Родственники

- Крис, поверни кулак костяшками в мою сторону, - командовала Бьянка. - Сожми сильнее. Немного приподними руку. Не сгибай! Сожми кулак сильнее! Дана, опусти плечи. Ещё ниже. Пальцы в волосы, наклони голову. Уткнись лбом в колени. Да, вот так. Сегодня делали фото на тему домашнего насилия. Домашним насильником был Крис. Он впервые работал с партнёршей. Партнёршей была Дана – миловидная худенькая девушка лет двадцати с пышными светлыми волосами, большими серыми глазами и, что особенно неприятно, с идеальным маленьким носиком. Дана сидела, забившись в угол, Крис изображал тирана, готовящегося избивать беззащитную женщину. На первом плане – кулак, на втором – жертва. Свою работу Бьянка выполняла на автопилоте. Постоянно одёргивала себя, но не помогало. Стоило на миг ослабить самоконтроль, и она начинала думать о совершенно не рабочих вещах. Бьянка злилась на морских фей за их идиотские чары, только теперь её бесил не факт наличия чар, а их незавершённость. Пускай бы они либо начисто стёрли память, либо позволили дойти до конца вопреки всяким ледяным душам – одно из двух; чтоб либо ни о чём не сожалеть, либо сожалеть по-крупному – из-за случившегося, а не чуть не случившегося! Она ругала себя за странные, глупые, какие-то извращённые мысли, но мыслей меньше не становилось. Довод «Может, ещё и на Уайетта позаришься?!» уже не срабатывал. Хоть на сей счёт Бьянка была спокойна. Мысль о том, чтобы поцеловать Криса, вызывала желание схватиться за голову, облиться холодной водой, послать всё к чёрту. Мысль о том, чтобы поцеловать Уайетта, не вызывала никакого желания вообще. - Переходим к контактным сюжетам, - объявила Бьянка. - В смысле? – насторожился Крис. Ему и без того было не по себе от сегодняшнего амплуа. - Будешь держать меня за волосы, хватать за горло, душить голыми руками, - весело объяснила Дана, опытная модель. - И ремнём, - добавила Бьянка. - Не по-настоящему, - хихикнула Дана, кокетливо стрельнув глазками. «А жаль», - подумала Бьянка. Хотя вышеперечисленные действия выполнялись не взаправду, в картинке должна чувствоваться динамика, потому недостаточно было замереть в определённой позе. - Извини, - неловко пробормотал Крис, накинув ремень на горло Даны и слегка надавив – и близко не так сильно, чтобы причинить вред. - Не парься. Раньше ремнём на съёмках не орудовал? - Э-э, нет. Ничего экзотичнее наручников не было. - У тебя впереди много увлекательных открытий! – Дана улыбалась до ушей. – Поверь человеку, который участвовал в съёмках для каталога секс-шопа! - Интересно, какие части тела были задействованы при съёмке, - не удержалась Бьянка. - Исключительно руки. Для демонстрации… м-м-м, подготовки к использованию некоторых приспособлений. - Только без примеров! – взмолился Крис. - Иначе что? Ты застесняешься и убежишь? - Нет, загнусь от хохота и непонятно когда вернусь в рабочее состояние. - Так и быть, про примеры я тебе расскажу после съёмок. - Ты умеешь заинтриговать. - На то и расчёт. - Я же изведусь от любопытства. - Как говорится, предвкушение праздника лучше самого праздника. - Может, вернёмся к работе? – ядовито-сухо предложила Бьянка. Такое впечатление, что Крис и Дана успели о ней забыть, а теперь вспомнили, что они не одни. - Конечно, - согласилась Дана. - Обязательно, - поддержал Крис. - Сосредоточились, - велела Бьянка тоном тюремного надзирателя. Что-то внутри грудной клетки наливалось тяжестью и закипало. Ярость, обида – да, но это не основные ингредиенты. Главной составляющей адского коктейля была ревность, отнюдь не родственная.

