Лорд Наоборот

Им удалось миновать границу действия новых защитных чар раньше, чем опустился барьер. Полупрозрачный купол был ещё на расстоянии не менее четырёх метров от земли, когда Геланор и Колин пробежали под ним, но до полного ограждения территории оставалось от силы две-три минуты. Только у ближних ворот замка они остановились, чтобы перевести дыхание. Обессиленный Геланор, тяжело дыша, сел прямо на землю — по ощущением, он пробежал не расстояние от озера до замка, а как минимум половину Запретного Леса. — Пророчество… сбывается, — с трудом выговорил он. — Люпин не выберется оттуда живым… Колин беспомощно оглянулся, как будто надеялся, что бывший профессор каким-то чудом сумел их догнать. — Мы не знаем наверняка. — У него нет шансов. А у нас ещё есть… Кто тебя освободил? — Никто, — угрюмо ответил Криви. — Я смог снять чары невербально. Пойдём обратно — вернёшь мою палочку. — Ты что, бросился за мной без палочки?! — от ужаса вся усталость испарилась за долю секунды. — А ты бы не бросился? Геланор нервно провёл рукой по волосам. Из них выпал какой-то мелкий засохший листик, слегка царапнув по коже пальца. Какое-то время он смотрел на палец, потом перевёл взгляд на другой и снял кольцо. Следа от укола не было — слёзы феникса не только были противоядием, но и исцеляли раны. — Гел, в чём дело? — голос Колина снова начал дрожать от волнения. — Ни в чём. Идём в Выручай-комнату. Во дворе на расстоянии друг от друга виднелись одинокие фигуры преподавателей: Макгонагалл, Флитвик, Стебль, Вектор, все были здесь. Они стояли, высоко подняв палочки, из которых били лучи голубого света, давая барьеру, уже опустившемуся до самой земли, почти безмерные количества энергии. Но как бы сильны ни были эти волшебники, барьер не мог продержаться вечно. Особенно против такого колдуна, как Волан-де-Морт. У входа стояла группа людей. Геланор увидел почти всех членов не созданной в этой реальности Дамблдоровой Армии, не было только близнецов, которые не пришли на похороны и не оказались запертыми в ловушке. Гарри что-то объяснял товарищам, а те внимательно слушали, не вставляя ни слова и лишь кивая. Геланор предпочёл бы пройти через другой вход, чтобы не сталкиваться с этой компанией, но терять лишние пять минут было не только бессмысленно, но и рискованно. Пришлось идти прямо. — Вьен! — выкрикнул Симус, указывая на него пальцем. Поттер обернулся. — Геланор? А где Ремус? — Не успел, — коротко ответил тот. Гарри прикрыл глаза и вздохнул с горечью и почти старческой усталостью. Потом решительно распрямил плечи. — Сделаем так, чтобы это было не напрасно. Геланор не стал слушать дальше и прошёл мимо группы, ведя за собой Колина, который несколько раз удивлённо оглянулся на Поттера. Чтобы Гарри — да не ебал мозги в самый неподходящий момент? — Не смотри на него так, — вполголоса сказал Геланор. — И вообще держись подальше. Если будем слишком много возникать по поводу его действий — вряд ли выйдем отсюда живыми. Криви тихонько ахнул. — Зачем ему убивать нас? Мы же на одной стороне! — Пока на одной. Мы победим Волан-де-Морта, а дальше что? Светлой стороне нужен тёмный антипод, иначе все очень быстро заметят, что не такая уж она и светлая. Я не собираюсь становиться новым Тёмным Лордом, но наш старый добрый друг может решить иначе. — Да пошёл он! — вспылил Колин. — Пусть только попробует! — Сейчас у нас другая проблема, — пробормотал Геланор. Они поднялись на восьмой этаж. Лестницы, словно чувствуя, что важна каждая минута, не задерживали их, каждый раз вставая в нужное положение. Подойдя к участку, где располагалась Выручай-комната, Геланор трижды прошёлся вдоль стены — появилась дверь. Магическая сфера с так и заключённой в ней волшебной палочкой висела в воздухе над диваном. Одно касание — и она растаяла, палочка упала в подставленную ладонь Колина. — Я хотел, чтобы ты был в безопасности, — пробормотал Геланор. — Знаю, — ответил Криви. — Но я этого не хочу. Мы должны быть рядом. Если с тобой что-то случится — я не переживу. Что теперь будем делать? — У меня нет Оборотного. Мы можем остаться здесь и ждать, пока всё закончится. Колин с сомнением посмотрел на него. — Но тебе эта мысль не нравится. Почему? — Потому что если я буду что-то делать, у нас гораздо больше шансов победить. Для этого меня сюда и притащили. — Я больше не пущу тебя сражаться ни с Пожирателями, ни с дементорами, ни с кем бы то ни было! — воскликнул Криви. — Мы не будем сражаться. Можем помочь в укреплении школы, но если барьер падёт — спрячемся. В открытый бой ни за что не вступим. Колин кивнул. Потом отвернулся к шкафу с зельями и принялся внимательно рассматривать всё, что стояло на полках: фиолетовое, чуть переливающееся крысорасчленяющее в трёх гранёных флаконах, бесцветный Веритасерум, крововосстанавливающее пурпурно-алого цвета, что-то зелёное, назначения чего сам Геланор уже успел забыть. Блики от настенных факелов играли на хрустале, меняли цвет. Геланор не мог не вздохнуть. Криви так доверчиво повернулся к нему спиной после того, как он буквально час назад напал на него сзади. И мог бы сделать это снова, но на этот раз опоить чем-нибудь из своих многочисленных запасов. Может быть, и правда стоит?.. Колин повернулся к нему. Он сжимал в кулаке какой-то небольшой предмет. — Гел… Я… — на его щеках, до этого бледных, выступил румянец. — Это должно было