Лорд Наоборот

На траве блестели капли росы. От каждого шага Геланора они, словно маленькие прозрачные бисеринки, осыпались, исчезали, впитываясь в землю, в штанины и подол плаща. Серая шкурка крысы была усыпана ими, и мёртвое животное казалось похожим на какое-то пугающе-причудливое чучело, украшенное сумасшедшим таксидермистом, который изо всех сил пытался придать смерти красоту, дополнив её бриллиантами, но создал лишь большее уродство. Крыса привела к дереву и остановилась возле зарослей, из которых доносилось шуршание. В траве шевелилось, пытаясь выбраться, нечто засыпанное землёй, но это существо оплели корни, и оно могло лишь дёргаться в безуспешных попытках освободиться. Геланор склонился над ним. Это была собака. Тело ещё не сгнило окончательно, но шкура на черепе частично облезла, обнажив кости, жёлтые клыки и пустую глазницу. Геланор заклинанием перерезал корни, и собака поднялась, неуклюже расставляя лапы, будто не понимала, как ими пользоваться. Она не отряхнулась от комьев земли, не завиляла хвостом, а встала неподвижно, как статуя. С неё осыпалась налипшая грязь, почти неслышно падая на траву. Позади раздался шелест. Обернувшись, Геланор увидел белую кошку, которая, судя по виду, умерла совсем недавно. Похоже, на территории школы были похоронены только питомцы студентов — ни домовых эльфов, ни крупных и смертоносных подопечных Хагрида, способных стать новой линией защиты замка. Все они были за барьером. Впрочем, куполу оставалось уже недолго. Новая трещина, новый порыв ветра, прорвавшийся в неё — купол едва держался. Геланор обошёл замок по кругу, сам не зная, зачем это делает, если здесь нет никого, кто мог бы стать хоть сколько-нибудь полезным в бою. К нему подходили и подползали мёртвые животные — кошки, совы, крысы, мыши, змеи — и беззвучной процессией следовали за ним. Первая крыса бежала впереди, иногда бросаясь в сторону, если чуяла ещё одну тварь, что не могла освободиться самостоятельно. Геланор откопал похороненного в ящике кролика, высвободил из-под куста непонятную птицу, от которой остался только скелет и несколько перьев. Раздался гул — на барьере появилось ещё одно отверстие, и от него по алой поверхности во все стороны разбежались бесчисленные трещины. С каким-то странным звуком, похожим на стон, несколько осколков барьера растаяли в воздухе. Из горла Геланора вырвался хриплый смех. Барьер был прорван — а у его ног собралась поистине великая армия из дохлых грызунов, пары кошек и пса. Он не боялся. В голове как будто клубился чёрный туман, поглотивший все чувства, которые он должен был испытывать. Не было страха, раскаяния, не было жгучего ощущения надвигающейся беды, которое раньше вынуждало бросаться в какое-то безумие в попытках её предотвратить. Над образовавшимся в барьере прорывом возникла тёмная фигура — один из выживших дементоров. Геланор вскинул палочку. — Экспекто Патронум! Ничего. Из палочки не вырвалось ни искры. — Проклятие! — прошипел он. — Экспекто Патронум! Патронус не явился. Геланор с досадой выругался и, развернувшись, поспешно зашагал к замку. Животные двинулись было за ним, но он остановился, указал им направление палочкой, и те устремились к барьеру, готовые встретить Пожирателей. Земля гудела под ногами. Он почти физически ощущал, что магия распространяется где-то внизу, течёт, словно по венам, в каких-то незримых хаотических линиях, слышал нечто, похожее то ли на взрывы, то ли на мощные всплески. Он чувствовал своих воинов. Оглушительный рёв заставил его инстинктивно пригнуться. Купол рухнул. В одно мгновение тысячи трещин распространились по всей его поверхности, и он раскололся. Крупные