***

Перевёртыш, посланный тёмными хранителями, удосужился вытребовать на работе Криса отгулы, по окончании которых не явился ни двойник, ни настоящий Крис. Настоящий Крис после возвращения вынужденно выдумал историю про аварию и подделал доказательства с помощью магии; это не личная выгода, это устранение причинённого вреда. Мистер Харрисон поверил, но до сих пор косо посматривал на «мистера Холливелла». Мистер Холливелл старался быть паинькой и усердно работал. Вырваться в «Аметист» на следующие съёмки получилось лишь воскресным утром. Случилась накладка. Бьянка не успела доснимать белозубого, голубоглазого, загорелого качка и попросила Криса подождать. Пришлось отойти и со стороны наблюдать, как Бьянка бегает вокруг знойной груды мышц. И не просто бегает, а шутит и вроде флиртует. «Это не твоё дело! – напомнил себе Крис. – Бьянка давно взрослая, сама разберётся, что ей нужно. И кто ей нужен». Никогда прежде наличие у Бьянки парня, хоть действующего, хоть потенциального, Криса не задевало. Естественное же дело – люди знакомятся, нравятся друг другу, начинают отношения. Естественнее не придумаешь, чёрт подери. Сейчас-то что не так? Парень с виду добродушный; крупный – тоже плюс, за таким легко полностью спрятаться, если нападут демоны. Только Крис предпочёл бы, чтоб сам качок оказался демоном, дабы с чистой совестью его уничтожить… Откуда взялись такие мысли? «Не из ванны ли?» - ехидно предположил внутренний голос. Крис велел ему заткнуться, но когда это помогало? Он обрадовался появлению Уилла – понадеялся, что они разговорятся и получится переключиться. Первая часть надежд сбылась, со второй было сложнее, но Крис честно старался не обращать внимания на белоснежную улыбку качка, сверкавшую почти столь же ярко и часто, как вспышки фотоаппарата Бьянки. Лучше бы вовсе уйти, да не хотелось оставлять Бьянку с качком без присмотра. «Боишься, что он её прилюдно совратит? - продолжал издеваться внутренний голос. – Или она его?» Всё, хватит! Надо сфокусироваться на другом. На Уилле. Крис уже успел понять, что Уилл из людей, которые не терпят несправедливости, однако часто видят несправедливость там, где её нет, и, напротив, не замечают там, где она есть. Всего то и требовалось, что переключить недовольство с надуманного фактора на реальный. Уилл жаждет реализовать своё недоверие и возмущаться обманом? Пожалуйста, есть великолепный объект – так называемый биоразлагаемый пластик. - Почему «так называемый»? – спросил Уилл, а Крис этого и ждал. - Потому что биоразлагаемого пластика не существует. Вернее, он есть в лабораториях, он используется в экспериментальных проектах, но его нет в массовом производстве и, соответственно, потреблении. – А внутренний голос не унимался: «Какое производство? Какое потребление? Погляди, что творится у тебя под носом!» - Как? Да сейчас полно товаров из биоразлагаемого пластика. - Не всему стоит верить. – «Что ж, поговорим о вере. Ты веришь, что Бьянка с этим типом разговаривают о работе?» - «Биоразлагаемый» пластик - это чаще всего обычный пластик, в который добавлены натуральные ингредиенты, например, кукурузный крахмал. Крахмал-то разлагается, но пластик не исчезает, а превращается в микропластик и загрязняет ещё больше пространства. Правда, бывает пластик, который впрямь разлагается, но при особых условиях – высокая температура, отсутствие воздуха. Нужен специальный полигон, а в обычных условиях такой пластик разлагается практически столько же, сколько любой другой, то есть сотни лет. – «Отвезти бы на полигон этого качка, даже не обязательно на специальный». - Не могут же людей так нагло обманывать! – Уилл прекрасно знал, что могут, но хотел, чтобы Крис подтвердил это вслух. - Ещё как могут. – «Давай перенесём его в Антарктиду? Пускай хвастается бицепсами перед пингвинами». Несколько минут они с Уиллом обсуждали бессовестность и лживость жадных дельцов. Уиллу такие темы чрезвычайно нравились. Когда он вдоволь навозмущался, Крис подбросил в костёр пару поленьев не для разгорания, а для размышления: - Даже если повсеместно начнут использовать по-настоящему биоразлагаемый пластик из самого натурального сырья, всё равно будут проблемы. – «И главная из них – к тому времени Бьянка со своим зубастым мачо успеют пожениться и настрогать десяток детишек». - Какие? - Истощение ресурсов ради получения сырья. Допустим, пластик будут полностью делать из кукурузы или других растений. Растения надо вырастить, для этого нужны огромные территории, ради которых, вероятно, будут вырубать леса или иначе менять экосистему. Посевы, обработка, сбор, транспортировка. Затраченное топливо, вода, удобрения – не факт, что безвредные. И куча разлагающихся, но всё-таки отходов в виде использованного пластика. В общем, огромная нагрузка на экологию. Для чего? Почему? Потому что людям лень мыть за собой посуду? – «Не верится, что человек способен столько улыбаться, да ещё так широко. А вдруг у него челюсть заклинило? Так ведь это легко исправить хорошим ударом!» - При чём тут посуда? - Очень много пластика уходит на изготовление одноразовой посуды. – «Прямо по зубам». Уилл проникся проблемой, от чего кровожадный настрой Криса убавился настолько, что здравый смысл пробился в эфир и задал вопрос: «Что с тобой такое?» Вопрос, впрочем, сугубо риторический – ответ был известен и здравому смыслу, и внутреннему голосу.