быть не так… Не здесь, не в таких обстоятельствах… И оно уж точно не должно было быть трансфигурированным из воздуха… Он разжал кулак. На ладони лежало небольшое серебристое кольцо. Геланор молча смотрел, а мысли текли так медленно, будто в мозг вместо крови закачали литр самого густого вишнёвого сиропа. — Ты… делаешь мне предложение? — наконец выдавил он. Колин кивнул. Геланор подошёл к нему, сам не зная, как умудрился не споткнуться за эти четыре шага, потому что вместо ног чувствовалось нечто желеобразное, бережно взял кольцо и надел на палец. — Теперь у тебя три кольца, — нервно хихикнул Криви. — Одно, чтобы править эльфами, другое, чтобы править гномами, третье, чтобы править людьми… Господи, что я несу?.. — Кажется, там было немного не так. Надо перечитать. Колин тихо рассмеялся и обнял его, спрятав пылающее лицо на плече Геланора. Так они стояли несколько минут. Серебристое кольцо тускло поблёскивало, но почему-то отблески на нём казались Геланору ярче не только света факелов, но и самых мощных световых чар. — Мы ведь не сможем заключить брак официально, даже когда нам исполнится по семнадцать, — пробормотал он. — Закон не позволит. Ни маггловский, ни волшебный. Могут пройти годы, прежде чем однополые браки легализуют. — Ну и пусть. Какая разница, что там по закону? Главное — то, что мы сами чувствуем. — Я так сильно тебя люблю… — прошептал Геланор, крепче сжимая Колина в объятиях. — И я тебя… Хотелось бы стоять так если не вечность, то, по крайней мере, несколько часов, но времени было в обрез. За барьером уже, должно быть, собралась армия Волан-де-Морта. Геланор нехотя отстранился. — Давай договоримся. Если вдруг мы каким-то образом окажемся разделены, а Пожиратели пройдут за барьер, сразу же направимся сюда. Здесь и встретимся. Отступим сразу же. Не бросайся никого спасать. Даже если тебе кажется, что всё под контролем. Даже если это кто-то, кто тебе дорог. Просто помни, что если ты решишь рискнуть и погибнешь, ты обречёшь на смерть и меня. И я не стану рисковать и сразу же пойду сюда, как только появится первая трещина на барьере. Пообещай мне. — Хорошо, Гел. Обещаю. — Тогда пойдём. Наколдуем каких-нибудь ловушек.

***

На первом этаже замка царило оживление. Могло возникнуть впечатление, будто здесь находится целая толпа, но на самом деле весь шум создавался небольшой группой людей: их было всего несколько десятков. Геланор только вздохнул. Если барьер падёт, исход сражения будет предрешён. Макгонагалл шла вдоль стен вестибюля, поочерёдно касаясь палочкой статуй и доспехов. Те оживали, сперва медленно, словно с трудом осознавая происходящее, шевелили головами и руками, привыкая к способности двигаться, неуверенно сходили со своих постаментов и начинали совершать ритмичные движения: шаги, взмахи мечами, секирами, саблями, копьями, удары кулаками в невидимых противников. Где-то рядом раздалось шлёпанье множества босых ног, и через минуту в вестибюль вышли домовые эльфы, замотанные в полотенца с гербами Хогвартса. Макгонагалл повернулась к ним. — Эльфы Хогвартса счастливы отдать свои жизни за школу и её студентов! — отрапортовал стоящий впереди. — Пусть госпожа директор скажет, что нужно делать! Портреты взволнованно переговаривались, перебегали с холста на холст, что-то передавая по цепочке. Дождавшись, пока Макгонагалл отдаст пару распоряжений домовикам, Геланор подошёл к ней. — Профессор. — Мистер Вьен! — на её лице читалось сильное желание отчитать Геланора и, хотя женщина понимала, что сейчас не время для нотаций, всё-таки не удержалась. — Я полагала, безрассудство — недостаток студентов моего факультета! Не вздумайте выкинуть ещё один такой фокус! — Лучше бы поблагодарили за уничтожение дементоров, — огрызнулся тот. — Что мы можем сделать для защиты замка? Губы преподавательницы сжались, но она сдержала свой гнев. — Вынесите чучела из кабинета Защиты во двор и зачаруйте для боя. Против нас армия. Нам нужно подобие своей. — Если наша армия — статуи и чучела, нам конец, — проворчал Геланор, но послушно направился к лестнице. Колин поспешил за ним. Не успели они подняться на один пролёт, как позади послышался топот босых ног и частое дыхание. Их догоняла Дикси, сжимающая в руках небольшую сову, которая удивлёнными круглыми глазами смотрела перед собой, явно находясь в шоке от происходящего. К её лапке было привязано письмо, в которое испуганная птица вцепилась когтями. — Мистер Геланор! Мистер Колин! Птичка прилетела этим утром! Когда Дикси узнала, что мистер Геланор и мистер Колин в школе, то сразу же побежала за птичкой. Это письмо для вас! Геланор протянул руку, и сова разжала лапку, позволив отвязать помятый конверт. На нём сверкала необычная печать: синий клевер с силуэтами четырёх магических животных на лепестках, расположенный на красном фоне, пересечённом золотыми лентами с надписью «Школа Чародейства и Волшебства Ильверморни». — Да ладно?! — прошипел Геланор, разрывая конверт. В нём оказалось два письма и золотой листок с витыми и почти нечитаемыми буквами. «Уважаемый Геланор Вьен, После изучения ваших академических успехов и отметок за экзамены СОВ, а также принимая во внимание исключительные обстоятельства, мы решили предоставить вам место в Школе Чародейства и Волшебства Ильверморни и все необходимые принадлежности за счёт благотворительного фонда школы. К приглашению прилагается