Обитель снов.

❈•≫───≪•◦ ❈ ◦•≫───≪•❈

Дрим бежит навстречу, навстречу жизни и смерти. Рискованной игры, что всегда так сильно его будоражила. Игры, заставляющей кровь активнее циркулировать в жилах, а сердце биться сильнее, адреналин — сразу же подниматься, а зрачки — подозрительно расширяться. Может быть Дрим и считал это для себя тяжелым, нелегально-хорошим наркотиком, но удержаться не мог. Хаотичные, неординарные действия сводились в непостоянную жизнь, которая в любом случае складывалась в сложно продуманный пазл. Да, конечно, все шло так, как он и предполагал, но, всегда есть чертового но. Не то, чтобы Томми сильно что-то портил, но он всегда вставлял свои три копейки, выводя первоначальные планы из привычной калии. Панз передал Карлу, что Томми подслушал разговор этих ублюдков, и мальчишка не был бы собой, если бы просто не сбежал. Масочнику уже стало казаться, что это его естественная защитная реакция. И сейчас ему приходилось торопиться. Он должен успеть вовремя, чтобы не сломать хотя бы незапланированный План Б, который он приберег «на всякий случай» — как опытный и мудрый тактик, коим он и являлся. Он также надеялся, что все пройдет гладко, но Дрим не был бы самим собой, если бы не перестраховался. Зеленый прибывает на место точно ко времени. Незер встречает жаром лавы и буро-красной пылью, однако запах гари Дрима совсем не смущает — он совсем привык. Повышенная температура и неприятный запах стали уже родными, так как масочнику часто приходилось скрываться в аду — можно сказать, он тут «свой». В этот раз масоник прошелся по тем местам, где они с Сапнапом и Джорджем раньше играли в «Человеческу Охоту», и это все пробивало на скромную ностальгию: бурчащая магматическая жидкость стрелялась маленькими горящими окурками — один из них больно впился в перебинтованный участок тела. Боль в руке не заставила себя ждать, кусаясь и шипя. Дрим даже внимания на нее не обращает, лишь смотрит на приближающийся силуэт. Сапнап сразу же узнаёт знакомую фигуру. Знакомую улыбчивую керамическую маску, знакомую незеритовую броню — тоже с улыбкой. Он чувствует запах засохшей крови и лесной свежести одновременно и боится не сдержать все свои противоречивые чувства при себе. Они рвутся наружу, разрывая грудную клетку и сердце впридачу. Они хотят накричать, убить, разорвать свою цель на куски — Сапнап лишь сжимает одну руку в кулак. Второй он без лишних слов протягивает записку. Дрим быстро выхватывает немощный клочок бумаги, скидывая маску и пробегается глазами. Сапнап хочет растоптать его глаза, чтобы тот корчился от боли, а после спрашивать: почему? Почему? Почему он? Почему они все? И за что ему такая боль? Дрим дочитывает записку, кидая ее на адскую породу. Он собирается уйти, и Сапнап не сдерживается. — Какого, блять, хера? — кареглазый кричит что есть мочи. Больно настолько, что слёзы сами проступили на глазах. Руки чешутся на костяшках и хочется идти в бой. — Позже, Сап, — Сапнап теряется, плюет, пытаясь сдержаться. Но не может. Он срывается с места. — Да как ты смеешь, ублюдок? Ты мне другом был, — Сапнап бьет мечом и Дрим с обидной легкостью уворачивается от рубящего удара. Младшего поглощает боль и чувство несправедливости. — Я любил тебя, Клэй! — Ты не имеешь права его так называть, Сапнап. Джордж появляется из ниоткуда. Он гордо стоит рядом с Дримом, огораживая его от разъяренного друга. Сверкающий в полутени незеритовый меч ярко блестит и переливается различными зачарованиями — они явно высокого уровня. — Ты ненавидишь Дрима, а Клей здесь не причём. — Что ты несёшь? — Сапнап чуть не роняет оружие, высоко подняв брови в полуневерии. Джордж с Дримом заодно? — Опусти оружие, — приказывает Джордж. Он смотрит уверенно, два слегка разноцветных глаза пылают горечью и ослиной упрямостью. — Твою мать, — смеется Сапнап. Глаза его расширяются, а рука сама плывет вверх, проходясь по просмоленным прядям, — Ты ему ВСЕ ЕЩЁ, блять, веришь? Ты совсем с катушек съехал, Гоги? У Джорджа кривится лицо — слышать свое прозвище после всего случившегося непривычно. Уже даже не смешно. — Опусти оружие, — повторяет дальтоник. — Нахуй вы мне сдались, блядская голубая парочка, — Сапнап убирает меч в ножны и разворачивается, собираясь уходить, — Я убью тебя Дрим, своими собственными руками, — напоследок брюнет улыбается своим фирменным оскалом, однако в глазах и сильно сжатых руках видна уверенность в собственных словах. Это заставляет Джорджа лишь упрямей сжать губы, Дрима — безразлично моргнуть под маской. Как только Сапнап скрывается за ближайшей горой, Джордж расслабляется. Плечи опускаются вниз, а перевязанные руки начинают дрожать — в глазах мокро, а на душе — горько. Как будто он выпил целое ведро токсинов и сказал спасибо. Горько, противно, ужасно и стягивает в груди. Жар чужой руки не чувствуется, ведь она даже не теплая. Ледяное касание. Джордж так любит эти зелёные глаза. Он хочет что-то сказать, но не выходит. Дрим прижимает его к себе, Джордж не выдерживает. Он снова плачет, плачет из-за себя, глупого себя. — Обещай, что я делаю это не зря, — шепчет Джордж в плечо. — Обещаю. Дрим уходит быстро. Гоги не возражает, ему нужно ещё прийти в себя. Он видит скомканный листок, пальцы сами аккуратно подбирают его и Джордж корит себя за все, что он чувствует. Листок, виляя, летит в лаву.