***

Качок и Крис поменялись местами – теперь первый ждал, когда Бьянка закончит фотографировать второго. Стоило Бьянке завершить съёмку, и синеглазый здоровяк снова был подле неё. - Поехали? – обольстительно улыбнулся он. - Поехали, - обворожительно улыбнулась она. Увидела недоумение Криса и пояснила: - У меня съёмки в парке, Ник предложил подвезти. - Как это мило со стороны Ника, - восхитился Крис. Не враждебно, но язвительно. Ник явно задался вопросом, кем Бьянке приходится Крис, раз позволяет себе подобное. Ей пришлось их знакомить: - Крис, это Ник, Ник, это Крис, мой младший брат. – Она улыбнулась шире, причём улыбка была снисходительно-добродушная, будто Бьянка собиралась потрепать Криса по щеке. Если и собиралась, то не стала, ограничилась дополнением: - Который иногда воображает себя старшим и чересчур обо мне беспокоится. В голубых глазах Ника заискрилось понимание. Крис присоединился к клубу улыбающихся и отчеканил: - Да, мы, братья, такой народ – заботливые донельзя. Тон его был обыкновенно-шутливым, но Бьянке показалось, что между ней и Крисом даже не возникла, не построилась, а откуда-то сверху рухнула бетонная стена, вмиг образовав непробиваемую преграду. - Счастливого пути, - пожелал Крис, добавляя дополнительный слой бетона. – Ник, осторожнее за рулём. - Само собой, приятель! – Ник засиял, решив, что получил братское благословение.

***

Что Криса задело сильнее – «младший» или «брат»? По идее, его не должно цеплять ни то, ни другое. Он правда моложе её – аж на пять лет. И они впрямь брат и сестра – юридически. Но если ему не нравится статус брата, не значит ли это, что Крис тоже испытывает к ней не родственные чувства? Или она фантазирует, выдавая желаемое за действительное? На душе у Бьянки было неуютно, пасмурно и противно. Она вежливо отвязалась от Ника, разделалась с неотложными делами и отправилась к Крису. Не стала звонить и спрашивать разрешения – вдруг разобиженный Крис откажет. Сюрприз Бьянка получила ещё до попадания в квартиру. Собственно, сюрприз в том и заключался, что Бьянка не смогла попасть в квартиру Криса, на самом последнем этапе словно врезалась в барьер. Её отшвырнуло, и материализовалась она в межквартирном коридоре, знатно шмякнувшись о соседскую дверь. Крис поставил блок на её перемещения?! Пока Бьянка переваривала этот факт, вставая и отряхиваясь, соседская дверь открылась. - Да? – Мужчина лет шестидесяти неуверенно поднял брови. – Чем могу помочь? - Ничем. – Бьянка убедила себя не рявкать. Сосед ни в чём не виноват. – Простите, я споткнулась, потеряла равновесие и врезалась в Вашу дверь. - Сильно ушиблись? - Нет. Всё нормально. - Вы здесь живёте? - Нет, я... родственница парня из четыреста шестнадцатой квартиры. - Криса? - Да. - Понятно. – Мужчина добродушно улыбнулся и полностью вышел из-за двери. Он был худощавым и при среднем росте казался высоким. Одет в брючный костюм, с галстуком. Эдакий хрестоматийный пожилой джентльмен, не хватает лишь трости да шляпы-котелка; усы вон уже есть. – Видите ли, я переехал недавно, ещё далеко не всех знаю. Но с Крисом успел познакомиться. – Сосед, очевидно, решил, что следует познакомиться и с ней. - Френсис Бэйл. - Бьянка Холливелл. - Очень приятно. - Взаимно. – Ещё немного – и она взорвётся от негодования, а вынуждена любезничать с каким-то Френсисом! – Случайно не знаете, Крис дома? - Полагаю, да. Полчаса назад мы втроём поднимались на лифте. - Втроём? - Да, Крис был с очаровательной блондинкой. – Бэйл мечтательно сощурился; вспомнил молодость, не иначе. – Очень, очень красивой. Вынырнув из воспоминаний и узрев выражение лица собеседницы, Бэйл спешно попрощался и скрылся за дверью, замок щёлкнул дважды. Отправляясь к Крису, Бьянка собиралась