Разбитая Надежда

Теперь, когда Тереза была дома, и он снова мог дышать, Джейн, наконец, вернулся к работе. Это было странно: не видеть Лисбон и Ван Пелт в течение дня. Каждая из них стала такой существенной частью его жизни, что не видеть их весь день было просто непривычно. Конечно, он ежедневно навещал Лисбон, и Грейс иногда помогала в расследованиях, но, в большинстве случаев, Ван Пелт весь день ухаживала за Терезой, и Джейн остро чувствовал разницу. Чо был назначен новым временным лидером команды, и в команду был временно добавлен агент по имени Майкл Тейлор. Все было настолько... по-другому. Так иначе. Однажды агент Тейлор получил телефонный звонок и объявил команде, что местный подросток был убит. Джейн вздохнул, а Ригсби застонал. Абсолютно все ненавидели те случаи, где жертвами были дети. Это было не только невероятно печально, но и почти всегда подозреваемыми были другие дети. Команда по опыту знала, что допрашивать ребенка было похоже на разговор со стеной. Они отказывались отвечать, и единственное, что они действительно могли предложить, это наглые замечания. Имя жертвы было Мэтью Грэммар. Пятнадцать лет, два выстрела в грудь. Он был обнаружен за местным боулингом одним из рабочих, который услышал выстрелы. В то время как Чо и Тейлор опрашивали друзей мальчика, Джейн с Ригсби решили посетить скорбящую семью. Мать была, по меньшей мере, абсолютно разбита, было едва слышно, когда она отвечала на вопросы Ригсби. Он предложил сделать это в другой раз, но бедная женщина настаивала. «Я хочу покончить с этим,» — причитала она. «Я хочу, чтобы больной ублюдок, убивший моего мальчика, сгнил в тюрьме». Почувствовав неловкость, Джейн извинился и выскользнул из гостиной, оставив Ригсби с травмированной женщиной. Патрик побрел по коридору, разглядывая фотографии, мимо которых проходил. Дойдя до кухни, он заметил маленькую девочку, сидящую за кухонным столом, тупо уставившись в окно. — Привет, — сказал Джейн. Она взглянула на него покрасневшими глазами. — Вы из полиции? — Да, — ответил он. — Собираетесь ли вы найти того, кто сделал это с моим братом? — спросила она его. Джейн сел за стол напротив нее. Они с жертвой были очень похожи. Медового цвета волосы и темно-голубые глаза. Она выглядела на десять или одиннадцать лет. Красивая девочка. — Конечно, я постараюсь, — наконец пообещал он. Она кивнула. — Я не понимаю, почему кто-то захотел сделать это с Мэттом, — прошептала она. — Он был таким хорошим человеком. — Я тоже, — он сделал паузу. — Я очень сожалею о твоей потере. — Спасибо, — она протянула через стол крошечную руку. — Я Пейтон. Джейн пожал ей руку. — Приятно познакомиться, Пейтон. Я Патрик. — Моя мама до сих пор плачет? — спросила она. — Да, — он сочувственно улыбнулся ей. — Это очень, очень трудно для нее. Потеря ребенка, я имею ввиду. — Потеря любого человека трудна, — она вздохнула. — Сначала папа. Сейчас Мэтт. Вспышка сожаления пробежала по его венам, когда он посмотрел на мучительное выражение лица девочки. — Мне очень жаль, — сказал он снова, потому что это было все, что он мог придумать. Она встала из-за стола. — Я должна вернуться к маме. Джейн тоже встал. — Конечно. А мне, вероятно, следует присоединиться к моему коллеге. Как он и предсказывал, мать все еще плакала, и Ригсби был более чем готов уйти отсюда. — Миссис Грэммар, опять же, я ужасно сожалею о вашей потере. — Да, мои соболезнования, — вмешался Джейн. Женщина всхлипнула. — Спасибо. Ригсби встал со своего места в кресле и ,вслед за Джейном, уже собрался уходить, как миссис Грэммор снова заговорила: — Вы коллеги Терезы? — спросила она шатким, скрипучим голосом. Двое мужчин застыли в удивлении. — Да, — ответил Ригсби. — Я не видела ее с того дня, как она была выписана из больницы. Как у нее дела? — У нее все хорошо, — сообщил ей Ригсби. — Ну, знаете, учитывая... — Вы знаете Лисбон? — спросил Джейн. — Она была моим хорошим другом в течение очень долгого времени. — Миссис Грэммор вытерла влажные