Культ

Рой с большим трудом сдерживался, чтобы не поёрзать на месте. Всё в его ситуации было неадекватным. Он не должен был быть здесь. На его месте должен был быть Эд. Вместо этого Рой не имел ни малейшего представления, где он и что с ним произойдёт. Чёрт, да он не мог знать даже того, что случится с ним самим и двумя другими его подчинёнными. Никто из них не должен был попасть в эту ситуацию. Джеремайя привёл их обратно в ту же комнату, где они проводили беседы с детьми. По пути через Святыню он не проронил ни слова. Так же молча они зашли в комнату. Он сел напротив них, положив ладони на стол. — Мне жаль, что вас обманывали так долго, — сказал он, наконец нарушив молчание. — До сих пор вас троих направляла Тьма, но этому пришёл конец. Вы больше не находитесь под влиянием Эдварда, так что можете говорить свободно, — он остановился, когда его братья вошли в комнату. — Начните с того, кто вы на самом деле? Поколебавшись секунду, Хавок ответил: — Я младший лейтенант Жан Хавок, а это — младшие лейтенанты Элизабет Хокинс и Рен Элкин. К немалому облегчению трёх офицеров, братья, судя по всему, поверили в фальшивые имена Роя и Ризы. После войны в Ишваре имена Пламенный Алхимик и Ястребиный Глаз были весьма известны. Скажи Жан их настоящие имена, их ситуация могла стать намного хуже. Впрочем, братья верили им на слово до тех пор, пока они были вдалеке от Эдварда. — Жан, знал ли ты о том, что Эдвард приказал Рену и Элизабет прийти в Святыню? — задал вопрос Абсалом. Хавок покачал головой. Притвориться, что он ничего не знал, было его лучшей стратегией. — Эдвард не объяснил, зачем вы двое ему понадобились в Святыне? — Абсалом задал двум военным следующий вопрос. Как и младший лейтенант, Риза покачала головой. — Он сказал нам прийти с перчатками, — легко солгала Риза. — Что он такого нашёл, чтобы решить, что ваша конгрегация стоит за убийствами, мы не знаем, но нам не положено подвергать сомнению его решения. — Понимаю, — откликнулся Джеремайя. — Почему стража нашла на вас микрофоны? Рой решил, что, наверное, пора и ему что-нибудь сказать. — В армии искренне переживают за безопасность детей из-за недавных убийств. Раз уж нас вызвали сюда, наше начальство приказало нам пообщаться с детьми. Они хотели подслушать, о чём мы с Элизабет с ними говорим. Коринтиан поёжился на стуле. Рою не нужно было и гадать о причине того. Там, на складе, его люди прекрасно услышали конфронтацию Коринтиана и его «изобретательные» способы обнаружения государственного алхимика. Этот человек беспокоился, как на всё это отреагирует армия. Полковнику это было интересно тоже. Два других брата тоже об этом размышляли, но никто не хотел ничего говорить. По крайней мере, пока при этом присутствовали трое офицеров. — В любом случае, мы очень рады видеть вас в нашей конгрегации! — продолжил Джеремайя. — Знаю, поначалу вам всё покажется странным, но вы должны поверить, это дар судьбы! Элизабет, я познакомлю тебя со своей женой. Она покажет тебе твою кровать и найдёт для тебя платье. Жан, ты можешь найти для Рена должную одежду. Он может спать на старой кровати Эда, когда казармы полностью обыщут. Джеремайя, а следом и офицеры, поднялись со своих мест. Они вышли, Коринтиан и Абсалом же остались в комнате. Старший лейтенант обернулась на Роя, когда Джеремайя начал уводить её в другой коридор, прочь от её двух товарищей. Полковник очень незаметно, но ободряюще кивнул ей. Через несколько секунд она уже пропала из виду. Рой почувствовал, как его неосознанно потянуло в ту же сторону, куда Джеремайя повёл Хоукай, и ему пришлось остановить себя. Хавок бойко шагал по коридору, и он последовал за ним. Младший