! - я развернулась к классу. Почему-то меня захлестнуло страшное отчаяние, и я бросилась бежать. Я не знала, куда направилась наша староста, да и мне было все равно. Скорее всего, это был школьный туалет, она закрылась в какой-нибудь кабинке и теперь плакала. С одной стороны мне стоило бы найти ее, извиниться и поддержать, но мое отчаяние оказалось таким гнетущим и всеобъемлющим, что я просто пулей вылетела из школы. В классе остался мой портфель, все мои принадлежности, но мне было плевать. Я остановилась где-то за спортплощадкой, спряталась за дерево и вдруг почувствовала, что готова разрыдаться. Я не плакала с той самой ночи, когда брат сотворил со мной это. Я не могла плакать и сейчас, но в груди все разрывалось. Я не ожидала, что слова Накаджимы и его омерзительные действия однажды доберутся и до меня. Легче, когда отвратительное случается с тобой.