Разбитая Надежда

В то время как Лисбон и Джейн медленно шли в направлении ее жилого комплекса, Тереза остро ощущала, что Патрик так и не убрал руку с ее талии. Он утверждал, что просто не хочет, чтобы она переутомила больную ногу, и что она выглядит совершенно опустошенной, какой она и была на самом деле. Она не стала сопротивляться, когда он поднял ее с травы возле края скалы и обернул руку вокруг ее талии. Она просто прислонилась к нему и позволила отвести ее домой. Когда они добрались до ее квартиры, он молча поднял ее на руки, как будто она была маленьким ребенком, и она испустила испуганный вздох. — Я вполне способна подняться вверх по лестнице, — сказала она ему с ухмылкой. — Я знаю, — ответил он, пожимая плечами. Он аккуратно поставил ее на пол и открыл переднюю дверь, позволяя ей войти, прежде чем вошел сам. Когда Лисбон бросила ему короткое «Спокойной ночи» и стала продвигаться в направлении лестницы, он сказал: — Лисбон? Она повернулась к нему лицом. Свет был по-прежнему выключен, но она легко могла разглядеть печальное, озабоченное выражение на его лице. — Пожалуйста, — прошептал он. — Никогда не бросай меня так больше. У нее перехватило дыхание, и внезапно слезы вновь брызнули из ее глаз. Лисбон внимательно посмотрела на него – на его грустные голубые глаза и изможденное лицо. Она подошла к нему, не отрывая взгляда от его глаз. — Я не буду, — прошептала она в ответ. Она встала на цыпочки и оставила на его щеке быстрый поцелуй, явно застав его врасплох. Тереза коснулась его руки, позволяя ее пальцам задержаться на его коже дольше, чем было необходимо. — Спокойной ночи, Джейн, — с этими словами она опустила руку и поднялась наверх. X Когда Лисбон проснулась следующим утром, она была встречена божественным ароматом блинов, доносившимся с первого этажа. Она невольно усмехнулась, отбросив в сторону одеяло, и вскочила с постели. Тереза поспешила вниз так быстро, как только позволял гипс, и остановилась на полушаге. Видеть Патрика Джейна в переднике и с лопаточкой в руке было, несомненно, удивительным зрелищем. Она прислонилась к стене, улыбаясь, когда он начал что-то насвистывать. Это был странный поворот событий. Всего несколько часов назад она рыдала в его объятиях, а теперь... Страх, накрывший ее во время событий, произошедших несколько часов назад, снова вернулся. Насколько слабой она, должно быть, выглядела, рыдая и всхлипывая, на глазах у Джейна, извиняясь снова и снова. Это было что-то, что Джейн, конечно, видел не каждый день. — Привет, — прохрипела она, когда уселась за кухонный стол. Он повернулся к ней и улыбнулся. — Доброе утро. Голодна? Она кивнула, пытаясь улыбнуться в ответ. — Умираю от голода. — Отлично, — сказал он, поворачиваясь, чтобы перевернуть очередной блин. — Я покопался в твоих шкафах. Надеюсь, ты не против. — Конечно, нет. Джейн поставил перед ней чашку горячего кофе, и она довольно вздохнула. — Спасибо, — сказала она с благодарностью. Она поднесла чашку к губам и сделала глоток, а затем снова поставила ее на стол. Лисбон сделала глубокий вдох. — Послушай, — начала она. Он повернулся, чтобы внимательно ее выслушать, и она сглотнула. — О прошлой ночи... или утре, или неважно… — Ты не должна… — Нет должна, — перебила она. — Я сожалею о том, что произошло. Честно, я никогда не делала ничего подобного. Я не знаю, что на меня нашло. — Лисбон, тебе не нужно извиняться, — ответил он, отодвигая другой стул и садясь напротив нее. Она опустила глаза. — Ты, должно быть, решил, что я жалкая. — Нет! — воскликнул он, поднимая пальцем ее подбородок и заставляя посмотреть на него. – Я никогда так не думал. Она не ответила. Джейн положил руки на кухонный стол и внимательно посмотрел в глубину ее глаз. — Это случилось через шесть дней после того, как они были найдены мертвыми. — Что случилось? — Мой срыв. Сердце Лисбон забилось быстрее. — О Боже, Джейн, — она покачала головой. — Ты не должен мне что-либо рассказывать о том времени. Правда. Я в порядке. — Я хочу тебе