Улица мой дом

Проснувшись утром, Кирилл на мгновенье потерялся в пространстве, забыл, где находится. Но спустя пару секунд память вернулась, и он всё вспомнил. Вспомнил, что за последние пару дней его итак максимально нестабильная жизнь претерпела множество изменений, вспомнил, что теперь живёт в квартире с четырьмя странными мужчинами, вспомнил, что вчера рыдал казаху в плечо, жалуясь на свою жизнь, и наконец вспомнил, что разделял с Адилем ночью кровать. Так, Адиль. А где он? Незборецкий не заметил рядом с собой никакого Жалелова, он лежал совершенно один. Странно, Кирилл считал, что теперь каждый его шаг будет контролироваться этим мужчиной, а тут его не оказалось. Может это и к лучшему. После вчерашнего Кириллу даже не хотелось смотреть ему в глаза, не было слов, чтобы как-то оправдать свой ночной поступок, поэтому парень очень надеялся, что Жалелов даже не вспомнит об этом. Немного полежав в кровати, блондин поднялся, прислушиваясь к каждому шороху, ведь Адиль мог зайти в любую минуту. На тумбочке лежала стопка одежды, Кирилл пришёл к выводу, что это было приготовлено специально для него. Это были серые спортивные штаны и чёрная футболка без каких-либо надписей. Вся одежда была велика где-то на три размера точно, но Кирилла более чем всё устраивало, главное, что не голый. Заправив кровать и забрав с собой свой свитер, блондин вышел из комнаты, осторожно прикрывая за собой дверь, может быть кто-то ещё спит. Из кухни доносились приглушённые голоса, видно, все собрались там. Кирилл решил присоединиться к ним, но что-то заставило его остановиться в паре шагов от двери, ведущей туда. Прижавшись спиной к шкафу, Незборецкий замер и стал слушать. Ему было стыдно, но хотелось узнать побольше о своих новых знакомых, а сами они точно ему ничего не расскажут. Вначале практически ничего не было слышно, лишь отрывки фраз, но потом они стали говорить на тон громче, что позволило Кириллу разобрать слова. —То, что произошло вчера, больше никогда не должно повториться, мы слишком многое им позволили,—судя по всему, это говорил Адиль, он был очень раздражён. —Кизару перешёл все границы, он считает, что рынок стал его, нужно доказать ему обратное,— прохрипел Мирон. Кто такой Кизару Кирилл не знал, но уж точно не друг, как можно было понять из разговора. —Вчера итак было пролито слишком много крови, на них мне плевать, но пострадали наши ребята, Адиль,—это был Баста. Тут у Незборецкого сердце пропустило удар, его подозрения стали сбываться. Эти люди точно не обычные работяги с завода, это серьёзные люди, с которыми не следовало связываться, но Кирилл это понял слишком поздно. —Я разберусь с этой шавкой в ближайшее время, ему недолго осталось,—процедил Жалелов, ударив кулаком по столу. —Как там Серёжа, ничего серьёзного? —Пуля прошла насквозь, жизненно важные органы не были задеты, он пока поживет у Шока, там будет безопаснее,—Баста. С каждым словом Кириллу становилось всё хуже и хуже, его начало трясти от осознания в какой пиздец он попал. Его пальцы невольно стали сжимать свитер, будто это как-то могло спасти ситуацию. —Ад, ты что с Кириллом то делать собираешься?—поинтересовался Глеб. —Сейчас мне совершено не до него, пусть как-нибудь сам. —А рассказывать что-то собираешься или так и оставишь его в неведении?—это опять же был Голубин. Ох, как же Глеб заблуждался, если бы они только знали, что сейчас за дверью стоит Кирилл и всё прекрасно слышит, их реакция бы была совершенно другой. —Кто он такой, чтобы его посвящать в наши дела?—тут уже не выдержал Мирон. —Я и не собирался, пусть лишь поживет здесь до поры до времени. Было слышно, как Адиль встал, задвигая табуретку. Незборецкий тут же сжался, представляя, как его сейчас рассекретят, но этого не произошло. Жалелов встал лишь, чтобы поставить чайник на плиту. Здесь находиться Кирилл больше не мог, только что услышанное слишком сильно повлияло на него. Сейчас был самый удачный момент, чтобы свалить из этого логова бандитов. В данный момент всем было плевать на блондина, поэтому Незборецкий решил рискнуть. Еле дыша, он добрался до коридора, там он остановился. Всё было тихо. Быстро нацепив свои кроссовки, Кирилл потянул ручку двери вниз, дверь оказалась не заперта. Поспешно выйдя из квартиры, парень попытался бесшумно затворить за собой дверь, но этого не получилось. Тогда он стремглав рванул вниз по этажам, выбежав