глаза. — Она будет убита горем, когда узнает о... — и заплакала снова. Джейн и Ригсби обменялись взглядами, прежде чем Джейн поспешно сказал: — Опять же, я глубоко сожалею о вашей потере, — он посмотрел на маленькую девочку. — Пока, Пейтон. Патрик быстро повернулся и поспешил к своей машине. X У него уже вошло в привычку: приезжать в ее квартиру. Если дверь была заперта, он использовал запасной ключ, который был скрыт в одной из трещин кирпичной стены. Как только он добрался до ее дома, он припарковал свою машину, побежал вверх по лестнице, ведущей к ее входной двери, и вошел. Грейс сидела на диване Лисбон, листая журнал. Она подняла глаза и улыбнулась, когда Джейн открыл дверь. — Привет. — Привет, Грейс. Она спит? Она покачала головой. — Нет, я думаю, что она просто читает. Джейн поспешил вверх по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки за один раз, и с трудом остановил себя от того, чтобы просто ворваться в ее спальню без предупреждения. Он постучал три раза. — Лисбон? — Входи. Он вошел. — Привет. Она сразу заметила встревоженное выражение на его лице и, используя специальные перила, которые он установил для нее, приняла сидячее положение. — Джейн, в чем дело? Он нахмурил брови, слегка озадаченный. — Я... Я предполагаю, что это я хотел узнать, все ли в порядке у тебя. Конечно, наверняка она уже слышала о бедном мальчике. Мэтью Грэммар должен был быть во всех новостях, а она постоянно смотрит новости. — Почему бы мне не быть в порядке? — спросила она медленным, монотонным голосом, который мог сказать о том, что она не слышала о мальчике, сыне ее хорошей подруги. Джейн услышал, что кто-то прочистил горло у него за спиной, и, обернувшись, увидел в дверях Грейс. — Простите, что прерываю, — извинилась она и подняла телефон, который плотно сжимала в руке, так, чтобы они видели. — Звонит Ригсби. Они должны задержать особо опасного подозреваемого, и им понадобится дополнительная пара рук, чтобы сделать это, так что... — Ступай, — настойчиво сказал Джейн. — Я им не нужен. — он сел к подножию кровати Лисбон. — Нет, нужен! — заспорила Тереза. — Вы оба, поезжайте. Я буду в порядке! Он проигнорировал ее. — Иди, Грейс. Они нуждаются в тебе. Рыжеволосая агент кивнула и покинула квартиру. — Джейн, — сказала Тереза после ухода Грейс. — Что происходит? Мне нужна правда. — Ты хочешь сказать, что не включала телевизор в последнее время? Она не ответила, но озадаченный взгляд зафиксировался на ее лице. Она осторожно потянулась к пульту от телевизора, но Джейн остановил ее, схватив за запястье. — Нет, — сказал он твердо. Сразу же он почувствовал себя виноватым, потому что страх и беспокойство очевидно отразились в ее глазах. — Джейн, — прохрипела она. — Ты меня пугаешь. Пожалуйста, скажи мне, что происходит. Это связано с последним случаем? Он мрачно кивнул, решив побыстрее покончить с этим. Он открыл рот, чтобы заговорить, но что-то сдавило горло. Что-то темное, что-то, о чем он отказывался думать в течение длительного периода времени. Это была память о разбитом выражении лица Лисбон в тот день, когда они нашли Боско и его команду расстрелянными. Память о разрушенной надежде в ее красивых глазах, когда парамедики пытались реанимировать Сэма: обо все этом было почти невыносимо думать. Джейн не мог смириться с мыслью, что ему придется вернуть тот взгляд ее глазам. Особенно сейчас, когда она была так уязвима, с ушибами и переломами, покрывающими ее миниатюрное тело. — Джейн! — теперь в голосе Лисбон слышалось отчаяние. — Меня не волнует, насколько ужасно это может быть, — прошептала она. — Пожалуйста. Скажи мне. Он сделал глубокий вдох, позволяя словами просто вылететь из его рта. — Лисбон, у тебя есть подруга по фамилии Грэммар? Вот оно, это выражение на ее лице. Ее лицо побледнело, и весь цвет, казалось, растворился из ее глаз. — Кристен, — прохрипела она. — Она умерла? Он покачал головой, опуская глаза. — Один из детей, — выдохнула она, голос беспомощно дрожал. Он все еще не