признаться: она понятия не имеет, что на неё нашло, но последнее, чего она хотела, это обидеть его. Что она собирается делать теперь, Бьянка не представляла, но просто уйти, как, пожалуй, следовало бы, не могла. Она принялась свирепо колотить в дверь Криса. Крис, может, и не хотел открывать, но лишиться двери хотел ещё меньше. Свою гостью он попросил пройти на кухню, объяснив, что назревает небольшая семейная разборка. - Чего тебе? – холодно спросил Крис, давая понять, что не собирается приглашать Бьянку внутрь. - Ты поставил на меня блок?! - И что? Поставь в своей квартире блок на меня, и будем квиты. Это всё, что ты хотела обсудить? Нет, не всё! У Бьянки имелся длинный, запутанный список, она никак не могла выбрать, какой пункт будет первым. А гостья Криса, повинуясь женскому любопытству, вознамерилась посмотреть на «родственную разборку» своими глазами. Подошла к порогу между кухней и комнатой, однако в последний миг воспитание взяло своё, и гостья юркнула обратно. Но Бьянка разглядела мелькнувшую шевелюру – пышные светлые волосы. Удушливая горячая тяжесть разлилась по всему телу, особенно плотно сконцентрировавшись в горле. Захотелось влепить Крису пощёчину и вырвать Дане лохмы до последнего волоска. Каким-то чудом Бьянка нашла в себе силы на дипломатию. - Считай, что да. Разговор закончен, хорошего вечера. - Ты тоже не скучай. – Крис закрыл дверь прежде, чем Бьянка успела съязвить.

***

Следующая съёмка проходила кошмарно. Бьянка и Крис почти не разговаривали; если Бьянка распоряжалась, Крис огрызался, Бьянка огрызалась в ответ. Работа текла медленно, неуклюже и завершилась незадолго до полуночи. Фотограф и модель были одинаково уставшими и злыми. В кои-то веки помещения «Аметиста» полнились темнотой и тишиной. Двое считали, что они здесь совсем одни. Их заблуждения развеял гневный, отчаянный вопль. - Идиоты! Кретины! Профаны! – Были и другие характеристики, более выразительные, но менее цензурные. Алекс вылетел из своего кабинета и понёсся аки раненый зверь – не разбирая дороги. Если б не наткнулся на Бьянку с Крисом, наверное, вывалился бы на улицу, предварительно снеся с петель несколько дверей. Его глаза были налиты кровью и бешенством, а красный цвет лица и шеи страшил не на шутку – Бьянка и Крис испугались, что у Алекса в ближайшие секунды случится инфаркт или инсульт. - Что стряслось? – Бьянка морально готовилась переместить начальника в больницу и стереть ему лишние воспоминания заклинанием. - Они идиоты! – выпалил Алекс. – И… - Кретины, - напомнил Крис. - Да! И… - Профаны. - Да! - Кто «они»? - Дегенераты, вот кто они! Де-ге-не-ра-ты! Переглянувшись, Холливеллы заключили условное перемирие и приступили к совместному допросу Алекса. Выяснилось, что три минуты назад он узнал: фотограф, которому передали заказ для книжной обложки, и его модели о заказе дружно забыли. А срок выполнения истекает сегодня, то есть выслать снимки нужно не позднее чем через двадцать минут, иначе «Аметисту» придётся выплачивать издательству неустойку. - За двадцать минут они даже не соберутся, не доедут сюда, не… - Алекс впился взглядом в Криса и Бьянку. – Так, живо обнимитесь! - Что? – в один голос переспросили они. Алекс вырвал у Бьянки фотоаппарат. - Подошли друг к другу и обнялись! Буду снимать вас! Книжка – любовный роман, пять минут пощёлкаю ваши романтические объятья, десять минут на обработку фото, ещё пять – на пересылку, включая возможные заморочки с электронной почтой. Должны успеть! - Но… - собрался возразить Крис. - Мы точно подойдём по типажу? – перехватила инициативу Бьянка. Меньше всего ей хотелось фальшивых романтических объятий. - К дьяволу типажи! - Вы не знаете, как должны выглядеть герои? - Что там знать? Наверняка