Лорд Наоборот

Путь до Хогвартса занял около десяти минут, а до срабатывания портала оставалось чуть более пяти. Если только Деннис сам не выбежит навстречу из ближайшего выхода, им никак не успеть, а будет ли у Макгонагалл ещё один портал — большой вопрос. Создать его в экстренной ситуации было далеко не просто — для этого необходимо зачаровать предмет в месте, куда он должен отправить коснувшихся его, то есть на Гриммо. Может быть, можно будет уйти по сети летучего пороха в какое-нибудь безопасное место, например, в дом Невилла, а оттуда сразу же трансгрессировать на Гриммо… Лонгботтом не откажет. Да, каминная сеть — не самый безопасный вариант, но лучше рискнуть, чем оставаться в замке, к которому уже направляется армия Волан-де-Морта. Кто в неё входит? Сотни Пожирателей? Дементоры? Переманил ли он на свою сторону великанов? Поттер не отвечал на многочисленные вопросы со стороны четы Уизли, Люпина и Тонкс, как бы те ни пытались чего-то от него добиться. Он только качал головой и бормотал, что объяснит всё позже, а сейчас им нужно найти Макгонагалл. У Гермионы и Рона явно было не меньше вопросов, однако они покорно приняли нежелание друга что-либо рассказывать и молча шли за ним. А вот Сириус… Судя по отсутствию не только бурной реакции, но и обычных признаков удивления, он был посвящён в великий план или, скорее, в определённую его часть. «И хватило же бессовестности позволить любовничку заманить всех сюда… Вот он, Гриффиндор. А ещё на Слизерин наговаривают…» — со злостью думал Геланор. Он покосился на Тонкс. Что, если выхватить портал в момент срабатывания и, не спрашивая Колина, перенести их обоих на Гриммо? Криви может и не простить такую выходку… Но лучше уж пусть будет в безопасности и ненавидит Геланора, чем… — Колин, — тихо шепнул он. — Пожалуйста… У нас ещё есть шанс уйти. — Я не могу бросить Денниса, — не глядя на него, отозвался тот. — И я знаю, о чём ты думаешь. Не надо. Геланор перевёл взгляд на Поттера, идущего впереди. Похоже, ублюдок всё просчитал. Не стоило вестись на призрачные угрозы… Немного легилиментального давления, дающего понять, кто берёт дело в свои руки, намёк на то, что раннее отступление приведёт к плачевным последствиям — и Геланор повёлся, испугавшись, что у мрази и правда есть способы помочь им с Колином покинуть не эту страну, а этот свет. Самое отвратительное чувство — понимать, что являешься фигурой на шахматной доске, и не иметь возможности что-либо с этим сделать. Эта партия началась давно, Дамблдор ещё при жизни разогнал её, как Огненный Шторм, теперь неспособный остановиться, а любому, кто хоть сколько-нибудь знал истинную натуру директора, вряд ли стоило тешить себя надеждой покинуть отведённое место, не поплатившись за непокорность. Ни Молли, ни Грюм, ни Кингсли, ни кто-либо ещё из Ордена Феникса не поможет Геланору сбежать из Британии и, более того, раз уж Дабмлдор отвёл ему роль в своей игре, они всеми силами будут мешать его уходу. И добрая их часть даже не поймёт, зачем именно они это делают. Геланор ускорил шаг и нагнал Люпина. — Профессор. Ремус посмотрел на Тонкс и та, поняв, что они хотят поговорить наедине, без возражений отошла в сторону. — Это плохо кончится, — вполголоса проговорил Геланор. — Ты не обязан здесь оставаться, — отозвался Люпин. Морщинки на его бледном лице стали острее и глубже, глаза как-то потускнели, но всё же в них читалась решимость. — Нам с Колином нужно уйти любой ценой. — Мы отправим вас на Гриммо. Я сделаю всё, чтобы вы оказались в безопасности. Геланор вздохнул. Может, Люпин и верил в эту возможность, а вот он — не очень. — Не придавай значения пророчествам Трелони, — с мягкой, но бесцветной улыбкой сказал Ремус. — Она предсказала и вашу гибель, — немного помолчав, сообщил ему Геланор. — Вам тоже стоит уйти. — Я не могу. Если Гарри прав… Если на Хогвартс действительно нападут, я останусь здесь и буду сражаться за школу, чего