Lift me up

— Полночь, где ты, черт возьми, была?! —он спросил ее, когда она закрыла за собой дверь ателье. Габриэля ужасно мучила его вина, беспокойство и гнев. Он был зол на нее зато, что она вышла из особняка, за то, она что вернулась очень поздно. За то, что она мучила его тоской. Но его ярость сменилась паникой в мгновение ока, когда он увидел, как она вздрогнула от выражения его лица. Он не хотел, чтобы она нервничала и падала в обморок. И все же она была перед ним, пытаясь стоять до конца. Он быстро подошел к ней, чтобы удержать ее в вертикальном положении. При этом он почувствовал слабый запах алкоголя. Теперь он, несомненно, хотел знать, где она была в последние часы. Натали оторвалась от его руки и встретилась с его озабоченными серо-голубыми глазами. — Меня не было. Я не знала, что здесь делать. Вы сказали, что не хотите меня видеть. —Я все еще жду, когда ты объяснишь, где ты... — Я не обязана вам объяснениями... — рявкнула Натали. Это не похоже на тебя, Натали, —подумал он. — Это моя вина. Я был зол, но мне следовало за тобой присматривать. —Я знаю и понимаю, что не имею права заниматься твоими делами. Но я просто...... — Если Вы знаете, то какого черта вам не все равно? — пробормотала она и оттолкнула его от себя, когда он попытался протянуть к ней руку. Она чувствовала себя неприятно, но мысленно поблагодарила алкоголь за то, что он дал ей смелость совершить такое действие. — Мне не нравится, что ты ходишь по улицам одна! — он отчаянно вскричал. — Я была не одна!! В комнате снова воцарилась тишина. Габриэль замолчал. Его сердце забилось быстрее. На его лице появилось смущенное выражение, когда он искал в ее глазах дальнейшие объяснения. — Не ведите себя так, как будто вам небезразлично, Габриэль. — Я, конечно же, забочусь о тебе! — Если вам небезразлично что-то другое, кроме себя и Эмили, то позаботьтесь об Адриане! — Почему ты вовлекаешь Адриана в разговор каждый раз, когда мы ссоримся ?! — Единственная причина, по которой мы здесь, в первую очередь, это из-за нашего спора о нем! Гнев ударил его по лицу. Он только хотел знать о ней, и все же она нашла способ впутать Адриана. Оба взрослых сделали несколько глубоких вдохов, пытаясь сдержать ярость. Натали удалось это быстрее, чем Габриэлю. — Послушайте, Габриэль. Эта "забота" должна быть направлена на вашего сына, не на меня, — начала она. — и если забота обо мне блокирует вашу доступность для сына, тогда, возможно... — Нет, — твердо прошептал он, глядя ей в глаза. Габриэль знал, о чем она думала. —... Я должна уйти. Черт, упрямство. Габриэль знал, что она уже обдумала это и что ее решение принято. Он знал, что не может этого изменить, и это только приводило его в ярость. — Хорошо, —пробормотал он. — делай что хочешь.. — то, что он сказал ей, задело его сердце. — Я соберу свои вещи, — ответила она, глядя в пол. Он не хотел мириться с болью. Вместо этого он превратил это в гнев, подпитывая свою ярость. — Я бы не стал скучать по тебе, — он обнаружил, что сказал, — никто бы не стал. Натали, конечно, знала, что Габриэль ошибался. Она знала, что Адриан будет по ней скучать. Если он не увидит ее, его сердце будет разбито сердце. Но она делала это только для него. Ради его отношении с отцом. — Увольте меня, если хотите. Или я уйду —сказала она, потянувшись к двери, — меня это не волнует. Я забочусь о благополучии семьи. О благополучии Адриана. Я хочу, чтобы вы стали ближе к нему. Я хочу, чтобы вы были рядом с ним, чтобы вы были отцом, которым он хотел. Я хочу большего. Услышанные им слова мучали его. Он ненавидел всех, кто заставлял его чувствовать боль. Ему нужно было показаться сильным. Для Габриэля чувствовать боль означало быть слабым. К тому же он терпеть не мог проявлять слабость. Его ненависть заставила его говорить самые гнусные вещи. — Я хочу, чтобы ты исчезла из моей жизни, — сказал он ей. Он был потрясен, в ужасе от самого себя, наблюдая, как она повернулась и остановилась у двери, не оглядываясь на него. Он не контролировал себя. Он не мог.... Он не мог сказать ей этого. —Я сделаю все, чтобы вы были счастливы, — просто сказала она, глядя в темноту перед собой, прежде чем отправиться в спальню, чтобы собрать свои вещи. Он молча смотрел, как Натали уходит. Ты думаешь, что твои уход делает меня счастливым? —он мысленно окликнул ее. Напротив, ты мне очень нужна рядом. Натали ушла к рассвету. Габриэль не стал завтракать, но он решил