типичное слезоточивое чтиво, значит, и герои типичные – красотка да смазливый тощий пацан. - Спасибо, - Крис слегка поклонился. - А цвет волос, глаз? – не сдавалась Бьянка. - На это сами издатели толком не смотрят! Если всё-таки они придерутся завтра, поправить в фотошопе – минутное дело. Тем более, у тебя такой цвет волос, что сойдёшь хоть за блондинку, хоть за брюнетку. Главное – сейчас прислать им хоть какие-то фотографии до полуночи. Поэтому обнимайтесь. – Алекс тяжело вдохнул-выдохнул. Если дальше препираться, у него будет либо нервный срыв, либо всё-таки инфаркт. - Вас не смущает, что мы с ним родственники? – За последний довод Бьянка ухватилась, как утопающий за соломинку. Алекс смерил её насмешливо-покровительственным взглядом. - Деточка, меня в этой жизни давно уже ничего не смущает. В конце концов, я не заставляю вас целоваться. - Тон его стал зловещим. – Больше я не буду повторять. Напоминаю, что вы оба на меня работаете. Бьянка, обними Криса! Немедленно! Приказ начальства, что б его. Бьянка могла убить четырёх вурдалаков за две минуты (и убила, вчера). Могла без колебаний кинуться на оборотня. Могла одним ударом выбить вампиру зубы. Но подойти и обнять дорогого человека не могла. Постороннего – пожалуйста, сколько угодно, хоть до смерти заобнимать не проблема. Даже когда у них с Крисом были замечательные отношения, она не сумела бы обнять его первой, а теперь и подавно. Для него это, между прочим, классный шанс отомстить. Алекс подтолкнёт Бьянку к Крису, она попытается организовать какие-никакие объятия, а Крис просто отпихнёт её от себя. Ещё и усмехнётся, брезгливо, презрительно, с отвращением, как когда-то усмехалась Линн. Лицо Криса пару мгновений оставалось непроницаемым. Он впрямь обдумывал такой вариант мести, но лишь секунду, не дольше. Его передёрнуло. Он моргнул, быстро шагнул к Бьянке и крепко обнял её. Она вцепилась в него, будто боясь упасть. - Превосходно! – обрадовался Алекс. – Крис, опусти руки на её талию. Бьянка, выпрями шею, а то лица не видно. Положи ладони ему на плечи. Смотрим друг на друга. Прекрасно. Бьянка, положи голову ему на грудь и смотри куда-нибудь в угол растерянно и томно. Крис – с тебя взгляд депрессующего Ромео… Завершив экспресс-фотосессию, Алекс умчался к себе обрабатывать снимки. Крис с Бьянкой остались стоять в обнимку. Бьянка ждала, когда он отпустит её, отойдёт и сделает вид, что ничего не было. Но Крис не двигался. Вдруг она услышала собственный голос: - Я скучаю по тебе. – Бьянка подняла голову, чтобы посмотреть Крису в глаза. - Я по тебе тоже, - незатейливо признался он, глядя на неё так же пристально, как она на него. - Почему ты так обиделся, когда я назвала тебя младшим братом? – Ох, лучше бы попросила прощения и мило заткнулась. С другой стороны, хотелось ясности, а то она уже вконец запуталась. Крис слабо улыбнулся. - А ты не понимаешь? Она вздохнула. - Я вообще мало что понимаю в последнее время. Он наклонился и поцеловал её в губы. Поцелуй был недолгий, но выразительный. Очень нежный. Как она устояла на ногах? Коленки подгибались, точно у впервые целующейся школьницы. - Теперь поняла? - Не уверена. Можешь повторить? – Не дожидаясь ответа, она сама прижалась губами к его губам. Они целовались так, словно через минуту наступит конец света. Не думали ни об условностях, ни о последствиях, ни о чём, кроме друг друга… Но одна противная мысль таки ворвалась в мозг Бьянки непрошеной гостьей, заставив прервать поцелуй. - Подожди… Что насчёт Даны?.. - Даны? – Крис нахмурился. – А что насчёт Ника? - Ник подвёз меня до парка, и с тех пор мы не виделись. Я не приглашала его к себе домой. - Славно, я тоже не приглашал Ника к себе домой. - Зато Дану пригласил. И я сильно