лейтенант оглянулся и выдохнул, когда обнаружил, что их не преследовали. — Что он сказал вам? — спросил он едва громче шёпота. — Вы бы не позволили тем охранникам вас от него просто оттащить, если бы вы не отвлеклись. Я знаю, он точно вам что-то сказал. Полковника передёрнуло. Он не хотел вспоминать, как отвлёкся и позволил другим утащить его от Эда. Он должен был защищать своих подчинённых — и провалился. — Он сказал подыграть им. Сначала Рой ничего не понял. И он бы солгал, если бы сказал, что понимал что-то сейчас. Мрачная улыбка расцвела на лице у Хавока. — Парнишка никогда не перестаёт удивлять меня, — пробормотал он. И тут Рой всё понял. — Он знал, что братья Джонсы поверят в то, что нас обманывали, не так ли? — Он должен был, — ответил Хавок, кивая. — Если он в своём состоянии мог понять, что говорит Абсалом, то это было бы для него логичным умозаключением. Учитывая, что ни один из братьев за нами не последовал, я бы сказал, парнишка был прав. Если мы подыграем их иллюзии, это даст нам время на разгадку убийств. — Но мы даже не знаем, что эти люди сделают с ним, — возразил Рой. — Нам нужно сконцентрироваться на том, чтобы вытащить его отсюда. Нам всем нужно выбраться, чёрт возьми! Младший лейтенант сдавленно усмехнулся, но ему было не смешно. Это был мрачный и горький смех. — Я почти уверен, когда он сказал вам подыграть, сэр, это был приказ. Он по-своему сказал вам не волноваться за него. Рой не знал, что сказать, но часть его понимала, что его подчинённый был прав. До своего места назначения они шли молча. Хавок открыл дверь. При входе их встретили всевозможные ткани и нитки. Хавок закрыл за собой дверь, подошёл к шкафу и вытащил оттуда белую рубашку, чёрные брюки и чёрные туфли. Он почти что швырнул их в полковника. — Можете оставить свою одежду здесь. В своё время Абсалом сказал мне и Эду то же самое. Обычно полковник не стерпел бы такого резкого тона от низшего чина, но он знал, что Хавок просто волновался за Эда. Он, скорее всего, хотел как можно скорее найти ответственного за все эти убийства, чтобы убраться из Святыни. Именно этого хотел и Рой. Но при всём при этом, оставалось что-то, чего он не мог понять, и это не давало ему покоя. Он старался этого не показывать, но младший лейтенант всё равно заметил. — Вас что-то гложет, босс, — мягко произнёс он. — В чём дело? Полковник вздохнул — Почему он просто сдался? — Он доверяет вам. Младший лейтенант чуть не рассмеялся с выражения лица Роя. С таким же успехом Хавок мог ему сказать, что нашёл постоянную девушку. Полковник бы посмотрел на него точно так же. — То, что Эд вам доверяет, не так уж неправдоподобно, сэр, — продолжал он. — Ни один из вас не должен был попасть в положение, чтобы принимать такое решение. Он знает это. Он, скорее всего, решил, что наилучшим раскладом будет оставить вас и Хоукай в игре. Кроме того, он доверяет вам вытащить его, если ситуация изменится к худшему, и вполне оправданно. Вы прикрыли его своим телом от Коринтиана. Он знает, что вы не дадите ему умереть. Он точно скорее сгинет, чем признает это, но он верит в вас. В ответ на это Рой мог только моргать. Какая-то его часть знала, что его младший подчинённый доверял ему, но из чужого рта эти слова звучали словно на другом языке. Оба военных офицера замолчали, пока он переодевался в чёрные брюки и белую рубашку. Когда он начал обуваться, раздался стук в дверь. Внутрь зашёл Джеремайя, и Рой с Жаном улыбнулись ему. — Вы двое уже, должно быть, голодные, — сказал он, с одобрением глядя на новую одежду Роя. — Идите со мной, мы найдём для вас что-нибудь поесть. Не переживайте, что взяли новую одежду. Казармы скоро