Moments of Becoming/ Моменты становления

Энди бежала по коридору. Попробовав еще раз позвонить Миранде, она не получила ничего, кроме бессмысленных гудков и пустой линии. Конфронтационный подход казался не таким уж диким. Она проверила расписание Миранды и снова почувствовала приступ паники после подтверждения того, что у неё сейчас встреча с Ирвом Равицем. Его номер был недалеко, и Андреа решила, что будет стучать в его дверь до тех пор, пока Миранда не услышит то, что она узнала от Кристиана. Макет. Жаклин Фоллет. Моложе. Свежее. Меньше денег. Она надеялась, чтобы хотя бы одно из этих слов получило нужную реакцию в ответ. Она была готова тараторить их, как из пулемета, в надежде, что Миранда услышит их прежде, чем захлопнуть дверь перед ее носом. Наконец, она добралась до двери и подняла кулак, как таран, но прежде чем она успела сделать первый взмах, дверь распахнулась, и Миранда чуть не сбила ее с ног. Бледное пятно пронеслось мимо, и Энди быстро развернулась на слишком гладкой подошве своих Блаников в попытке догнать ее. Как только она это сделала, она взглянула на своего босса и поняла, что случилось самое худшее. Кожа Миранды соответствовала ее накрахмаленной белой блузке, а губы были сжаты в почти невидимую линию. Энди быстро оглянулась на Королевские апартаменты, из которых вышла Миранда, и заметила Ирва, стоящего там с самодовольной ухмылкой на лице. Энди обернулась как раз вовремя, чтобы нажать кнопку «Вниз» у лифта. К счастью, двери тут же открылись, и они вошли вместе. Миранда выбрала пункт назначения, несколько раз надавливая на цифру нужного этажа. — Миранда, я пыталась… — Начала Энди, как только двери закрылись. Миранда зашипела сквозь стиснутые зубы и подняла руку, призывая к тишине. Энди решила заткнуться, как бы долго Миранда ни считала это необходимым. Она последует за Мирандой, нравится ей это или нет. Наконец они добрались до ее гостиничного номера, где Миранда бросилась к одной из своих сумок и порылась в бумагах. Она вытащила лист бумаги, который использовала в самолете, чтобы набросать список имен, готовясь к разговору с Ирвом, который, как она знала, должен был состояться. Она и не подозревала, что этот разговор состоится гораздо раньше, чем она ожидала. Точнее, в самый разгар недели моды. Это было нелогично и, вероятно, нанесло бы ему такой же ущерб, как и ей. Возможно, ей следовало бы думать так же, как он, тогда она была бы готова к такому нелепому и глупому шагу. Андреа встала рядом с ней, но Миранда повернулась и подошла ещё ближе. — Как ты думаешь, скольких из этих людей мы могли бы получить по телефону? — Сейчас? — Спросила Энди. Миранда ответила лишь трепетом ноздрей, и Энди провела пальцем по списку, который Миранда держала в руке, — Гм…это… — Андреа, ты же знаешь, как я отношусь к оправданиям. Если ты смогла достать рукопись… — Сейчас неделя моды, Миранда. Дизайнеры? Модели? Как мы сможем дозвониться до этих людей? Бумага слегка смялась, когда Миранда в отчаянии сжала пальцы. Энди попыталась напрячь мозги в поисках решения проблемы, которую она едва понимала, но не могла ничего придумать. Она посмотрела на Миранду и увидела, как ее лицо постепенно застыло, когда она уставилась на имена в этом списке, затем она снова посмотрела на него, пытаясь понять, что можно сделать. — Возможно фотографы, — Наконец шепотом предположила Андреа. Миранда сжала ее руку со смесью благодарности и приказа. — И я попытаюсь, — Миранда еще раз прошлась по списку и указала на верхнюю часть, — Вот эти. Они в унисон достали телефоны и начали набирать, затем их голоса, наконец, нарушили напряженную тишину фальшивыми, уверенными тонами. «Я звоню по поводу Миранды Пристли» и «Звонок от Миранды Пристли» — начался шквал звонков и приветствий, который длился менее получаса. Энди закончила последний звонок саркастическим «спасибо за помощь», процедив сквозь зубы, в то время как Миранда просто захлопнула телефон и тупо уставилась в стену напротив. В любой другой момент и с любым другим человеком Энди пробормотала бы «Я же тебе говорила», но она слишком дорожила своей жизнью, чтобы сделать это сейчас. И, по правде говоря, Энди не испытывала ни малейшего