Breathe

— Пиздец. Эта ситуация настолько абсурдна. — Ун сидел с открытыми широко глазами, казалось, что они вот-вот выпрыгнут. — Я тоже сначала не верил, а потом как пошло.. — Жесть конечно. Уджин снова начал кашлять. Теперь на его ладони красовался окровавленный лепесток красной розы. — Блять... — У тебя ханахаки?! — Ну, — тяжёлый вздох, — как видишь. — Ты его любишь настолько сильно? — Казалось бы, от недавних слов своего лучшего друга Ун не на штуку удивился, но в этот раз его эмоциям не было предела. — Я зависим от него и его улыбки. Я готов пойти на все, что могу сделать, ради него. Люблю его слишком сильно. Мне иногда кажется, это ненормальные чувства. — У меня слов нет. И что ты планируешь делать? — Не знаю. Я просто плыву по течению жизни, которая мне не нравится. — Ты так спокойно об этом говоришь. — Потому что я уже привык. — букет мыслей, казалось, только что упал с 7 этажа, или его переехала машина. Помятый, сломленный и такой запутанный. — Пошли походим? — Да, давай. Парни просто ходили и болтали, про музыку, про Дэхви и шутили разные шутки. Им весело, но они не думают о том, насколько сейчас устает их защитная реакция. Смеяться и чувствовать невероятную боль — интересное сочетание. — Здесь такие красивые цветы.. Люблю белые лилии. — Ун сел на корточки и ощутил запах растения. — Не люби. — Что? — Они тебе потом принесут вред, как мне красные розы. Не люби цветы, люби только человека. Может тогда внутри тебя будет он? — Так сразу? — Я вообще-то намекал на то, что ты его съешь, НО УН ТЫ- — В каком смысле съесть? — ПРЕКРАТИ. Ун залился смехом. Эти их разговоры это самое лучшее в общении. Никто из них не стесняется быть собой. Но все же, слова про цветы Чона очень заволновали. А что если правда? Что если и правда влюбится в него до такой степени, что его любимые лилии будут приносить ему вред.. А главное, так иронично: любимые цветы губят тебя, а ведь то же самое и с людьми. Любимые люди приносят вред больше остальных, даже будь они какими-нибудь ангелами-хранителями или крестной феей. — Ты чего притих? Только что смеялся же. — Уджин остановился и подозрительно посмотрел на друга. — Да задумался. Уже поздно, пошли на остановку. На самой остановке автобус Чона приехал быстрее, поэтому Уджин посадил его и ждал свой. Второй лучший друг после Уна? Конечно же наушники. Сидя уже в автобусе, мысли о Дэхви выводили на кашель, который в данный момент был бы не очень уместным. Прийдя домой Уджин снова же пошел к раковине, но как только он оказался около двери просто упал. Ещё один. Ещё один крепкий бутон пророс в его лёгких. Хотелось умереть прямо сейчас, то ли от боли, то ли от чувств. Второй бутон такой же крепкий, как и первый, но у первого шипы уже больше, чем у того. И все же, первый бутон так и не остался одиноким, в отличии от Уджина. Пак просто сидел на полу и думал, чем же все это закончится? Будут ли они с Дэхви вместе? Или ему разобьют сердце снова и шипы прорастут и убьют его? Никто не знает и вряд-ли узнает, пока тот самый момент и не наступит. Как бы Уджину хотелось избавиться от чувств и просто стать эгоистом, он так устал заботиться о всех вокруг, но не любить себя, так как его сердце уже в чужих руках. Никто ему не поможет, и даже он сам или тысячи извинений Дэхви. Мучаться Пак не хотел, это слишком больно, а сейчас всего два бутона. Что будет дальше? Только больнее. Как бы много он не заботился о других, о себе тоже в кой-то веки нужно. Попытка Уджина встать была удачной и он быстро нашел в кармане джинс свой телефон. Он включил интернет и зашёл в браузер, что было тяжеловато, так как глаза слезились и все ещё не понятно, из-за чувств или из-за боли. В итоге он кое-как напечатал строку "можно ли избавиться от ханахаки". Неимоверно страшно. А вдруг нельзя? Вдруг эта грёбаная болезнь будет с ним до конца? Вдруг она лечится, но все равно жить останется мало? Уджин не успел насладиться жизнью. Хоть он и хотел своей смерти, полюбить жизнь он все так же хотел. Ладони вспотели, поэтому нажимать на экран приходилось все сложнее и сложнее, но парню все же удалось зайти на какой-то первый попавшийся сайт. "Ханахаки - это болезнь, при которой любимые цветы человека начинают расти в лёгких. Причиной ханахаки является слишком сильные романтические чувства, которые невзаимны. Излечить ханахаки можно. Вы останетесь живы, но все чувства пропадут, и вы не сможете уже испытывать любовь, радость, сочувствие и т.д. Для излечения требуется хирургическое вмешательство, которое возможно после того, как в лёгких выросли и полностью распустились четыре бутона. Чтобы понять, сколько цветов у вас, необходимо провести рентген. Если же обойтись без лечения, цветок распустится в дыхательном пути и перекроет весь воздух. Таким образом, придет смерть, которая, в свое время, будет очень мучительная. Чтобы записаться на излечение позвоните по: *********. " — Господи, даже тут рекламу впихнуть смогли. Пака уже немного радовало то, что он сможет жить. Все будет хорошо, как и убеждал его Ун! Если он потеряет все свои чувства, то начнет заботиться лишь о себе, чего Уджину и не хватало. Может это состояние аффекта, может он и правда рад, но у ближайшее время он хотел пройти на рентген. После такой информации Пак не сдержался от телефонного звонка другу. Не ясно, то ли он хотел поделиться новостями, то ли получить одобрение на столь рискованное действие. — Ун! Я такое нашел! — Только что же виделись, что уже случилось? — Я могу избавиться от ханахаки! — В смысле? Как? — Короче, я на сайте прочитал, что можно сделать операцию по удалению цветков. — Так это же замечательно! А что дальше? Правда, я не думал что все настолько просто. — А, за это.. После операции пропадают все чувства. — Ты собираешься избавиться от всех чувств? — тональность голоса Уна, казалось, взлетела. — Да. Все равно это не взаимно. — С чего ты взял то? Спрашивал уже что-ли? — Нет. Но это очевидно, что я ему не нравлюсь. Вот, хочу послезавтра на рентген пойти, думаю сейчас позвонить записаться. — Спроси сначала, что чувствует Дэхви. А то не дай бог ты зря операцию сделаешь. — Окей, завтра напишу ему. — Вздох. — Так вот, я думаю, если потеряю все чувства, со всей этой любовью делать мне нечего будет, я хочу после операции заняться музыкой. Буду жить для себя, знаешь, неплохо звучит. — Ты вот уже все распланировал, а я все же думаю, что Дэхви тебя любит. — Да вряд-ли. Если б все так и было, я бы сейчас не кашлял цветами. Это ж надо вообще розы любить, кошмар, они же ещё и с шипами. — И все же, спроси у него. Да это волнительно, да страшно, но другого выхода нет! Ты должен попробовать, в любом случае кто не рискует, тот не пьет. — Я напишу, сказал же. А сейчас давай пойдем спать, завтра будет нелегкий день. Да и у тебя тоже! Ты же вроде как уборку затеял. — Ой, да кстати. Спокойной ночи! Из динамика телефона донёсся гудок. Уджин подошёл к своей аптечке, чтобы найти там успокоительное, но, как назло, последняя таблетка была использована ещё вчерашним утром. Пришлось засыпать с неимоверной тревогой, что не было впервые.