начнут обыскивать. Вы сможете взять ещё после вечерней молитвы. Полковник и младший лейтенант кивнули и последовали за Джеремайей. Рой подавил ухмылку. Он не мог поверить, что выполняет приказ какого-то подростка. *перерыв* С быстро темнеющего неба на Учеников Луны начала капать мелкая морось, и члены конгрегации стали переходить из двора в святилище. Полковник, как мог, старался сокрыть своё неудовольствие. Он и так терпеть не мог дождь, а сегодня он ненавидел его с особой рьяностью. Вместе со штормом тёмная, удушающая энергия словно усилилась. А может, ему это только так казалось? Может быть. В любом случае, это не помогало успокоить его опасения, грызущие его изнутри. Проходя через двор, он с Жаном мельком заметили Ризу. Она уже была одета в белое платье и практически сливалась со всеми остальными женщинами культа. Ни Риза, ни Рой не знали, чего ожидать, пока их всех собирали вместе с остальной конгрегацией в святилище. Джеремайя проводил полковника и младшего лейтенанта внутрь, а затем присоединился к своим братьям на сцене, ожидая, пока вся конгрегация зайдёт и займёт места. Риза заметила, как её товарищи садились за скамейку. Первой её мыслью было присоединиться к ним. — Элизабет, мы были бы рады, если бы ты села с нами! Ей помахали Шерон и Миранда, жёны Джеремайи и Абсалома соответственно. Она дружелюбно улыбнулась им и пошла навстречу, но тут что-то привлекло её внимание. Несмотря на то, что в святилище находилась огромная толпа людей, она могла узнать эти блондинистые волосы где угодно. Два охранника грубо приволокли Эда внутрь и держали у задней стены. Его руки были связаны за спиной, и охранники крепко держали его за плечи. На лице её проступил шок, когда она увидела на его рубашке пятна засохшей крови. Больше крови запеклось на его виске. Неосознанно она двинулась в сторону побитого алхимика. Чем ближе она подходила, тем чётче могла разглядеть уже расцветающие синяки на лице Эда и огромный синяк, видневшийся из-под ворота рубашки. — О Эд, — тихо сказала она. Эд поднял голову и заметил, как она подходила к нему. Он начал мотать головой. Очевидно, он не хотел, чтобы она приближалась. Что ж, очень жаль. Он был ранен, и ничто не могло помешать ей проверить его. Как только старший лейтенант подошла достаточно близко, подросток наконец подал голос: — Я в порядке, — попытался он утешить её. Охранник слева от него дал ему пощёчину. Риза поморщилась от резкого звука. — Тихо! — выкрикнул он приказ. — Ты достачно лжи посеял в её разуме. Сестра, я прошу прощения за то, что он сделал с тобой и двумя нашими братьями. Он больше не сможет вводить вас в заблуждение. Я обещаю. Тёплая ладонь легла Ризе на плечо. Она обернулась и увидела Шерон, которая сочувственно на неё смотрела. — Пошли садиться, — сказала она и повела младшего лейтенанта прочь от юного алхимика. Она бросила взгляд через плечо, и Эд незаметно кивнул ей, таким образом без слов говоря, что с ним всё будет хорошо и что ей надо идти. Она заняла место между Шерон и Мирандой. Миранда, в попытке утешить, слегка погладила её по плечу. — Знаю, тебе на это тяжело смотреть, — сказала она. — Скоро ты поймёшь, он это заслужил. Младший лейтенант не могла заставить себя посмотреть этим женщинам в глаза. Она понимала, они знали только то, что им говорили их мужья, но это никак не помогало подавить бурлящий внутри страх. Не важно, верили они в то, что Эд привёл Тьму в Святыню, или нет, они всё равно не ставили под сомнение насилие над подростком, и Риза не могла в это поверить. Но раздумывать над этим времени не было, так как Коринтиан вышел вперёд сцены, чтобы начать проповедь. — Братья и сёстры! — все