осколки растворились в воздухе, не оставив после себя и дымки. На мгновение повисла тишина, а затем голос, усиленный магией, грянул: «В атаку!» Геланор бросился бежать. К счастью, до ближайшего входа была шагов десять, и уже через несколько секунд он захлопнул за собой дверь. Не дав себе времени отдышаться, он устремился к лестнице, чуть не столкнулся с кем-то, но даже на него не взглянул, и помчался наверх, чтобы лучше видеть происходящее снаружи. Нужно было сообщить Колину, где он находится. Остановившись, он достал другую палочку, снова попробовал вызвать Патронуса, но безуспешно. Ни серебристой струйки, ни даже блика. Геланор трансфигурировал из воздуха журавлика. Потом понял, что времени нет, и, швырнув бумажную птицу на пол, подбежал к окну. В глаза сразу бросились огромные фигуры великанов — они шли первыми. Волан-де-Морт словно предполагал, что на территории Хогвартса могут быть ловушки, поэтому отправил вперёд наименее уязвимых существ. — Одного ты не предусмотрел, — злорадно усмехнулся Геланор, направляя палочку кончиком вниз. — Нападайте. Сперва не происходило ничего неожиданного. Великаны шли, изрыгая какие-то обрывистые фразы на своём языке и угрожающе размахивая руками. Первый, очевидно, вожак, ударом ноги снёс ворота, и тут же в него полетело несколько красных лучей. Грохнул взрыв, под ногами великана взметнулось пламя, заставив его с рёвом отшатнуться. Одежда, сделанная из связанных друг с другом звериных шкур, вспыхнула. Великан горел заживо. Но его громкий отчаянный вой не смог заглушить грохот, донёсшийся из озера. Его гладь вспучилась, выплюнула что-то красное: это гигантский кальмар мощным рывком вытолкнул себя из глубины, взметнув тяжёлые волны. Озеро запузырилось, будто кипящее зелье. Кальмар дёрнулся вперёд, к берегу, всплеснув длинными толстыми щупальцами, которые с пугающей силой обрушились на воду, толкая его массивное тело. Побелевшие, подёрнутые мутной плёнкой глаза, казалось, ничего не видели. — Ктулху фтхагн, — пробормотал Геланор. До него донеслись вопли тех, кто не успел среагировать на появление подводного чудовища. Оно рухнуло на толпу всей своей тяжестью, раздавив не менее нескольких десятков человек. В него полетели заклинания, но ни одно из них не могло остановить глубинное создание. Кальмар вздымал щупальца вверх и, не чувствуя боли, опускал их с почти невозможной силой на людей, находившихся вокруг него. Зелёный луч смертельного проклятия ударил ему в глаз, но кальмар не остановился и на секунду. — Инфернал! — крики были слышны и в замке. — Это инфернал! В Хогвартсе тоже кричали. Никто не понимал, что происходит. Из озера выползали русалки, отталкиваясь хвостами и перебирая руками. Тритоны, никогда не высовывавшиеся из воды из-за быстро пересыхающей кожи, теперь, не боясь опасного воздействия воздуха, ползли по суше. Подводные жители двигались быстро, не щадя своих нежных тонких рук, наверняка распарывая кожу о камни и коряги, попадающиеся на пути. Они бросались на Пожирателей и, несмотря на сопротивление, им удалось повалить на землю тех, кто не смог вовремя отбежать от берега. Подводные жители взгрызались в человеческие шеи заострёнными и загнутыми, приспособленными для поедания рыбы зубами. Пожиратели отступали от озера, русалки ползли вперёд, а убитые люди поднимались и кидались на тех, с кем ещё минуту назад стояли бок о бок. Геланор отошёл от окна и огляделся вокруг. Коридор был пуст. Он должен был найти Колина, но какова вероятность, что Криви не бросился на его поиски? Как только купол рухнул, тот наверняка помчался туда, где, по его мнению, стоял Геланор, и увидел, что там никого нет. Где