гарантийное письмо. Вы можете посетить любое официальное учреждение Магической Британии, занимающееся отправлением волшебников в другие страны, и прибыть в Америку порталом, волшебным кораблём или любым другим видом транспорта. Если вы желаете воспользоваться маггловским видом транспорта, направьте нам ответное письмо с просьбой о компенсации билетов. Ждём вас в нашей школе! Директор Школы Чародейства и Волшебства А. Б. В. Г. Дейдж» Геланор посмотрел на другой лист — это было письмо для Колина и точно таким же содержанием. — Охренеть, как вовремя! — рыкнул он. — Мы бы с удовольствием воспользовались гарантийным письмом, если бы не были заперты в осаждённой школе! Почему они не додумались отправить нам портал? — Порталы ведь срабатывают в определённое время, а они не знают, когда мы будем готовы, — пробормотал Криви. — Мистер Геланор покинет Хогвартс? — уши Дикси печально опустились. Тот не ответил. Домовушка потопталась на месте, потом развернулась и побежала вниз, чтобы присоединиться к остальным эльфам. — Пойдём, — сказал Геланор. — Нужно сделать всё, чтобы выжить. Они поднялись на третий этаж, где располагался кабинет Защиты от Тёмных Искусств. В углу стояли сундуки с чарами Незримого Расширения, набитые множеством качественных чучел, способных пережить массу разных атакующих заклинаний, быстро восстановиться после повреждений и бороться с противниками. Только вот их слабое место было очевидным: нейтрализующие заклинания, которые снимут наложенные чары, заставляющие их двигаться. Любой Пожиратель, если он не был конченным идиотом, мог довольно быстро обезвредить чучело. — Надо велеть им нападать группами, — инструктировал Геланор Колина, пока они вытаскивали чучела из сундуков. — Как минимум по пять штук на одного. Ещё приказать заслонять собой союзников, если они видят, что в кого-то из наших летит проклятие. Чучел было около тридцати. Достаточно для хорошего учебного боя, но слишком мало для настоящего. Один манекен был ничем против одного Пожирателя. Группой чучела ещё могли бы вывести из строя пару человек, но вряд ли продержались бы долго. На то, чтобы подправить чары, ушло примерно с четверть часа. Когда последний манекен был готов к бою, Геланор указал палочкой на дверь, и чучела строем двинулись к выходу. — Ну что, теперь мы… — Колин не договорил. Его прервал холодный, высокий голос, усиленный магией и проникающий во все уголки замка. — Сдавайтесь, — говорил Волан-де-Морт, и его было слышно так, как если бы он стоял рядом. — Хогвартс окружён. Я не стремлюсь проливать чистую кровь. Я глубоко уважаю школу и преподавателей, и в знак этого уважения я готов дать вам слово, что не убью никого, даже грязнокровок, при условии, что Хогвартс сдастся, и ни один человек или тварь не посмеет воспротивиться. Я даю вам пятнадцать минут, чтобы обдумать всё. Профессор Макгонагалл, обращаюсь к вам: подумайте о детях, за которых вы отвечаете. Если битва начнётся, мы не пощадим никого, кто встанет на нашем пути. Случайные смерти детей будут неизбежны, хотя мы и не желаем намеренно причинять им вред. Я надеюсь на вашу разумность. Помните: у вас всего пятнадцать минут. Геланор подошёл к окну. За сияющим барьером, который делал и без того плохую из-за тумана видимость ещё хуже, сложно было что-то разобрать, но он увидел несколько парящих в воздухе силуэтов — похоже, не все дементоры двигались со стороны озера, и небольшая часть избежала Адского Пламени. Чуть дальше от барьера стояли великаны. — Сколько их всего? — прошептал Криви. — Не знаю. Больше, чем нас. — Барьер выдержит? — Какое-то время. — А что потом? Они убьют всех. Захватят школу. Как мы выберемся, если всё будет под контролем Пожирателей? — Будет рискованно, но мы постараемся. Главное, не вступать в бой. Колин кивнул. — Пойдём, узнаем, что ещё можно сделать. Когда они спустились на первый этаж, защитники школы уже сгрудились вокруг Макгонагалл и Поттера. Здесь были и совершеннолетние студенты, и домовики, и даже Филч с миссис Норрис на руках, которая сверкала зелёными глазами. Гарри молчал, глядя на директора. — Что вы им скажете, профессор? — робко спросил Невилл. — Да простят меня присутствующие, но я процитирую слова некоторых не самых воспитанных учеников: пошёл он к чёрту! — ответила та, с достоинством подняв подбородок. Студенты бурно зааплодировали. Макгонагалл подняла руку, призывая к молчанию. — Тише! Радоваться будем, когда одержим победу. Сейчас мы должны готовиться к сражению. Их очень много. Нас меньше сотни, их больше двух сотен. На их стороне примерно дюжина великанов, столько же дементоров. Возможно есть кто-то ещё, кого мы не видим. — А на нашей стороне Гарри! — выкрикнул кто-то. Колин фыркнул. К счастью, этого никто не услышал, кроме Геланора. — Если барьер падёт, — проговорил Поттер, — нам придётся сражаться. Бороться с десятками, сотнями Пожирателей — это отрубать голову гидре. Нам нужно ударить в самое сердце. Волан-де-Морт серьёзно болен. Скорее всего, он всеми силами будет избегать боя, но нам нужно найти его. Убьём предводителя — остальные обратятся в бегство. Знаю, что каждый здесь готов отдать жизнь, но умоляю вас: постарайтесь выжить. Мы должны победить, и мы победим. И отпразднуем все вместе. Каждый, кто здесь стоит. — Какая проникновенная речь, — буркнул Геланор. — Наша первая линия защиты — барьер, — снова включилась