бы мне это ни стоило. Другого ответа он дать и не мог, но Геланор, по крайней мере, его предупредил. Дальше выбор за Люпином. Ветер усиливался. Где-то вдалеке у гор расползался туман, и с каждой минутой становилось всё прохладнее, будто поздняя осень решила нагрянуть раньше положенного срока, лишить деревья листьев, покрыть изморозью траву, хотя стоял всего лишь сентябрь. Когда они приблизились к парадному входу, Поттер накинул на голову капюшон, чтобы не привлекать излишнего внимания. Остальные последовали его примеру, один Колин не стал этого делать, видимо, надеясь, что так Деннис сможет узнать его издалека и поиски не затянутся. Старые двери с тихим скрипом распахнулись. От этого знакомого звука, от едва уловимого запаха пыли и свечного воска, от вида пустого вестибюля, стен, кажущихся невероятно тяжёлыми из-за обилия портретов и картин, у Геланора защемило в груди. Он взглянул на песочные часы, отсчитывающие баллы факультетов, и не сдержал нервный смешок: Слизерин почти вдвое опережал остальные факультеты. Стоило ему покинуть Хогвартс, как общая успеваемость вернулась в норму. Теперь некому было своими проступками лишать факультет огромного количества баллов. Коридоры пустовали — был учебный час, и никто не встретил пришедшую группу. Торопливыми шагами они пошли по направлению к кабинету директора. — Профессор наверняка ведёт урок, — сказал Люпин. — Ждите у её кабинета, а я пойду в класс Трансфигурации. Он отделился от группы и, почти перейдя на бег, поспешил туда. Остальные продолжили путь к лестнице, ведущей к директорской башне. Из некоторых классов доносились голоса. Из-за приоткрытой двери слышался размеренный бубнёж Бинса и чей-то храп. Колин тихонько подошёл и заглянул в щель, надеясь увидеть там брата, но в кабинете сидели второкурсники. Геланор мельком заметил толстячка Бартона, который спал, положив голову на плечо лучшей подруги, и пускал слюни во сне. «Хорошие были времена», — подумал он, вспомнив, как в прошлом году мелкие стайкой ходили за ним, как цыплята, и прилежно слушали пояснения о самых разных вещах от дороги к какому-либо классу до механизмов работы чар. — Портал… — негромко проговорила Тонкс. Геланор бросил умоляющий взгляд на Колина. Но они всё равно не успели бы взяться за ложку: портал, который Нимфадора положила на пол, тихонько бряцнул и исчез. — Всё будет хорошо, Гел, — прошептал Криви. Тому оставалось только сжать зубы от досады. Они поднялись к директорской башне, немного задержавшись у движущейся лестницы, которая никак не хотела принимать нужное положение. Горгулья посмотрела на них из-под полуприкрытых каменных век и больше никак не отреагировала. — Нам нужно увидеть профессора Макгонагалл, — негромко сказал ей Поттер. Горгулья моргнула и медленно, словно нехотя, открыла проход к небольшой винтовой лестнице. В кабинете профессора не оказалось, но дверь не была заперта, поэтому гости решили, что могут присесть и подождать её здесь. Кабинет немного изменился. Многочисленные артефакты не исчезли, но были сложены в углах помещения, а их привычные места теперь занимали книги, свитки пергамента и стопки бумаг; осветительных приборов стало меньше, а на каминной полке появилось несколько фотографий в рамках. Не прошло и пяти минут, как на лестнице раздался торопливый стук каблуков. Макгонагалл, бледная, но всё такая же строгая и решительная на вид, вошла в помещение. — Мистер Поттер! Гарри поднялся. — Профессор. На Хогвартс готовится нападение. Нужно принять меры. — Вы должны немедленно отправить нас с Колином на Гриммо! — потребовал Геланор, не успела шокированная преподавательница и рта раскрыть. Та растерянно посмотрела на него, потом перевела взгляд на Поттера. — На Хогвартс готовится нападение? — переспросила она. — Отправьте нас домой! — с яростью выкрикнул Геланор, хватаясь за палочку. — Вьен, заткнись! — зарычал на него Сириус. — Сейчас не до этого. Макгонагалл