встречался с ней взглядом. Он даже не поднял головы. Джейн просто подвинулся немного ближе к ней и накрыл ее руку своей. Это было то, что он редко делал с кем-либо еще. Он был мужчиной достаточно, чтобы признать, что ему не обязательно быть нежным. Он не раздавал непринужденные объятия всем, у кого, казалось, был плохой день и, честно говоря, плачущие женщины заставляли его чувствовать себя крайне неловко. Но в последнее время, с хорошенькой зеленоглазой брюнеткой, находящейся перед ним, он почувствовал желание заставить ее открыться ему. — Кто из детей, Джейн? — спросила Лисбон. — Мэтью, — он, наконец, встретился с ней глазами. — Мне очень жаль. — Как? — ее голос был едва слышным напряженным шепотом. — Два выстрела в грудь. Несмотря на то, что подавленный вскрик, который вырвался из ее горла, был небольшим, он все равно разбил сердце Джейна. Патрик мог видеть, что она безуспешно пытается сдержать слезы, которые уже начали формироваться в ее глазах. — Ты хочешь, чтобы я ушел? — мягко спросил он. Было похоже, что она не могла двигаться, она не могла даже кивнуть головой. Тереза явно была не в состоянии построить связное предложение, и приглушенный звук донесся из ее горла. Звук, задушенный рыданием. Это было похоже на что-то вроде: «М-хм». Джейн был вынужден отпустить ее руку и встать. Он как раз собирался пройти к двери, когда она снова могла заговорить словами. — Я передумала, — ее голос был хриплым. Так звучит голос, когда горло сжимается от эмоций. — Останься. Пожалуйста. Он повернулся. — Ты уверена? — Если только ты не хочешь уйти, — она всхлипнула. По правде сказать, он не хотел уходить. Он знал, что так и будет, если он расскажет ей о мальчике, но он не мог смириться с мыслью о том, что она узнает это через журналистов местных новостей. Он не мог смириться с мыслью, что она узнает, а никого не будет рядом. Джейн снова сел рядом с ней. Она не смотрела на него. Тереза просто смотрела на стену своей спальни. Ее глаза блестели, и Джейн мог поклясться, что на самом деле услышал, как разбилось его сердце. — Он был моим крестником, — сказала она ему. Он был впечатлен тем, что она сохранила свой голос таким спокойным. — Такой хороший мальчик, — прошептала она, и Джейн подумал, что она разговаривает сама с собой. — Мне очень жаль, — прошептал он и с трудом сглотнул. — Хотел бы я сделать что-нибудь. Она покачала головой. — Ты уже и так, так много делаешь для меня. Но в глубине души, Джейн знал, что он должен делать больше. X Известие о смерти своего крестника повергло ее в шок, но она отказалась плакать. Не в присутствии Джейна. Она считала, что он вряд ли будет возражать, если она расплачется перед ним. Она знала, что он, вероятно, окажет поддержку, возможно посочувствует. Но она ненавидела чувствовать слабость. Она всегда держалась стойко. Тереза хотела отправить Джейна подальше, чтобы она могла свободно выплакаться в одиночестве, и почти прогнала его. Тем не менее, как только он встал, чтобы уйти, первое, о чем она подумала, было: «Нет. Я так чертовски устала от постоянного одиночества». Тишина в ее спальне была невыносимо громкой. Она знала, что не была обязана что-либо говорить, и что Джейн поймет, если она захочет побыть в тишине. Вместо этого, она задала ему вопрос. Вопрос, который навсегда останется без ответа. — Почему плохое случается с хорошими людьми? Как только Лисбон произнесла это, она застала его изучающим ее травмы несколько коротких секунд, как бы говоря этим: «Я не уверен. Почему бы тебе не ответить»? Конечно, в его намерения не входило попасться на этом тихом обвинении, но она была уверена, что оно было там. Следующее, что он сказал, удивило ее. Он ответил на вопрос, на который, как знала Лисбон, никто никогда не сможет ответить. И это не было клише: «Честно, я не знаю». Нет. Вместо этого, он ответил: «Потому что добро и зло не очень ладят друг с другом, а в этом суровом мире очень много зла». Она не могла удержаться от улыбки — он всегда попадает в цель.