Final Masquerade

Сражаясь со складной детской коляской, Майк успел обматерить ее создателя. Целым испытанием было устроить в ней ребенка как следует. Он пожалел, что несколько месяцев назад отказался от предложения Джейсона объяснить ему, как с ней обращаться. В тот момент из-за душевного состояния он не мог не то что выйти из квартиры, но и подумать об этом. Поэтому коляска стояла в коробке в углу детской Отиса. Вернее, стояла там до сегодняшнего дня. Когда Майк открыл коробку и достал коляску, сначала ему показалось, что все просто. Но, когда ему прищемило пальцы, а собранная было коляска повалилась обратно на пол, потому что он что-то в ней не защелкнул, Майку захотелось выкинуть ее с балкона. Он матерился себе под нос, но Отиса нимало не смущала его досада: он перемещался по всей комнате на своих ходунках, что-то лепеча. К тому моменту, как коляска наконец была собрана и надежно зафиксирована в раскрытом виде, и Майку удалось поместить туда сына, ни за что его не зацепив, у него оставалось всего пятнадцать минут на то, чтобы добраться до кофейни на углу. Мы уложимся. Мы успеем за пятнадцать минут. И Джейсон не виноват, что на дорогах пробки, а я беру с собой Отиса. У нас все будет нормально. Я все планировал по-другому, но в последнее время в этой жизни ничего не идет по плану. Он аккуратно пристегнул Отиса, два раза проверил ремни, повесил на ручку сумку с подгузниками и взял свое кожаное портфолио. Несмотря на то, что работал он из дома, этого хватало лишь на оплату счетов, а Майк мечтал стать графиком-фрилансером. Он уже выполнял кое-какие заказы то тут, то там, но уже несколько лет назад забил на творческую сторону своей натуры, предпочтя стабильность бухгалтерской работы. Время от времени его сайт попадался кому-нибудь на глаза, и ему звонили, чтобы заказать дизайн брошюры, рекламу или логотип компании. На то, чтобы обновлять сайт и поддерживать его в рабочем состоянии, приходилось тратить деньги, но ему казалось, что эта его скромная мечта – единственное, что у него осталось. Лучи лос-анджелесского солнца приятно ласкали лицо. Майк торопливо катил коляску с Отисом к кофейне Toasted Bean. Они шли мимо людей, и некоторые из них улыбались что-то лепечущему Отису и махали ему в ответ. Майк давно не был в таком приподнятом настроении и сам не знал, как же определить это чувство. Тут какая-то девушка придержала дверь, чтобы он мог заехать в кофейню с коляской. Майку захотелось побаловать себя ванильным латте, и он подкатил коляску к прилавку, чтобы сделать заказ. Оглядевшись, он увидел, что сейчас, в полдень, в кафе полно пустых столиков, и почувствовал облегчение. Он переживал насчет того, удастся ли ему показать свое портфолио потенциальной клиентке. Теперь же оставалось лишь выбрать место, устроить Отиса и ждать, когда она появится. Вот видишь? Ты справишься, сказал он себе. Не так уж это сложно, пойти куда-то вместе с ребенком. У него уже кое-что начало получаться, и он успел подумать, что, может быть, вскоре ему и не понадобится на каждом шагу помощь Джейсона. - Майк, ваш заказ. Майк опустил взгляд на длинный деревянный прилавок. Там его уже ждал напиток. Здесь обслуживали быстро, и это еще сильнее приободрило Майка. Ему нравилась оперативность. Он подтолкнул коляску, взял напиток и развернул Отиса к столику в углу, который, как ему показалось, подходил для встречи. Но до столика он не добрался. Переднее колесо коляски зацепилось за стул, выступавший в проход, и Майку не удалось удержать в руках одновременно коляску и стаканчик с кофе. Стараясь не пролить кофе на ребенка, он ухитрился залить им все остальное. Через несколько секунд он весь уже был в латте. Как и сумка с подгузниками, а также портфолио. Майк кожей чувствовал на себе сочувственные взгляды посетителей, и щеки у него вспыхнули. Все приподнятое настроение куда-то девалось, и ему захотелось провалиться сквозь