Лорд Наоборот

До Геланора как-то не сразу дошло, что когда Поттер говорил «мы», он имел в виду всех — и Геланора с Колином в том числе. Казалось бы, в такой вылазке не должно быть ничего опасного, ведь Хогвартс всё ещё оставался одним из самых защищённых мест, и шансы вляпаться в очередную историю были не выше, чем при попытке выйти за хлебом. Отправиться порталом на безопасную территорию, закопать тело, никому не попавшись на глаза, и вернуться — что может быть проще? Пожирателям никак не догадаться о том, что их враги на полчаса переместятся в Хогвартс, а значит, ждать засады было бы глупо. Но Геланору не нравилась эта затея. Если Поттеру так хотелось похоронить Добби именно там, да ещё и своими руками, он не имел ничего против, но сам отправляться не желал. Однако с этим возникла проблема: так как на похороны шли все — миссис и мистер Уизли, Сириус, Рон с Гермионой — Геланор и Колин остались бы дома одни. А это почему-то взрослым представлялось неблагоразумным. После побега и нападения на особняк Гойлов даже Молли поддержала Сириуса, заявившего, что за ребятами должен присматривать хотя бы один взрослый, а значит либо все идут вместе, либо вместе остаются. А оставаться Гарри не был намерен. — И с чего это вы взяли, что вправе нам приказывать? — поинтересовался Геланор, когда Блэк поставил его перед фактом и даже не поинтересовался, что он об этом думает. — С того, что вы живёте в моём доме. И будете делать, как я сказал. — Мы никуда не пойдём. — У нас нет ресурсов на ваши капризы. Никто не останется, чтобы следить за вами. — За нами не надо следить. — Ты сам прекрасно знаешь, что доверие к тебе подорвано уже очень давно. И знаешь, почему. Ты пойдёшь, Вьен. Геланор с удивлением посмотрел на Сириуса, не понимая, зачем он настаивает на их с Колином присутствии. Блэк вёл себя так, будто эта вылазка была жизненно важной, чуть ли не наравне с нападением на Волан-де-Морта. Может, у Поттера и слегка поехала крыша после стольких нервных потрясений, а смерть Добби стала последней каплей, но уж Сириус-то должен был понимать, что потакает капризам малолетнего любовника со слишком уж большой серьёзностью? Домовик даже не был близким другом Поттеру. С чего такое упорное стремление оказать ему посмертные почести? К сожалению, остальные орденцы не оказались разумнее. Кингсли, едва ему сообщили о решении Поттера, хорошенько подумал за чашечкой чая с пирогом миссис Уизли и вынес своё одобрение. — Я так и не знаю, что конкретно вы устроили во время своего побега, но Пожиратели затихли, — сказал он. — Похоже, они залягут на дно. Судя по тому, что моим людям удалось узнать, они отменили большую часть своих планов: сорвались их сделки с контрабандистами, они так и не привели в действие свои угрозы некоторым работникам министерства. Думаю, в ближайшие недели мы ничего от них не услышим. — Да вы спятили! — каркнул Грюм, и Геланор впервые за долгое время был с ним согласен. — Зачем вам покидать убежище без необходимости? Пары дней не прошло, и снова на приключения потянуло? Впрочем, после долгой беседы с Кингсли, он махнул рукой и согласился, наказав только не спускать глаз с «безмозглых детишек». Сопровождать компанию для большей безопасности вызвались Тонкс и Люпин, а все остальные орденцы оказались слишком заняты, чтобы посвятить пару часов времени очередному бессмысленному делу и приглядеть за Геланором и Колином. — Думаешь, с нами что-то произойдёт? — усомнился Криви, который уже готов был смириться с требованиями и подчиниться. — Ты помнишь про наше невезение? Когда это хоть что-то шло нормально? — Оно же не может быть бесконечным. В конце концов, что плохого в том, чтобы по-человечески попрощаться с Добби? Он спас всех нас. Думаю, ему будет приятно, если мы пойдём на похороны. — А ты хочешь? — Я бы хотел, но… Если ты правда считаешь, что это опасно… — Не знаю, — устало пробормотал Геланор, у которого уже не оставалось сил на споры и доказательства. Его мучали то смутные подозрения, то мысли о том, что он понапрасну в очередной раз настраивает всех против себя, то желание в кои-то веки переложить ответственность на кого-то другого и не принимать никаких решений самостоятельно. Мозг уже не хотел генерировать десятки возможных вариантов развития событий. — Ладно, пойдём, — махнул он рукой. — Может, удастся заглянуть в замок и забрать наши запасы зелий. — И Люка повидать, — добавил Криви. Про василиска Геланор почти не вспоминал и даже почувствовал нечто, похожее на укол совести, когда Колин заговорил об их питомце. Пожалуй, это было довольно безответственно — завести животное высшей категории опасности, воспитать кое-как и предоставить самому себе. Нет, он не винил себя за то, что оставил Люка — всё-таки он не по своей воле покинул Хогвартс и раньше не предвидел такой поворот. Но было досадно, что всё так обернулось.