восторга от происходящего, не находила радости в том, что ее босс, официально, исчерпал все возможности. — Откуда ты знаешь? — Наконец проскрежетала Миранда голосом, означавшим поражение. — Кристиан Томпсон, — Ответила Энди. Миранда нахмурилась, — Я нашла макет новой обложки в его номере, — Энди украдкой взглянула на Миранду, чтобы увидеть ее реакцию, но ее лицо оставалось бесстрастным, как камень, — Он объяснил, что Жаклин возьмет управление на себя, в первую очередь из-за проблем с деньгами. — В первую очередь? — Миранда никогда ничего не пропускала. — Кристиан сказал что-то насчет более свежего взгляда. Хотя Андреа не говорила об этом прямо, Миранда понимала, что ее возраст был фактором. Ее молчаливая усмешка возвещала об этом. — Что еще? — Он сказал, что будет руководить редакцией. После этого я ушла и начала звонить тебе. Миранда глубоко вздохнула и подошла к одному из больших окон, выходивших на широкую улицу. Она наблюдала за роскошными автомобилями, стоящими на холостом ходу, и последовала за несколькими своими модно одетыми людьми, выходящими из отеля. Некоторые сели в машины, другие, казалось, на мгновение задумались, а затем двинулись пешком по улице. Ее взгляд перебегал от одного человека к паре, от машины к велосипеду, затем вверх и вниз по всей панораме от одного конца проспекта к другому; ее вид давал ей эту панораму. — Я не буду присутствовать на завтраке, — Сказала она, зная, что Андреа услышит ее, — Во сколько следующее шоу? — Живанши в четыре часа, — Ответила она без колебаний. Затем Миранда услышала ее шарканье и слегка прочистила горло, — А тебе не кажется, что не пойти на завтрак означало бы… Миранда лишь слегка повернулась в сторону Андреа, и что-то в ее позе и профиле заставило Андреа немедленно замолчать. — Если это все… — После нескольких секунд молчания Энди решила, что можно спокойно забрать свои вещи и выйти из комнаты. Она закрыла за собой дверь и на мгновение прислонилась к ней. Ее утро походило на бег с препятствиями, и впервые за все это время она позволила себе сделать глубокий вдох. Как давно ей этого не хватало.

***

Несколько часов спустя Энди ждала Миранду в вестибюле. Каждый раз, когда двери лифта открывались, она перемещала свой вес вперед, но Миранда медлила. За время, прошедшее после утреннего фиаско, Энди успела вздремнуть, что больше походило на кому, а затем, приняв душ и одевшись, мысленно прокрутила в голове различные сценарии дня. Она начала гадать, что будет дальше, но прогнала эту мысль прежде, чем утонуть в стрессе. Пока она ждала, из лифта появился Найджел. Как только его взгляд упал на Энди, он поспешил к ней. — Что, черт возьми, происходит? Где она была? — Ты имеешь в виду, на завтраке? — Да, на завтраке! — Ответил Найджел, когда наконец добрался до Энди, — Этот ублюдок позволил Жаклин Фоллет вести разговор, как только понял, что Миранда не придёт. И он, похоже, не возражал, что, пожалуй, было самым страшным. — Я так и знала! — Воскликнула Энди, — Я говорила, что ей лучше пойти. — Энди, что происходит? Она размышляла, рассказать ли Найджелу все или это дело Миранды. Она переключилась между двумя вариантами, затем двери лифта открылись, и появилась Миранда, фактически приняв решение за нее. Найджел повернулся при приближении Миранды и начал что-то говорить, но Миранда остановила его. — У тебя осталась договорённость с Джеймсом Холтом? — Что…я… — Заикнулся Найджел, не ожидая такого вопроса, — Да, Миранда. Но я не понимаю… — Еще есть время, прежде чем ты официально перейдешь в его компанию, верно? — Да, все еще идет подготовка, так что я останусь с тобой, по крайней мере, на следующие шесть недель. — Останешься с Подиумом, — Найджел погас, — Мне нужно, чтобы ты кое-что сделал для меня, Найджел. Чем скорее, тем лучше. На самом деле, если бы ты мог вернуться в Нью-Йорк раньше остальных, я бы…была тебе очень признательна. Миранда, просящая об одолжении, была новым опытом. Она приказывала, критиковала, даже отчитывала, но никогда не просила. Прошло всего несколько часов, и от нее уже отпали некоторые внутренние качества, украденные неуверенным в себе маленьким человеком с переросшим эго. — Я понял, — Почти