Дорогой Дрим,

Это я, Карл. Я выяснил, что Туббо заставил Ранбу пойти против тебя с помощью угрозы над Майклом. Туббо болен, у него не только проблемы с легкими, но и с головой. Он обезумел. Дрим, спаси всех. Умоляю тебя, они хотят тебя убить. Будь аккуратней.

Ритуал с «Рубином» ещё в силе. Ты можешь чувствовать его. Найди его, пока он не наделал глупостей. У тебя не будет другого шанса все исправить, Туббо пойдёт до конца вместе с Квакити.

Чёрный песок. Море. Скалы. Беги, у тебя мало времени!

≫──≪•◦ ❈◦•≫──≪

А прошлое приходит по ночам.

Неслышно пробирается сквозь двери.

Ломает сны, деля напополам.

Вот только я ему давно не верю.

Года летят быстрее… с каждым днем.

И время ускоряется нещадно.

Хорошее, плохое — проживем.

И помнится, что нет пути обратно.

Забыться, потеряться, убежать,

Но никуда от памяти не деться …

А прошлого так трудно избежать.

Оно в груди стучит как будто сердце.

─⊳⊰ Десять дней до взрыва Л’Мэнбурга ⊱⊲╾

Поздняя осень, это ли не лучшее время года? Желтые, красные, оранжевые листья всех известных человеку оттенков, ведь вся осень — это огромный пожар, неугасающий и молодой. А может поэтому осенью так часто идут дожди? Может, они стараются потушить бессмертное пламя, остановить игру тех красок, таких ярких, пестрых, будто россыпь драгоценных камней по всему лесу? Дрим осень не любил, в большей степени раннюю её стадию, бабье лето. Холод и мороз всегда были его любимчиками. Поздняя осень была хорошим временем года, когда Дрим готовился к своей любимой, но тяжелой зиме. Готовился к морозному ветру и свежести, обжигающему камину в землянке и колющему теплу согревающихся конечностей. К тому же природный ремонт, во время которого весь лес уходит в спячку, и снег покрывает каждый уголок, укутывая охладевшую землю, успокаивал Дрима своей естественностью и жестокой рукой тиранической заботы. И приятный холод, что так ему полюбился, каждую зиму постепенно начинал сводить с ума. Страх, боль и чувство несправедливости сменялись полным опустошением, безразличием и полной уверенности в своих решениях. Потому он и любил зиму. Думать выходило лучше, свежее, что ли. Однако на дворе все ещё поздняя осень, и сегодня день выдался как никогда душно-тёплым. Дрима раздражали и тепло, и его плавящиеся мысли, ведь разум каждый раз превращался в расплавленное масло, что никак не могло собраться в цельный кусок. Зеленоглазый тяжело вздыхает, глаза болят — он уже кучу времени не спал. Сначала планируя с Техноблэйдом взрыв, а потом строя обсидиановые платформы для ТНТ сверху несколько ночей подряд. Голова уже сильно плыла, так ещё и Ранбу с Карлом назначили сегодня встречу. Масочник плетётся к домику, где и была назначена встреча. Могущественная магия, исходящая от Книги, чувствовалась даже через ткань сумки. Дрим давно ей не пользовался, но магия все хотела хоть как-то действовать. Старое и ветхое сооружение давно поросло мхом. Пахло