рассказать, — просто сказал он. — Даже если ты не хочешь этого слышать, я все-равно хочу чтобы ты знала. Она сжала губы. — Я имею ввиду, я не хочу, чтобы ты думал, будто я оказываю на тебя давление. Он покачал головой. — Никакого давления, — он наклонился вперед. — Прошло шесть дней после того, как они были найдены мертвыми. Я только начинал выходить из фазы отрицания*. Фаза принятия произошедшего требовала серьезной работы, — он вздохнул. Настала его очередь опустить глаза. — Я был на их похоронах. Все вокруг бросали на меня один и тот же проклятый взгляд, — он снова посмотрел на нее. — Я уверен, что ты точно знаешь, о чем именно я говорю. Взгляд полный жалости, сочувствия, как будто ты самый несчастный человек на этой планете. Одного этого взгляда достаточно, чтобы свести тебя с ума, от него хочется кричать, — она кивнула. Она точно знала, о каком "взгляде" он говорил. — Они только начали опускать их в землю, когда это произошло, — продолжил Джейн. — Мое дыхание участилось, как будто я только что пробежал марафон, и я стал кричать на всех окружающих. «Они ведь задохнутся там!» — закричал я. Я думаю, в тот момент фаза отрицания полностью вернулась, — он пожал плечами. — Я бросился к их гробам, и Питу пришлось схватить меня сзади, чтобы удержать. Я отталкивал его, кричал изо всех сил, истерически рыдая. Я помню – ни что не казалось мне… реальным. Будто бы вокруг меня все было словно в тумане. Это было больше похоже на ночной кошмар, чем на реальность. Кошмар, из которого я не мог сбежать, неважно, как сильно я старался. Лисбон молчала. Она попыталась открыть рот, чтобы сказать что-нибудь, хоть что-то, но не смогла выдавить из себя ни звука. — В конечном итоге я сдался, — сказал Джейн. — Я не знаю, вырубил ли меня Пит, потому что у него просто не было другого выбора, или же на меня обрушилось слишком много эмоций. Я проснулся окруженный белым цветом. Ничего, кроме белого. Белые стены, белые полы, белые кровати. Я был привязан к постели, тяжело дыша. — Вот тогда ты встретился с Софи? — наконец спросила Лисбон. Он кивнул. — Это произошло после того дня, когда они убедились, что я не... нападу на нее или что-то в этом роде, — он закатил глаза и вздохнул. — Когда я проснулся, я не знал где я. Я не мог понять, почему они относятся ко мне, как к ребенку. Они были очень осторожны во всем, что говорили и делали. Я спрашивал, могу ли увидеть мою жену. На самом деле – я требовал. Медсестры просто говорили, что я не могу встретиться с ней, что ее здесь нет. Я был в замешательстве. «Где она?» — хотел спросить я. «Я уверен, что она скоро вернется», — Джейн смущенно улыбнулся Лисбон. — Это нормально, я хочу сказать... нормально несколько запутаться. — Он усмехнулся. — Может быть, это не так экстремально, как быть запертым в клинике. — Эй! — она потянулась через стол и схватила его за руку. — Не делай этого. — Не делать чего? — Не стыдись. Он отдернул руку. — Сейчас речь не обо мне. Я хочу сказать... — Я знаю, о чем ты, и я ценю это, — сказала она, улыбаясь. — Спасибо, Джейн. Я имею в виду – за то, что рассказал мне все это. — Без проблем, — он встал из-за стола. — Блинов? X Лисбон сделала глубокий вдох, подняла руку и трижды постучала в дверь. Джейн взглянул на нее. — Ты уверена, что хочешь сделать это? Она кивнула, сглотнув. — У меня не было возможности поговорить с ней на похоронах. Я все время стояла позади, подальше от всех. — Понятно, — сказал он медленно. — Просто это очень неожиданно. Тереза пожала плечами. — Ты знаешь то ощущение, когда ты лежишь в постели в час ночи, отчаянно пытаясь уснуть, а все о чем ты заставлял себя не думать, снова проносится в твоей голове? — она смущенно улыбнулась. — Это случилось со мной прошлой ночью, и я поняла, что мне, вероятно, нужно приехать и посмотреть, как у них дела. — Ты будешь чувствовать себя лучше, если я останусь в машине? — спросил он. — Я не хочу навязываться. — Нет, пожалуйста, останься со мной. И прежде чем она смогла объяснить, что он нужен ей в качестве