tremblinghand

— понимаю, почему твои родители злятся, — пишет юнги, смотря куда-то себе под ноги — тяжело смириться с тем, что видишь своего ребенка не с какой-то там шикарной моделью, а с таким, как я, — продолжает писать парень, отдавая листки хосоку — а стоит им сюда заглянуть, они вообще в обморок упадут. а ты им ещё счета свои покажи, покажи, что все карманные деньги на меня спускаешь, тогда они вообще меня в клочья разорвут, — быстро пишет юнги, уже хватая следующий листок, но хосок не даёт ему вновь начать писать — ты пишешь, а я все равно слышу твои визги, — улыбается чон, усаживая юнги к себе на колени — и вообще, почему ты до сих пор со мной не разговариваешь? мы зря ходим на занятия? — тихо спрашивает парень, за что сразу же получает рукой по лбу. мол « не переводи тему » — побесятся немного и успокоятся, а ты забудь все то, что написал на этих листках. это ни в коем случае не делает тебя плохим, дурак, — кивает хосок, смотря на юнги, а после глаза закатывая и цокая — ну прожигала тебя моя мать взглядом, убиться теперь? кто же знал, что они тоже любят ночные прогулки. рано или поздно им надоест вести себя так, юнни, поэтому тебе не о чем переживать, — вновь кивает хо, целуя младшего в макушку — или ты думаешь, что у нас все как в этих фильмах глупых будет? никто меня женить не собирается насильно, мои родители не настолько с ума сошли, так что выкинь эту дрянь сопливую из головы, — твердо говорит чон, убирая со своих колен парня. если внешне хосок реагировал на эту ситуацию с юмором, старался приободрить юнги и показать, что ничего страшного в случившемся нет, то внутри естественно переживал. безумно переживал за своего мальчика, за его состояние и старался вывернуть эту ситуацию во что-то забавное, чтобы увидеть на лице возлюбленного хотя бы лёгкую улыбку. — а претензий насчёт квартиры я совсем не понял, мы же ремонт сделали, — хмурится старший, не позволяя юнги обратно на колени сесть — я уже устал говорить. не сядешь, пока не поговоришь со мной, — не сводя с младшего глаз говорит хо, поджимая губы, чтобы не засмеяться с его лица. и проходит действительно огромная пауза, прежде чем юнги начинает безумно тихо и не совсем уверенно говорить — нельзя заставлять человека делать то...чего он не хочет, — бубнит себе под нос мин, тут же ловя улыбку хосока — кто это так замявкал? кошка твоя? — старший начинает осматриваться, ойкая, когда на него сверху падает юнги, заставляя лечь на спину — поэтому и молчу, ты всегда издеваешься надо мной, — грустно произносит юнги, заставляя хосока аж воздухом подавиться от возмущения — юнни, где же я издеваюсь? просто всегда хочу приободрить, но если тебе некомфортно, то я больше не буду, — тихо говорит чон, кивая и поглаживая младшего по щеке тыльной стороной ладони. и юнги не за что винить, для него любой странный взгляд в его сторону — уже желание обидеть, поэтому хосок сразу объясняется, ещё несколько раз поглаживая младшего по щеке. парни сами не понимают, как дошли от обычных касаний до того, что юнги вновь прячет лицо футболкой, не в силах вытерпеть взгляд хосока. такого измотанного хосока. у которого пот на лбу и шее выступил от яркого оргазма, а пальцы до сих пор гладят живот младшего, совершенно не брезгуя спермы и прочего. — я рад, что с нашей первой встречи ты так раскрепостился. выглядишь чертовски красиво, — шепчет хосок, жадно осматривая чужое тельце, пока пальцы гладят уже не живот, а бедра. — ты не представляешь, что у меня в голове происходит, юнни, — шепчет младшему на ушко, кусая мочку и отстраняясь с лёгкой улыбкой — а сейчас, думаю, ты не откажешься от теплой ванны, — улыбается ярче парень, одеваясь и помогая тоже самое сделать младшему. удивительно, как чон по щелчку пальцев может измениться. — я слышал, что секс в воде намного приятнее, — неожиданно шепчет юнги, стоя в дверном проходе и осматривая хосока, добавляющего в воду ароматную пену — но не в первый раз, юнни, — спокойно даёт ответ хосок, брызгая в младшего водой — и что? ты даже не покраснеешь после своих же слов? — тут же удивлённо спрашивает хосок, притягивая к себе парня за талию и все же заставляя смутиться, а после вздрогнуть от громкого смеха — какой ты все таки чудный, только вот если бы ты меня взглядом сверлил, а не пол, то было бы вообще замечательно, — мягко произносит хосок, оставляя на носике юнги поцелуй и отправляя в ванную, вскоре составляя ему компанию.