***

Похороны назначили через два дня после смерти Добби. Прибытие в Хогвартс решили не афишировать, ведь среди студентов могло найтись немало недоброжелателей, способных если не напасть, то хотя бы воспротивиться захоронению домовика на земле школы. Пусть никто и не верил в то, что Пожиратели появятся в Хогвартсе, если какой-нибудь Малфой решит их призвать, но в их ситуации следовало перестраховаться. Пока все собирались, Геланор стоял у окна своей комнаты, глядя на серое небо за стеклом. Утро выдалось хмурым, тоскливым, и ему начинало казаться, что сама природа предостерегает его от необдуманного и рискованного поступка. Геланор с досадой стукнул кулаком по подоконнику. Нет, необдуманной и рискованной эту затею назвать было нельзя — даже орденцы рассудили, что едва ли случится что-то плохое. И всё же ему было не по себе. В гостиной уже готовились к отбытию. Дверь была открыта, и Геланор слышал их голоса, но не вслушивался в разговор. В комнату вошёл Колин. — Все готовы, — сказал он. — Скоро активируется портал. Геланор кивнул, но не спешил двигаться. В груди давило от странного предчувствия. — Нам не стоит с ними идти, — глухо сказал Геланор. — Нет? Он молча покачал головой. Колин сел на кровать и сбросил с плеч мантию с капюшоном, который должен был скрыть его лицо. — Хорошо, — без возражений согласился Криви. Геланор снова отвернулся к окну, почему-то не в силах надолго оторвать взгляд от низких серых облаков. Он чувствовал гнетущую тоску, но сильно сомневался в том, что она вызвана смертью Добби. Этот домовик был ему никем. Вряд ли могла так на него повлиять и гибель Нагайны. Нет, это было давление чего-то почти потустороннего — то ли отголосок оборванной связи, то ли нечто, подобное ей. — Ко мне тянет щупальца спрут, — пробормотал Геланор, сам не зная, почему высказал эту, казалось бы, бредовую мысль вслух. Колин не успел ответить. В коридоре раздались шаги, и в дверном проёме возник Поттер, закутанный в траурный плащ. — Мы скоро отправляемся, — сказал он бесцветным тоном. — Отправляйтесь. — Ты не идёшь? — Нет. Геланор отвернулся, но спиной чувствовал, что Гарри смотрит на него. Он почти видел каким-то едва ли существующим астральным взором, как Поттер неподвижно стоит, подобный статуе, глядя ровно, одновременно и внимательно, и отстранённо, а его глаза почему-то кажутся почти прозрачными. Геланор с досадой тряхнул головой и вновь обернулся к нему. «Поиграть со мной решил?» Мысленная связь, навсегда оборвавшаяся в момент временной смерти Поттера, молчала. Но ментальные щиты так и дрожали от напряжения. — Ну что? — Мы все в одной лодке, Геланор. И если кто-то начинает грести в другую сторону… лодка переворачивается. — Это очередная попытка в философию или угроза? — Я хочу, чтобы ты пошёл, потому что это будет правильно, — непривычно мягким тоном произнёс Поттер. — Хватит с нас вражды. Мы на одной стороне, и все ссоры всегда приводили только к чьим-то страданиям. В чём-то был неправ я, в чём-то ты. Уже не важно. Гермиона сказала, что ты хочешь оставить борьбу, и я тебя не виню. Я дам вам денег на билеты или портал после того, как мы закончим. Тебе правда стоит пойти. Добби умер за всех нас. И за тебя тоже. Ещё какое-то время Геланор смотрел ему в глаза, затем отвёл взгляд. — Добби здесь вообще ни при чём, — пробормотал он так, что не услышали ни Поттер, ни Колин. — Идём. — Что? — изумлённо воскликнул Криви. — Ты же не хотел! — Придётся идти. Ничего, быстро разберёмся.