сомневаюсь, что вы с ней пили чай. - С чего ты взяла? - Издеваешься? - Нет, с чего ты взяла, что Дана была у меня дома? - Я видела! - Когда? - В воскресенье. Когда мы разругались. Крис нахмурился сильнее, но и веселее. - Ты не могла видеть Дану, её там не было. Мы с ней пересекались только здесь, в «Аметисте». Желание поверить ему было нестерпимым, но Бьянка не поддалась соблазну. - Не ври мне, Крис. Я видела… Да и твой сосед сказал, что ты был с красивой блондинкой. - Какой сосед? - Старик с пышными усами. - Мистер Бэйл? - Он самый. Крису определённо захотелось расхохотаться - Всё правильно, я был с блондинкой - с соседкой, которая живёт на шестом этаже. Она школьная учительница, я напросился в её класс, чтобы провести экологический урок. Мы встретились на улице, разговорились. Потом поднялись ко мне, обсуждали детали и, хочешь верь, хочешь нет, пили чай. - Ну конечно! - Между нами ничего нет и быть не может. Во-первых, она вряд ли этого захочет. Во-вторых, если и захочет, её муж будет против. Дети тоже не одобрят, да и внуки не обрадуются. Бьянка недоумённо уставилась на него. Крису всё сложнее было не смеяться. - Миссис О’Нилл действительно очень красивая женщина, но ей не меньше шестидесяти лет. Она сознавала, что вид у неё сделался не особенно умным, но ей было всё равно. - Правда? Он улыбнулся, не размыкая губ, и кивнул. Чем не повод поцеловаться снова? Больше никогда они не будут выстраивать разделяющую их стену. Больше никогда не станут придумывать или преувеличивать преграды. Больше никогда не откажутся друг от друга. Лёгкость, звенящая тихим серебристым переливом, окутала всё тело. Бьянке не требовалось открывать глаза, чтобы понять, что она вместе с Крисом растворяется в искрящемся лазурном сиянии.

***

- Что предпочитаешь – чай, кофе, вино, сок, воду? – галантно осведомился Крис. - А что из этого у тебя есть? - Вода. - До недавних пор был чай, однако остатки без того невеликого запаса ушли на миссис О’Нилл. - Из-под крана? - Из-под крана. Но у меня стоит отличный фильтр. - Это меняет дело. - Могу предложить лёд. - Не слишком ли ты меня балуешь? - И дольку лимона. - Остановись, кутила! – Бьянка убрала со лба прядь, выбившуюся из причёски, заодно оглядела почти спартанскую обстановку комнаты. Не считая книжных полок, меблировка ограничивалась кроватью, стулом, шкафом и небольшим обеденно-письменным столом. Если куда-то садиться вдвоём, то либо на пол, что не очень романтично, либо на кровать, что гарантирует неловкость. Бьянка допускала, да чего уж там – надеялась, что кровать им с Крисом пригодится. Но не так же сразу, может, даже не сегодня. А если и сегодня, всё равно комфортнее, когда есть альтернатива – например, диван, на который можно присесть без подтекста. - Надо было переноситься ко мне домой. У меня хотя бы есть чай. – «И диван». Крис откровенно удивился. - Разве ты не поставила блок на меня? - Нет. Крис пошёл к шкафу. - Собираешься сбежать от меня в Нарнию? – хмыкнула Бьянка. - Собираюсь снять заклинание прямо сейчас. – Крис извлёк из шкафа толстую красную свечу, спички и… термос. Поставил всё на стол. - Откуда у тебя мой термос? – Бьянка последний раз видела его на Бэйкер-Бич. – Я о нём совсем забыла. - Я тоже забыл, когда подбирал скатерть и контейнер. – Крис вынул из ящика стола блокнот и карандаш. – На следующий вечер вспомнил. Мне надо было на что-то отвлечься, да и нехорошо захламлять пляж, так что я поискал, нашёл. Хотел вернуть, но потом меня самого надо было возвращать. А потом… - А потом ты использовал его для заклинания блокировки как личную вещь того, от кого нужно заблокироваться. - Для справки: я не горжусь своим поступком. - Для справки: это мы уже проехали. Наскоро сочинив отменяющее