подняла руку, призывая к молчанию. — Так… — пробормотала она. — Так, нападение… Хорошо. Сейчас же начнём подготовку. Вьен, у меня нет порталов. За пределы антитрансгрессионного барьера я вас отпустить не могу, это слишком опасно. — А камин? — Камин на Гриммо закрыт в целях безопасности. — Отправьте нас в любой камин! К кому-то из Ордена. — Я хочу забрать Денниса, профессор, — вмешался Колин. — Ему лучше быть с нами. Макгонагалл поднесла подрагивающую руку к виску, как будто изо всех старалась сдержать то ли раздражение, то ли крайнее волнение. Обведя быстрым взглядом присутствующих, она проговорила: — Хорошо. Тонкс, отыщите мистера Криви. Он сейчас должен быть в классе Заклинаний. А нам нужно как можно скорее решить, что делать дальше. Гарри, откуда ты знаешь о нападении? Поттер не успел ответить. С возгласом «Смотрите!» Джинни указала в окно: в отдалении сверкал, быстро приближаясь, силуэт серебристой птицы. Это был чей-то Патронус. Макгоналл распахнула ставни, и через минуту птица — кажется, коршун, влетела в кабинет. — К Хогвартсу с востока движется не менее полутора сотен человек на мётлах, — произнесла птица женским голосом. — С ними стая дементоров. Аврорат не отправит вам поддержку. В министерстве оказалось гораздо больше людей Того-кого-нельзя-называть, чем мы полагали. Некоторые отделы под их контролем. Мы сопротивляемся, но время работает против нас. Спасайте студентов. Патронус растворился в воздухе. Кому он принадлежал, Геланор не знал, но было очевидно, что его владелица — член Ордена Феникса, скорее всего, работающая в министерстве. Выходит, несмотря на все усилия орденцев, министерство магии всё-таки оказалось почти захвачено изнутри, но так тихо и слаженно, что они даже не успели этого понять? Не осознали вовремя масштаб проблемы? В этой реальности Волан-де-Морт действовал иначе. Скрытно, но не так эффективно. Ещё не был изменён закон, не был создан комитет по контролю за магглорождёнными, не начались гонения. Волан-де-Морт ещё не правил магической Британией, но его армия почему-то надвигалась на Хогвартс. Он знал, что Гарри Поттер будет здесь? «Хочет забрать диадему, — догадался Геланор. — Думает, что у него остался крестраж». Макгонагалл решительно расправила плечи, взмахнула палочкой, заставив окно со стуком захлопнуться, и подошла к столу. Из нижнего ящика она извлекла большую карту Хогвартса. — Детей нужно эвакуировать. Выводить их обычным путём слишком опасно. Используем тайный подземный ход в Хогсмид. — Вам не кажется, что сто пятьдесят человек — это мало для армии Волан-де-Морта? — глухо произнёс Геланор. — Их должно быть гораздо больше. Где остальные? — В министерстве? — предположил Люпин. — Нет… Здесь и правда что-то не так. Дверь снова распахнулась. — Колин! — взвизгнул Деннис, бросаясь к брату в объятия. — Я так скучал! Что ты здесь делаешь? Геланор не дал им времени на нежности. Поспешно открыв коробку для хранения летучего пороха, стоявшую на камине, он зачерпнул полную горсть, надеясь, что для перемещения троих человек этого будет более, чем достаточно. Колин схватил брата за руку, не обращая внимания на его бесчисленные вопросы, и потащил к камину. Геланор втолкнул обоих туда и сам шагнул следом. Было тесновато, но они поместились. — Назовите безопасный адрес, — потребовал он от директора. — Совиная аллея одиннадцать, — она сомневалась недолго, не более нескольких секунд. — Будьте осторожны. — Совиная аллея одиннадцать, — повторил Геланор и бросил летучий порох под ноги. Ничего не произошло. Порох облаком взметнулся вверх, заставив их закашляться. — Они отключили каминную сеть! — воскликнул Артур. — Сеть летучего пороха подконтрольна министерству, а оно… Можно считать, что захвачено. — Но зачем им Хогвартс? — беспомощно спросила миссис Уизли. — Сами-знаете-кто не мог знать, что Гарри придёт сегодня! Неужели это ловушка? «Да, — подумал Геланор. — Ловушка. Только