работать, чтобы забыть о вчерашней ссоре. Он не мог забыть ее слова: «Я хочу большего». Натали переехала в свою старую квартиру. У нее всегда была квартира на случай ЧП. Во время поездки на машине она проверила свои непрочитанные текстовые сообщения. Ее сердце дрогнуло при осознании его беспокойства. Он заботился о ней. Габриэль никогда не писал ничего не имеющего отношения к работе. Но она не понимала, почему его настроение изменилось с разочарования, на беспокойство, и на жестокие снова. Ей было известно, что Габриэлю неприятно говорить о своем сыне во время их разговоров. И она поняла, что упоминание Адриана во время их разговора привело его в ярость в конце, поскольку он ясно заявил об этом. Да, именно поэтому он стал таким холодным, — подумала она про себя. Если бы она только знала, что это только половина причины его ярости. Его последние слова, сказанные ей, все еще ударяли ее, как кирпичи, разбивая ее сердце каждый раз, когда она воспроизводила их в голове. Как только Натали вошла в квартиру, она начала распаковывать свои вещи. Ей нужно было, как можно скорее разложить несколько стопок бумаги для своего босса. Она догадалась, что все еще работает на него, так как не было известий об ее увольнении. Она подумала, что Габриэлю, вероятно, все еще нужна ее помощь, поэтому она так же не бросила работу. Квартира Натали не была ни маленькой, ни слишком большой. Интерьер трехкомнатной квартиры получился шикарным. У нее не было времени полностью украсить его по своему вкусу, поэтому он всегда хранился таким. Распаковав одежду и сложив ее в шкаф, она направилась на кухню. Маленькая кухня была оборудована разнообразной техникой и несколькими кладовыми продуктами. Открыв холодильник, она обнаружила всего несколько бутылок с водой. Натали схватила ключи и отправилась в ближайший рынок. Она быстро купила продукты на неделю и уже возвращалась в свою квартиру. Когда она завернула за угол, она наткнулась на кого-то и споткнулась, уронив все сумки. Человек быстро поймал ее, прежде чем она упала. — Мои извинения, — сказала она, когда поняла, что этим человеком был Жан. — Натали, — начал он, — не нужно извиняться. Мы пересеклись по какой- то причине.. Жан помог ей поднять все сумки. — Рада тебя видеть, — продолжила она, заставив себя улыбнуться. — Я тоже. — Я думала, что ты в это время работаешь. — У меня сейчас перерыв и я подумал, что мне нужно купить на рынке несколько вещей для еды мисс Буржуа. — Тогда я не буду мешать тебе выполнить задание, — ответила она, протягивая руку, чтобы забрать сумки из его рук. — Нет, нет, все в порядке. Продукты могут подождать еще немного. —улыбнулся он: — Позволь мне помочь тебе отнести сумки в особняк. — Я там больше не живу— мягко сказала она, глядя на асфальт: — Я сейчас живу в квартире. — Тогда позволь мне помочь тебе перенести сумки в квартиру — настаивал Жан. —Ты уверен, Жан? — Я сделаю все, что угодно для тебя, Натали. Услышав эти слова, она на время забыла о негативах, происходивших в ее жизни. Она чувствовала те же чувства, что и прошлой ночью, когда была с ним. Натали улыбалась. На этот раз, ее улыбка не была вынужденной. — Спасибо, следуй за мной. — сказала она, когда они начали короткий путь к ее квартире. Когда они вошли в квартиру Натали, Жан тоже настоял на том, чтобы помочь ей распаковать их. Конечно, Натали без колебаний согласилась, так как у него был перерыв, а ей была нужна его компания. — В тебе что-то есть — сказала Натали, закрывая загруженный холодильник. Жан сел на кушетку, указывая на место рядом с ним, и она расслабленно села. — Не знаю, может из-за того, что я не провожу время вне работы, —продолжила она. — Но я не встречала много таких людей, как ты. — Люди вроде меня? Как так, Натали? — Ты так добр ко мне... — Разве люди плохо с тобой обращаются? — Дело не в этом, — вздохнула она, глядя в его мудрые зеленые глаза: —Обычно меня игнорируют, если не признают помощником мистера Агресте. — Понятно, — сказал он, слегка наклонившись и похлопав ее по плечу: — Знай, ты всегда можешь поговорить со мной. — Да, я знаю. Мне нравится разговаривать с кем-то, кроме работников. — Вы все еще работаете на мистера Агресте, несмотря на то, что живете вдали от особняка? — Да, я знаю. Но теперь это строго профессионально, — сказала она, прежде чем спохватилась. — Разве раньше не было строго профессиональным? — удивленно спросил Жан. — Я имею в виду... Нет. По большей части, это