Они были нужны друг другу

— Что случилось? — Драко не поднимает голову на вошедшего отца. — Драко? — Уйди, пожалуйста. — Ты плачешь? — Люциус садится на корточки рядом со скрывающим лицо сыном. — Нет. — Дрожащий голос младшего не может обмануть Малфоя-старшего. — Посмотри на меня. — Уйди. — Драко еле сдерживает в голосе злость и посильнее сжимает в руке бутылку виски. — Смотри на меня. — Уйди! — Драко поднимает голову и со злостью смотрит полными слез глазами на родителя. — Что случилось? — Ты еще спрашиваешь?! — Юноша вскидывает руки, и из бутылки выплескивается её содержимое. — Конечно спрашиваю, я не могу читать мысли. — Ты видишь, что убиваешь меня?! — Объясни. — Уйди. Я прошу тебя, уйди. — Драко, я хочу тебя услышать, пожалуйста, поделись со мной. — Люциус опускается на пол рядом с сыном. — Я делился, а теперь прошу оставить меня одного. — Драко делает большой глоток виски и снова опускает голову, скрывая лицо за свисающими прядями волос. — Ты не понимаешь, чего просишь. — Люциус обнимает сына за плечи, подсаживаясь ближе к нему. — Не трогай! — Драко порывается встать на ноги, но уже выпитый алкоголь не позволяет ему этого сделать, и юноша падает назад, ударяясь затылком о стену. — Драко… — Люциус тоже опускает голову, его волосы стеной спадают по бокам от его лица. — Я не могу, понимаешь? — Понимаю, и поэтому больше не прошу. — Нет, не понимаешь. Я и отказаться от тебя не могу. — Я знаю и поэтому сделал это за тебя. — Драко делает очередной жадный глоток виски, а Люциус испуганно поворачивает к нему лицо. — Только не говори, что не ждал этого или что тебе так не проще. — Не проще. — Мужчина грустно усмехается. — Уходи и не усложняй. — Ты меня выгоняешь? — Люциус пристально смотрит на сына, ловя его взгляд. — Я… — Драко замолкает и Люциус прижимает его к себе. — Отпусти меня. — Тихо просит юноша, но вопреки словам не пытается отстраниться и даже обвивает руками отца в ответ. — Ты не представляешь, как мне страшно. — Люциус касается губами волос Драко. — Неужели это из-за меня ты так убиваешься? — Люциус проводит ладонью по щеке Драко, будто проверяя настоящий ли он, и запускает пальцы в его волосы, несильно сжимая. — Не из-за тебя, а по тебе. — Мужчина чувствует через рубашку, как в его спину впиваются холодные пальцы сына, теснее прижимая к себе. — Я не достоин ни единого волоска на твоей голове, не говоря уже о слезах. Как же сильно ты умеешь любить. — Произнёс Люциус не то восхищенно, не то разочарованно и снова поцеловал волосы наследника. — Это больно. — Я не хочу, чтобы ты страдал. — Мне не нужна жалость, просто уйди. Сейчас. — Драко хочет отстраниться и Люциус берёт его лицо в свои ладони. — Жалость? Ты думаешь, это жалость? — Мужчина усмехается и грустно улыбается. — Это может быть безрассудство, ганохизм, распущенность, абсурд, скабрезность, но не жалость, Дракон. Неужели ты не видишь, что во мне бушуют те же жажда, желание и нетерпение, нежность, обожание и эрос? Ты пошел в мать, такой же смелый и безрассудный, а мне страшно, Драко. Как же ты не видишь, что я просто боюсь, боюсь своих чувств, боюсь не справиться и захлебнуться в них, боюсь, потому что никогда даже не думал, что можно любить так сильно, до дрожи в коленях и банальных бабочек в животе. Драко, я не… — Ты правда сказал это сейчас? — Перебил отца юноша, неверяще глядя тому в глаза. — Драко… — Люциус отстраняется, отпуская сына, и снова приваливается к стене и смотрит куда-то в потолок. — Как бы пафосно это сейчас не прозвучало, но ты мой воздух и солнце, ты единственное, что заставляет меня жить и даёт для этого силы. Моё сердце давно стало бы чернее самой темной, безлунной ночи, если бы не хранило каждый твой взгляд, слово и жест. Если когда-нибудь оно перестанет биться только ради тебя и для тебя, то значит я уже буду мертв к этому моменту. — Нет, не это. — Драко устало вздыхает. — Я хочу услышать не это. Я всю жизнь мечтаю услышать от тебя всего три простых слова. — Наступает тишина. Люциус молча смотрит в пол, и его лицо меняется вслед за эмоциями, на нём отражаются недоумение, волнение, нежность и наконец решительность. Мужчина