Макгонагалл, когда смолк очередной взрыв аплодисментов. — Вторая — огнеопасная слизь. Мистер Финниган применил свои познания и помог нам организовать защитную полосу из слизи питомцев профессора Хагрида. Если враги прорвутся, мы подожжём её. Третья — мины, заложенные во дворе. Часть Пожирателей будет выведена из строя и, возможно, силы сравняются. Геланор поднял руку. Его не заметили, и пришлось привлечь внимание поистине амбриджским покашливанием. Половина присутствующих обернулась к нему, и он успел увидеть исказившееся от ненависти лицо Рона. Макгонагалл смотрела спокойно, но строго. — Да, мистер Вьен? — Я предлагаю привлечь всех желающих начиная с пятого курса. Тогда у нас будет гораздо больше шансов победить. — Исключено! — возмутилась преподавательница. — Несовершеннолетние не могут участвовать в битве! — Как и ожидалось, — тихо сказал Геланор, отводя Колина в сторонку. — Слушай, у меня такой план: когда треснет барьер, я отправлю Патронуса к ребятам, которые прячутся в подземельях, с призывом вступить в битву. Уверен, многие захотят сражаться, и у преподавателей уже не будет шанса отправить их обратно. Тогда, возможно, школу получится спасти. — Но тогда мы должны отвести Денниса в другое место, — таким же шёпотом ответил Колин. — Я же знаю этого придурка, он обязательно полезет драться и угодит под какое-нибудь проклятие. Спрячем его в Выручай-комнате. Пусть ждёт нас там. — Хорошо. Геланор отвёл его ещё дальше — за угол, чтобы скрыться от любопытных глаз, и негромко позвал: — Дикси! Домовушка тотчас появилась перед ними. — Да, мистер Геланор? — Приведи Денниса Криви на восьмой этаж. — Но мистер Геланор… — робко забормотала домовушка. — Господа студенты должны оставаться в безопасном месте! Это приказ директора! — Мы вернём его ещё до того, как враги начнут атаку, — пообещал Геланор с самым честным лицом. — Поверь, это необходимо для его безопасности. Я просто вручу ему одну важную вещь и сразу же верну обратно. Я дам тебе самую сильную клятву в мире, сильнее Непреложного Обета: клятву на мизинцах. — Дикси глупая и не знает, какие бывает клятвы! — виновато прижав уши к щекам, воскликнула домовушка. — Дикси верит мистеру Геланору и приведёт мистера Денниса на восьмой этаж! Она исчезла с хлопком. — Пойдём, — сказал Геланор, и они с Колином снова побежали к лестнице. За весь этот день они успели столько раз подняться и спуститься, что хватило бы на целую неделю. В каком-то маггловском журнале писали, что бег по лестнице — очень полезная штука, но Геланор в этом сомневался. Во-первых, этот вид бега отличался повышенной травматичностью, особенно если на лестницах были исчезающие ступеньки, во-вторых, утомлял так, что потом могло и не хватить энергии на что-то важное. Он никогда не был любителем физических нагрузок и пока справлялся на одном адреналине, но слабость, так до конца и не отпустившая после приключения у озера, могла резко напомнить о себе в самый неподходящий момент. — Давай помедленнее, — Колин остановил его, увидев, что быстрый подъём по лестнице даётся нелегко. — Силы тебе ещё пригодятся. Через несколько минут они добрались до восьмого этажа. Деннис уже ждал там, с любопытством разглядывая статую с расплавленной диадемой. — Что случилось? — бросился он к Колину, едва заметил их обоих. — Мы пойдём сражаться, да? — Нет, Деннис, — сказал тот. — У нас для тебя очень важное задание. Готов взять на себя ответственность? — Конечно! — подпрыгнул мальчишка. Геланор три раза прошёл вдоль стены, и на ней появилась дверь. За ней находился «кабинет», в который он так сильно не хотел пускать Денниса во время их обучения. Сколько было ловких побегов из железной хватки мелкого паразита! Как тщательно они петляли и заметали следы, чтобы тот не узнал, где он и Колин скрываются! А теперь он вынужден был впустить невероятно раздражающего кретина в пространство, которое считал своим. — Сиди здесь, — сказал Колин, усаживая брата на диван. — И наблюдай вот за этим. Он открыл ящик стола и достал небольшую карту, которой там раньше точно не было. Должно быть, попросил её у комнаты. — Видишь ворота? — Вижу! — Деннис ткнул в изображение ворот. — Когда они покраснеют, разбей этот шар, — Колин сунул ему совершенно бесполезную стекляшку. — Это очень важно. От тебя зависит сохранность школы. Ты спасёшь нас всех, если будешь внимательно наблюдать за картой и ни на что не отвлекаться. Не выходи даже на минуту. Смотри на карту, понял? — Понял! — с готовностью воскликнул Деннис. — Я не подведу! Убедившись, что мелкий проникся важностью задания, Колин кивнул на дверь. Геланор вышел первым. Криви закрыл за ними дверь, и она растаяла, растворилась в стене. — Слава богу, поверил, — вздохнул он. — Теперь будет сидеть спокойно и смотреть на карту, которая никогда не покраснеет. — Он точно отсталый. Когда всё закончится, надо настоятельно посоветовать твоим родителям сводить его к психиатру. Они ещё не успели спуститься обратно на первый этаж, когда вновь раздался голос, эхом раскатывающийся по всему замку, полный злости и ненависти. В нём не было ни отголоска того, что можно было бы назвать признаком человечности: ни сожаления, ни сочувствия к детям, которые оказались в ловушке. — Время истекло! Барьер до сих пор стоит, значит, вы выбрали смерть. В окне полыхнуло что-то красное: несколько десятков лучей ударили по защитному барьеру.

