Влюбиться в меня

– Вэй Ин, выходи! «Ага, щас» – подумал я, прислоняясь вплотную к двери, тем самым препятствуя ее открытию. Глухой голос, доносящийся из-за нее, уже несколько минут просил меня выйти из своей комнаты. Ну, частично своей – это комната того меня, которому шестнадцать лет. Это все ещё звучит невероятно, что где-то существует такой же я, только младше, да ещё и не владеющий никаким мастерством. Буквально несколько дней назад я очнулся после своей смерти в странном месте, где пахло спиртом. Меня окружали знакомые лица, которые вели себя очень странно, дружелюбно, а так же были и те, кого уже в моём мире не было в живых. Конечно же, первая мысль моя была о том, что все это посмертный бред, однако со временем пришло осознание – я оказался в чужом мире. Это подтверждало окружение – странные приборы, открытая одежда и полное отсутствие каких-либо духовных сил. Все вокруг меня, кто являлся раньше сильным воином, теперь был простым, не наделённым золотым ядром человеком. Не думаю, что мое сознание могло выдумать что-то подобное, все же, я предпочитал жить реальностью, а не мечтами. Человек, оказавшийся в другом мире, как мне раньше казалось – удел низкосортных сочинений, но теперь я и сам попал в такую ситуацию. Иронично, не правда ли? Оставался лишь один вопрос – как мне удалось переместиться в другое измерение? Помнится, мне кто-то рассказывал, что так может выйти только из-за двух факторов: смерть главного героя, что, собственно, со мной и произошло, и призыв. Никто меня, разумеется, не призывал. Никто о моем существовании и не знал толком, как и я о местном Вэй Ине. Но что показалось мне самым странным, так это то, что никто мне ничего не говорит. Никто не обмолвился ни словом о прошлом здешнего меня, и в разговорах все как будто бы обходили эту тему. Если же я спрашивал напрямую, что произошло, на меня с сожалением смотрели и грустно качали головой, словно бы и не знали. Как будто сам мир хочет скрыть от меня личность прошлого Вэй Усяня, или, скорее... Пытается стереть его из истории. Ха, звучит как заговор, но кому это может быть нужно? В любом случае, я ничего не знаю о характере и поступках шестнадцатилетнего меня, кроме одного – он был самоубийцей. Да, он вскрыл себе вены. На правой руке были редкие и неумелые, кривые порезы, так как на левой – четкие и многочисленные, хотя тоже кривоватые. Там был шрам, который указывает, что именно из-за раны на этой руке парень и погиб. К тому же, я нашел несколько затертых капель запекшейся крови на ноже в комнате. Так называемый «Канцелярский нож» (так его назвал Цзян Чэн), и стал орудием, которым пользовался Вэй Ин... Как странно называть свое имя как чужое, принадлежащее другому человеку. Тем не менее, несмотря на то, что Цзян Ваньинь молчаливо признал, что его сводный брат вскрылся, о причине он молчал. Как бы я из него не пытался вытащить хоть слово, он сразу же переводил тему или вообще не отвечал, а иногда его собаки понимали, что хозяин в растерянности, и бросались на меня. Кстати о собаках... О, жуткие существа! Бр... Как только меня привезли в дом Цзян, как тут же мне навстречу, звонко лая и топая ногами, выбежали три собаки. Большие, лохматые... Мои ноги тотчас же подкосились, а все тело пробрала дрожь. Я не смог даже спрятаться, как в старые добрые времена, а сразу же потерял сознание. Не знаю, была ли причиной слабость после потери крови, либо же тело само по себе так реагировало на резкие эмоции. Очнулся я уже в кровати. Рядом со мной сидели шицзе и Цзян Чэн... И опять с собакой! Почему он так их любит!? Я тут же воскликнул: «Убери ее! Убери сейчас же!». Несчастный парень даже не понял, что случилось, ровно как и собака, которая от громкого крика залаяла на меня. У меня тогда чуть сердце не остановилось, однако, спасибо моей догадливой шицзе, она взяла на руки собаку и швырнула ее за дверь. Кончено, Цзян Чэн был в недоумении, что произошло, ведь, как оказалось, местный Вэй Ин не просто не боялся собак, так у него была даже любимица – та самая, которая теперь печально скреблась в дверь. Меж тем, мадам Юй продолжала уговаривать меня из-за двери: – Нечего бояться, мы заперли собак в ванной, они не навредят тебе! «Заперли, значит?..» Да, именно из-за них я и не хотел выходить из комнаты. Утром, стоило мне проснуться, вспомнить, что я теперь живу в месте, где множество неизвестных мне