КРИВИЦКИЙ - ПАВЛОВА: ВСКРЫТИЕ ПОКАЖЕТ

Глава 9. Доморощенный детектив       После очередной бессонной ночи к утру у Геннадия начала сформировываться новая версия прогулов Карташова. Но, и как обещал, он ничего не сказал об этом Ирине. Ни звука. Про себя он порадовался, что может проверить свои подозрения во второй половине дня, визит жены к врачу был запланирован на утро. А сейчас он постарается быть максимально внимательным и чутким по отношению к ней.       Приняв душ, и приготовив завтрак до звонка будильника, он сидел на кухне и мучил диссертацию, чтобы усыпить бдительность жены. Ирина встала после сигнала будильника, крайне удивившись, что муж уже сидит при полном параде и по кухне витают запахи фриттаты, ее любимого итальянского омлета, который Гена готовил, когда хотел ее побаловать. Блюдо было слишком сытным и калорийным. - Доброе утро! – Кривицкий почувствовал взгляд жены и оторвался от ноута. - Доброе! – она подошла к нему и обняла за плечи, - запахи изумительные, но зря расстарался. - Почему? – изумился Гена. - Эх, ты, горе-врач, - она взъерошила его волосы, - и чему ты своих студентов только учишь?! - Хирургии учу, чему же еще? – нахмурился он, стараясь пригладить волосы. - Мы куда идём? К терапевту! А если он скажет сразу анализы сдать? Как я их сдавать буду после твоего завтрака? – задала она резонный вопрос. - Ой, Иришка прости, что-то я сглупил, - он повернулся к жене на вертящемся стуле и сказал, - аппетит тебе раздраконил. Тогда я тоже завтракать не буду. — Вот еще чего удумал! Он не будет! Вчера толком не ел, сегодня отказываешься. Кривицкий, даже если ты худеть удумал, так не пойдёт. Понял! – она постаралась быть серьезной, но озорные глаза выдали ее. Ирина подошла к сковороде с омлетом, приоткрыла крышку: «Выглядит восхитительно. С грибами?» - Всё как ты любишь, - подтвердил муж. - Давай, завтракай без меня, я в душ, - она вновь взъерошила, только что приглаженные мужем, волосы.

***

      Лабиринты клиники, приём терапевта, бесконечные анализы, дополнительная диагностика на всё это у Кривицких ушло почти полдня.       Выйдя из клиники Гена, предложил пообедать в ближайшем кафе, понимая, что жена смертельно хочет есть. Но Ира наотрез отказалась от его предложения: «Меня дома ждет кулинарный шедевр, а я буду по кафешкам сидеть! Даже не предлагай!»       Кривицкий усмехнулся, его старания не пропадут даром и есть шанс уйти из дома после ленча под предлогом того, что нужно съездить в институт. Разговаривая с женой, он думал о том, с чего начнёт слежку за Карташовым. Именно это пришло ему в голову бессонной ночью.       Дома он сделал всё, чтобы беспрепятственно улизнуть от жены. Приятные мелочи усыпили бдительность Ирины. Обед, милая болтовня, подсунутый новый сериал, и плед, которым он укрыл супругу, расположившуюся на диване.       Ира понимала, что ответственный пост мужа требует его присутствия на рабочем месте и не стала возражать против того, что ему нужно в институт. Ведь он ради нее отменил лекции, но работу декана никто делать за него не будет, а по сему ничего не поделаешь, придется побыть одной вместе с Котом.       Но путь Геннадия лежал к дому Карташова, а не в институт. Сразу после звонка старосте группы Сергея, он выяснил, что он опять прогулял лекции. - Черт! – ругнулся он, отбросив сотовый на приборную панель и заводя машину. Он понимал, что не сможет пасти Карташова до утра, но нужно было с чего-то начинать.       Он подъехал к его дому и постарался встать так, чтобы приметная «Ауди» не бросалась в глаза. Сидеть в машине в ожидании появления подопечного было тоскливо и муторно. Геннадий порадовался, что прихватил ноутбук, и многострадальная диссертация вновь увидела своего создателя хотя бы при таких обстоятельствах.       Студент появился около своего дома около десяти часов вечера. Он шел один, втянув голову в плечи, держа руки в карманах пуховика. При нем не было ни рюкзака, ни сумки. Через какое-то время в окнах его квартиры зажегся свет, но через минут двадцать свет погас.       Геннадий напрягся, ожидая, что Сергей выйдет из подъезда. Но прошло достаточно времени, чтобы он спустился со своего шестого этажа, а Карташов так и не появился. Кривицкому ничего не оставалось, как завести машину и мчаться домой. Потому что Ирина уже оборвала телефон, разыскивая мужа.