***

Тусклый свет окрашивал небо в кроваво-красные тона, хотя до заката было ещё далеко. Воздух над Хогвартсом дрожал от столкновения атакующей и защитной магии. Голубоватый купол барьера мерцал, как тончайшее стекло и казался совсем хрупким, но каждый удар заклятий оставлял на нём лишь мимолётные круги ряби, словно капля дождя на спокойной поверхности озера. Большая часть Пожирателей стояла на земле, направляя трескучие лучи, похожие на молнии, на защитную поверхность. Некоторые кружили на мётлах, осыпая барьер проклятиями. Их голоса, хоть и приглушённые расстоянием, доносились до замка. «Бомбарда!», «Редукто!», «Конфринго!» — заклятия вспыхивали в воздухе, оставляя после себя дымные шлейфы или снопы искр. Один особенно агрессивный волшебник в чёрной маске размахнулся и выкрикнул: — Авада Кедавра! Зелёный луч ударил в барьер — и купол дрогнул, по нему разошлись крупные волны, но поглотились, затухли. Волшебник издал вопль ярости. Пожиратели не останавливались. Раздался рёв, и одна из гигантских фигур, что стояли позади Пожирателей, двинулась вперёд. Великан был не менее семи метров ростом, пузатый, с зеленоватой кожей, покрытой шрамами. Его круглые, выпученные и немного косящие глаза сверкали ненавистью, а изо рта капала слюна, словно у бешеного пса. — Убить! — заорал он на ломаном английском и, размахнувшись, ударил кулаком по барьеру. Раздался звук, похожий на удар чего-то невероятно массивного о поверхность воды. Барьер вспыхнул ослепительно-белым светом, и великан взвыл от боли — его кожа на костяшках моментально обуглилась. Но он не остановился. — Ломать! Он нанёс второй удар. Затем третий. Его руки чернели всё сильнее, истлевшая плоть отслаивалась, осыпалась, обнажая обгоревшие кости. Запах горелого мяса, должно быть, распространился в воздухе, судя по тому, как начали принюхиваться остальные великаны. Гигант отпрянул, наконец осознав свою ошибку. Его руки дымились, плоть сгорела, а от кистей остались только обугленные кости. Великан зашатался, хрипя и потрясая тем, во что превратились огромные лапы. Он попытался сделать шаг назад, но его ноги подкосились. С глухим звуком он рухнул на землю. Массивное тело дёрнулось раз, другой, а затем замерло. Глаза, ещё секунду назад полные ярости, остекленели. Его окружили несколько сородичей, неловко топчась и толкая друг друга. Некоторое время они, казалось, не понимали, что делать с телом. Наконец один почесал макушку и выговорил: — Е-да? Великаны повертели головами, видимо, ожидая разрешения Волан-де-Морта или кого-то из командующих, но все были слишком заняты барьером, а предводитель и вовсе находился где-то в месте побезопаснее. Тогда главный великан рыкнул что-то на своём языке, первым наклонился, с силой рванул руку погибшего и вцепился в мясо зубами. — Пиздец… — севшим голосом выдавил Колин. Они с Геланором наблюдали за происходящим из окна первого этажа. — Барбекю, — флегматично заметил Геланор. Рядом раздался сдавленный вскрик: Невилл, стоявший у соседнего окна, попятился и вдруг согнулся, изо всех сил пытаясь подавить тошноту, но через секунду его всё же вырвало. Геланор вздохнул и наколдовал стакан воды. Невилл дрожащей рукой вытер рот, сделал несколько глотков, потом убрал лужу рвоты заклинанием и бессильно опустился на пол. — Они… чудовища… — чуть не плача, выдавил он. — Люди хуже, — отозвался Геланор. — Эти хотя бы надругались над уже умершим. Внезапно в рядах Пожирателей возникло волнение. Неужели Волан-де-Морт разъярился из-за того, что великаны решили устроить пикничок посреди осады? Геланор прищурился. Нет, там было что-то другое. Толпа Пожирателей будто пошла волнами: они подались назад, развернулись, десятки людей перебегали на другие места, глядя в противоположную от школы сторону. Что-то позади отвлекло их от барьера. — Кентавры! — воскликнул Колин. Через минуту их увидел и Геланор. Поначалу в тумане были видны только силуэты, но кто-то из Пожирателей применил какие-то мощные чары, и туманную пелену сдуло несколькими порывами сильного ветра. Из рассеявшегося марева выступили они — высокие, гордые, с мощными ногами и с луками наготове. Их гривы развевались от поднявшегося ветра. Впереди шёл черноволосый вожак, его борода, сплетённая в косички, хлестала по груди. Геланор узнал Бэйна. Вожак что-то выкрикнул. В ответ раздался рёв десятков кентавров. Они выстроились в линию и натянули тетивы. Сотни стрел взмыли над их головами, описывая дугу. Они сверкали в лучах заклинаний, и, несмотря на ветер, ни одна не отклонилась в сторону — наверное, это была особая магия кентавров. Кто-то из Пожирателей применил Щитовые чары, часть бросилась врассыпную, уклоняясь от града стрел, но не менее десяти