от него, конечно, сыро и ужасно, но скрытность этого места поражала. Со всех сторон были высокие деревья с изобилием темной, непроглядной листвы. Густая и высокая трава помогала и так хорошо справляющимся деревьям. Дриму также определенно нравилось, что место находилось далеко за пределами жилой части сервера. Ему и его будущей команде это определенно шло на руку. Чем дальше, тем меньше посторонних глаз. Дрим заходит внутрь, закрывая за собой дверь на засов. Он никогда не любил вести переговоры в таком скверном настроении, но, кажется, у жизни на него другие планы, а с ним, ничтожным человечком, считаться как-то недостойно. Внутри дом даже не пахнет гостеприимством или уютом. Серые обшарпанные стены с порослью бледно-зеленой плесени отталкивали, но на них были развешаны разного размера карты всего сервера — от крупных планов Л’Мэнбурга до подробных чертежей их стен и канализации. Посреди стоял большой стол с тонной пергамента, карт и всяких разных документов непонятно откуда. Пара книг и пустые чашки из-под кофе, с коричневыми ободками внутри, сиротливо стояли в сторонке от основного типографического хаоса. Чуть поодаль стояли старинные, но отсырелые кресла и несколько разваливающихся стульев. На одном из таких мирно спал Карл. Его волосы выглядели более серыми, чем обычно, под глазами залегли глубокие мешки, кожа побледнела и как будто высохла. Дрим внутренне поморщился, и прежде, чем он успел хоть что-то сделать, Ранбу подошел к нему со спины. — Он так устаёт, — начал Ранбу, вытягивая вперед ладонь с несоразмерно маленькой для него чашкой — если судить по запаху, то в ней был кофе. — Постоянно работает, пытается больше узнать. Извини, что тебя никто не встретил. — Я привык, все нормально, — Дрим принял протянутую кружку из рук эндермена, недоверчиво принюхиваясь, — Что вы уже узнали? — Не так много, без книги совсем тяжко, — вздохнул Ранбу, — Кстати о ней, ты принёс Книгу? Дрим кратко кивнул, поставил нетронутую чашку на близлежащий стол, после вынимая предмет из сумки. Как только Дрим коснулся книги, она засветилась приятным красноватым тусклым светом, как будто маска с потом и кровью притащил её из недр Незера. — Она прекрасна, — тут же глаза Ранбу ярко засветились. Дрим понимал, что Ранбу волшебное существо поэтому реакции была ожидаема, — Очень красивая… так и чувствуешь ее силу. Масочник улыбнулся — впервые кто-то так говорил о «Книге Несчастья», как сам Дрим называл ее. Со стороны послышалась возня, и Дрим с Ранбу одновременно повернулись к потягивающемуся на стуле Карлу, моргающему, как слепой котенок. — Ургх… Что происходит? — окончательео проснулся Карл, — Ох, Дрим! Извини… — Все в порядке. Мы отлично поболтали, — заверил его Дрим. — Отлично. Это Книга? — заметил Карл таинственный предмет в перебинтованных руках. — Да. — Тогда начинаем, — Карл встаёт, поправляя мятую одежду. Дрим понимает, что скучно ему точно не будет.