землю, чтобы спастись от позора. Надо же было такому случиться именно в тот день, когда у него была назначена встреча, а впереди маячила возможность нового заказа. За несколько минут до встречи все пошло псу под хвост. Малыш пребывал в блаженном неведении относительно того, что его папа стоит посреди кофейни с головы до ног в кофе, которым он хотел было побаловать себя. Подаренная Джейсоном сумка для подгузников, в которой хранились как подгузники, так и одежда, бутылочки и соски, промокла насквозь. Но хуже всего дело обстояло с портфолио. Все его работы словно побывали в ванильной луже, и он них несло кофе с молоком. Вздохнув, он встал на колени, чтобы собрать рассыпавшиеся листы и отряхнуть рисунки. Какая-то добрая пожилая леди нагнулась к нему и протянула ему несколько салфеток. - Ты молодец, папочка. Не унывай. Случается всякое. Майк посмотрел на нее из-под прядей, спадавших на лоб, взглянул в ее добрые голубые глаза и заставил себя улыбнуться. - Спасибо, - прошептал он, протирая свои вещи салфетками. Он почувствовал, что от досады и смущения к глазам подступили слезы, и постарался взять себя в руки. При Анне было куда проще. Пока не появились эти дурацкие метки. Если бы она не ушла, Отис был бы дома, с ней, а я тем временем пошел бы на встречу. Поймав себя на досаде в адрес сына, Майк тут же устыдился себя. Отис ведь не просил маму бросать его. По милости Майка он и так полгода прожил рядом с унылым отцом. Он рефлекторно посмотрел на запястье, на котором был широкий кожаный браслет. То, что у него не было метки, его бесило. И то, как на него смотрели люди, стоило ему выйти из квартиры, его тоже раздражало. Чтобы избежать их пристальных взглядов, он начал прикрывать запястье. Весь мир изменился с тех пор, как начали появляться метки, и это выбивало его из колеи. Мы были счастливы. Мы уставали, конечно, но Отис ведь маленький, дальше стало бы легче. А она взяла и ушла. Из-за метки. Майк глубоко вздохнул и постарался сосредоточиться. Ненависть к меткам и всему, что они за собой повлекли, не привела бы ни к чему хорошему. Он подтолкнул коляску, чтобы убрать ее из прохода, собрал рисунки, положил на столик поблизости так, чтобы они просохли. Тут со шваброй и табличкой «Осторожно, мокрый пол» подошла работница кофейни в фартуке цвета кофейных зерен. - Извините, - пробормотал он, стараясь не мешать ей мыть пол. Лишь через несколько минут люди наконец перестали на него таращиться, и Майк вздохнул. Все рисунки были в кофейных пятнах, одно другого больше. Он понимал, что придется рассказать потенциальной клиентке, что случилось, и это показалось ему еще более неловкой перспективой, чем само происшествие. Он не справился даже с тем, чтобы сходить с сыном в полупустую кофейню, и сомневался, что его неуклюжесть поможет ему продать свои услуги графического дизайнера. Майк выкинул мокрые салфетки в ведро, взял еще несколько. От него несло ванильным латте, а молоко, как он знал, скоро должно было прокиснуть. Захотел почувствовать себя человеком, и вот. Надо было просто заказать воды. А еще лучше – остаться дома. Я уже десять лет пытаюсь чего-то добиться. Может, пора сдаться? Эта мысль была горькой пилюлей, но он понимал, что в ней есть доля истины. Лос-Анджелес был громадным городом, и в нем жили миллионы людей. Держаться за графический дизайн во времена, когда все проекты делались в цифровом формате, было старомодным шагом. Людям нужен был идеальный, разработанный на компьютере дизайн, а Майк по-прежнему предпочитал водить по бумаге чернилами и графитом. Может быть, пусть все это просто останется моим хобби? Я не смогу этим заработать нам на жизнь, по крайней мере, столько, сколько нужно. Поникнув, Майк посмотрел на Отиса. Тот каким-то образом ухитрился заснуть в коляске. По крайней мере, у меня работа есть. Могло бы быть и хуже. Мы могли бы быть бездомными. Ночевать у мамы и папы в комнате