_Dance till you're mad_

Чонгук впервые за долгое время почувствовал лёгкость. Часть ненависти, которую он уже два года подряд испытывал к бывшей главной модели, испарилась. Стало значительно легче. Но это был не главный сюрприз, радоваться было рано. После ухода из модельного агентства сначала Чимина, затем Сокджина, а после и Тэхёна, Намджун сорвался с катушек. Он озверел в прямом смысле этого слова. Постоянно кричал по поводу и без, увольнял многих. Люди попадали под сокращение выборочно, эта игра была похожа на "Русскую рулетку". Чонгук остался, на своё удивление. Более того, Ким назначил его новой главной моделью. Чонгук был счастлив, в каком-то смысле. Он давно мечтал об этой должности. Только что-то подсказывало ему, что даже место "лучшего из лучших" не подтверждает его совершенства. Останутся люди, которым он не будет нравиться. Намджун. Он выбрал его не за талант, а потому что не из кого больше было выбирать. Надо сказать, что Чонгук подлизывался к директору. Он хотел ему нравиться, потому что до этого парень замечал некоторую неприязнь к собственной персоне с его стороны. Это было жёстко. Чон же пытался убедить себя все время, что это не его вина. Кажется, парень успокаивался со временем. Он участвовал в показах, его лицо сияло на обложках лучших модных журналов, модные дома заваливали его контрактами, но вдруг парень, ощутив столько сильного давления, почувствовал, что не заслуживает... Постоянно голос внутри говорил, что Чонгук не достаточно хорош для этой должности. Где-то на фотографиях он получался слишком толстым, слишком глупо улыбался, слишком плохо выглядел. И так все время. Два пальца в рот после каждого приёма пищи. Пачка сигарет в день, потому что есть хочется неимоверно. Чувство неполноценности, одиночества, чего-то странного. Чон скучал по Тэхёну, потому что тот был его единственной поддержкой в Сеуле в свое время. Но сейчас парень не брал трубку. А Чонгуку так нужно было, чтобы он взял её. После очередного такого приступа, когда модель, засунув два пальца в рот, избавляется от еды и чувствует себя опустошенным не только физически, но и эмоционально, парень сидит на асфальте, поджав колени к груди и курит. Выдыхает боль медленно, судорожно всхлипывая. Пар держит в лёгких подольше, выкуривая уже пятую сигарету подряд. Трясущимися руками звонит Тэхёну, но тот ему не отвечает. Он резко кидает телефон, разбивая об асфальт, руками закрывая лицо. Слезы непрекращающиеся, а всхлипы громкие, на всю улицу. Сердце - вдребезги от одиночества и пустоты. На примерке костюмы с него спадывают. Кости и ребра выпирают страшно. Парень ненавидит себя, куря даже сейчас. Две девушки смотрят на него с жалостью, одна замазывает синяки под его глазами очень плотным тональным кремом. Вторая помогает одеться. В одной руке тлеет сигарета. В другой бутылка крепкого алкоголя, он жадно впивается в неё своими губами. Намджун, наверное, заметил бы, если бы сам не вёл точно такой же образ жизни. Он сам четыре из пяти рабочих дней приходит в дрова, шатаясь и крича на всех, кто попадётся ему под руку. Скоро показ, директор сидит в первом ряду, ожидая своих моделей. Чонгук позволяет поправить свою причёску, а после его буквально подводят за руки к подиуму. Когда музыка играет, парень морщится. Он все свои силы берет в кулак, чтобы пройтись по светящейся дорожке. Улыбается едва-едва, уголки губ так напряжены, что трясутся, готовые рухнуть обратно. Встав в позу и постояв так какое-то время, а затем вернувшись обратно, парень, тупо, падает на своих ногах. Он пьяный в дрызг, а учитывая то, что он ничего не ест, так вообще. Модели выходят дальше, выступая. Им его, возможно, жалко самую малость. Они видят, что тот скоро сломается. Но расстроены ли они этим фактом? Нет, потому что только спят и видят, как бы занять чужое место. Чонгук же в своём пьяном угаре снова звонит и звонит старому приятелю. Родителям звонить даже пытаться не надо. Они уже по голосу его поймут, что все херово, как бы он ни пытался это скрывать. Ким же хоть как-то, но помог бы ему. Раньше всегда помогал. Чонгук бухает по-страшному, не просыхая. Намджун уже тоже не выдерживает и отчитывает как пятилетнего ребёнка. Чон кивает, говоря этим, что все понял, а затем по углам, прямо на показах, пьет дальше. Идёт по подиуму, пошатываясь, возвращается и пьёт снова. И белочка приходит рано или поздно ко всем. К кому-то раньше, к кому-то позже. Здесь же, такое ощущение, она всегда была и просто ждала своего официального появления перед всеми. Чонгук смотрит на фото Чимина в кабинете, раздвигая ноги. В одной его руке бутылка, а в другой собственный член. Парень толкается в руку безэмоционально и стонет так же, без большой инициативы. Животные инстинкты, ничего не поделаешь. Чону ведь все равно, что в обычной жизни он бы до этого не додумался, только в пьяном угаре. И тут за углом появляется Намджун, слыша и видя, естественно, все абсолютно в ярчайших красках. — Ясно, — произносит он, Чонгук резко поворачивается в его сторону. Выглядит модель напугано, оно и понятно. — Я... — пытается оправдаться Чонгук, но его перебивают. — Уволен. Я устал Чонгук, честно. Ты все время бухаешь. Посмотри, на кого ты стал похож. Чон поджимает губу, проглатывая обиду. — Собирай вещи прямо сейчас, — дверь хлопает. Модель делает большой глоток своего крепкого и начинает собираться. Складывает фото, некоторые украшения, что остались лежать здесь, кое-какую косметику и дорогой чай, который они иногда пили с Тэхёном на совместных посиделках. Уже выйдя в коридор, парень выглядит так разбито и грустно. Он пошатывается из стороны в сторону, врезаясь в стены, а потом слышит строгое: — Ты куда это собрался? Чон поднимает взгляд и видит директора. — Чонгук? Я жду ответа. — Вы же сами меня выгнали. — Когда? — шокированно спрашивает мужчина. — Только что. Вы зашли и сказали, что я уволен и ещё чтоб вещи собирал свои. Намджун хмурится, доставая сигарету с зажигалкой и закуривая прямо в помещении. Он не может понять, шутит ли Чонгук сейчас. — Если бы я сказал это, — Ким выпускает дым изо рта, — я бы помнил. — Но Вы сказали... — Чон тоже хмурится, — Или нет? — Нет. Я только что пришёл сюда, когда бы я успел? — Пиздец... — произносит младший, подходя и забирая сигарету прямо изо рта директора, а после закуривает. — Может, тебе домой? — Нормально, — Чон медленно выпускает дым из себя.