─⊳⊰ Шесть дней до взрыва Л’Мэнбурга ⊱⊲─

Дрим стал приходить в штаб регулярно. Отношения с его нынешними союзниками с каждым днем становились все лучше и лучше. Ранбу оказался приятным и очень дружелюбным для получеловека, правда, иногда он чересчур заботился о них. Однажды, когда Дрим пришёл весь мокрый, ведь на улице был дождь, Ранбу запретил ему отодвигаться от камина, пока тот не отогреется. А Карл всегда был хорошим другом, сколько масочник себя помнит. У них всех были общие шутки и интересы, и, хоть Дрим не хотел этого признавать, ему стало нравится. Он приходил туда, где его ждали, где его слушали. И иногда подшучивали, по-дружески, конечно. Что говорить о ритуале. Информации о ритуале в Книге было катастрофически мало, но ребята старались, постоянно принося новые и новые книги из разных точек сервера. Книга Несчастья оказалась почти бесполезной. Да, конечно, там был сам ритуал, но ни последствий, ни побочных эффектов указано не было. Карл жалобно стонет, откидываясь на спинку стула. Нервы всех троих были на пределе, а вот времени становилось катастрофически мало. Хоть впереди у них еще шесть дней, но никто не давал гарантий, что они успеют до всей этой суматохи. Все книги, что они безустанно проглатывали день за днем, кипели в голове. Постоянный непрерывный поток информации выматывал всю команду — Дрим честно забыл, когда в последний раз хорошо спал. Сейчас мысли о приятной и мягкой постели привлекали настолько, что у него чуть не потекли слюнки. — Это бесполезно, — сдается Карл, — В этом мусоре, состоящем и пергамента и чернил, нет никакой полезной нам информации. — Что же, конечно, мы можем провести ритуал без подстраховки, но вы отказываетесь, — Дрим держался за голову, старательно вчитываясь в лежащую перед ним книгу. Он был на этой странице приличных минут тридцать, а слова все не складывались в голове в смысл. — Конечно! — воскликнул Карл, оборачиваясь к масочнику, — Все может не получится, и ты можешь умереть, чего мы хотим избежать. Дрим внутренне поморщился от такой заботы. Он не привык к такому, но почему-то сердце приятно ударилось об грудную клетку с большей силой, чем обычно. — Я понимаю, Карл, но альтернативы у нас, увы, нет, — отрываясь наконец от букв говорит Дрим, — Если будет нужно — я сделаю это. И поднял взгляд. По спине Карла прошлись мурашки, глаза напротив завораживали своим бесконечным адским огнем и опасностью. Ноги сами почему-то начали подкашиваться, а плечи — мелко подрагивать. Дрим отвернулся обратно ко книге, а Карл все еще пребывал в ужасающем шоке. Тело странно реагировало. — Эт… это то, что ты делал с другими? — осторожно поинтересовался Карл. — Да, — запнулся Дрим на полуслове, — Прости, я просто давно не отдыхал, оно само вырывается. — Ничего, — расслабился Карл, — Просто это так необычно на себе ощущать. Ты словно в оцепенении. Дрим снова повернулся к Карлу и тот аккуратно поднял глаза на