вот жертва — не Поттер». Он отряхнулся от пыли и пепла и строго посмотрел на младшего Криви. — Деннис, делай всё, что тебе скажут взрослые. Велят уходить — уходи без возражений. Колину важно знать, что ты в безопасности. Если ослушаешься — можешь нам сильно помешать. Понял? — Понял, — пискнул тот. — Колин, пойдём. Никто не заметил, что они покинули кабинет — были слишком поглощены обсуждением нападения и того, как же защитить Гарри, как-то позабыв, кто именно под странным предлогом привёл их сюда. — Плохо дело, — пробормотал Геланор. — С крючка Дамблдора нам уже не соскочить. — Мы можем эвакуироваться вместе со всеми, — робко предложил Криви, не поднимая на него взгляд. — Есть же шансы уйти… — Где остальная часть армии Волан-де-Морта, Колин? Вряд ли он всерьёз надеется, что полторы сотни Пожирателей и стая дементоров захватят школу. Уж не в Хогсмиде ли будет поджидать? — Что? — ужаснулся тот. — Нельзя позволить ребятам пойти туда! Их же убьют! — Не станут их убивать, — покачал головой Геланор. — Это никому не нужно. А вот попытаться проникнуть через тот же ход в школу могут, если преподаватели не успеют наложить защитные чары. Но сейчас нам нужно к Люку и Миртл. С минуты на минуту директор должна была объявить тревогу, и тогда коридоры моментально заполнятся учениками, что немало помешает свободному перемещению. Геланор ускорил шаг. — Зачем им Хогвартс? — с отчаянием в голосе спросил Колин, наконец посмотрев на Геланора. В его глазах читалось чувство вины. — Это же просто школа. Не какой-то военный объект или что-то подобное… — Здесь хранится последний крестраж Волан-де-Морта. По крайней мере, он так думает. Захватит школу — сможет защитить бессмертие. А ещё повлиять на последних непокорённых в министерстве, шантажируя их безопасностью детей. Но почему сегодня? Поттер знал об этом, но я не думаю, что он правда увидел всё в разуме Волан-де-Морта. Удобное объяснение, но здесь, скорее, что-то другое. Вряд ли Реддл мог не понять, какие именно образы увидел Гарри во время ментальной атаки и тогда, разумеется, изменил бы свой план. Да и Поттер перед своей мнимой смертью не стал бы молчать о подобном. Это больше похоже на спонтанное решение, продиктованное страхом за свою жизнь. Волан-де-Морт понял, что чаша и Нагайна уничтожены, поэтому делает всё, чтобы защитить последний крестраж. Но как Поттер узнал конкретную дату? Они вошли в заброшенный женский туалет. Тихо шумела вода в сломанном унитазе, который Геланор так и не смог починить, сколько бы призрачная подруга ни бубнила по этому поводу. Умывальник уже порос каким-то лишайником от влаги, от лужи на полу исходил неприятный затхлый запах, который нередко чувствуется у загрязнённых рек. — Миртл! — позвал он. Привидение вылетело из последней кабинки. — Мальчики? Вы вернулись! С радостным визгом она бросилась к ним, и только быстрая реакция спасла Геланора от ледяных объятий — он успел отскочить в сторону. Привидение издало оскорблённый возглас. — Миртл, нет времени на приветствия. На школу вот-вот нападут. Нужно подготовить Люка. — Да вы вовремя явились! — фыркнуло привидение. — Хоть знаешь, какой сегодня день? — В смысле? — О-о-о, — махнула рукой Миртл, скорчив презрительную физиономию. — Конечно, он не знает. А вот если бы не я, Люк бы без еды сидел. Русалочий праздник сегодня. Раз в двенадцать лет бывает. Уровень воды в озере сильно поднимается, и больше половины труб оказываются затоплены. Хрен половишь крыс. Хорошо, что запасы сделали. — Мордред, — только и смог выговорить Геланор. Так вот, какой у Пожирателей план — всё-таки пройти через трубы, выбрав момент, когда Люк окажется сильно ограничен: василиски не плавают, так как не умеют надолго задерживать дыхание и обладают телом, неподходящим для подводных манёвров. Их чешуя слишком тяжёлая и недостаточно гладкая, а ёмкость лёгких довольно мала, потому что василискам не нужно много энергии: они