заклинание, Крис зажёг свечу и прочитал его. Они убедились, что оно сработало, после чего он торжественно отдал Бьянке её термос. - Держи. - Давай. – Она с преувеличенной нежностью прижала термос к себе, словно защищая, и метнула в Криса осуждающий взор. – Похититель термосов! Покусился на чуть ли не единственное богатство бедной девушки! - Я же только что сам тебе его отдал! - Потому что у тебя не было выбора. А так наверняка планировал оставить его себе. - Гнусная клевета! Ей с ним так легко! Как ни с кем другим. Посерьёзнев, она вернула термос на стол. - Можно задать тебе вопрос? - Конечно. - Когда ты почувствовал… когда ты понял, что у тебя ко мне не родственные чувства? Поскольку Крис много об этом думал, ответ у него был готов: - После твоего возвращения из Чикаго. Мы долго не виделись, и я посмотрел на тебя по-новому. Может, не сразу, но скоро. – Он внимательно глядел на неё. Понял, что её интересует. - Ещё до пляжа и фей. А ты? - Тоже до пляжа. С нашей первой съёмки. Я попыталась представить, что мы незнакомы, что я вижу тебя первый раз, и, знаешь, у меня великолепно получилось. Всё происходило постепенно. – Она заправила за ухо прядь волос, которая и так была там. Снова улыбнулась, немного неловко. – Но сеанс разврата в ванне заметно ускорил процесс. Крис тоже улыбнулся. Бьянка взяла его за руку, он подался было к ней, но она пресекла это движение. - Нет, подожди. Просто постой. Сердце колотилось, горло сдавливало, даже коленки дрожали. Ну не глупо ли, не смешно? Не смешно - страшно. Аж голова кружится. Облизнув губы, Бьянка подступила к Крису близко-близко. Застыла, затем плавно, с микроскопическими перерывами приподняла руки, обвила ими торс Криса и, закрыв глаза, прильнула к нему. Он сам окаменел, понимая, как много это значит – и для неё, и для них обоих. Через какое-то время его руки сомкнулись на её спине. Двое практически не шевелились, слушая дыхание друг друга. - Ты в порядке? – наконец, спросил Крис. Она кивнула, не открывая глаз. Ей и правда было хорошо. Как человеку, только что сошедшему с экстремального аттракциона или успешно перепрыгнувшему пропасть – короче, благополучно оставившему опасность позади. Она всем телом, каждой клеточкой ощущала, как бережен с нею Крис. Словно она не первоклассная ведьма-убийца, а бесценное хрупкое произведение искусства. А ведь так оно и есть – для Криса. Он ни к чему не станет её принуждать, ни поступками, ни намёками, ни напрямую, ни косвенно. Только при чём здесь принуждение, если она сама хочет? - Может, возобновим сеанс разврата? – предложила она, справившись с комом в горле. – Только не в ванне. - Я не против, - приглушённо ответил Крис после маленькой паузы. – Хотелось бы покуситься на что-нибудь помимо термоса. - Выходит, термос всё-таки в приоритете? - Безусловно. Из-за него и общаюсь с тобой. Она рассмеялась, уткнувшись лицом ему в грудь. Вздёрнула подбородок и приложила кончики пальцев к ключицам Криса. - По-моему, это у нас уже нервное. - По-моему, тоже. – Он провёл рукой по спине Бьянки от поясницы к шее. – Нам необязательно торопиться. - Знаю. – Её пальцы спустились к верхней пуговице его рубашки. – Лично я никуда не тороплюсь. Но и не торможу. – Она расстегнула первую пуговицу и почти сразу вторую. Ладонь Криса была на молнии её платья, и в качестве зеркальной меры он потянул за бегунок. Очень скоро рубашка и платье уже лежали на полу, а Крис и Бьянка – на кровати. Всё происходило не так безошибочно и глянцево-идеально, как в красивых романтических фильмах (красивые романтические фильмы в этом плане вредны – насмотришься их и невесть чего ждёшь от других да требуешь от себя), но Бьянке и не нужен был идеал. Ей нужен был Крис. А ему была нужна она.