человек упало с пронзённой грудью. — Убить этих тварей! — взревел кто-то из Пожирателей. Новые заклинания полетели в табун. Зелёная вспышка — и один из кентавров, молодой, с тёмно-каштановой гривой, рухнул, не издав даже вскрика. Его товарищ, стоявший рядом с ним, встал на дыбы, и в ту же секунду вызванным другим проклятием взрыв разметал землю под его копытами; кентавра отбросило, он упал на землю, судорожно дёргая ногами. Из разорванного живота лилась кровь. Бэйн прицелился в умирающего, и через мгновение тот затих. Стрела торчала из его горла. Невилл зажал рот ладонью и издал звук, похожий на стон. — Тебе не стоит на это смотреть, — озабоченно сказал Колин, обращаясь к нему. Но смотреть были вынуждены все. Иначе вовремя среагировать на прорыв барьера было бы невозможно. Бэйн яростно взвыл и, закинув лук на спину, сорвал с ремня копьё. Остальные кентавры последовали его примеру. Они ринулись в атаку. Их копыта выбивали из земли брызги грязи, а серебряные наконечники копий были направлены вперёд и немного вниз, чтобы пронзить грудь человека. Первый по отношению к ним ряд Пожирателей среагировал плохо: кто-то попытался применить Щитовые чары, кто-то бросился бежать, лишь пара человек выпустила в кентавров проклятия. Один кентавр упал, но другой пронзил врага копьём, поднял его в воздух и, яростно тряхнув головой, сбросил окровавленное тело под копыта сородичей. Третий налетел на того, кто пытался защититься при помощи Протего, повалил его и растоптал, несколько раз поднявшись на дыбы и опустив мощные копыта на голову Пожирателя. Кентавры кололи и топтали врагов, но силы были неравны. Прошло совсем немного времени, а около трети кентавров уже лежало на земле — кто с прожжённой насквозь грудью, кто с неестественно вывернутыми ногами. Бэйн вновь выхватил лук, что-то выкрикнул, кентавры развернулись, прикрывая отступление градом стрел, и скрылись в лесу так же стремительно, как и появились. Во время отступления заклятия настигли ещё двоих. Пожиратели, оглушённые внезапностью атаки, опомнились не сразу — среди них ещё царило смятение, и в барьер ударяли только редкие одиночные заклинания. — Они просто выиграли нам десять минут ценой стольких жизней… — прошептал Лонгботтом. — Думаю, они рассчитывали, что кто-то из замка бросится им на помощь и совместными силами удастся победить Пожирателей, — негромко сказал Геланор. — Однако не получили поддержки. Кентаврам незачем вступаться за нас и отдавать жизни. Но они понимают, что если Волан-де-Морт победит — им придётся хреново. — Значит, больше они не придут? — спросил Колин, не отрывая взгляда от толпы Пожирателей. — И помощи ждать неоткуда. Может быть, русалки сразятся на нашей стороне? — Это вряд ли… Геланор нахмурился. Может, он совершил ошибку, отравив озеро и оставив охранять канализацию только одного Люка? Вдруг русалки и правда могли бы остановить Пожирателей, если бы те сунулись в воду? Впрочем, Волан-де-Морт был бы полным идиотом, если бы не учёл то, что русалки могут воспротивиться. Наверняка у него был план. Позади раздался топот. — Профессор Макгонагалл! Обернувшись на крик, Геланор узнал в прибежавшей Лаванду Браун. Та поспешила к директору, тяжело дыша. — С той стороны замка человек тридцать, — сообщила она. — С ними несколько дементоров и оборотни. Сейчас не полнолуние, но они всё равно в звериных шкурах. Профессор Флитвик говорит, что барьер слабеет. Барьер и правда слабел: он изменил свой цвет с голубоватого на серый, теперь заклинания вызывали на нём куда более заметные волны. Казалось, что купол истончается — и, очевидно, так и было. — Оборотни… — нахмурилась Макгонагалл. — Это плохо. Наверное, на них использовали какое-то темномагическое заклинание. Есть немалая вероятность того, что их укус будет так же опасен, как и в полнолуние. — А что, если… — начал было Невилл, но осёкся и замолчал. — Говорите, Лонгботтом. — Я подумал, может, нам использовать что-то типа стрел… с волчегонным зельем? Чтобы их того… обратно? Макгонагалл покачала головой. — Волчегонное так просто не достать. В Хогвартсе его умел готовить только один человек. И, боюсь, сейчас он не на нашей стороне. Невилл удручённо вздохнул и перевёл загнанный взгляд на окно, в котором сверкали отблески заклинаний. — Думаете, профессор Снейп там?.. С ними?.. — Не называйте его профессором, — строго произнесла Макгонагалл. Её лицо сразу посуровело, несмотря на то, что сейчас её должны были заботить совсем другие вопросы. — Простите… — Надо же, как уверенно все вынесли приговор человеку, не имея ровным счётом никаких доказательств его вины, — проворчал Геланор, будто бы сам себе, но достаточно громко, чтобы его услышали. — Оказывается, если кто-то