торжественно ответил Найджел, — Что тебе нужно? — Я отправила тебе письмо со списком. Делай то, что можешь или к чему имеешь доступ. Остальное, — Она замолчала и украдкой взглянула на Андреа, которая не была уверена, стоит ли ей вообще слушать. Миранда, должно быть, нашла что-то в ее взгляде, потому что она, наконец, продолжила, — Андреа может попробовать свои силы. — Мне следует связаться с Эмили? — Спросила Андреа, уже доставая телефон. — Нет, — Немедленно ответила Миранда, — Только мы, здесь, можем знать об этом. Энди и Найджел кивнули. — Тогда, пожалуй, пойду проверю, нет ли рейсов, — Сказал Найджел и переступил с ноги на ногу. После того, как он, казалось, физически взял себя в руки, он, наконец, выпалил остальное, — Это отвратительно, Миранда. Ты этого не заслуживаешь. Миранда вздрогнула от слов Найджела. Энди заметила ее реакцию, которая прошла менее чем за секунду, оставив внешне безмятежный вид, но Энди все же задалась вопросом, почему сочувственные слова Найджела причинили ей боль. Миранда лишь кивнула в ответ, а Найджел неловко похлопал ее по руке и ушел в свою комнату. Затем она глубоко вздохнула и выглянула наружу. — Сколько времени осталось до шоу Живанши? — спросила Миранда. — Чуть меньше часа, — ответила Энди, — Машина уже ждёт. — Почему бы нам не прогуляться? Энди мало что знала о Париже, но была уверена, что шоу Живанши-это не просто прогулка. Но прежде чем Энди успела ответить, Миранда уже вышла из отеля. Они неторопливо шли по широкому проспекту, обдуваемые прохладным осенним ветерком, пока мимо проносились машины и скутеры. Вчера вечером Энди удалось немного посмотреть Париж, но теперь они были на другом берегу Сены. Она вспомнила, что читала о Левом и Правом берегах, об их разных округах и разных стилях, таких как районы и кварталы Нью-Йорка. Кристиан был хорошим гидом, но немного дрянным. И события, произошедшие между ними, определенно не улучшили ее представления о прошлой ночи. Пройдя несколько кварталов, Миранда свернула в крытую аллею, заполненную маленькими магазинчиками и пекарнями. Энди последовала за ней и посмотрела на стеклянный потолок, который рассеивал дневной свет, пока не почувствовала, что переулок внизу освещен. Вся эта сцена казалась одновременно старой и новой и даже немного напоминала ей… — Торговый центр, — Прокомментировала Миранда, заметив пристальный взгляд Энди, — Первый, в своем роде. — А я думала, что это началось только в 80-х, — Со смехом ответила Энди. — Это не то, о чем ты думаешь, — Ответила Миранда, — Это один из самых старых. Открыт примерно в 1820-х годах. Но если мы определяем торговый центр, как крытый променад, в котором расположено множество различных магазинов, то этот будет первым. Париж был столицей шопинга еще до того, как стал столицей моды. Торговые центры, универмаги и, наконец, дома моды. — Как они называются? — Никогда ни о чем не спрашивай Миранду, — резкий британский голос вторгся в мысли Энди, но потом она поняла, что уже полдюжины раз нарушала это правило сегодня, — Эти крытые переулки. — По разному. Пассажи, галереи, аркады. — Это круто. — Да, — Ответила Миранда, открывая дверь в маленькую кондитерскую. — Круто. От обильно пахнущих десертов и выпечки у Энди сразу потекли слюнки. Она смотрела на все пирожные, круассаны, печенье и другие слоеные пирожные, украшающие полки, в то время как Миранда говорила с женщинами за прилавком. Миранда указала на несколько коробок с миндальным печеньем и что-то сказала по-французски официантам, в то время как Энди разглядывала шоколадку pain au chocolat. Может быть, ей удастся купить его со скидкой. Разве так делали в Париже? — Ты хочешь это? — Спросила Миранда, прежде чем передать свою карточку через стойку, — Я беру такой для девочек. — Нет, я в порядке, — Ответила Энди скорее из вежливости, чем из желания, и бросила на прилавок последний тоскующий взгляд. Миранда закончила расплачиваться, затем передала Энди сумку, чтобы та несла ее, когда они снова вышли на улицу, пока не оказались в сети маленьких улочек, заполненных кафе. Миранда на мгновение задержалась у кафе на углу улицы и более широкой площади. Она посмотрела на часы и отметила