него. Теперь они не были такими холодными и глубокими. Наоборот, в них читалось спокойствие и умиротворение, Карл сразу же представил себя на ярко-зеленом лугу. Все тело трепетало и приятно покалывало. Казалось, что ты и вправду где-то далеко от этих военных дел, в уюте и комфорте. Карл только привык и хотел поглубже вдохнуть, как глаза напротив потухли, а сам Дрим сразу зачесал веки. Тело и разум снова возвратились в холодное и старое помещение, от чего Карл поежился. — Ч-что, что это было? — изумленно спросил Карл. — Это второе побочное действие, — Дрим быстро моргал, разминая глаза, — Я правда давно его не изпользовал. — У меня тело так расслабилось, — оповестил Карл, во все глаза глядя на Дрима, — Это было восхитительно. Почему я узнаю об этом только сейчас, мне словно хороший массаж сделали! Они оба заливисто рассмеялись. Вдруг дверь неожиданно распахнулась, запуская промозглый ветер и двух путников. Дрим с Карлом напряглись, пытаясь разглядеть лица вошедших. Дверь с глухим стуком закрылась. В полумраке они разглядели Ранбу и Панза, и Дрим сразу расслабился, откидываясь на спинку кресла — взаимопонимания с Панзом у них было на высшем уровне, все-таки они отлично сдружились. Их отношения достигли высшего уровня, где сам Дрим чувствовал себя комфортно, как и Панз. — Здарова, — маякнул Панз, подходя ближе к столу, складывая туда старые летописи, — Что ты сразу не сказал? — по видимому, обращались к Дриму. — Не думал, что ты владеешь такой информацией, — придвинулся Дрим, чтобы быть ближе к столу. — Я не владею только твоим влиянием и силой, Дрим, всего остального у меня в достатке, — усмехнулся Панз, сверкнув голубизной своих очей. Дриму нравился Панз, его манера общения и таинственность. Он был довольно интересным и глубоким человеком, и масочник таких обожал. Панз имел свою точку зрения и отличную чуйку, а также хорошо воевал и добывал информацию, играя роль доброго союзника. — Привет, Панз, — подал голос Карл, — Извиняюсь, что мешаю вашим гляделкам, но у нас дела. Что за информация? — По поводу ритуала — все что нам нужно! — воскликнул Ранбу, заваривая всем кофе. — Откуда? — интересовался Карл. — Это мои секреты, у меня много своих источников, — Панз снова перевел взгляд на Дрима, опираясь на стол, — Но ты ведь знаешь, Дрим, что я за просто так не работаю. — Конечно, — Дрим сглотнул, поднимая взгляд в голубые омуты. Они ему так сильно напоминали глаза Томми, — Сколько? В комнате стояла гробовая тишина, пока Панз не засмеялся. — Ты отлично меня знаешь, — рассуждал Панз, — Но мне в этот раз нужна другая плата. Дрим демонстративно поднял вверх бровь, задавая немой вопрос. — Возьми меня в команду. Зеленый ожидал такого — он глубоко вздыхает, закрывая глаза. Панз просто так ничего никогда не делал, и ему явно было что-то нужно. Игра становится все интереснее. И, Дрим не мог не согласиться, все становилось слишком многообещающее.