охотятся, убивая взглядом, и не приспособлены к долгим нагрузкам. А ещё есть немалая вероятность того, что в воде смертельный взгляд может и не подействовать… Геланору никогда не приходило в голову это проверить. Он понятия не имел, что раз в двенадцать лет русалки заставляют озеро выходить из берегов. — Так вот, почему на берегу было так сыро… — пробормотал Колин. — Что же делать? — Осмотрим трубы, — сказал Геланор, подходя к умывальнику. Когда проход открылся, изнутри сразу же запахло илом и водорослям. Где-то в отдалении слышался плеск. — Миртл, сделай одолжение, проверь, не затоплено ли там всё. — Я недавно там была. Можете спускаться, — махнуло рукой привидение. Геланор не стал спорить и поверил ей на слово. Применив Амортизирующие чары и на всякий случай готовясь использовать Выталкивающие, если вдруг погрузится в воду в конце спуска, он шагнул вперёд. К счастью, внизу не оказалось затопления, однако плеск воды слышался уже близко. Едва за его спиной приземлился Колин, Геланор зажёг огонёк и увидел убегающую стайку мышей, испуганную их появлением. Где-то шебуршались крысы. Похоже, сегодня все обитатели труб были вынуждены ютиться в совсем небольшом пространстве. Люк обнаружился в одном из ближних ответвлений, которое заканчивалось расширяющим тупиком, где он сумел уместиться, свернувшись спиралью. Он услышал шаги ещё издали и радостно поднял голову, жмуря глаз, скрытый за линзой, и почти по-собачьи приоткрыв пасть. «Да его же голыми руками можно взять! — с досадой подумал Геланор. — Объяснял же, что пасть — слабое место!». — Люк! — бросился к нему Колин. — Как ты тут без нас? Василиск, разумеется, не понял его слов, но восторженно зашипел и лизнул Криви огромным языком. — Люк, времени мало, — сказал Геланор. — Скоро на школу нападут. Они хотят пройти здесь. — Враги? — испугался змей. — Мне нужно лезть в воду? — Нет. Будь у выхода и не пропускай никого, кто попытается пройти. И ещё… — он ненадолго задумался и спустя некоторое время решительно произнёс: — Нам нужно отравить воду. Ты должен сцедить часть яда. У тебя за глазами, вот здесь, находятся ядовитые железы. Слегка помассируй их хвостом, и яд начнёт выделяться из зубов. Ты должен будешь держать голову над водой, чтобы яд капал туда. Не сцеживай слишком много — он может тебе ещё пригодиться. — Подожди, Геланор, — судя по ломаному произношению, Миртл говорила на парселтанге, в кои-то веки применив свою жалкую пародию на эмпатию и сообразив, что Колину этого слышать не стоит. — Ты понимаешь, что если отравишь воду, в озере умрёт всё живое? Это же геноцид! Тебя посадят за такое! — Не посадят, если ты никому не расскажешь. Ты же не станешь предавать друга? — Нет, — уныло ответила Миртл. — Подумаешь, русалки. Кому они нужны? — Возвращаемся наверх, — сказал Геланор, обращаясь к Колину, который поглаживал чешуйчатую шею Люка. Времени оставалось не так уж много. Если Пожиратели летели на мётлах, то должны были оказаться здесь в течение нескольких часов. Неизвестно, сколько ещё человек поджидало в окрестностях — в Запретном лесу, в Хогсмиде, в горах. Выступят ли великаны на стороне Волан-де-Морта? Оборотни будут почти наверняка. Что насчёт акромантулов? — Гел, нам не уйти отсюда, верно? — тихо прошептал Колин. — Мы в ловушке? И во всём виноват я… Если бы я не заставил тебя пойти за Деннисом… А теперь мы и его вытащить не можем, и сами застряли! — Попытаться стоило. Не бросать же мелкого на произвол судьбы, — вздохнул Геланор, хотя был бы очень рад отмотать время назад и бросить Денниса самостоятельно разбираться со своей безопасностью. — Неужели нет никаких способов уйти? — Каминная сеть не работает. Трансгрессировать невозможно. Что нас ждёт в Хогсмиде — неизвестно. Безопаснее всего остаться здесь и сделать всё, чтобы Пожиратели не смогли проникнуть в замок. А Гарри пусть идёт и убивает Волан-де-Морта. За этим он нас всех сюда и притащил. Они выбрались