время: до шоу Живанши оставалось двадцать минут. Она огляделась вокруг: парижане, сгорбившиеся над своими эспрессо, подростки, прислонившиеся к входу в метро на другой стороне улицы, и ее ассистентка, терпеливо стоявшая рядом, тоже поглядывающая на часы. Официант вытер один столик в тени и с довольно заманчивой точкой обзора. Миранда непроизвольно подвинулась к нему и села. Она наблюдала за Андреа краем глаза, надеясь, что та просто посидит и не будет суетиться. Конечно, именно это она и сделала, но не без того, чтобы еще несколько раз взглянуть на часы и искоса взглянуть на Миранду. — Pour manger? (Фр. Обед?) — спросил официант, проходя мимо их столика. — Нет, — Ответила Миранда, — Juste deux cafés. (Фр. Два обычных кофе) С этими словами Миранда откинулась на спинку стула и уставилась на проходящих мимо людей. Через несколько мгновений напряженная поза Энди наконец ослабла, и она тоже откинулась назад. Миранда почувствовала, что может вздохнуть свободнее. Официант вернулся и поставил на стол их эспрессо. — Мерси, — Сказала Энди его удаляющейся спине, в то время как Миранда приложила кончики пальцев к керамической чашке, проверяя температуру и обнаружив, что ее не хватает. Она сделала первый глоток кофе и пожалела, что он не обжег ее. Сидевшая напротив Энди сделала пробный глоток и прошипела сквозь зубы: Миранда закатила глаза. Энди не могла не задаться вопросом, какого черта они делают. Миранда уже пропустила завтрак, а теперь… Что? Она собиралась просто просидеть остаток недели моды? Она ожидала от Миранды разных реакций, но все они излучали разные оттенки ярости. Она не ожидала этого, что выглядело подозрительно похоже на капитуляцию. — Хороший ансамбль. Комментарий Миранды вырвал Энди из ее мыслей, и она оглядела людей вокруг, чтобы найти объект пристального взгляда Миранды. На низкой каменной скамье прямо напротив них на площади сидела женщина примерно того же возраста, что и Миранда. Сначала Энди заметила строгий черный боб женщины, подстриженный точно на уровне ее скул, потом все остальное превратилось в море красного. Красные губы, красное платье, красный тренч, красные босоножки на низком каблуке, даже красная сумка. — Что тебе не нравится? — Спросила Миранда, заметив, как Энди сморщила нос от отвращения. — Просто все такое…красное. — Наблюдательно. И? — И? Это все. — Тебе не нравится красный? — Нет, нравится. — Так в чем же тогда проблема? Энди глубоко вздохнула. Она чувствовала себя так, будто ее проверяют, внезапный тест на то, что горячо, а что нет. Она едва научилась одеваться, поэтому чувствовала себя совершенно не в своей тарелке. Тем не менее, она посмотрела еще раз. — Я думаю, — Начала Энди через несколько мгновений, — Я всегда слышала, что нельзя наряжаться в один цвет с головы до ног. — Не совсем так, здесь мы видим исключение из правил, — Тихо и мягко ответила Миранда. — Почему? — Спросила Энди, решив посмеяться над внезапной профессорской ролью, которую Миранда, похоже, решила сыграть сегодня. — То, что ты упомянула — это когда монохромные ткани смешиваются бессистемно. Если ты видишь мужчину в синей рубашке, синих джинсах и синих кроссовках, то я даю тебе полное право сделать лицо, которое ты сделала, — Энди тут же вспомнила о часто однотонной одежде Нейта и начала понимать, к чему клонит Миранда, — Что ты знаешь об искусстве, Андреа? — Моя подруга владеет галереей, но лично я мало что знаю, кроме школьного курса искусства и поездок в музеи Нью-Йорка. — Гуггенхайм*? — Вообще, да. — Значит, ты видела Ротко? — Это тот парень, который просто рисует эти большие квадраты, верно? — Будь поконкретнее, Андреа. Подумай на минуту, как писатель. Судя по описанию, ты говоришь о Мондрайне. — Ну, — Энди на мгновение задумалась, пытаясь вспомнить тот день, когда Лили взяла ее с собой в Гуггенхайм, когда она только-только переехала в Нью-Йорк с Нейтом. Что ей сказала Лили? — Он занимается изучением цвета. — Точно, — Сказала Миранда, — А что это такое, как не исследование цвета? Энди снова посмотрела на женщину и обратила внимание не только на цвет, но и на некоторые другие элементы, которые она не видела раньше. — Что ты видишь? — Прошептала Миранда