было профессионально. — Я не хочу вмешиваться, но что-нибудь случилось между тобой и... — Нет, мистер Агрест и я были просто близкими друзьями. Теперь он просто мой босс, а я его помощница. прервала она его. — Вы были близкими друзьями? Вы поссорились с мистером Агрестом? — Ну да, — неловко поежилась она. — Это не допрос, Натали. Ты можешь выбирать, отвечать тебе или нет. Я просто хочу, чтобы ты чувствовала себя комфортно, — мягко сказал он ей. — Да, мы поссорились вчера вечером, когда я прибыла в особняк. Однако причина спора личная. — Конечно. И поэтому ты сейчас живешь здесь, верно? — Да, — ответила она с застенчивой улыбкой. — Ты знаете, в какое время моя работа заканчивается. Если тебе когда-то понадобится поговорить, я всегда с тобой,— любезно сказал он, кладя руку поверх ее руки. Щеки Натали вспыхнули, превратившись в малиново красный цвет. Она нежно ему улыбнулась. Тишина в комнате успокаивала их. Люди смотрели друг на друга. Оба сердца трепетали и быстро бились. Ни один из них не осознавал того факта, что они медленно склонялись лицом друг к другу. Натали почувствовала, как нарастает жар, и ей не нужно было вступать в контакт. Она видела, как Жан взглянул на ее губы и снова поднял взгляд на ее темно-синие глаза. Он легонько положил палец ей под подбородок, осторожно приподняв его. Его зеленые глаза встретились с ее. Они закрыли глаза, когда их губы соприкоснулись. Сердца забились еще быстрее и они медленно оторвались. Жан посмотрела в ее глаза в поисках одобрения. Ничего не говоря, Натали обхватила его лицо правой рукой и притянула ближе для более глубокого поцелуя. По мере того, как они позволяли эмоциям брать верх, они постепенно чувствовали себя все более комфортно друг с другом. Когда они оторвались, чтобы перевести дух, Жан нежно поцеловал линию подбородка. Легкое прикосновение его мягких губ к ее коже вызвало дрожь по ее нервам, заставив содрогнуться все ее тело. — Натали, пожалуйста, скажи мне сейчас, если ты хочешь, чтобы я остановился..., —прошептал он. Она ощущала его горячее дыхание. Женщина снова потянулась к нему и его слова прервались. Он поцеловал ее нежно, но поцелуй стал страстным, когда она обвила руками его шею, притягивая его ближе к себе. — Что между нами? — спросила Натали, касаясь губами его. — Кем ты хочешь чтобы мы были? — Вместе, — просто сказала она. Больше не было необходимости в словах, пока они целовались в тишине ее квартиры. Оба сосредоточились на чувствах друг друга. Без споров. Нет работы. Никакого Габриэля Агресте. Их сердечные поцелуи длились всего несколько минут, прежде чем им обоим пришлось собраться к работе. — Хорошо, я должна передать это мистеру Агресту, — сказала она ему, собирая стопку бумаг и папок. К счастью, она уже завершила систематизацию бумаг перед покупкой продуктов. —У меня еще есть несколько минут. Я поиду с тобой в особняк, так как он на пути к моей работе, — сказал он, нежно поглаживая большим пальцем нежную кожу ее щеки. —Хорошо, — ответила она, улыбаясь и подбирая ключи. Они наняли такси до особняка. Дорога на машине к воротам особняка была довольно короткой. Жан помог Натали выбраться из машины. Все еще держа в руках бумаги и папки, Натали столкнулась с ним перед воротами особняка. — Спасибо, Жан, — сказала она с улыбкой. — Я знаю, что, возможно, еще слишком рано говорить об этом, Натали, - начал он, - но я люблю тебя. — Правда? — застенчиво спросила она, и ее щеки залились румянцем. — Да, — ответил он, — я спросил тебя, кем бы ты хотела, чтобы мы были и ты ответила вме.... —Вместе, — закончила она его предложение, глядя ему в глаза, переплетая пальцы своей свободной руки с его пальцами. — Жан...Я не знаю, как это сказать... но я хочу, чтобы мы начали отношения, — нервно заявила она, уверенно сжимая его руку. Натали нравилось, как она себя чувствовала рядом с Жаном. Каким-то образом ему удалось изменить ее. Она никогда бы не сказала ничего подобного. Она не из тех, кто выражает свои чувства. Это была ее другая сторона, о существовании которой она не подозревала. — Тогда мы можем сделать усилие, - мягко ответил он ей, — мне нужно идти, и тебе тоже, моя дорогая. — Хорошо, — сказала она, когда они наклонились для поцелуя. Их губы сомкнулись в небесном ощущении, задержавшимся дольше, чем ожидалось. После этого они разошлись. Габриэль наблюдал за этим из окна ателье. Его челюсть напряглась, брови нахмурились и опустились, кулаки сжались.