доколе приспособлений, отключить «будильник» и выйти из комнаты, как на меня тут же радостно набросилась Жасмин, а за ней и остальные чудища. Конечно же, от неожиданности я закричал, запирая за собой дверь в попытке спрятаться от животных. – Точно? – я выглянул из комнаты, встречаясь с взволнованным выражением лица мадам Юй. Оглянувшись, я убедился в том, что поблизости нет ни одного пушистого «друга», и, осмелев, вышел. – И ста лет не прошло! Давай, пойдем к столу, все только тебя и ждут, – женщина, развернувшись, пошла в сторону столовой. Я, не отставая, последовал за ней. Конечно, былое поместье Цзян было куда больше, но оно было родным, каждый уголок я знал, изучил каждую комнату... Сейчас же, дом был куда меньше, однако такой незнакомый... Заблудиться в нем тоже не составляло труда. Так что лучше не вызывать подозрений и проследовать за хозяйкой дома... Столовая, как они называли это, представляла из себя длинный стол на десять-пятнадцать персон, за которым сидели Цзян Чэн, Яньли и глава дома – Цзян Фэнмянь. Напротив него – большой плоский кусок... Чего бы то ни было. Я не знаю, зачем оно тут, но когда я спросил, что это, на меня недоуменно посмотрел Цзян Чэн, всем видом говорящий: «Совсем тронулся умом мальчик», однако ответил, что это телевизор. Я даже не знаю, какую функцию оно выполняет. – Доброе утро, Вэй Ин, – добрый голос господина Цзяна окликнул меня, возвращая меня в реальность. Его спокойные глаза устремились на меня, словно пытаясь убедиться, что все в порядке. Вежливо поклонившись, я ответно поздоровался с ним. После обмена любезностями, я уселся на свободное место близ Цзян Чэна. Он даже не взглянул в мою сторону – обиделся. Конечно, я же фактически запер его любимых песиков. Как и раньше, тихо за столом не было. Главы семьи о чем то спокойно разговаривали. Как бы я не пытался понять, о чем они, для меня почти каждое слово было непонятно. Зато я отлично понимал, о чём бубнил Цзян Чэн. Но, что самое удивительное, он ни разу не проклял меня! Наконец, на стол подали маленький чайник с приятно пахнущим отваром, несколько тарелок, на которых были аккуратно уложены свёрнутые в конверт лепешки, политые сладким сиропом. Женщина, что подала нам завтрак, вежливо поклонилась и ушла прочь. Я рассмотрел блюдо. Это было не похоже на то, что я ел раньше, поэтому я не понимал, как это есть палочками. Кстати, палочек тут не было, лишь странный неострый нож и прибор, внешне похожий на грабли. Я поднял взгляд на Яньли. Она, осторожно держа нож в правой руке отрезала кусочек лепешки, придерживая его другим прибором. – Только не делай вид, что не знаешь, как пользоваться вилкой, – закатив глаза и положив в рот кусочек, произнес Цзян Чэн. Черт, конечно не знаю! Я приехал сюда только вчера вечером, даже не ужиная, а до этого ел только палочками! – Цзян Ваньинь, закрой рот и ешь свой блинчик, – усмиряюще приказала мадам Юй. Она грациозно доедала свою порцию, многозначительно взглянув на Цзян Фэнмяня. Тот, в свою очередь, посмотрел на меня, тяжело вздохнув. – Вэй Ин, нам нужно будет с тобой съездить кое-куда, – он взглянул на жену, словно прося ее все объяснить. Я ещё давно заметил, что в этом мире связь главы ордена Цзян и мадам Юй гораздо крепче, чем в моем. Женщина, покачав головой, обратилась ко мне: – Мы отведем тебя к психологу. Так больше продолжаться не может. Ещё бы я знал, кто такой этот ваш психолог...

***

Тихо. Только слышно, как через приоткрытое окно шелестят листья деревьев. Моя голова лежала на мягкой подушке, тогда как ноги на маленьком столике у дивана. Буквально пару минут назад меня сюда привела симпатичная женщина, попросив немного подождать. Психолог, как мне объяснили, нужен мне, чтобы справиться с какими-то душевными проблемами... Только вот я не знаю, какими! Очевидно, что у Вэй Ина были проблемы, раз он решил на тот свет отойти, но ведь у меня нет! Как минимум, в этом мире... Я оглянулся. Место было довольно милым, но кто знает, каким образом захочет мне «Помочь» этот специалист. Надо быть начеку. Дверь скрипнула. Мой взгляд метнулся туда, замечая фигуру человека в светлой одежде. Черные волосы были собраны в небольшую шишку, а холодные глаза, становящиеся почти прозрачными из-за солнечного света устремились на меня. На меня смотрел необычайной красоты парень моего возраста с непроницаемым лицом. Я чуть не подавился. – Лань Чжань?!