логичнее всего было бы искать? Пожалуй, на первом этаже — там собрались все защитники Хогвартса. Геланор побежал к лестнице. — Колин! — закричал он. — Колин, где ты? Миновав несколько пролётов, он мельком взглянул вбок и увидел Билли Аркор, прильнувшую к закрытому окну. Она, дрожа всем телом, выжидала, готовая распахнуть окно и ударить проклятием по тем, кто сумеет приблизиться к замку. Снизу доносился гвалт голосов — студенты, вставшие у окон, взволновано перекрикивались друг с другом. В воздухе, густой и насыщенный, как аромат сирени — и такой же приятный — чувствовался страх всех присутствующих, слившийся их множества тонов и оттенков в нечто цельное. Если бы не тревога за Колина, Геланор, пожалуй, мог бы ощутить эйфорию, но сейчас ему казалось, что к общему страху примешивается его собственный, отравляя всю эту тонкую гармонию, как яд — озеро. Перегнувшись через перила, он посмотрел вниз и заметил пепельные волосы Лавгуд. Рядом с ней стоял Лонгботтом, прижимая к себе цветочный горшок с ядовитой тентакулой, у которой была завязана пасть. Похоже, он собирался сорвать повязку, как чеку гранаты, и бросить горшок под ноги Пожирателей, едва те подойдут достаточно близко. Геланор поспешил вниз. — Невилл, Полумна! — окликнул он их. — Не видели Колина? — Нет, — отозвалась Лавгуд. — Здесь он точно не проходил. — Я думал, вы ушли! — Невилл растерянно смотрел на него. — Почему вы не вместе? И что с василиском? Его победили? И как… Он вдруг замолчал, резко побледнев и не отрывая взгляда от Геланора. В его глазах мелькнуло непонимание. Потом — ужас. — Что? — Геланор остановился, так и не сойдя с лестницы. Невилл не отвечал. Полумна тоже смотрела молча, но с какой-то грустью. Неужели они поняли, кто призвал инферналов? И главное — как он это сделал… Нет, это было невозможно. Никто из замка не мог заметить, что происходит в теплице. Геланор на всякий случай обернулся. За спиной никого не было. — Что? — повторил он. — Н-ничего… — пробормотал Невилл. — Вы можете отправить Патронуса Колину? — А ты сам?.. — Лонгботтом осёкся под суровым взглядом Геланора. — Я бы хотел, но… у меня же бестелесный, помнишь? — Я отправлю, — Полумна взмахнула палочкой, и перед ней соткался из тонкой серебристый дымки небольшой кролик. — Колин, Геланор с нами. Иди к доспехам Коротконогого Рыцаря… То есть туда, где они раньше стояли. Она посмотрела на опустевшую нишу и приказала Патронусу: — Найди Колина. Кролик ускакал, отталкиваясь от воздуха. Геланор посмотрел в окно. С первого этажа обзор был хуже, но огромные щупальца кальмара, поднимающиеся в стремительных взмахах, просматривались и отсюда. Почти не было видно армии мёртвых русалок и тритонов, однако по яростным крикам Пожирателей все должны были понять, что врагов атакуют озёрные жители. Поднялся, чуть пошатываясь, погибший от ожогов великан, чья плоть была содрана с костей его же сородичами, похожий на окровавленное ободранное чучело. Он молча повернулся и кинулся на вожака, сражавшегося с кальмаром. Раздался неистовый рёв. Невилл вцепился в подоконник побелевшими пальцами, не отводя взгляда от великана. — Я ничего не понимаю… — прошептал он. — Ничего… — Смотрите! — выкрикнула вдруг Полумна, указывая куда-то дальше по коридору. — Это Патронус Колина. Серебристая квокка приближалась к ним, оставляя за собой быстро тающие сверкающие следы. Подлетев ближе, она остановилась и, даже не двигая приоткрытым в улыбке ртом, закричала голосом Колина: — Я иду! Оставайся там. Только попробуй куда-то уйти! Геланор не сдержал вздох облегчения. Криви был в порядке, с ним ничего не случилось, и он вот-вот должен был появиться