***

      Гена спал беспокойно. Метался по подушке, стонал, сжимая одеяло и скрипя зубами. Ира проснулась от его стонов. Не успела она его разбудить, как он, вскрикнув, резко проснулся и тяжело дыша, подкинулся на кровати. Сердце бешено колотилось. Капли крупного пота покрывали его лоб, волосы были влажными, насквозь промокшая майка прилипла к телу. - Ген, что-то приснилось? – с тревогой спросила жена. - Да. Напугал? Извини. Нужно было давно тебе сказать, - он прижал ладони к лицу и вытер пот, капли которого продолжали скатываться по вискам, - лет двенадцать ничего подобного не было. Думал уже не повторится. - Что война? – предположила Ира то, что сразу пришло на ум. - Взрыв в операционной, - подтвердил он, стягивая с себя мокрую майку, - один и тот же сон. Сначала мучился почти каждую ночь. После реабилитации стало легче. Он повторялся, но всё реже и реже. - Водички принести? – предложила Ира, вставая с постели. - Нет, спасибо, я сам, - он тоже встал с постели, - майка вся мокрая. - В душ сходи, - посоветовала супруга, - я пока постель сменю. Подушка тоже вся мокрая.       Взяв смену белья, он поплелся в душ. Сердце постепенно успокаивалось, дыхание выровнялось, но сам сон не отпускал.       После душа он нырнул под теплое одеяло. Ира тут же прижалась к нему. - Сильно напугал? – прижав ее к своей груди, тихо спросил он. - Очень, - честно призналась она, прислушиваясь к его сердцу. Оно билось ровно и его биение начало успокаивать Ирину. - Прости, - он поцеловал ее волосы. - Ты не виноват. Только что делать будем? – с тревогой в голосе спросила она, - что если все это будет повторяться? - Столько лет не повторялся, - заметил он и предложил, - давай пока отпустим ситуацию, и посмотрим. - Не понимаю, Ген, как ты со всем этим живёшь? – спросила она, недоумевая. - Как видишь, живу, - усмехнувшись, ответил он. - С ума же сойти можно, - в этот момент ей было безумно жалко мужа, но чем ему помочь она не знала. - Но не сошёл же, - констатировал он неоспоримый факт. — Вот я и удивляюсь, как не сошёл? – жалость заполняла каждую клетку ее сознания. Ей хотелось обнять мужа, говорить ему какие-то слова утешения, сделать для него что-то особенное, несмотря на глубокую ночь. Но он отказался даже от предложенной воды и всем видом показывал, что ей нужно успокоиться и забыть. Что этот ночной кошмар лишь отголосок прошлого и не имеет ничего общего с ним сегодняшним. - Я предупреждал тебя, что я еще тот подарочек, - отшутился Гена. - Я не думала, что до такой степени. Сюрприз просто! - улыбнулась она и ей стало немного легче от того, что она услышала его шутку. - Иди, ко мне девочка моя, - он крепче прижал её к себе и поцеловал макушку, - успокоилась? - Да. Сам как? – поинтересовалась Ира. - Все хорошо, я в норме, - успокоил ее Геннадий и продолжая поглаживать ее спину, почувствовал, что тело жены расслабляется и она засыпает.       А он, лежа в постели и прижимая жену к своей груди, не собирался расстраивать её, потому что знал, что этот сон повторяется только тогда, когда в его жизнь должны вползти какие-то неприятности. Впервые сон повторился, когда у него начались проблемы с сердцем. Затем сон пришел перед гибелью Анатолия, что привело к большим проблемам для Ирины. И вот опять. Сон повторился. И самое кошмарное было то, что в этом сне он видел своего студента, Сергея Карташова. Значит всё действительно плохо, и он не просто накручивает себя уже который день.       Сегодня он вновь продолжит следить за ним. Другого выхода нет. Нужно только придумать убедительную версию его исчезновения из дома для Ирины, чтобы не было лишних вопросов, и она не волновалась. Может взять в компаньоны Фаину? Она точно не подведет и Ирине ничего не скажет, прикроет его. Решено, завтра позвонит Фаине. Она поймёт и поддержит.       Опять придется изворачиваться и врать жене, а этого ох, как не хочется. В итоге Егорова же всё равно узнает и потом опять скандал. Но сказать сейчас ей про сон, про то, что, кажется, он понял, что происходит с Карташовым, он не мог. Ведь он ей пообещал ни слова о работе и студентах.