разговоры в святилище моментально прекратились. — Сегодняшняя вечерняя молитва будет отличаться от обычных. Наверняка большинство из вас уже знает, что в Святыню пыталась проникнуть Тьма. Я понимаю, многие из вас напуганы. До сих пор мы гордились нашей защитой ото Тьмы. Тьма желает уничтожить создания Луны и предотвратить наше попадание в обещанную райскую жизнь после смерти. Абсалом получил священное послание от Луны. И он поделится им с нами! Коринтиан отступил вбок, и Абсалом вышел вперёд. — Верьте мне, братья и сёстры, сейчас не время бояться. Сейчас время быть храбрыми! Алхимик обманул нас, он хотел уничтожить нас изнутри, но у него ничего не вышло. Это было не случайно. Луна привёл к нам двух новых братьев и одну новую сестру, да ещё и из армии! Армия была совращена Тьмой, но хотя бы эти трое найдут свой вечный покой вместе с нами! После этих слов все глаза в святилище были обращены на трёх военных. Приветствия разнеслись со всех сторон комнаты. Рой изо всех сил постарался скрыть свой дискомфорт. Он не сводил глаз со сцены и пытался изобразить глубокую заинтересованность в речи Абсалома. — Несмотря на Тьму внутри его сердца, Луна привёл Стального Алхимика к нам, — продолжал Абсалом. — Братья, не могли бы вы подвести Эдварда перед конгрегацией? У Роя перехватило дыхание при виде, как двое охранников протащили его сопротивляющегося подчинённого по проходу, разделявшему святилище на две половины. Он испытал облегчение, увидев, что Эд по-прежнему мог бороться. После того, как Коринтиан его избил, он сомневался, сможет ли парень вообще сопротивляться. Он был рад ошибиться. Но как только он увидел, как на Эда смотрели другие люди, всякое облегчение рассеялось как дым. От конгрегации исходила смесь презрения, злобы и страха. Что бы сейчас ни происходило, для Эда это ничем хорошим закончиться не могло. Охранники грубо протащили парня по ступенькам наверх и подвели его к братьям Джонсам. — Я по-прежнему вижу страх в некоторых из вас, — объявил Абсалом, в то время как Коринтиан прижал Эда к земле. — Я могу вас понять, но, как я уже говорил, сейчас не время бояться! Луна ниспослал его нам, чтобы мы сделали из него идеальное жертвоприношение! И всё же его кровь нечиста. Чтобы это исправить, понадобится сила всей конгрегации. Коринтиан наступил на здоровую ногу Эда, прямо на лодыжку. Мужчина начал придавливать, юный алхимик стал извиваться, но Джеремайя пнул его в бок и этим прекратил всякое сопротивление. Полковник напрягся. Ему не нравилось происходящее перед его глазами ни на секунду. Но что больше всего действовало ему на нервы, — это то, что никто во всей конгрегации, судя по всему, не видел ничего плохого в действиях братьев. Прямо перед ними был избитый пятнадцатилетний мальчик, а никто даже не тревожился. Они лишь напряжённо внимали Абсалому, словно изголодались по его словам. Эд вцепился зубами в губу, пытаясь сдержать всю боль внутри. Похоже, Коринтиан надавил ещё сильнее. Мальчишка изо всех сил старался не показывать, что ему больно, но тоскливо терпел в этом неуспех. — Эдвард должен заплатить за свои грехи против Луны! — провозгласил Джеремайя. — Единственный способ отмыть его грехи и очистить душу — через боль и страдания. Как только его душа очистится, а из крови выведется весь грех, его жертва вознесёт нас к нашей судьбе! Внезапно в святилище раздался оглушительный треск, а следом за ним вопль страдания. Рою захотелось вскочить со своего места и помчаться на сцену, но от шока он не мог и пошевелиться. Жан содрогнулся рядом с ним и сжал руки в кулаки так сильно, что костяшки побелели. Младший лейтенант глубоко дышал, стараясь удержать свой гнев