здесь. Геланор протянул руку к зверьку, чтобы коснуться его почти бесплотной мордочки, однако квокка шарахнулась в сторону. — Да что с тобой? — он сделал ещё одну попытку, но Патронус отлетел на несколько метров и остановился там, поглядывая на него, совсем как настоящее животное, испуганное приближением человека. — Не надо, — глухо произнёс Невилл. — Ты его… отталкиваешь. — Отталкиваю? — Геланор резко повернулся к Лонгботтому, и тот вздрогнув, прижался к стене и потупил взгляд. — То, что там происходит — это сделал ты? — тихим полушёпотом спросила Лавгуд. — Ты заставил их встать? Геланор промолчал. Невилл робко поднял подрагивающую руку, указывая на него. — Твои глаза… — Что мои глаза? Полумна взмахнула волшебной палочкой, и в воздухе перед ней появилось небольшое карманное зеркало, окаймлённое сложным узором. Геланор схватил его и поднёс к лицу. Из отражения на него смотрел Том Реддл. Радужная оболочка глаз изменила свой цвет: кроваво-красные прожилки неровными линиями расходились от зрачка, словно мазки акварели, окрашивая всё в оттенки красного — где-то гуще, где-то прозрачнее. Лицо стало бледнее, чем обычно, и, хоть и не походило на жуткую маску, отдавало чем-то неестественным, мёртвым. Геланор выронил зеркало. Криви не должен был увидеть его таким. — Я сейчас… Когда Колин придёт, скажите, что я жду в туалете, — пробормотал он, указывая в сторону мужского туалета, который находился шагах в двадцати-тридцати дальше по коридору, за лестницей. — И ни слова про… это. Он бросился туда, даже не подумав дождаться ответа и не слыша, сказали ли что-то Невилл и Полумна, захлопнул за собой дверь и подлетел к широкому зеркалу над умывальниками. Издевательски отчётливое отражение осталось тем же. Это был не обман зрения и не злая шутка — его глаза действительно стали красными. Он изменился. С ним произошло то же, что и с Реддлом — зайдя слишком далеко в тёмной магии, он приобрёл отпечаток содеянного на своём лице. Геланор поднял взгляд к потолку. — Это всё ты виноват, — прошипел он. — Ни ты, ни Дамблдор не оставили мне выбора. Тот, кто просит помощи, всегда её получает, да? Лицемерная развалина! Я просил у тебя помощи, но ты мне отказал! Всего-то и требовалось — открыть нам Выручай-комнату! Но нет, ты решил, что я обязан защитить тебя любой ценой! Так получай свою цену! Эти смерти не на моей совести! Он в гневе ударил кулаком по зеркалу. — И что теперь? Я больше не могу использовать светлую магию? Да и Мордред с ней! Если свет — это принесение себя и других в жертву, то я не хочу быть на светлой стороне! Пусть идёт к чёрту! Я лучше буду монстром, чем лицемером или слепцом! Старый замок ответил ему лишь тишиной. Геланор знал, что Хогвартс, давно ставший разумной сущностью, слышит его и может подать какой-то знак. Но замок молчал. Геланор тяжело дышал, дрожа всем телом. Ярость готова была вылиться во что-то разрушительное, но он усилием воли заставил себя подавить её. Колин вот-вот должен был появиться здесь и увидеть, во что он превратился… Этого нельзя было допустить. Он направил палочку на левый глаз и пробормотал заклинание окрашивания. Не сработало. Геланор попытался снова, но безуспешно. Он попробовал другие чары, но цвет глаз никак не хотел меняться. В коридоре раздался знакомый голос, и Геланор, уже отчаявшийся скрыть произошедшие с ним перемены, не придумал ничего лучше, чем трансфигурировать мыло в солнцезащитные очки. — Гел! — едва он надел их, Колин ворвался в помещение. — Где ты был?! — Прости, — пробормотал Геланор. Криви вцепился в отвороты его мантии и дёрнул на себя. — Как ты мог снова меня обмануть?! Ты опять ушёл! Он занёс руку, будто