довольно резко меняет позу, оказываясь на коленях, лицом к лицу с Драко, и прислоняется своим лбом к его. — Я люблю тебя, Драко. — Выдыхает Люциус, а Драко обвивает руками шею отца и припадает своими воспаленными к его прохладным, упругим губам. Драко дрожал, когда Люциус положил руки на его талию, теснее прижимая к себе. И это не из-за выпитого алкоголя или курения. Просто отец наконец-то сказал «люблю» со страстью и обожанием, хрупко и чувственно, без обыкновенной сдержанности, деликатности и заботы. Он сказал «люблю» желанному мужчине, а не сыну, и ради этого определенно стоило ждать и мучаться столько времени. А сейчас весь мир вокруг просто перестал существовать, сузившись до одного единственного человека и его сухих жестких губ на почти таких же собственных. Малфои целовались самозабвенно, горячо, упоенно, трепетно и жадно. Их руки будто жили отдельной жизнью, скользя по чужой коже, согревая и дразня, наслаждаясь её близостью и гладкостью. Голова кружилась, счастье опьяняло, окрыляло, накрывало волной, и обоим стало понятно, что больше им от него не убежать, да и сами они бы никому и ни за что его не отдали. — Здесь холодно. — Хриплым голосом замечает Люциус, целуя шею наследника и ещё теснее, хотя казалось больше некуда, прижимая его к себе, после того как Драко, переполняемый эмоциями, сладко стонет ему в рот. — Пойдём в кровать. — Драко на секунду замирает и поднимает изумленный взгляд на родителя. — Просто в кровать, уже довольно поздно. — Простодушно усмехается мужчина и поднимается на ноги, протягивая юноше ладонь. — Ты действительно хочешь остаться со мной сегодня и проснуться завтра? — Драко встает, приняв помощь отца, и вновь оказывается в его жарких объятиях. — Нет, это ты останешься со мной сегодня и завтра, и каждый день после. — Шепчет Люциус на ухо Драко, в очередной раз посылая по его телу дрожь. — Пойдём. — Он отстраняется и, держа ладонь сына в своей, мягко тянет его за собой. — Куда? — Драко не двигается с места и совершенно расстерянно смотрит на родителя. — Ко мне. Куда? У меня нет желания оставаться в этой… помойке. — На лице мужчины появляется презрительная гримаса, а Драко недоуменно оглядывает свою комнату, после чего начинает смеяться. Люциус завороженно слушает его звонкий смех, смотрит на по-настоящему счастливое лицо, в уголках глаз которого выступили слезы, и не может отвести взгляд. — Что? — Весело спрашивает юноша немного отсмеявшись, а Люциус вместо ответа берёт его лицо в ладони и целует. Чувственно. Горячо. Глубоко. Отчаянно. У Драко перехватывает дух, колени подгибаются, и он лишь жалко пытается сжать в руках рубашку отца, чтобы сильнее чувствовать жар его тела и не упасть. Не разрывая поцелуй, Люциус подхватывает сына под колени, и через мгновение они уже оказываются в его спальне. Мужчина аккуратно опускает свою ношу на постель, и юноша разрывает поцелуй, перекатываясь на другую сторону. — Чур, я сплю справа! — Весело заявляет он, но тут же меняется в лице, резко садится и склоняется к полу. — Чёрт, Драко! — Выдохнул Люциус и облегченно, и раздраженно одновременно, когда Драко поборол приступ тошноты и откинулся на постель. — Дай что-нибудь, а? — Жалобно просит юноша, когда отец и так уже рылся в верхнем ящике комода в поисках нужного зелья. — По заднице бы тебе надавать, как следует, а не вот это вот. — Люциус хмуро смотрит на сына, опрокидывающего в себя зелье. — Давай чуть позже, когда оно подействует. — Люциус опускается на постель, и Драко сворачивается клубочком, подвинувшись поближе к нему. — Обещай, что бросишь эту дрянь. — Люциус скидывает туфли и полностью забирается на кровать, обнимая сына и уже привычно запуская ему в волосы пальцы. — Угу… — Люциус чувствует и слышит, как Драко зевает, и не может сдержать широкой счастливой улыбки. — Полегчало? — Драко не отвечает, а только тянет к своей груди руку отца, обнимая её, и Люциус укладывается удобней, переплетая их ноги и подкладывая вторую руку под голову Драко. Лежать в полной тишине и слушать его дыхание — это невероятно. Да просто находиться так близко к этому телу, доверчиво заснувшему в его