умирает на твоих руках, ты автоматически становишься убийцей. — Я не утверждаю, что Снейп убил профессора Дамблдора! — Макгонагалл повысила голос. — Но то, что он исчез после его смерти, говорит о многом. Сдаётся мне, он переметнулся на сторону своих старых приятелей, лишившись сильного покровителя. Их отвлёк громкий треск. Заклинание, похожее на молнию, ударило в барьер, рассыпая вокруг снопы искр. От ослепительно-белого изломанного луча, издающего низкий гул и треск, отходили ветви, тоже бьющие в барьер. Глядя на то, насколько это заклинание отличается по мощности от всех остальных, можно было не сомневаться, кто именно его применил. Область, куда било заклинание, покраснела, огромные волны расходились по барьеру, на котором в разных местах, словно гнойники, начали появляться красные и бордовые пятна. — Он сейчас треснет… — прошептала Макгонагалл. — Мисс Браун, бегите к Филиусу… Впрочем, он и так знает, что делать. Профессор Стебль, до этого момента в компании двух студентов разбрасывавшая по двору ядовитые тентакулы, уронила горшок прямо себе под ноги, отшвырнула защитные перчатки и кинулась ко входу. Макгонагалл встала у распахнутого окна и подняла палочку, но колдовать не спешила. — Чего вы ждёте? — больше раздражённо, чем взволнованно спросил Геланор. — Силы нужно прилагать симметрично. Барьер критически ослаблен. Если подпитывать его только с одной стороны, другая может треснуть ещё быстрее. Где-то вдалеке вспыхнул голубой луч — это Стебль, добежавшая до нужного места, применила заклинание. Через мгновение такой же луч вырвался из палочки Макгонагалл. Где-то в других концах замка должны были стоять Флитвик и ещё минимум один профессор, поддерживая купол с четырёх сторон. Алые пятна медленно бледнели, но не исчезали до конца. — Сколько ещё вы сможете его держать? Женщина не ответила. Её сосредоточенный взгляд был направлен на точку, где голубой луч вливался в толщу ослабленного барьера. Потом раздался какой-то гул. Геланор не сразу понял, что это и откуда оно доносилось. Сперва ему казалось, будто кричат в рядах Пожирателей, но вскоре осознал, что отдалённые голоса доносятся снизу. Из подземелий, где скрывались все оставшиеся студенты. Колин в испуге схватил его за руку. Взгляд Геланора сразу же метнулся к лестнице. Неужели Пожиратели всё-таки прорвались через канализацию? Но как это возможно, если защита ещё держится? Если враги уже здесь, надо срочно бежать в Выручай-комнату! Рука Макгонагалл схватила его за плечо. — Мистер Вьен. Подмените меня. — Что? — Поддерживайте барьер. Я должна спуститься и узнать, что происходит. Вы один из лучших студентов. Ваших с мистером Криви совместных сил должно быть достаточно… На мгновение её взгляд замер, вперившись в пустоту. Казалось, всё свое внимание она обратила в слух. Сенсорные чувства анимагов были острее, чем у обычных людей, а значит, профессор слышала что-то, чего не слышал Геланор. Макгонагалл с тревогой, почти что с паникой посмотрела на него. — Вьен. Вы с Поттером ведь убили василика на первом курсе. — Да, — осторожно ответил Геланор, предчувствуя что-то очень плохое. — Тогда откуда… Она не договорила — Геланор уже сам услышал вопль Филча. Через несколько секунд с лестницы, ведущей из подземелий, торпедой вылетела ошалевшая миссис Норрис, а за ней мчался оставивший свой пост завхоз, крича: — Василиск! Там огромный василиск! Топот сотен ног гремел на лестнице. Визг и крики насмерть перепуганных детей оглушали. Студенты вывалились в вестибюль, бросились в разные стороны, кто-то помчался вверх по лестницам, кто-то устремился к Большому залу. Одну из старост Пуффендуя, пытавшуюся остановить своих подопечных, сбили с ног, едва не затоптали, но каким-то чудом она смогла подняться, её сразу же понесло толпой, и она окончательно в ней затерялась. — Вьен, сейчас же встаньте на моё место, если не хотите, чтобы нам пришлось защищать замок своими телами, а не магией, — приказала Макгонагалл. — Вы знаете заклинание? Геланор поднял палочку. Его рука дрожала. Следует ли им немедленно бежать? Если Люк выполз из труб, это могло означать лишь одно: что-то его оттуда выгнало. Пожиратели? Если они с Колином спрячутся, возможно, спасут свои жизни. А возможно, подпишут смертный приговор и Хогвартсу, и себе, ведь даже в Выручай-комнате они не будут в полной безопасности. Да и сумеют ли добраться до восьмого этажа и попасть в Выручай-комнату в таких условиях? Надо было выяснить, что заставило Люка покинуть канализацию, но он не мог просто взять и кинуться в подземелья, не зная, не наткнётся ли на отряд Пожирателей. — Колин, повторяй за мной, — пробормотал он, направив палочку точно в то место, куда вливался луч Макгонагалл. — Фианто