поверх чашки эспрессо. — Есть небольшая разница в… концепции? — Энди выпалила это слово из какого-то темного уголка ее памяти. Однако Миранда кивнула и продолжила: — Платье и туфли больше похожи на томатно-красный, тренч — на вино, а сумка — на кровь, — Губы Миранды слегка приподнялись. Говоря это, она смотрела не на женщину, а прямо на Андреа. — И что же вызывает это изменение? «Цвет», — хотела сказать Энди, но на мгновение задумалась, понимая, что это неверный ответ. Это еще одно художественное слово. — Текстура, — Поняла Энди, — Ну, ткань в данном случае, поскольку это одежда. — Попробуй назвать отсюда. — Платье льняное. Туфли. — Более яркий красный. — Атласные, — Сообразила Энди. — Сумка кожаная. А тренч… — Не тренч. — Агх… Длинное пальто тоже льняное, но другое… — Грубее. —… Грубее, чем платье. Миранда кивнула, и Энди наконец вздохнула. Она чувствовала себя так, словно только что пробежала стометровку. — А сейчас тебе нравится? — Спросила Миранда. Энди покачала головой из стороны в сторону, — Думаю, теперь я это ценю. И на это Миранда дважды кивнула. — Тебе нравится все, что ты пишешь в журнале? — Проницательный вопрос, — Ответила Миранда, — Если под «нравится» ты подразумеваешь, «буду ли я носить все», что о чем я пишу в журнале? — Наверное. — Конечно, нет. — Тогда почему… — Твоя подруга-куратор выставляет только те произведения искусства, которые она лично поместила бы у себя дома? — Нет, но это совсем другое, — Это искусство. Хотя она и не произнесла это вслух, Миранда, тем не менее, интуитивно почувствовала намёк. — И это различие, — Миранда смерила ее странным проницательным взглядом, — Я собираюсь устранить. Энди старалась сохранять нейтральное выражение лица, когда Миранда смотрела на нее, но как только женщина снова отвернулась, Энди позволила жалости окрасить ее лицо. О чем она говорит? Энди вспомнила слова Кристиана в то утро: Все кончено. Она снова взглянула на часы. Шоу Живанши началось с одного пустого места в первом ряду, и вот они разговаривают о красном цвете и потягивают эспрессо, как будто они обе не остались без работы. Она вспомнила тот день, который казался вечностью, когда Миранда послала ее с невыполнимой задачей достать рукопись Гарри Поттера. Она вспомнила, как позвонила Нейту, в конце концов сдавшись. Он поздравил ее, заставил бросить дело, достойное празднования, и она вспомнила, как это раздражало ее. Затем, всего несколько мгновений спустя, у нее открылось второе дыхание, и она немедленно помчалась к цели, которую поставила перед ней эта неукротимая женщина, несмотря на ее мгновенную капитуляцию и поддержку ее парня. Каким-то образом, Миранда еще не сдалась, все говорило об обратном. Она ждала своего второго дыхания, своего звонка из неожиданного источника или, может быть, просто следующей идеи. Энди не могла не задаться вопросом, сколько времени это займет и согласится ли она вообще поехать? Разрешат ли ей отправится следом? Хотела ли она этого? Пока Энди размышляла над тем, что будет дальше, Миранда проверила счет на столе, бросила несколько евро и поднялась со стула. Энди забрала сумку из кондитерской и свою сумочку, затем присоединилась к Миранде на углу. Они пересекли улицу, вышли на площадь, на которой было множество каменных скамеек, окружавших небольшой фонтан, и прошли мимо женщины в красном. Вблизи Энди заметила, что наряд выглядит еще более замысловато. Ранее ей не удалось разглядеть драгоценности — золото вперемешку с красным. Прижимая к себе сумочку, Энди почувствовала настойчивую вибрацию и вытащила телефон, его ревущий звонок заполнил полупустую площадь. Услышав этот звук, Миранда остановилась. — Извини, — Пробормотала Энди, — Это Эмили. Миранда потянулась через Энди и схватила телефон. — У тебя сохранились контакты в другом месте? — Да, — Машинально ответила Энди, — На офисном компьютере и моем ноутбуке в отеле. С этими словами Миранда запустила телефон мимо Энди, и они обе смотрели, как он плюхнулся в зеленоватую воду фонтана на площади. — Я куплю тебе новый, как только мы вернемся в Штаты. Предположительно, в следующем году Apple выпустит что-то инновационное. Возможно, мы сможем получить раннюю