собирался дать пощёчину, но спустя мгновение сжал её в кулак и опустил. — Почему ты в очках? — Слишком яркое заклинание… Глаза болят. Колин ссутулился и прижался лбом к его плечу. — Что теперь делать? — спросил он дрожащим голосом. — Барьер пал. Они идут сюда. — Защищаться. Криви хотел что-то ответить, но не успел и рта раскрыть. Грянул взрыв. Зеркало раскололось, осколки с невыносимым звоном посыпались на пол, а из-под дверных щелей облаком взметнулась пыль. Кто-то закричал. Где-то хлопнуло, будто при трансгрессии, и прогремел новый вопль — Пожиратель наступил на мину. — Там же Невилл и Полумна! — ахнул Колин. Геланор схватил его за руку. За дверью загрохотало, в щели замелькали тени. — Авада… — Секо! — взвизгнула Полумна. Ей ответил полный боли рёв, Пожиратель, то ли споткнувшись, то ли ослабев, опёрся о дверь туалета и ввалился внутрь. Он был обезоружен, из глубоко порезанной руки хлестала кровь. Геланор резким движением вскинул свою палочку. — Авада Кедавра. Полыхнула зелёная вспышка, и голова Пожирателя безвольно поникла. Прошло не более трёх секунд, прежде чем убитый распахнул пустые глаза. Он встал и побрёл вперёд, в дымку поднятой взрывом пыли и растаял в ней, словно за потусторонней завесой. Колин крепко сжал руку Геланора. — Ч-что это было? Он же… Он же был… Геланор взмахнул палочкой, заставив пыль осесть. Напротив двери в туалет, там, где раньше было одно из окон, теперь зияла внушительная дыра, окаймлённая развороченными камнями, торчащими из стены, как разбитые зубы огромной пасти. Снаружи раздавались крики: Пожиратели, несущиеся к замку, попадались в ловушки, у их ног вспыхивала слизь, разрывались яйца огневицы и огнеопасные зелья. В отверстии Геланор увидел ядовитую тентакулу, которая впилась в чью-то дёргающуюся ногу. Оставаться здесь, возле дыры в стене, через которую скоро полезут новые Пожиратели, было слишком опасно. Геланор дёрнул Колина за руку. — На помощь! — прозвучал крик Полумны. Осторожно выглянув в коридор, Геланор увидел, что Лавгуд склонилась над лежащим на полу Невиллом, чью ногу придавило обломком стены. — Меня обезоружили! Палочка где-то там! — она указала на груду камней. — Я ничего не могу сделать! Её волосы были окровавлены, по щеке протянулась царапина, но серьёзных ран Геланор на ней не заметил. А вот с Невиллом всё было сложнее, судя по искажённому от боли лицу. Геланор уменьшил камень, придавивший ногу Лонгботтома. Зрелище открылось неприятное. — Заморозь всё, что ниже колена, иначе он истечёт кровью, — приказал он Полумне, поднимая с пола палочку убитого Пожирателя. — Используй пока это. Бросив ей палочку, он потянул Колина прочь. Нужно было как можно скорее убраться от опасного места. — Мы что, бросим их? — пролепетал Криви, оглядываясь назад, на Лавгуд, лихорадочно машущую чужой, непослушной палочкой, и стонущего от боли Лонгботтома. — Оставаться слишком рискованно. Они справятся. За окнами полыхали очаги пламени — полоса, созданная из слизи питомцев Хагрида, горела. Пожиратели сражались с выбежавшими из замка студентами. Геланор заметил Симуса Финнигана, который бросился на крупного мужчину с лицом, покрытым бесчисленными уродливыми шрамами. Симус ударил Обезоруживающим, от которого его противник увернулся, использовал Ступефай, но в ответ ему полетело встречное проклятие, сбившее его с ног. Пожиратель поднял палочку для последнего удара, но тут на него набросился другой человек в чёрной мантии, схватил за подбородок рукой, на которой была видна татуировка в виде змеи, выползающей из черепа, и впился зубами в его горло. Симус заорал, отползая назад. Сверху, из окон, в двух Пожирателей полетели