***

Крис сомневался, что стоит спрашивать, однако решился. - Тебе понравилось? Этого вопроса Бьянка и боялась. Она могла солгать, сказав «да», но не хотела обманывать его. Понадеялась, что он оценит её честность и не сильно расстроится. - По правде говоря, не очень. – Она виновато скривила брови, постучала пальцами по краю табуретки, на которой сидела. – Прости. Если уж начистоту, то я ожидала чего-нибудь намного лучше. А это просто ужас. - «Просто ужас»? Тогда в следующий раз готовь завтрак сама или приноси еду с собой. – Изобразив глубокую обиду, Крис забрал её тарелки и поставил в раковину вместе со своими. - Ладно-ладно, - смилостивилась Бьянка. – Не просто ужас, а ужас с некоторыми кулинарными проблесками. Твоей овсянкой, конечно, можно пытать врагов, но омлет был не так уж плох. – Она поднялась и подошла к Крису, который с трагически-чопорным видом мыл посуду. Остановилась у него за спиной. – Эй. – Бьянка встала на цыпочки и заискивающе положила подбородок ему на плечо. - В конце концов, я ведь всё съела. – Её ладони легли на его живот, затем поднялись к груди, пальцы игриво скользили по обнажённой коже. Рубашки на Крисе не было, она красовалась на Бьянке, сейчас составляя всю её одежду. Он не выходил из образа. - Поздно, утешения не помогут. Я оскорблён в лучших чувствах. - Домоешь тарелку и сделаешь себе харакири? - Непременно, только сначала вымою нож. - Какая острая реакция на невинную кулинарную критику. - Невинную кулинарную критику? Это был плевок в душу! Я сегодня всю ночь буду плакать в подушку! - Ну, это хорошая альтернатива харакири. - Довела несчастного мужчину до слёз и радуешься? – Он ополоснул вымытый нож и, выключив воду, положил его сушиться. Бьянка покаянно цокнула. - Какая же я злая! - Именно! – Крис взял полотенце. - Коварная. - Однозначно. – Вытер руки. - Неблагодарная. - Точно! – Повесив полотенце обратно, Крис развернулся и сгрёб Бьянку в объятья. - Жестокая! - Ага. – Он провёл большим пальцем по её подбородку, тронул уголок губ. – И очень красивая. - Неожиданное продолжение логической цепочки. - Не умничай. - Боишься умных женщин? - Страшно из-за них комплексую, особенно если они ругают мои поварские способности. - То есть мой отзыв ты забудешь нескоро? - Естественно. Я буду тебе его регулярно припоминать. - И кто из нас коварный? - Давай считать, что мы оба. - Давай. – Её взгляд наткнулся на настенные часы. – А ещё мы оба вот-вот опоздаем на работу. Крис проследил за взглядом Бьянки и вздохнул. Спросил бы, может ли она взять отгул, да самому ему отгулов долго не видать. Он коснулся лбом её лба. - Увидимся сегодня вечером? - Если ты захочешь. Он удивлённо выпрямился. - Что из случившегося этой ночью навело тебя на мысль, что я не захочу? Она еле заметно мотнула головой. Бесшабашное веселье притупилось. - Ничего. Но я подумала – вдруг ты «опомнишься», пожалеешь. - Ни за что на свете. Это лучшее, что со мной случалось. - Крис сильнее прижал её к себе. – Ты сама-то собираешься опоминаться и жалеть? - Нет, - ответила Бьянка без раздумий. - Значит, договорились, - резюмировал Крис. - Да. – Она склонила голову вбок, всматриваясь в его черты. – Поцелуй меня. На работу они всё-таки опоздали.