─⊳⊰ Три дня до взрыва Л’Мэнбурга ⊱⊲╾

Дрим просыпается в отвратительном настроении, алкоголь до сих пор бьет в голову. Он устало трет глаза и после зарывается рукой в волосы. Дрим поворачивает голову направо и завидя светлую макушку, выглядывавшую из-под одеяла, закусил губу. Дрим и не вспомнит, когда он с Панзом первый раз переспал, ведь это вышло случайно и по пьяне, а дальше все пошло по накатанной. Панз просил секс за информацию, а Дрим был не против. Чувств у него к блондину, увы, не было, как и у того к нему, однако случайный секс совсем не портил их отношения. Дрим уверял себя, что просто отвык просыпаться с кем-то в кровати, хотя сердце все еще почему-то болело. За окном шел дождь, потому в доме было холодно и промозгло, но Дриму было как-то все равно — голова ужасно болела. Кое-как дотопав до кухни он нашел там таблетки от головы, чему предельно был очень рад. Заслышав звуки шорханья, Дрим двинулся обратно к кровати. — Доброе утро, — голос Панза с утра был хриплым и немного осипшим после вчерашней ночи. Дриму обычно это нравилось, но сегодня он чувствовал себя неловко. — Как ты? — спросил Дрим. — В порядке, — откликнулся Панз, вставая и направляясь в ванную, — У тебя есть сегодня дела? Дриму потребовалось все свое самообладание, чтобы не проследить за уходящим в другую комнату Панзом. — Только штаб. У тебя есть идеи? — Конечно. Ты и сам знаешь, чего я хочу. — У меня сегодня встреча, — неожиданно вспомнил Дрим, смотря в окно за неустанным дождем, — Не получится. — Расслабься, Король, — Панз прильнул сзади к Дриму, опаляя его горячим дыханием, — С кем встреча? — Туббо, — на одном выдохе сказал он. — Хм. Интересно, что ему от тебя надо, — Панз провел рукой по широким плечам Дрима. — Не знаю, честно, — Дрим тяжело дышал — еще чуть-чуть и он сорвется. — Я думаю, он может и подождать, — сказал Панз, целуя чужую спину. — Черт, Панз, — Дрим жалобно заскулил, разворачиваясь к нему. Дрим с полминуты смотрит на развратный вид Панза, и внутри Дрима что-то кричит, что это… Томми. Дрим наклоняется и целует своего партнера, не думая, снова окунаясь в мир похоти и чувств.

≫──≪•◦ ❈◦•≫──≪

Улица встречала холодом и серостью. Встреча была назначена в том месте, где он говорил с Ранбу. Место это давало Дриму отрыв от возможного противника на пару ступеней вверх, ведь территорию свою он знал как собственные пять пальцев. Это было сплетением шахт и подвалов, что Дрим нашел во время одного из своих рейдов — всех их он в конечном итоге все же перестроил под себя, но суть не изменилась. Огромная сеть пугала и дезориентировала противника. Если тот совершал побег, то у Дрима была припасена пара сложных ловушек-механизмов в катакомбах. Дойдя до неприметной скалы, Дрим нащупал скрытую кнопку, нажимая на нее. Тут же заработал механизм красного камня и кусок булыжника начал отъезжать, открывая взгляду длинный спуск вглубь. Туббо пришел через минут двадцать, уверенно спускаясь по лестнице. Дрим даже сначала усмехнулся — ему было интересно останется ли та же напыщенность после конца их разговора. Шатен зашел в помещение, нервно сглатывая. Запах страха сразу ударил по носу, Дриму пришлось резко замотать головой. Туббо не мялся с ноги на ногу, как Ранбу, но также сначала стоял в тишине. Наконец осмотрев помещение, он перевел свой взгляд на масочника. — Мне нужна твоя помощь. Дрим что, записался в бюро помощников-добровольцев или что? Но что-то ему подсказывало, что все не так просто. Кровь циркулировала в жилах в предвкушении интересного разговора. — Помощь? — Убей Томми, — сразу сказал Туббо — глаза его отливали безумным красным. Дрим облизнулся. Какое интересное предложение об убийстве. Таких он еще не выполнял, хотя, кажется это было куда более распространенное желание. Глаза его светились ярким светом, улыбка была зловеще натянута. Как же он был наивен, прося дьявола убить собственный самородок, но ничего, у Дрима уже был свой план. — Ты ведь понимаешь, что это все не бесплатно, — оскалился Дрим. — Да, конечно, Туббо сглатывает скопившуюся слюну, — Я слушаю.

• ──── ✾ Наше время ✾ ──── •

Томми бежит не оглядываясь. Холод пробирается по кофту, щекоча и морозя бока. Лес вокруг выглядит как никогда могущественно, однако мальчик слышит сзади вой и ускоряет бег. Некогда думать обо всем этом великолепии. Волчий вой становится ближе, как и голодное рычание, Томми все время оборачивается назад. Вдруг тело прошибает ужасная боль. У Томаса кружится голова. Он снова слышит устрашающий вой. Мальчик ползет назад, вскоре стукается спиной об ствол дерева. Из темноты светятся желтые глаза и слышится рокочущее рычание. Томми в страхе прикрывает глаза. Кажется, это конец.