под контролем. В нескольких рядах впереди он заметил Ризу, которая сидела с опущенной головой и не могла поднять глаз. Ублюдок сломал лодыжку Эда. И по конгрегации разнеслись выкрики одобрения и хлопки в ладони. — Как вы все знаете, завтрашняя ночь — ночь полной луны, — прокричал Абсалом, заглушая рокот толпы и вынуждая всех снова затихнуть. — Обыкновенно двое из вас получают знак отправиться в свет и распространять учения Луны. Когда Луна связался со мной, он раскрыл мне своё желание, чтобы наша жертва была готова. Один из вас будет помогать мне и моим братьям с жертвоприношением завтрашним вечером. Закари Хендриксон, которого мы все знаем и любим, продемонстрировал свою глубокую веру. Он верно служил во имя защиты Святыни. Луна заметил его веру и преданность. Он присоединится к моим братьям в жертвоприношении. Это не означает, что вы верите меньше. Нам нужны молитвы всей конгрегации, чтобы мои братья и я могли очистить его кровь душу. Братья и сёстры, помните, чему мы вас учили. Нам нужна помощь всех вас, чтобы наконец достичь Луны. Мы все примем участие в странствии к райской жизни после смерти, к которой Луна нас приведёт! Безумцы. Полные безумцы. По-другому всю эту конгрегацию трое армейских офицеров описать никак не могли. Рой знал, его коллеги на складе были того же мнения. Жан рассказал ему, что спрятал пару жучков по всей территории этой огромной комнаты. Даже если они обыщут всё святилище, охранники найти их не смогут, заверил его подчинённый. Сей факт принёс какое-то успокоение полковнику. По крайней мере, если понадобится, они смогут хоть как-то связаться со своими соратниками во Фрейвале. Джеремайя сделал жест двум охранникам, которые привели Эда. Послушно они потащили его прочь со сцены. Каждый раз, когда его нога ударялась о ступеньку, юный алхимик невольно кряхтел от боли. Его утащили из святилища через тот же проход, Джеремайя ушёл следом. Коринтиан вновь обратился к конгрегации: — Вы свободны на этот вечер. Я советую вам всем отдохнуть. Завтрашний день будет выматывающим для каждого из нас. Святилище будет открыто весь день для всякого, кто пожелает здесь помолиться. Да пребудет с нами Луна! Направит нас Луна! Сохранит нас Луна! — Да пребудет с нами Луна! Направит нас Луна! Сохранит нас Луна! — отозвалась дружно конгрегация. Жан и Рой встали вслед за остальными Учениками Луны и вышли из-за скамьи. Полковник заметил, как его старшего лейтенанта увели те женщины, с которыми она сидела до этого. Она на секунду посмотрела ему в глаза, а затем вместе с женщинами вышла за дверь святилища. Он не мог не чувствовать благодарность. С тех пор, как братья Джонсы устроили им допрос, у них не выдалось шанса переговорить, но она всё равно инстинктивно знала, что нужно подыгрывать до тех пор, пока он не скажет иначе. — Зейн! — воскликнул Жан, возвращая Роя из мыслей. Полковник повернулся и увидел мальчика с каштановыми волосами, стоящего сразу же позади Жана; это был тот же мальчик, с которым он заметил Эда парой часов ранее. Его длинные волосы были заплетены в хвост, прямо как у Эда. — Твой брат примет участие в жертвоприношении? — спросил младший лейтенант. Он пытался звучать таким же полным энтузиазма, как и остальная конгрегация, когда на самом деле внутри него закипала кровь. Удивление грозило отразиться на его лице, но Рой сдержался. Он вспомнил, как Эд говорил ему, что отец Зейна был одним из первых жертв. Теперь его брат получил зов Луны. Мальчонка выглядел напуганным, и Рой мог его понять. Он заметил, как Жан нахмурил брови. — Всё в порядке, Зейн? — спросил Хавок. За последние пару дней он видел Зейна лишь бодрым мальчиков с ярым желанием