из прохода за умывальником. Во всех уголках замка уже гремел голос Макгонагалл, призывающий собраться в Большом зале, где-то раздавались встревоженные крики, но, судя по всему, основная масса учеников уже была внизу. Геланор накинул капюшон на голову, и Криви последовал его примеру. Они снова направились к кабинету директора. Макгонагалл уже ушла, не было и Поттера с товарищами — остались только Люпин и Тонкс, о чём-то тихо переговаривающиеся. Едва скрипнула дверь, Тонкс вздрогнула и слишком поспешно отпрянула от Ремуса. — Что решили? — поинтересовался Геланор. — Эвакуация состоится? — Мы опасаемся, что в Хогсмиде могут устроить засаду. Он уже однажды стал целью Пожирателей, и после того пожара до сих пор не удалось восстановить всё до конца. Без поддержки аврората мы не в силах обеспечить детям безопасное отступление. Мы укроем их в подземном проходе и создадим защитный барьер вокруг школы. Вы можете отправиться с ними. — Представляю, как обрадуется Малфой с приятелями. Нет. Мы поможем в укреплении школы. Что надо делать? Люпин поднялся. — Пойдём. Заглянем в кабинет профессора Зельеварения. Геланор и Колин послушно направились следом за ним. В коридорах было уже тихо. Все — и преподаватели, и ученики — собрались внизу, собираясь приступить к действиям. Наверное, сейчас Макгонагалл выбирала, кому из персонала сопроводить учеников в безопасное место, помочь им расположиться и уговорить не высовывать носа, а кому немедленно заняться защитой школы. Геланор знал, что скоро профессора начнут создавать вокруг замка барьер, который не остановит, но сильно задержит нападающих. Оживут каменные статуи и рыцарские доспехи, выйдут из леса кентавры, если только их злость на последние события не перевесила уважение к Альбусу Дамблдору и его наследию. Встанут у дверей старшекурсники, добровольно вызвавшиеся защищать школу, и будут драться ещё отчаяннее, потому что в этот раз за их спинами останутся несовершеннолетние студенты. Многие погибнут. — Мы хотим установить ловушки, прежде чем поднять барьер, — сообщил Люпин. — Можно ударить Пожирателей их же оружием и заложить мины. Выведем из строя хотя бы часть врагов. В кабинете найдётся немало полезного. — У меня есть запасы яда василиска и харперова кислота. — Отлично. Пригодится всё. Они прошли мимо портрета Делибия Докапывающегося, который впервые на памяти Геланора молча проводил их взглядом и не докопался, спустились в подземелья, где не раздавалось ни звука, помимо эха шагов. Несколько поворотов — и они подошли к кабинету преподавателя Зельеварения. Внутри кто-то был: из-под двери выбивалась полоска света, на которой периодически мелькала тень. Люпин постучал. — Войдите, — отозвался незнакомый голос. — Нам нужна ваша помощь, профессор Слизнорт, — сказал Люпин, открывая дверь. Над раскрытым чемоданом, стоящим на столе, склонился невысокий полный человек в коричневой мантии поверх костюма, по покрою напоминающего маггловский. Он был сед, лицо казалось одутловатым, шея — излишне толстой. — Всем нужна моя помощь, — пробормотал человек, не оборачиваясь. — Я уже совершил ошибку, согласившись на должность в такое время. Это безопасно, говорили они! Вас ждёт достойное вознаграждение, говорили они! В Хогвартсе столько самородков, говорили они! И что теперь? Не прошло и месяца — нагрянула война! Он повернулся к пришедшим и замер, открыв рот. Его взгляд застыл. Слизнорт медленно поднял дрожащий палец, указывая на Геланора. — Э… — только и смог произнести он, ошарашенный увиденным. — Вы случайно не в родстве с Гойлами или Крэббами? — вежливо поинтересовался Геланор. Слизнорт рухнул лицом на ковёр. — Война ещё не началась, а уже есть первая жертва, — пробормотал Геланор, обходя толстое тело старика. — Пожелал бы покоиться с миром, но мира в ближайшее время не предвидится. Люпин склонился над упавшим и перевернул его на спину. — Просто обморок, — резюмировал он, пощупав