моральной поддержки, открылась входная дверь, и она встретилась лицом к лицу с Кристен Грэммар. — Тереза, — выдохнула она, мягко улыбаясь. Кристен шагнула вперед и без предисловий обняла подругу. — Ты хорошо выглядишь. Как ты? Тереза отстранилась и улыбнулась. — Хорошо, — она замолчала. — Эмм, ч-что насчет тебя? Кристен вздохнула. —Ты знаешь, — сказала она. Затем она заметила Джейна. — Здравствуйте, мистер Джейн. Приятно видеть вас снова. — Аналогично, — улыбнулся он. — Мы можем войти? Она кивнула. — Конечно. Кристен Грэммар шагнула в сторону, позволяя им пройти. Она видела, как Патрик не раздумывая взял Терезу за руку, чтобы помочь ей пройти через дверной проем, и отпустил, как только она переступила порог. Джейн заметил небольшой намек на улыбку на губах Кристен, прежде чем хозяйка закрыла за собой дверь. Она проводила их в гостиную. — Пожалуйста, чувствуйте себя как дома. Могу ли я предложить вам кофе, чай? — Чаю пожалуйста, — ответил Джейн. Лисбон закатила глаза на его поведение. — Мне ничего не нужно, Кристен, спасибо. Кристен кратко улыбнулась, прежде чем развернуться и отправиться в сторону кухни. Джейн посмотрел на Лисбон, которая тяжело вздохнула. — В чем дело? — спросил он ее. — Она другая. Он засмеялся. Невесело, конечно же. — Потеря ребенка может тебя изменить, — Джейн увидел, как побледнело ее лицо. Она смотрела на него широко раскрытыми глазами, но он просто положил руку ей на плечо. — Нет, все в порядке. Не начинай. — Я не имела в виду ничего такого. — Я знаю. Все хорошо. — Тетя Риз? Лисбон посмотрела наверх, чтобы увидеть, откуда доносится голос. Ее лицо расплылось в улыбке. — Привет, милая! Джейн тоже глянул вверх. Пейтон Грэммар спускалась с лестницы, на ее ангельских губах появилась небольшая улыбка. Когда девочка увидела, что Тереза поднялась с дивана, она прибавила скорости и бросилась в объятия Лисбон. В сердце Джейна неожиданно разлилось тепло, когда из Лисбон вырвался на редкость беззаботный смех, в то время, как она гладила медового цвета волосы Пейтон. — Как ты себя чувствуешь, дорогая? — шепнула она девочке. Пейтон вздохнула. — Нормально, — когда Лисбон отпустила ее, она посмотрела на Джейна. — Патрик, верно? Он усмехнулся. — Все правильно. — Я не знала что вы с Терезой друзья. — Я работаю с ней. Пейтон поджала губы, будто глубоко задумалась, затем оглянулась к Лисбон. — Кто он? — спросила она. — Серьезный, экстрасенс или тот, кто много ест? Джейн громко рассмеялся. — Экстрасенс, — ответила Лисбон, подмигивая Джейну. — Я не экстрасенс, Пейтон, — пояснил он. — Я просто умный. Лисбон фыркнула: — Я тебя умоляю. Хозяйка вошла в комнату, неся на блюдце чашку чая. Она протянула чай Джейну, он поблагодарил ее и сделал глоток. Кристен предложила всем присесть, в том числе и своей дочери, и сама присела на диван рядом с Лисбон. — Итак, — сказала Кристен. — Это сюрприз. — Я надеюсь, мы не навязыва… — начала Лисбон. Кристен махнула ей рукой. — Чепуха. Ты никогда не навязываешься, Тереза. — Я просто хотела проведать вас, ребята, — сказала ей Тереза, убирая волосы с собственного лица. — Мы хорошо держимся, — заверила ее Кристен с улыбкой. Она с любовью посмотрела на дочь. — В прошлые выходные Пейтон заняла первое место на одном из соревнований по гимнастике. — Первое, да? — быстро воскликнул Джейн, улыбаясь Пейтон. — Ты, должно быть, очень хороша. Девочка пожала плечами. — Вроде бы. — Я бы хотел увидеть твои награды, если тебе не слишком трудно. Пейтон покраснела, взглянув на мать. — Ступайте, — поддержала Кристен. Джейн вскочил, как маленький взволнованный ребенок, и последовал за Пейтон на кухню. Лисбон наблюдала за тем, как он ушел за девочкой, не подозревая, что на ее лице играет улыбка. Кристен усмехнулась, когда Тереза оглянулась на нее. — Что? — спросила, смутившись, Лисбон. — О-о, милая, — проворковала Кристен, сделав глоток чая. — Ты обречена. _____________________________________________ * Автор имеет в виду психологические фазы принятия горя (смерти). (Прим. переводчика)