версию. Она сошла с ума, подумала Энди. Но тем не менее она продолжала идти рядом с Мирандой по парижскому лабиринту улиц, магазинов, переулков и мостов. Миранда останавливалась только для того, чтобы купить что-нибудь для девочек в разных маленьких магазинчиках, которые она помнила по тем годам, когда позволяла себе исследовать этот прекрасный город. Андреа несла всю тяжесть покупок. Она посмотрела на Андреа, когда та, вытянув шею, любовалась через Сену на линии Собора Парижской Богоматери после того, как они вышли из другого магазина. Ее снова мучала мысль, которая раздражала ее уже несколько недель. Они были так похожи. Конечно, Андреа могла бы использовать больше опыта, больше образования, но скоро она будет ее протеже, после Найджела. Миранда нуждалась в отвлечении сейчас больше, чем когда-либо, поэтому остановилась на мгновение у их вида на собор и указала на летающие контрфорсы нефа и розовое окно. — Из 13-го века, — Объяснила Миранда. — Ух ты, такое старое, — Отозвалась Андреа. Да, у Миранды еще много работы. — Ты много знаешь, — Добавила Андреа, помолчав. — Похоже, ты удивлена, — Усмехнулась Миранда. — Большинство людей — специалисты своей области. Я думала, ты тоже, но это не так. — Полагаю, мне следует принять это за комплимент? — Андреа пожала плечами, потом нерешительно кивнула. — Давай вернемся в отель. Возьми такси. — Не могу, — ответила Энди. — Прошу прощения? — Таксисты бастуют. — Чтобы люди просто выполняли свою работу, я что, многого прошу? — Пробормотала себе под нос Миранда. — Ну, — Перебила Энди, и Миранда просто уставилась на неё, приподняв одну бровь, ожидая ответа, — Очевидно, существует новый транспортный закон, который их не слишком устраивает. Их парламент, похоже, отдает предпочтение частной новой группе таксомоторных компаний, а не традиционным, которые всегда были объединены в профсоюзы. Отсюда и забастовка. — Приятно слышать, — Саркастически ответила Миранда, — Все равно, похоже, что люди отказываются выполнять свою работу. — Но в том-то и дело! Может быть, если бы у нас было больше забастовок в Нью-Йорке, были бы какие-то изменения в системе транспорта, а не тупик 24/7 и гниющая система метро. — Андреа, я была в Париже бесчисленное количество раз за последние несколько десятилетий, — Объяснила она, доставая телефон из сумки, — Забастовки бывают всегда. Ничего не меняется, мир продолжает вращаться, и никому нет до этого дела. За исключением тех из нас, кто испытывает неудобства из-за беспорядка. — Это заставило нас поговорить о французской политике, не так ли? — Не глядя, Энди потянулась к телефону Миранды и начала набирать номер, — Здравствуйте, я звоню по поводу вашей гостьи, Миранды Пристли. Нам нужна машина. Миранда наблюдала, как она огляделась в поисках названий улиц, а затем назвала их местоположение. Когда Энди закончила, она передала трубку Миранде и, наконец, нерешительно посмотрела ей в глаза. — Они будут здесь через десять минут, — Сказала Энди, — Ты не возражаешь, если я… — Она указала на книжный магазин, который запомнила по туристическим брошюрам и только что заметила. Миранда кивнула и направилась к небольшому парку, который они миновали несколько минут назад, в то время как Энди вприпрыжку пересекла улицу и вошла в темный магазин. Миранда прошлась по парку и начала мысленно вспоминать свой день, который прошёл как самый худший кризисный год. События этого утра, казалось, происходили в другом времени и месте, далеко от того, где она стояла сейчас. С того утра она многого добилась в своем гостиничном номере. Теперь ей оставалось только дождаться, пока Найджел получит кое-какие важные материалы, а далее — завтрашние встречи. Она все еще не была уверена в своем решении. Было так много пробелов, вопросов без ответов и даже ярких красных огоньков, но она на время выбросила их из головы. Теперь ей поможет только действие. Действие, как у Андреа в то утро. Сквозь туман ярости и искреннюю панику она все же заметила решительное, а затем встревоженное лицо Андреа, когда та повернулась и последовала за ней от двери Ирва обратно в ее комнату. И хотя она отказалась от первой просьбы Миранды, она все равно позвонила