заклинания, но ни одно из них уже не могло причинить им вред. Оба мужчины поднялись и пошли навстречу своим бывшим соратникам, не обращая внимания ни на окрики, ни на сверкающие вокруг вспышки. Геланор едва не налетел на внезапно выскочившую из-за угла Джинни. — Вьен! Ты куда, Мордред побери, делся? — Там разрушена стена, — не ответив на вопрос, сообщил Геланор. — Сообщи Макгонагалл или Гарри. Или кому-нибудь. — Хорошо! Будьте осторожны, — отозвалась Джинни и помчалась обратно, чтобы найти кого-то из старших. Геланор потащил Колина, который хотел было что-то ещё сказать подруге, к лестнице. — Поднимемся наверх. Там безопаснее. — Может, попытаемся ещё раз пройти в Выручай-комнату? Вдруг Деннис уже понял, что должен впустить нас? Геланор вздрогнул. По спине пробежали мурашки. Он шёл рядом с Колином, будто ничего не случилось, будто мёртвое тело Денниса, трансфигурированное в камень, не лежало в его кармане… — Пойдём, — глухо проговорил он. — Попробуем. Позади громыхнул ещё один взрыв. Стекла из окон с оглушительным треском и звоном раскололись. Четверо Пожирателей один за другим спрыгнули на пол, засыпанный осколками. Один тотчас ударил заклинанием выбежавшего с поднятой палочкой Кея Миллера, и того отшвырнуло, с пугающей силой ударило о стену. — Ступефай! — вскричал Колин. Пожиратель сумел защититься с помощью Протего, но тут в него полетел зелёный луч, выпущенный Геланором. Если бы не соратник, дёрнувший его в сторону, Пожиратель упал бы замертво, а через секунду поднялся бы, став новым инферналом. С левой стороны коридора уже бежала подмога, и Пожиратели вынуждены были сражаться на два фронта. Колин без труда отбил проклятие, посланное в него, а Геланор направил обе палочки на врагов. — Бомбарда! Он не стал применять усиленное заклинание, опасаясь задеть кого-то из союзников, которые были неподалёку. Пожирателей отбросило взрывом. Один кое-как успел защититься, другой ударился головой о каменный подоконник и мешком упал на пол. Двое других со стонами и руганью встали на ноги, шатаясь и держась друг за друга. Им даже хватило силы применить Щитовые чары, чтобы укрыться от атакующих заклинаний. Но встал и второй, размозживший голову о камень. Он медленно повернулся к товарищам и вдруг, сорвавшись с места, бросился на них с нечеловеческой скоростью, повалил обоих. Слышались только хрипы и сдавленные стоны. — Мордред! — взвыл единственный оставшийся в строю. Он повернулся к инферналу, хотел было проклясть, но тут ему в спину влетели два луча. Пожиратель упал лицом вниз. Геланор увидел сестёр Патил, которые только что обезвредили одного врага, а теперь с ужасом смотрели на троих, поднявшихся на ноги. Обе вскинули палочки, но мёртвые Пожиратели, даже не взглянув на них, неуклюже выбрались наружу через окно. — Гел, что происходит? — прошептал Колин. — Пойдём, — повторил Геланор. Что он должен будет ему ответить? Что убил его брата? Что принёс в жертву семерых школьников, чтобы рунический круг сработал? Он незаметно достал один из маленьких округлых камешков и уронил его на ступеньку. Камешек с едва слышным звуком отскочил и укатился куда-то вниз. Через несколько часов чары с него сойдут, он вновь превратится в тело одного из убитых ребят, но никто не догадается, что на самом деле произошло. Храбрый и безрассудный ребёнок сбежал, решив вступить в битву, и погиб от Убивающего проклятия. Что может быть проще? Разве сумеет кто-то установить истинную причину его смерти? Земля задрожала. Совсем близко, за окнами, прозвучал гортанный рёв. Огромный великан подбежал к замку и мощными ударами массивных кулаков разнёс окна второго этажа. Наверху закричали. — Чёрт, нам