объятьях, — уже невероятно! _________________________________________ Драко открывает глаза и томно потягивается, чувствуя потрясающую ясность мыслей и легкость тела, а не тот туман, в котором он пробыл последние несколько дней. Отца рядом не было (и как ему постоянно удаётся уйти, не разбудив его?!), зато в ванной шумела вода, значит не сбежал, как обычно. Юноша встает напротив зеркала и несколько секунд задумчиво рассматривает своё отражение, водя кончиками пальцев по гладкой поверхности зеркального столика. Всё ощущается совершенно не так, как раньше, когда он находился тут один и в тайне. Место, где Драко сейчас находился, и события, происходящие накануне, представлялись ему некой поразительной ирреальностью. Ему не верилось, что этот человек, эта комната, что всегда казались совершенно другим миром, теперь и его мир тоже, что он его важная часть. — Всегда было интересно, что ты делаешь в моей комнате. — Неожиданно раздавшийся за спиной голос, заставляет Драко вздрогнуть и уже на лету поймать выпавший из рук флакон. — Новый одеколон? — Драко поворачивается к отцу с тем же несчастным пузырьком в руках. — Не помню, чтобы ты им раньше пользовался. — Пару дней назад купил. — Люциус из последних сил старается сдержать улыбку, глядя на смущенно отводящего от него взгляд сына. — Горький миндаль тебе идет больше, этот слишком приторный. — Выкинуть их? — Не знаю. — Драко пожимает плечами. — Тебе ведь не нравятся? — Люциус делает шаг вперед, беря руки юноши в свои. — Нет? — Жалко пискнул Драко, когда отец поцеловал его у ушка в основание челюсти. — Нет? — Весело передразнивает наследника мужчина, отстраняясь. — Нет, не нравятся. — Прочистив горло, четко повторяет Драко, а Люциус всё-таки начинает смеяться. — Эй! Сам смущает, а потом еще и смеется. — Драко обиженно надувает губы и скрещивает руки на груди. — Сложно удержаться от этого, когда вижу, как на твоих щечках появляется румянец. — Не прекращая улыбаться, Люциус поддается вперёд и прихватывает зубами нижнюю губу сына, чуть оттягивая её. — Ты же не откажешь мне в удовольствии видеть твоё смущение? — Если ты прекратишь кусаться? — Вот черт! Да что с ним сегодня не так?! От близости отца по коже бегают мурашки, колени подгибаются, голос пропадает, и вместо твердого ответа выходит сдавленный писк. Позор! Какой позор! Но приятно.! Люциус почти невесомо касается кончиками пальцев шеи наследника, проводит языком по его нижней губе, зализывая место укуса, и скользит дальше в приоткрытый рот юноши. Как и вчера Драко мог лишь жалко впиваться пальцами в плечи отца, в то время как руки последнего, казалось, были повсюду, оглаживая лопатки, очерчивая скулы, сжимая и оттягивая волосы, скользя по бокам и бедрам. Драко не может сдержать тихий стон, когда руки Люциуса сжимаются на его талии, и пытается ещё теснее прижаться к родителю, но тот его отстраняет, хоть руки и не убирает. — Куда ты всё время торопишься? — Глаза мужчины озорно сверкают, когда он склоняет голову на бок, весело глядя на юношу. — Я… Мне то есть… — О, Мерлин! Да что ж это такое?! — Нужно принять душ? — Пальцы Люциуса скользят вниз, за пояс брюк Драко, и тот просто перестает дышать. Мужчина резким движением притягивает юношу к себе и наклоняется к его уху. — Выдыхай. — По-прежнему сдержанно говорит Люциус, но тут же начинает смеяться. Драко смотрит на искрящиеся весельем глаза родителя, слушает его немного хриплый смех и понимает, что никогда не видел его таким… игривым? — Прости, милый, не знаю, что со мной сегодня. — Люциус обнимает сына и целует его в макушку. — Не только с тобой. — Бурчит себе под нос Драко, заставляя отца вновь улыбнуться. — Я заметил. — Усмехается он и чуть подталкивает юношу вперёд. — Топай. — Куда? — В душ, куда?! — Весело отзывается Люциус, бросив взгляд на заметно выпирающий бугорок на брюках сына, заставляя того сильнее покраснеть и закрыть глаза. — Это норма, милый, это норма. — Снова шепчет мужчина на ухо юноше, прижимаясь пахом к его бедру, позволяя почувствовать своё возбуждение, и отстраняется. — Иди уже. — По-доброму усмехается Люциус и сам направляется в гардеробную.