Дури. Репелло Инимикум. Протего Максима. Убедившись, что барьер не остался без подпитки, директор, больше не сказав ни слова, бросилась к ученикам. Раздался её усиленный магией голос, призывающий к спокойствию, но так быстро сладить с массовой паникой даже ей оказалось не под силу. Невилл встал за спиной Геланора, раскинув руки, чтобы уберечь его и Колина от случайных толчков, которые могли бы помешать чарам. — Что делать? — дрожащим голосом спросил Криви. — Разве нам не нужно спрятаться? — Я не знаю, что сейчас лучше! — почти в отчаянии прошептал Геланор. — Невилл, что видишь? — Кучу народа! — Пожирателей нет? — Вроде нет. Только наши. Когда из пола неожиданно вынырнула Миртл, Геланор едва не прервал заклинание. Луч дрогнул, сместился, и бледные красные пятна сразу же начали темнеть. — Что ты фигнёй здесь маешься?! — возмущённо взвыло привидение, ничуть не заботясь о том, что её услышат. — Иди и сделай что-нибудь, пока Люка не прикончили! — Почему он вышел?! — тоже не следя за громкостью голоса, вскричал Геланор. — Да потому что не ты один такой умный воду отравил! Не стой столбом, надо отбить Люка у этих идиотов! — Невилл, встань на моё место! — скомандовал Геланор. — Что?! — опешил тот. — Я не умею! — Нечего тут уметь, простое заклинание. — Ага, всего лишь высшая защитная магия, — поддержала Миртл, кокетливо склонив голову, будто за пару секунд Люк вылетел у неё из головы. — Верю в тебя и твои бицепсы, красавчик. Колин вцепился в рубашку Геланора свободной рукой. — Никуда ты не пойдёшь! Либо вместе, либо никак! — Да нет там Пожирателей, только малолетние идиоты! — взвизгнуло привидение, вновь вспомнив о насущном проблеме. — Не убьёт его там никто! А вот Люка могут! — Колин, я туда и обратно. Заклинание нельзя прерывать, иначе барьер рухнет. Пока он стоит, Пожиратели не проникнут даже через канализацию. Он — единственное, что сейчас защищает наши жизни. Ты должен остаться здесь. Клянусь тебе, я ни за что не вступлю в бой. Если увижу опасность, сразу же уйду. Криви смотрел на него беспомощным взглядом, полным отчаяния. — Клянусь, — повторил Геланор. — Ты понимаешь, что без Люка ваши шансы победить упадут раза в три? — прикрикнула на него Миртл. — Отпусти его! Она махнула кулаком, будто хотела ударить Колина по руке, но бесплотный кулак прошёл сквозь. Криви вздрогнул от прошившего его холода, однако хватку не разжал. — Колин, она права. Ты же знаешь, что я сделаю всё, чтобы мы оба выжили. Люк нам нужен! Он — наше основное преимущество перед Пожирателями! Колин молчал, но его пальцы разжались. Под его полным боли взглядом Геланор почувствовал себя предателем, но заставил себя опустить палочку и уступить место Невиллу, трясущемуся от страха. Лонгботтом едва ли что-то понимал в происходящем, но послушно направил палочку на небо, не задавая лишних вопросов. Геланор наклонился к уху Колина. — Помни: одна трещина — и ты сразу всё бросаешь и бежишь наверх. Я сделаю то же самое. Тот молча кивнул. — Давай уже! — рявкнула Миртл, и Геланор бросился за ней. Привидение с громким воем летело перед ним, расчищая дорогу: как бы ни были перепуганы ученики, от призрака, источающего потусторонний холод, они рефлекторно шарахались, а те, кто от страха плохо соображал, получали такой заряд бодрости от пролетевшей сквозь них Миртл, что сразу вспоминали про ноги, которые созданы не только для того, чтобы стоять. На лестницах подземелий народу уже почти не было. — Рассказывай! — велел Геланор. — Вода начала зеленеть, — сообщила Миртл. — Я увидела, что Люка клонит в сон и сразу поняла, что к чему. Пришлось вывести его. Но проход в туалет слишком крутой, поэтому я повела его через другую трубу. Выползли, сворачиваем — а там толпа! Ну и крику подняли! Как будто он их съест! Сюда! Она резко повернула и нырнула в стену. Геланор в бессильной злости только взмахнул руками ей вслед, но привидение тотчас же вылетело обратно. — Точно, забыла, что ты не умеешь. Тогда сюда! Впереди уже слышался шум: голоса, какой-то грохот и чей-то непрерывный вой. Вскоре Геланор разобрал шипение Люка, который обзывал кого-то двухлапыми облезлыми крысами. Что ж, он определённо был жив — а значит, положение пока не приняло катастрофический оборот. Ещё один поворот, потом другой — и Геланору открылась ужасающая своей нелепостью картина: пятеро старост жались к стенам, не отводя волшебных палочек от Люка, но так и не решаясь применить никакое заклинание. Василиск, загнанный в тупиковое ответвление коридора, яростно шипел, а на его нижнем левом клыке болтался и орал диким голосом Мидас Бартон, подцепленный за мантию. — Я сказала ему взять заложника, — гордо поведала Миртл. — Ну, чего встал? Разбирайся!