для гостей. При мысли о том, каково было бы снова жить с родителями, Майк поморщился. Они были отличными людьми, но несколько гиперопекающими, и Майк знал, что долго ему этого не выдержать. Надо просто сосредоточиться на бухгалтерском деле. Это ведь неплохая работа. Просто она скучная. Не этим я рассчитывал в своем возрасте заниматься. Впрочем, многое пошло не так, как я думал, а не только это. - Держите. Майк оторвался взглядом от сына в коляске и посмотрел на незнакомого мужчину, который поставил перед ним новый стаканчик с кофе. Он нахмурился, огляделся, снова воззрился на незнакомца. Ясно было, что он не тот человек, с которым у него назначена встреча, и все же Майк не удержался и рассмотрел его. Тот был в полосатой черно-белой рубашке с длинными рукавами, накинутой на белую футболку. Майк задержался взглядом на броском черном рисунке на ней. Он был артистичным и дерзким. Майк и сам бы такой от руки набросал. У мужчины было искреннее лицо, своими карими глазами он как будто заглядывал в душу. Майк почувствовал, что ему можно доверять, и все же раскрыл рот, чтобы отказаться от кофе. Очевидно, напиток предназначался для кого-то еще. У Майка была назначена встреча с женщиной, а незнакомец определенно ею не был. Но, не успел Майк промолвить и слова, как мужчина мягко прервал его. - Я увидел, что приключилось с вашим кофе и вещами, - сказал он, и голос прозвучал на удивление застенчиво, - и подумал, что, может быть, вам захочется выпить что-нибудь взамен. Бариста… бариста запомнил, что вы заказали. Это ванильный латте, - сказал он и придвинул стаканчик к Майку. - Спасибо. – Вежливый ответ прозвучал, скорее, как вопрос, и Майк почувствовал, что снова краснеет. – Простите, просто… просто у меня встреча, а ведь первое впечатление очень важно. А теперь мне предстоит встретиться с этой женщиной в облитом кофе виде. – Майк опустил взгляд на пятна, которыми была усеяна рубашка, и покачал головой. Мужчина понимающе, с сопереживанием кивнул. - У нее ваша метка, да? Да уж, неприятно. - Нет у нее метки, - с неудовольствием парировал Майк. Казалось, все на свете, кроме него, думали об одних только метках. Увидев, каким расстроенным стало лицо собеседника, он закусил губу. - Извините. Я не хотел вам грубить. Просто меня не так уж занимают метки. – Он почувствовал, как мужчина смотрит на его браслет, словно хочет разглядеть, что под ним, но не стал его отодвигать. Его метки тоже не видать. Под длинными-то рукавами. - Да. Когда у тебя нет метки, это становится больной темой. Майк застыл. С тех пор, как он начал носить браслет, ни у кого не хватало духу предположить, что у него попросту нет метки. Он понятия не имел, как этот мужчина догадался обо всем, ничего не спрашивая. Но тот снова не дал ему ответить. - Надеюсь, этот кофе сделает ваш день немного лучше. И что ваша встреча пройдет хорошо. – После этого мужчина просто развернулся, пошел обратно в противоположный конец кофейни и сел напротив мужчины с кудрявой шевелюрой. Майк уставился на бритый затылок мужчины. Он не привык к тому, чтобы люди ради него отрывались от своих дел. Так поступал только Джейсон. Я не очень-то любезно себя повел. Поникнув, он посмотрел на Отиса. Тот все еще спал в коляске, и Майк не знал, долго ли это протянется. Ему повезло, что горячий кофе не попал на малыша. Из любопытства Майк снова посмотрел на затылок мужчины. Тот болтал с другом и попивал кофе, и Майк тут же почувствовал, как же ему одиноко. Все его друзья уже оставили попытки поддерживать с ним общение, и Майк знал, что это произошло по той же причине, по которой от него ушел этот мужчина. Мне надо перестать вести себя, как ворчливый старик. Мне тридцать один, а не восемьдесят. Я так никогда никого не найду, будь то родственная душа или кто-то еще. Он решил, что сейчас подкатит коляску с Отисом в сторону столика, за которым сидел тот мужчина, извинится за