пульс. — Эннервейт. Старик втянул воздух ртом и заморгал маленькими глазами. — Что… Как… — Профессор Слизнорт, вы слишком распереживались, — мягко проговорил Люпин, помогая ему сесть. — Послушайте, никто не заставит вас участвовать в сражении, если вы этого не хотите. Но сейчас нам необходимы ваши советы, а времени мало. Просто дайте нам что-нибудь, чем можно заминировать подходы к замку. — Заминировать… — повторил старик, будто до него не доходил смысл этого слова. — Заминировать… Он медленно перевёл взгляд на Геланора, который бесцеремонно изучал содержимое шкафа, одновременно краем глаза наблюдая за отражением профессора в стекле. — Кто это? — прохрипел Слизнорт. — Геланор Вьен, — представил его Люпин. — Вы должны были о нём слышать. Он разделил первое место с Гарри Поттером в Турнире Трёх Волшебников и был старостой Слизерина до недавнего времени. — Потом сделал аборт однокурснице и лишился этой должности, — сообщил Геланор. — Несмотря на свою исключительную охуенность. — Не выражайтесь, молодой человек! — слабым, но гневным голосом воскликнул Слизнорт. — Ох, я, должно быть, обознался… Заминировать, говорите? Сейчас я что-нибудь подберу. Он с трудом встал и, пошатываясь, подошёл к шкафу. Геланор не мог не отметить, с каким страхом старик косится на него, и не стал поворачиваться к нему лицом, чтобы не напугать ещё сильнее. — Замороженные яйца огневицы, — бормотал Слизнорт, поочерёдно выкладывая на стол ингредиенты. — Разморозить. Закопать на глубине нескольких сантиметров. Сверху положить листья горячительного дерева, отделив какой-нибудь щепочкой, чтобы избежать контакта. На лист капнуть гной бубонтюбера. Кто-то наступит — бабах! Одного-двоих точно поразит. Возьмите безоар, вдруг пригодится. Вот ещё несколько противоядий. О… концентрированный раствор для депиляции волос. В неразбавленном виде вызывает ожоги. Вылейте кому-нибудь на голову. Меня студентка попросила сварить — он не мой… И вот, что ещё может вам пригодиться. Морганино зелье. На некоторое время увеличивает магическую силу. Вообще-то его изобрела не Моргана, а один чародей шестнадцатого века… — Профессор! — оборвал его Люпин. — Сейчас не время для исторических экскурсов. — Ах да, простите… Так вот, стандартная доза — три глотка, действует три минуты, — он выложил на стол штук пять небольших флаконов. — К сожалению, зелье чрезвычайно токсично. Больше двух флаконов — в каждом по три глотка — категорически не рекомендуется. Больше трёх стандартных доз за раз — верная смерть, поэтому будьте осторожны. Противоядия нет. Геланор взял пузырьки и положил их в сумку. Люпин бережно собрал ингредиенты для взрывных ловушек. — Вы хотите покинуть школу, профессор? — спросил Ремус. — Мне должны позволить уйти… — пробормотал Слизнорт. — Я всего лишь рядовой зельевар. Тому-кого-нельзя-называть моя смерть ничего не даст. Я им не нужен… — Здесь безопаснее, — сказал Геланор, на всякий случай забирая и остальные предложенные профессором зелья. Тот не ответил. Они покинули кабинет зельевара, не попрощавшись, только Люпин поблагодарил Слизнорта, на что старик ответил напряжёнными кивками. Теперь предстояло установить ловушки — лишь бы времени на это хватило… Поднявшись на первый этаж, они заметили, что снаружи как-то потемнело: облака сгустились ещё больше, туман, сошедший с гор, приближался, обступая замок. — Дементоры близко… — выдохнул Люпин. — Надо спешить. — Мы сходим за нашими зельями, а вы найдите кого-то, кто поможет устанавливать ловушки. Втроём не успеем. — Хорошо. Люпин повернул к Большому залу, а Геланор взял Колина за руку и ускорил шаг. Они подошли к лестнице, которая как раз приняла нужное положение, будто помогая им не терять лишние минуты. — Значит, будем сражаться? — тихо спросил Криви. — Обороняться, — поправил Геланор. — В самую гущу не полезем, но в укреплении замка надо помочь. Я хочу достать ещё кое-что. То, что осталось от