узнавать больше о Луне. Он был не похож сам на себя. — Жан, это правда, что Эдвард — Стальной Алхимиик? — тихо спросил мальчик, так тихо, что никто, кроме них троих, не мог бы услышать его за негромким шумом разговоров остальных присутствующих. Хавок кивнул. — А вы правда из армии? — спросил Зейн следующим. И вновь Хавок кивнул. Он указал в сторону полковника. — Всё так. Познакомься с моим другом Реном. Рой изобразил самую тёплую улыбку, какую мог, чтобы не напугать подростка ещё больше. — Приятно познакомиться, Зейн, — сказал он и протянул мальчику руку. Почти осторожно Зейн принял рукопожатие. Заглянув мальчику в глаза, Рой понял, что тот о чём-то хотел им рассказать. — Всё в порядке? — снова задал свой вопрос Хавок. Зейн огляделся. Никто из конгрегации не обращал на них внимание, но мальчик по-прежнему выглядел подозрительным. — Я подумал, — наконец-то начал он. — Я просто… вы двое не знаете… не важно. Я должен идти. Неожиданно он развернулся и моментально выбежал из святилища, по пути через толпу даже ни разу не обернувшись на двух офицеров. Жан с беспокойством посмотрел ему вслед. — Может, он поговорит с нами позже. — Надеюсь, — ответил Рой. Хавок с согласием кивнул. Он повёл полковника в сторону двойных дубовых дверей сзади святилища. Они могли попасть в казармы, не выходя на дождь, но таким образом у них был шанс выцепить взглядом Эда или хотя бы куда его увели. Они оказались правы, но ничто не могло подготовить их к тому, что они увидели. Лёгкая морось превратилась в ливень, и очень холодный. Рой промок до нитки через секунду после того, как вышел за дверь, и на лицо ему словно падали не капли, а сотни крохотных иголок. Единственным источником света были фонари, разбросанные по внутреннему двору. По улице бегали дети, а их родители грозно на них кричали, пытаясь загнать их обратно внутрь. Но дети ничего не слышали из-за шума дождя. Они просто радовались и не замечали ничего происходящего вокруг. Рой заметил несколько охранников вокруг одного из фонарных столбов и плотно сжал челюсть. В данный момент один охранник привязывал Эда к столбу, не упуская при этом возможности по завершении ударить ногой его сломанную лодыжку. Рой глянул в сторону Хавока. Тот был вне себя от ярости. Оба подскочили, когда на их плечи легло по крепкой ладони. — Этот дождь — дар Луны, — произнёс Абсалом с оттенком восторга в голосе. — Ливень поможет очистить душу этого отродья, — тут он заметил их молчание. — Мне жаль, что вы так долго находились под его влиянием. Вы даже не можете должным образом насладиться этим моментом и тем, что он значит для нас как для конгрегации. Позвольте проводить вас до казарм. Он не сможет вами манипулировать, если вы не будете в его присутствии. Полковник горел желанием придушить этого человека, но это желание пропало, как только Эд посмотрел в его сторону. Он едва успел взглянуть в его золотые глаза, прежде чем один из стражей ударил его по лицу, от чего его голова отлетела в другую сторону. Мальчишка выдал себя, чтобы они могли раскрыть убийства. Рой знал, что ни за что не мог это испортить. Он повернулся к нему спиной и лицом к Абсалому. — Вы правы, брат Абсалом. Спасибо, что проявляете к нам столько терпения. Ему захотелось вырвать от этих слов. И желание усилилось, когда он почувствовал на затылке напряжённый взгляд. Ему не нужно было оборачиваться, чтобы знать, что Эд наблюдал за его уходом. Он повернулся спиной к своему младшему подчинённому. Он знал, что это всё ради миссии, и что Эд сам убил бы его, если бы он не послушался мальчишку. Но это не отменяло тот факт, что он отвернулся от него. Рой не знал, простит ли себе это когда-нибудь.