грубость и поблагодарит его за кофе. - Прошу прощения, вы Майк Шинода? Майк тут же отвлекся от мужчины с бритой головой и посмотрел на женщину, стоявшую перед ним. - Да, это я, - подтвердил он, встал и пожал ей руку. – Извините за беспорядок, - добавил он, обводя рукой стол. – У меня тут было сражение между коляской и кофейным стаканчиком. И коляска одержала победу. Женщина посмеялась, и он порадовался. Она села, несколько минут они непринужденно вели светскую беседу, после чего женщина попросила его показать ей наброски. Он передал ей еще влажные листки, и, пока она рассматривала их, кинул взгляд в сторону стола, где сидел человек, угостивший его кофе. Он с головой ушел в беседу с кудрявым мужчиной. Сам не отдавая себе в этом отчета, Майк разглядывал уши незнакомца, а также тоннели в них. Он прикинул, что они с ним примерно одного роста, хоть тот мужчина был явно на несколько килограммов легче. Ему очень захотелось снова взглянуть на рисунок на груди этого человека, может быть, сказать что-нибудь приятное, напроситься на приглашение выпить кофе вместе с ними. По какой-то причине Майка потянуло к этому незнакомцу, и он решил, что это просто потому, что тот повел себя с ним по-доброму. Вдруг он почувствовал, что ему очень хочется, чтобы у него был друг, чтобы можно было беседовать не только с братом. Этот мужчина проявил заботу, купил ему новый кофе. Казалось, с ним вполне можно завести разговор… по меньшей мере. Майку приходилось уделять внимание и ему, и женщине, которая захотела воспользоваться его услугами. Он даже не задумался о том, не потому ли она решила это сделать, что ей стало его жаль из-за непростой отцовской жизни и того, что он пролил кофе на портфолио. Он просто достал договор и протянул его ей, чтобы она подписала его. Она просмотрела его, согласилась с платой за его услуги, а он тем временем покосился на столик. Это явно отвлекало его от дела. К его неудовольствию, оба мужчины уже уходили из кофейни. Вот и все, удрученно подумал Майк, наблюдая, как объект его наблюдений бросает стаканчик в ведро и направляется к двери. Он собирался уже снова сосредоточиться на клиентке, как вдруг мужчина повернулся, и они посмотрели друг другу в глаза. Было ясно: он понял, что Майк на него пялился. Он почувствовал, как щеки загораются румянцем, и тут незнакомец улыбнулся и помахал ему на прощание. Не успел Майк улыбнуться ему в ответ, как он уже был таков. **** Вернувшись в безопасную гавань квартиры, Майк испытал облегчение. Неудача со стаканчиком кофе и встреча с незнакомцем, который помахал ему на прощание в кофейне, потрепали ему нервы. После того, как Майк покормил и искупал Отиса, а также сам принял душ, он наконец-то почувствовал, что ему стало спокойнее. Он даже начал работать над проектом, заказ на которой получил в тот день. Перед сном он приготовил себе чашку чая, добавив немного агавы для сладости, и, накинув на ноги вязаный плед, уселся на диван. Наброски он осторожно отложил в сторону и открыл ноутбук, чтобы, как и всегда по вечерам, походить по сайтам и выяснить, не появилась ли новая информация о метках. Он не собирался отказываться от этой привычки, пока не получит ответ на вопрос, предопределена его судьба или нет. В тот вечер он нашел новую статью на своем любимом сайте научного журнала, на который подписался еще тогда, когда метки только появились. Майк с интересом кликнул по статье, просмотрел ее и тут же зацепился взглядом за рассуждения исследователя по поводу бланков. Существует высокая вероятность того, что метки у бланков появляются после встречи с человеком, отвечающим их представлениям о родственной душе. Это означает, что до тех пор, пока не установится эмоциональная связь, их метки находятся в режиме ожидания. Это любопытный поворот в исследованиях меток. Для большинства людей метка и подходящий им человек являются частью некого предопределенного исхода. Но