моделям, фотографам и журналистам. Конечно, Андреа-ее ассистентка, у нее не было выбора. Однако вот уже несколько недель она чувствовала, что за действиями Андреа скрывается что-то еще, помимо профессионального долга. Миранда видела этот взгляд много раз, последний раз всего несколько часов назад после долгого душа, когда она смотрела на себя в зеркало и наконец поняла, что делать дальше. Собираясь сделать второй поворот вокруг парка, Миранда заметила черный «Мерседес», подъехавший к углу, указанному Андреа, и встревоженного водителя, выходящего и оглядывающегося. Меньше, чем через десять минут, будь проклята забастовка такси. Она подошла к машине и жестом подозвала водителя. Он поспешил открыть ей дверь, и Миранда объяснила, что им придется подождать ее ассистентку. Водитель кивнул, закрыл за ней дверь и встал на страже. Миранда подождала несколько минут, потом еще несколько. Наверное, ей следовало уехать и позволить девушке самой найти дорогу назад, но эта мысль не укоренилась, как дурная привычка, от которой она давно отказалась. Андреа, по какой-то причине, производила такой эффект, превращая свои привычные действия по отношению к другим, в чувство вины. Наконец, она увидела, как Андреа вышла из магазина со всеми своими сумками, включая сумки из книжного магазина. Энди сразу же заметила машину и практически побежала к ней. Как только водитель открыл перед ней дверцу, она бросилась внутрь и глубоко вздохнула. Между ними громоздились многочисленные сумки, и Энди изо всех сил старалась не дать им вторгнуться в пространство Миранды. Естественно, они обхватили ее ноги и впились в бок. — Прости, Миранда, — Выдохнула она, — Я потеряла счет времени. Надеюсь, вы не слишком долго ждали. — Вперёд, — скомандовала Миранда водителю, как только тот занял свое место. Они влились в поток парижских машин, и Энди уставилась в окно, бросив последний взгляд на книжный магазин. Затем она повернулась и снова посмотрела в сторону Собора Парижской Богоматери. В процессе она врезалась прямо в пристальный взгляд Миранды. Она тут же покраснела, надеясь, что не получит нагоняй за то, что заставила себя ждать. Откуда ей было знать, что автомобильная служба отеля доберется туда почти за половину времени? Как раз в тот момент, когда Энди собиралась сдаться и извиниться, заговорила Миранда. — Знаешь, я вижу, что ты во многом похожа на меня, — Энди почувствовала, что ее глаза стали вдвое больше, и даже не попыталась скрыть это, — Ты не останавливаешься, когда кто-то говорит тебе, что ты не можешь сделать. Эти слова не ломают тебя, а только питают. Ты растёшь в результате критики, даже если она необоснованна или несправедлива. Ты не рассыпаешься, как многие другие, как обычно бывает со многими женщинами. Энди слегка дрогнула при этом последнем замечании, но остальная часть речи ударила ее, как сильная волна. Она покраснела еще сильнее и едва знала, что ответить. — Я… я не знаю, — Пробормотала она, — Не думаю, что я такая, Миранда. Я не думаю, что смогу пережить то, что ты пережила сегодня. Я не могу вынести того, что Ирв сделал с тобой. Но Миранда перебила ее: — Ты уже это сделала. Ты терпела это от меня. Миранда отвернулась к окну и смотрела, как они едут вдоль Сены, минуя книжные лавки и толпящихся на тротуарах туристов. Она почувствовала на себе потрясенный взгляд Андреа и искренне удивилась собственным словам. Она не планировала их, и они, казалось, возникли из ее размышлений, когда она шла через парк. Хотя она была рада—рада, что Андреа знала и надеялась, что она увидит это таким, каким оно было: извинением. Прошло несколько минут молчания, пока обе женщины смотрели в свои окна, погруженные в свои личные мысли. Наконец водитель свернул на авеню, ведущую к их отелю, и направился к парковщику. Оба пассажира вышли, не дожидаясь, пока он откроет дверь. Энди быстро схватила их сумки, и Миранда, казалось, собиралась подняться по ступенькам, но вместо этого подождала. Они вместе прошли в вестибюль, где Энди передала Миранде сумки. — И вот это, — Прошептала Энди, протягивая последнюю покупку. — Нет, это из «Шекспира и К°». — Да, я забрела в секцию для юных читателей и нашла пару