***

Солнце едва пробивалось сквозь облака, когда они приземлились на берегу Чёрного озера. Они оказались куда ближе к кромке воды, чем ожидалось: даже кто-то из взрослых пробормотал невнятные слова удивления. Воздух был влажным и холодным, густым от запаха мокрой земли и озёрной воды, земля под ногами проседала. Недавно здесь прошёл дождь. Геланор поплотнее закутался в плащ — разница между относительно тёплым Лондоном и прохладой у озера была ощутимой. Вдалеке высились башни Хогварса, почему-то казавшиеся опустевшими и мёртвыми, хотя на самом деле там было полно народу: студенты, преподаватели, Филч со своей кошкой… Где-то в трубах ползал Люк, от скуки гоняя крыс и, наверное, кое-как перекидываясь словами с Миртл, на каком-то уроке сидели Харпер, Элеонора, Роза и Анабель, которых ещё не коснулась скрытая от глаз большинства волшебников подпольная война. «Зря мы пришли, — думал Геланор, глядя на спины идущих впереди. — Мы ведь не вернёмся назад так просто, кто бы что ни говорил… Но портал под рукой. Разве кто-то может нас удержать от возвращения? Может, я ошибся? Может, он не пытался мне угрожать?» Группа шествовала в молчании. Гарри нёс тело Добби, завёрнутое в белую ткань. Сириус шёл рядом, чуть позади — Рон и Гермиона, за ними, держась на расстоянии не более пяти шагов, следовали Невилл, Полумна и Ли, которым тоже не позволили остаться на Гриммо одним, далее — мистер и миссис Уизли. Процессию замыкали Люпин с Тонкс. Они подошли к старому буку с разросшимися корнями, где весной любили сидеть воркующие парочки или те, кому хотелось немного побыть в одиночестве и любоваться спокойной озёрной гладью, от которой всегда веяло свежестью. Гарри опустился на колени и осторожно положил Добби на траву. Ткань слегка приоткрылась, и на мгновение из-под неё показались лицо домовика и почерневшая, опухшая от яда рука. Миссис Уизли поспешила снова прикрыть тело. — Я выкопаю могилу сам, — сказал Гарри. Никто не стал спорить. Сириус протянул ему лопату, и Гарри вонзил её в землю. Первый удар был глухим, тяжёлым и слегка неловким. Второй — резче, увереннее. Вскоре он вошёл в ритм: вонзал и поднимал лопату, откидывал комья влажной земли. Его дыхание стало чаще, на лбу выступил пот, но он не останавливался. Геланор стоял в стороне, наблюдая. Он не чувствовал скорби, но что-то внутри него сжималось. Он то и дело поглядывал на серое небо, иногда косился в сторону Запретного Леса, слегка щурясь, чтобы лучше видеть даль. Колин взял его за руку. — Ты ведь не из-за Добби переживаешь? Геланор покачал головой и тихо прошептал: — Будь наготове. Криви испуганно посмотрел на него, но не решился расспрашивать: в тишине их легко могли услышать остальные. Яма становилась глубже. Земля на дне была тёмной, почти чёрной, и пахла сыростью и гниющими листьями. Когда глубина достигла пояса, Гарри остановился, опершись на лопату. Его руки дрожали от физического перенапряжения. — Достаточно, — сказал Сириус. Гарри кивнул и выбрался из ямы. Его одежда была в грязи, но он не обращал на это внимания. Гермиона первой подошла к телу Добби. Она осторожно поправила ткань, закрывая его лицо, и прошептала несколько слов, которые никто не услышал. Затем положила на грудь домовика пару вязаных носков — один в полоску, другой в пятнышко. Сириус наклонился к Гарри и что-то тихо сказал. Поттер кивнул, затем осторожно поднял тело Добби и опустил его в яму. Взяв лопату, Поттер начал засыпать могилу, и снова полетели комья земли, глухо падая на дно. Вскоре белая простыня скрылась под ними. Когда всё было закончено, в изголовье могилы поставили небольшой, размером с две ладони, камень, на котором было вырезано одно слово: «Добби». Ни дат, ни эпитафий. Просто имя. — Пора домой, — негромко произнёс Геланор, но Гарри даже не обернулся. Он прикрыл глаза, чувствуя, как в груди зарождается ярость, перекрывая страх. Это было ожидаемо. — Пора домой, — повторил он уже в полный голос. — Замолкни! — шикнул на него Сириус. Колин сжал его руку. — Гел, ты сам не свой. Что происходит? — Мне кажется, Гарри умолчал о чём-то, что видел в разуме Волан-де-Морта, — ядовито процедил Геланор в спину Поттера. Тот медленно обернулся и обвёл взглядом всех присутствующих: Геланора, Колина, Джинни, миссис и мистера Уизли, Полумну, Невилла, Джордана, Тонкс, Люпина. Взгляд задержался на Сириусе, который, нахмурившись, смотрел на крестника. — На Хогвартс нападут сегодня, — коротко ответил Поттер. Прозвучал лишь резкий испуганный