на улицу, Кирилл не остановился, а стал удирать подальше от этого злосчастного дома. Незборецкий даже не понял, что был в одной футболке, куртка осталась в квартире. Люди, находящиеся в квартире, прекрасно слышали, как хлопнула дверь. Они поняли, что Кирилла в ближайшее время точно больше не увидят. Практически никто не выразил никого сожаления, у них своих проблем было по горло, лишь один Глеб начал переживать. —Адиль, ты же понимаешь, что он не выживет? —Мне плевать,— отмахнулся казах, заходя к себе в комнату. Вся уверенность Жалелова исчезла, как только он остался один. Может всё-таки стоило его догнать? —Он даже кровать заправил перед тем, как сбежать,—горько усмехнулся мужчина. Жалелов сейчас ощутил себя маленьким ребёнком, у которого сбежал только что появившийся щенок. И как-то сразу на душе паршиво стало. Адиль не стал дальше поддаваться своим мыслям, сейчас не время расклеиваться. Какой-то пацанёнок не выведет его из привычного равновесия. Нужно решать серьёзные проблемы, а не бегать за блондинчиком. Взяв себя в руки, Адиль решил, что раз Кирилл так поступил, то ему не место в его жизни. Пусть сам как хочет выживает, а Жалелов не спасатель, он влиятельный человек. *** Прошла целая неделя с момента побега Кирилла, его жизнь вернулась в прежнее русло. Только теперь, идя по улице, приходилось постоянно оглядываться, надеясь на то, что там не окажется казах, который будет готов прикончить его в любой момент. Но пока всё обходилось. Опять он спал по подъездам, опять он работал до поздней ночи за гроши, опять терпел избиения отца - всё вернулось на круги своя. Но блондина это не радовало. Сейчас Кирилл стоит в каком-то забытом Богом ларьке и пытается купить водку для своего папаши, который без неё не пустит домой, а если пустит, то только его труп. Продавщица попалась на удивление очень несговорчивая, ну никак она не хотела продавать это пойло парню. —Но мне очень надо, поймите,—на грани истерики прошептал Кирилл. —Парень, вали как ты отсюда по хорошему, иначе я милицию вызову, тебя туда быстренько примут,—она указала на дверь. —Я вас умоляю, меня отец убьёт! —Тебе сколько раз ещё повторить? Пошёл вон, щенок! Кирилл отошёл к витрине, пытаясь сдержать подступившие слёзы. Если он вернётся домой без водки, ему конец, отец это просто так не оставит. —А разве семнадцатилетками дозволено покупать водку?—раздался голос позади блондина. Первая мысль Незборецкого была, что продавщица всё-таки вызвала милицию. Обернувшись, Кирилл увидел Адиля, который стоял позади него. Было видно, что он знатно повеселился, напугав парня. —Что ты здесь забыл?—слишком громко выпалил блодин, чем опять привлёк внимание продавщицы. —Я тебе разве не русским языком сказала, что тебе пора свалить отсюда? —Мать, прекрати орать,—подключился казах, приподнимая куртку, где за поясом был заткнут пистолет. Женщина тут же перекрестилась, закрывая рот рукой. —Да так, по пути зашёл,—ответил Адиль на ранее заданный вопрос. —Ничего, что это самый конец Москвы, где кроме бомжей никто не обитает? —Пойдём выйдем на улицу, там всё обсудим, иначе её сейчас инфаркт хватит,—Жалелов кивнул головой на продавщицу. —Я с тобой никуда не пойду!—Кирилл топнул ногой. —Ты когда таким противным успел стать? Тогда Адиль схватил Незборецкого за руку и сам вывел его из помещения. В магазине было темно, поэтому, выйдя на улицу, по глазам неприятно ударили яркие лучи солнца. Как только глаза казаха пришли в норму, он взглянул на Кирилла, первое, что он подметит, был большой синяк под правым глазом. —Что это?—указывая на фингал, строго спросил Адиль. —Это тебя не касается,—блондин повернулся спиной, не желая больше с ним разговаривать. Но Жалелов просто так не сдался, он взял парня за подбородок, поворачивая обратно к себе. —Я спрашиваю, кто это сделал?—он делал ударение на каждое своё слово. —Отец! Это сделал отец! Ты доволен?—выпалил Кирилл, вырываясь из цепких пальцев. Адиль немного опешил от такого поворота событий, слишком уж громко на него сейчас накричали. —А теперь мне пора,—Незборецкий развернулся и стал удаляться. —Возвращайся к нам,—неожиданно даже для самого себя выпалил казах. В глубине души это предложение Кирилла потрясло, но этого он никак не показал, продолжая идти. Его эти слова сильно удивили, ведь совсем недавно Жалелов на кухне распинался, как ему плевать на блондина. —У меня есть для тебя работа.