туда не подняться! — прошипел Геланор. — Надо пробежать снизу, к другой лестнице. Но и на первом этаже было чрезвычайно опасно. Геланор остановился, совсем не уверенный в том, не совершит ли ошибку, если попробует пройти дальше по коридору. Возможно, эти несколько секунд промедления спасли ему и Колину жизни, потому что через мгновение то ли ударом, то ли взрывом снесло часть стены как раз напротив лестницы. Они оба применили Щитовые чары, укрывшись от летящих обломков. Великан наклонился, заглядывая в образовавшуюся дыру, а потом вдруг просунул внутрь окровавленную руку. — Бежим! Колин бросился наверх, Геланор отставал лишь на шаг, но этого хватило, чтобы он споткнулся на предпоследней ступеньке, когда лестница затряслась от удара. Ступеньки куда-то накренились, он попытался за что-то ухватиться, но его повлекло вниз, в непроглядные клубы пыли. Геланор успел направить палочку на пол и применить Амортизирующие чары. — Гел! — не своим голосом вскричал Колин. — Гел, ты жив? — Всё в порядке! Беги к следующей лестнице, встретимся там! Великан, наполовину пролезший в замок, нанёс новый удар, обрушив ещё один лестничный пролёт. Геланор укрылся магическим щитом от падающих осколков. — Ко мне, — прошипел он, опустив кончик палочки под прямым углом, едва сверху перестало сыпаться. Великан заметил его и начал неловко разворачиваться, собираясь ударить своим исполинским кулаком. Геланор бросился прочь, но прямо перед ним из окна вдруг вырвалась струя пламени, и он едва успел отпрянуть. Однако с великаном сладить было сложнее, чем с чарами, поэтому он взмахом палочки заставил огонь расступиться и кинулся в образовавшийся проход. Обжигающий жар не был невыносим, и созданного прохода, хоть и узкого, хватило для того, чтобы пробежать, не получив повреждений. Но навстречу ему вышли два Пожирателя. — Авада Кедавра! — Авада Кедавра! Геланор увернулся. Пожиратель тоже. Второй рассёк воздух палочкой, как кнутом, и сильнейший порыв ветра оттеснил Геланор к выбитому окну, от которого осталась лишь пустая арка. Первый вновь послал Убивающее, и Геланору ничего не оставалось, кроме как выпрыгнуть наружу. — Бомбарда Максима! — взревел второй. Геланор поднял перед собой тройной щит, но его всё равно отбросило взрывной волной на несколько шагов дальше. Повезло, что рядом не оказалось ни одной мины. Похоже, все они уже исполнили своё предназначение, и больше здесь не оставалось никаких ловушек. Большая их часть, видимо, воспламенилась под ногой великана. Стопа неловко вытянутой ноги была изранена, однако на силу и агрессивность великана это никак не повлияло. Геланор вытянул перед собой обе палочки и послал усиленное Взрывное в ответ. Под осыпающимися камнями он не увидел, успели Пожиратели защититься или нет. Он торопливо оглянулся по сторонам. Вокруг шло сражение. Он увидел Макгонагалл, бившуюся одновременно с тремя противниками, заметил Молли и Артура, вставших спина к спине, Сириуса… Взгляд Геланора задержался на Блэке, который стоял, опустив палочку, и смотрел будто бы куда-то вдаль, не замечая разверзшегося перед ним ада. Его плечи дрожали, ладони были сжаты в кулаки. Он тяжело дышал, словно только что выбежал сюда, чтобы встать вот так посреди поля битвы, дожидаясь… Изумрудный сияющий луч ударил его в спину, озарив всё вокруг короткой вспышкой. Сириус упал. Несколько секунд он не двигался, потом поднялся и направился к Геланору, глядя перед собой опустевшим безжизненным взглядом. На берегу озера полыхал огонь. Пожиратели наконец сообразили, чем можно победить инферналов. Больше не было видно щупальцев гигантского кальмара, панические крики уже не