вздох Тонкс — и повисла тишина. Геланор поднял палочку, не направляя её ни на кого конкретно, но давая понять, что готов атаковать любого, кто посмеет что-то предпринять против него. — Мы с Колином уходим. Миссис Уизли ахнула и зажала рот ладонью, растерянно переводя взгляд между Гарри и Сириусом, который, казалось, совершенно не был удивлён. Она шевелила губами, но слова не шли к ней, и женщина беспомощно протянула руки к Поттеру. Тот вздохнул. — Портал сработает через двадцать минут. Кто хочет уйти — уходите. — Гарри! — мистер Уизли шокировано смотрел на него. — Я ничего не понимаю! — воскликнул Люпин. — Ты проник в разум Волан-де-Морта? И увидел, что он планирует нападение? Как? Почему ты не сказал раньше? — Гарри, ты уверен? — Ли шагнул к Поттеру, но почему-то остановился на полпути. — Уверен, — отозвался тот. — Я иду в Хогвартс. Нужно предупредить профессора Макгонагалл. — Ты с ума сошёл! — в отчаянии вскричала миссис Уизли, к которой наконец вернулся голос, но, к сожалению, не её обычная уверенность в собственном праве опекать других любыми средствами. Гарри всё равно было не переубедить. Геланор, впрочем, не видел в этом никакой необходимости. Поттер притащил его сюда и попытался сыграть на чувстве долга — начал не так уж плохо, но просчитался, как всегда, переоценив чужую совесть, ни черта не вышло, и теперь никакая сила не могла заставить Геланора остаться здесь и ввязаться в битву. Он быстро оглядел присутствующих и обнаружил, что портал — медная ложка — находится в руках Тонкс. Сама она вряд ли собиралась воспользоваться им, а вот Геланор определённо собирался и очень надеялся, что ни у кого не хватит тупости ему помешать. Он протянул руку. — Отдайте. — Гел, — Криви тронул его за плечо. — Деннис в замке. Его тихие слова эхом отдались в мозгу. Геланора передёрнуло. Как, Мордред побери, он мог?.. До этого момента он был почти уверен, что ничего не помешает им покинуть Хогвартс, но — проклятие! — совсем забыл про несносного братца Колина. Чёртов Деннис сейчас сидел на уроке, не подозревая, что на школу готовится нападение и, конечно же, Колин просто не мог уйти, не забрав его с собой, подальше от опасности. Но двадцати минут не хватит, чтобы добраться до замка и найти мальчишку до срабатывания портала! «Опять! Я опять упустил из виду очевиднейшую деталь! Чёртов Поттер… И как я только умудрился допустить мысль, что мы выберемся отсюда без преград?» — Макгонагалл всех эвакуирует, — как можно твёрже сказал Геланор. — С ним ничего не случится. — Нет, — Криви замотал головой. — Я не могу его бросить. Я иду за ним. Жди нас здесь, мы постараемся успеть. — Ты серьёзно считаешь, что я позволю тебе отойти хоть на шаг? — с неожиданной даже для себя агрессией рявкнул Геланор, хватая его за руку. — Нам нельзя разделяться. Это смертельно опасно. — Тогда пойдём вместе! Здесь пока никого нет. Мы успеем! Отчаяние и злость на несколько мгновений накрыли Геланора такой волной, что он подумал, будто не сможет сдержать их и у него снова случится выброс стихийной магии. Да как Колин не понимает, насколько рискованно бежать за мелким? — Тебя не должно быть в Хогвартсе, когда они нападут! — закричал он, уже не заботясь о том, что на них смотрят. — Трелони предсказала твою смерть! — Это всё ерунда! Я клянусь тебе, со мной ничего не случится! — Как ты можешь это обещать? — Геланор от бессилия встряхнул его за плечи, не зная, что должен сказать, чтобы убедить Криви остаться и воспользоваться порталом. — Мы пойдём все вместе, — оборвала их спор миссис Уизли. — Нам нужно к Минерве. Она добудет новый портал, и вы отправитесь на Гриммо. Колин обнял Геланора, успокаивающе гладя по спине. Геланору хотелось взвыть от досады и кого-то проклясть — Поттера, Денниса, кого угодно — за то, что посмели встать на пути к отступлению. Неужели им и правда не уйти от плана Дамблдора, ставшего почти что синонимом судьбы, и битва, несмотря на все усилия, состоится и унесёт жизни тех, кто погиб в предыдущей реальности? Геланору было плевать на студентов, преподавателей и просто случайных жертв, да пусть хоть школу сравняют с землёй, пусть хоть перебьют всех, от первого до седьмого курса, но Колина среди них быть не должно! — Гел, я обязан забрать брата, — тихо повторил Криви, и тот понял, что никак не сумеет его переубедить. — Мы найдём его и ни на минуту больше не задержимся в замке, — с трудом заставив себя ответить, проговорил Геланор. — Ни на минуту, — подтвердил Колин. — Обещаю.