что касается бланков, возможно, они способны влиять на формирование этого исхода, а не полагаться на судьбу. Перечитав данный абзац несколько раз, Майк приподнял бровь. Все это в корне отличалось от последнего исследования, которое он прочел. Это была статья, которую прислал ему Джейсон, и там говорилось, что бланки способны сочетаться с кем угодно, а это означало одно: истинной родственной души им найти невозможно. Предположение о том, что бланки способны оказывать влияние на собственную судьбу, обрадовало Майка. Ему отчаянно захотелось, чтобы эти слова оказались правдой. Он жадно принялся читать дальше, проглотив залпом две истории о бланках, которые приняли сознательное решение вступить с кем-то в серьезные отношения. В обоих случаях человек, ставший в итоге их родственной душой, уже обладал меткой того самого бланка, который их выбрал. Один из них пошутил, что это прямо как во времена до Поворота, когда люди встречались друг с другом просто так. «Появляется чувство, что у тебя снова появилось возможность контролировать свою жизнь по собственному усмотрению. Так, как это было раньше, пока не появились метки и не изменили все. Мне кажется, то, что я так долго был бланком, - это просто счастье, по крайней мере, для меня все обернулось именно так. Я познакомился со многими интересными людьми, но, когда встретил ее, то понял: она та самая. Теперь я счастлив, что ношу на запястье ее метку. Это связь навеки». У Майка заколотилось сердце. Он рассуждает, как я. Я тоже мог бы так сказать. Эти метки – бред какой-то. Но вдруг тот факт, что у меня ее нет, означает, что у меня есть право выбора? Я хочу, чтобы оно у меня было. Не хочу, чтобы все было предрешено за меня. Он поднял взгляд от компьютера, окинул взглядом комнату. Было ясно, что вот так, сидя в квартире, он никого не встретит. Тут ему пришла в голову идея. Надо чаще куда-то выходить. Чтобы я мог с кем-то познакомиться. Как сегодня. Я же встретил в кофейне того парня. При этой мысли Майк склонил голову набок. Он поговорил в кофейне с несколькими людьми, не только с мужчиной с пленительными глазами и в необычной футболке. Конечно, я не его имею в виду. Но я мог бы познакомиться с каким-нибудь замечательным человеком. Ради Отиса. Он заслуживает того, чтобы у него была мама. Может быть, стоит начать с кофейни. Мы с Отисом можем завтра снова сходить туда, посидеть там на солнышке. Понаблюдаем вдвоем за людьми. Женщины ведь детей любят. Впервые за много дней Майк почувствовал энтузиазм. Он просмотрел остальную часть исследования, скачал его и отправил Джейсону. Майк: Посмотри. Новое исследование. Может быть, не так уж плохо, что я бланк. Он потянулся к кофейной чашке, отпил едва теплую жидкость. То, что кофе уже остыл, пока он читал статью о бланках, не смущало его. огонек надежды, который месяцами едва тлел в нем, начал разгораться в пламя. Майк почувствовал, что у него есть цель, а еще - сильное желание вернуться в кофейню. Он услышал, как пиликнул телефон, и опустил взгляд. Джейсон уже ответил. Джейсон: Думаешь, это правда? Это было бы круто. Майк улыбнулся в телефон. Офигенно круто, написал он в ответ и рассказал ему о своих планах на завтра. Джейсон тут же высказал свое одобрение, и Майк приободрился еще больше. Майк: Вот увидишь, мне даже твой сайт не понадобится. Он положил телефон на подушку-думку и встал, чтобы сполоснуть чашку. Не нужен мне сайт. Я ведь могу выбирать. Это куда романтичнее, чем просто найти того, чью метку ты носишь. Как будто ты обречен на этого человека. А я смогу ей сказать, что сам ее выбрал. Майк закрыл глаза, попытался представить себе, каково это было бы. Радость, которую он испытывал, расцветила мир за веками голубыми и красными красками. Майк понятия не имел, что это означает, но то, что вечная серость его мыслей сменилась чем-то красочным, радовало его. Завтра начнется новая жизнь. Я это чувствую.