доносились с той стороны. Армия мёртвых русалок была уничтожена, кальмар догорал в огромном костре, а оставшиеся инферналы шли на зов Геланора, к замку. — Это он! — закричал кто-то, то ли свой, то ли чужой. — Он ими управляет! — Защищайте меня! — велел Геланор. Не менее дюжины инферналов окружили его, заслонив своими телами. Геланор сделал широкий взмах и создал водяное кольцо вокруг их небольшой группы, чтобы никто не мог напугать инферналов огнём. Но их было мало. Дюжина здесь, рядом, ещё около двух десятков сражалось. Почти все оборотни, которые были так глупы, что не знали, чего боятся инферналы, оказались побеждены и тоже поднялись, мёртвые и послушные. Но армия мертвецов проигрывала армии живых. — Гел! — донёсся до него голос Колина. — Уходи оттуда! Криви стоял у окна второго этажа, в ужасе глядя на него. Геланор бросил взгляд на вход в замок, до которого было довольно далеко. А бежать к окнам рядом с пробитой в стене дырой, в которой застрял великан — слишком опасно. Нужно было собрать всех инферналов здесь, выстроить из них новую линию защиты, но их осталось мало. Нужно было больше мертвецов. И больше времени. Геланор поднёс палочку к губам и применил чары, усиливающие голос. — Люк! — позвал он на парселтанге. — Немедленно выходи. Убивай всех врагов. Старайся не трогать наших. Но помни, приоритет — уничтожение Пожирателей. Кто-то метнул красный луч заклинания, но оно ударило одного из инферналов, не причинив ему никакого вреда. Мертвец зарычал. Оставшиеся в строю инферналы постепенно стягивались к Геланору, окружая его, заслоняя от проклятий. Среди них были и погибшие Пожиратели, и те, кто сражался против них. В одном из подошедших трупов Геланор с трудом узнал Лаванду Браун. Её лицо и тело были изуродованы страшными ранами от когтей оборотня, но и сам оборотень, широкоплечий мужчина с окроваленными руками, стоял рядом, неподвижный и безмолвный. — Ремус! Ремус! — завопил кто-то. Обернувшись на крик, Геланор увидел Тонкс, которая, прикончив своего соперника отчаянным ударом, бросилась к потрёпанной фигуре, приближающейся к ним. — Ремус, ты жив! Она пыталась схватить его за руки, повернуть его голову к себе, заглянуть в глаза. Но Люпин ничего не видел. Он упорно шёл к кругу инферналов, не слыша Тонкс, умоляющей взглянуть на неё, не отзывался на просьбы что-то сказать, и оставался равнодушным, холодным — как труп, которым он и был. Геланор на мгновение прикрыл глаза. Он не хотел на это смотреть. Но выбора не было. Засунув руку в карман, он выбросил на землю ещё два камешка — ещё два трупа, которые потом найдут на поле битвы и посчитают случайными жертвами. — Огонь! — взревел высокий голос, который разносили по окрестностям замка усиливающие чары. — Используйте огонь, чтобы инферналы не добрались до Хогвартса! Уничтожайте их поодиночке! — Чёрт… — прошипел Геланор. Пока инферналы были рядом, он мог защитить их от огня или мог приказать броситься в пламя, если потребуется, но с увеличением расстояния связь слабела, и инферналы должны были хуже подчиняться приказам. Полыхнуло пламя. Справа, слева… Струи змеились, соединялись друг с другом. Пожиратели пытались создать круг огня, через который не прошёл бы никто — ни живой, ни мёртвый. Геланор крепче сжал обе свои палочки. Неужели он проиграет им?.. Но вдруг его сердце радостно подскочило. Он сорвал очки и прищурился, чтобы лучше видеть появившуюся вдали, за растущей стеной огня фигуру в белом. — Мерлин… — восхищённо прошептал он. — Я и забыл, что у меня в рукаве такой козырь… Белые шёлковые одежды и седая борода идущего человека развевались на горячем ветру. К замку приближался Альбус Дамблдор.