диадемы. — Зачем? — нахмурился Колин. — Может пригодиться. Они подошли к месту, где скрывалась за сплошной стеной Выручай-комната. С мыслью о помещении, в котором можно спрятать вещь, Геланор трижды прошёлся вдоль стены, и на ней появилась небольшая дверь. Внутри высились бесчисленные стеллажи и полки с разнообразными предметами, некоторые из которых, возможно, способны были помочь, но разглядывать их было уже некогда. Постаравшись припомнить, где находилась диадема, Геланор повёл Колина вперёд, затем свернул, надеясь, что не ошибается, обогнул высокий шкаф и наконец вышел к нужному месту. — Это что, настоящий скелет? — ужаснулся Колин. — Комната помогла кому-то спрятать труп?! — В этих стенах творилось много тёмных историй, — пробормотал Геланор, не сводя взгляда с диадемы, так и валяющейся на полу. Она оплавилась, но в ней всё ещё можно было безошибочно узнать прежние очертания. Колин присел на корточки и осторожно потрогал её пальцем. — Красивая… Была. Геланор поднял её и спрятал в сумку. — По легендам, она прибавляет мудрости. Но, думаю, это свойство теперь уничтожено вместе с крестражем. Теперь зайдём в наш кабинет. Вновь миновав пройденные повороты, но уже в обратном направлении, они добрались до выхода из помещения. В коридоре всё так же было пусто. Геланор, оглядевшись вокруг, приметил статую какой-то волшебницы, направил на неё палочку, переместил из ниши в стене на самое видное место, подошёл и надел диадему на её белую мраморную голову. — Зачем это? — не понял Колин. — Если Волан-де-Морт всё-таки проникнет в Хогвартс, то увидит, что крестраж уничтожен. Ему больше не будет нужды идти в Выручай-комнату, и те, кто в ней спрячется, окажутся в безопасности. Ради крестража он мог и взорвать стены, а так поймёт, что уже ничего не поделать. — Умно… Геланор вернулся и снова трижды прошёл вдоль стены, на этот раз представляя комнату, которую сам продумал до мельчайших деталей несколько лет назад. Вновь появилась дверь, на этот раз другой, хорошо знакомой формы. По привычке оглядевшись по сторонам, они вошли внутрь. — Как же я соскучился по ней… — вздохнул Колин, проводя рукой по ничуть не запылившемуся столу. — Тут всё как было… Вон твоя книга. А вон зелья. Крысорасчленяющее возьмём? Проверим на каком-нибудь особо мерзком Пожирателе. — Какой ты кровожадный, — усмехнулся Геланор. — Сейчас сложу всё необходимое. А ты загляни в тот ящик, кажется, у меня там лежала сумка поудобнее. — В этот? Ладно. Криви с готовностью кивнул и направился к указанному комоду. Геланор же не сделал ни шага к шкафу к зельями. Он тяжело вздохнул и направил волшебную палочку в спину Колина. — Петрификус Тоталус! Руки Колина приросли к туловищу, тело окаменело, и он упал бы на пол, но Геланор поспешно применил модифицированное Левитирующее заклинание и осторожно, стараясь не ударить ни о шкаф, ни о стол, переместил его на диван. Криви мог только беспомощно следить за ним глазами, не в силах не только пошевелиться, но даже издать какой-либо звук. Его зрачки расширились от ужаса. — Прости меня, — прошептал Геланор, склонившись над ним и нащупывая на его поясе футляр с палочкой. — Здесь до тебя никто не доберётся. Заклинание будет действовать десять-двенадцать часов, за это время я сожгу армию Волан-де-Морта ещё до того, как они подойдут к замку. Он заключил волшебную палочку Колина в магическую сферу, чтобы тот не мог ею воспользоваться и снять проклятие раньше положенного срока. — Я скажу Миртл, где тебя искать. Не бойся, дольше дня ты здесь не проведёшь. Знаю, в каком ты бешенстве, но это правда необходимо. Когда всё закончится, можешь меня избить. Можешь даже убить, я всё равно умру счастливым, зная, что спас тебя. Он наклонился к его лицу, поправил растрепавшиеся волосы, улыбнулся, изо всех стараясь, чтобы щемящее чувство, переполняющее сердце, никак не отразилось на лице, и поцеловал в губы. — Я вернусь. По щеке Колина скатилась слеза.