книг, которые, по-моему, понравятся девочкам. Миранда заглянула в сумку и заметила две маленькие книжечки в мягкой обложке, их страницы слегка пожелтели и издавали безошибочный аромат старого книжного магазина. Она кивнула и снова посмотрела на Андреа. — У меня завтра несколько встреч, — Сказала Миранда и помедлила, прежде чем продолжить, — Ты присоединишься ко мне? Еще одна просьба от женщины, которая никогда не просила, но потом Энди поняла истинный вопрос Миранды. Эта мысль мелькнула у нее в голове только на мгновение в течение дня, но Энди была, по всем намерениям и целям, безработной прямо сейчас. Она была помощницей главного редактора «Подиума», но главный редактор «Подиума» не стоял перед ней. Теперь это была просто Миранда Пристли. На этом ее мысли закончились, и она ответила: — Да, Миранда. Во сколько мне заказать машину? — Думаю, в десять, — Ответила Миранда, не теряя ни секунды, но Энди заметила, что ее плечи слегка опустились и потеряли прежнее напряжение, — Это даст нам достаточно времени, чтобы добраться. — Верно, — Ответила Энди. Миранда кивнула, — Я пришлю более подробную информацию сегодня вечером. На твою электронную почту. Наконец она повернулась и пошла к лифтам. Энди наблюдала, как она в одиночестве садится в лифт, и служащий нажимает соответствующий этаж. Двери лифта закрылись, и Энди едва не покачала головой, чтобы, возможно, помочь своему мозгу осознать события сегодняшнего дня. Энди предположила, что остаток дня у нее свободен, поэтому она посмотрела на часы и задумалась, чем бы еще заняться в это время. — Шесть! — Энди быстро обернулась и увидела Найджела, выходящего из бара отеля, — Где вы были? — Э-э… Это был…странный день. — Все сходят с ума из-за того, что Миранда не появилась на «Живанши». И я собираюсь отправиться наверх и закончить сборы к завтрашнему утреннему рейсу. Почему ты не отвечала на мои сообщения? — Миранда бросила мой телефон в фонтан. — Она что?! — И Найджел, хохоча, вошел в просторный вестибюль, вызвав несколько презрительных взглядов на громкоголосого американца. — Ага! Найджел, я почти уверена, что она сошла с ума, — Прошептала Энди. — О нет, милая, — Ухмыльнулся Найджел, — Конечно, бросание телефона кажется немного…неуместным, даже для неё, —Энди на самом деле думала, что это было немного напористо в то время, но ее эстетика всегда казалась немного странной среди этой толпы, — Но если я правильно понял ее письмо и соединил все ниточки, что она хочет, чтобы я… — Что? Она не рассказала мне ничего, кроме каких-то загадочных забавных фактов о цветах, окнах и прочей ерунде и о том, что у нас завтра несколько встреч. — Встречи? Где? — Найджел заинтересовался. — Она не сказала. — Черт, это последняя подсказка, которая мне была нужна. — Как ты думаешь, что она делает? Честно говоря, если бы ты спросил меня несколько часов назад, я бы сказала, что она бросает полотенце. — Нет, нет, нет, — Усмехнулся Найджел, — Я почти уверен, что она идёт по стопам Дианы Вриланд*, — Когда Энди посмотрела на него, все еще совершенно потерянным взглядом, он уточнил, — Она уходит в Метрополитен. Институт костюма. — В Метрополитен? — Энди на мгновение задумалась. Она вспомнила о недавнем благотворительном вечере и о том, что входит в их весенний календарь, — Подиум занимается организацией и проведением Мет Гала. Но это как… — Отобрать у Голливуда «Оскар», например? — Найджел закончил со смехом: — Она великолепна. Будем честны, есть всего две вещи, которые приносят журналу прибыль: знаменитости на обложке и Мет Гала. Черт возьми, это событие подпитывает большую часть нашего бюджета до конца года. Губы Энди изогнулись в довольной улыбке. Ей не терпелось узнать, где завтра состоятся встречи. *Музей искусства в США, созданный меценатом и коллекционером Соломоном Гуггенхаймом. Расположен в Нью-Йорке в пределах т. н. музейной мили. Одно из старейших и самых посещаемых собраний современного искусства в мире. *Диана Вриланд — влиятельная франко-американская обозревательница и редактор в области моды. Сотрудничала с такими популярными изданиями, как Harper's Bazaar и Vogue. Выступала в качестве куратора и консультанта Института костюма Метрополитен-музея.