Точка опоры

Недели шли. Сергей всё так же работал целыми днями, пока Илья занимался с репетиторами, а вечером, если удавалось выкроить пару свободных часов, непременно тратил их на Агипова. Ему было приятно возвращаться туда, где его ждут, где искренне и с упоением слушают, где банально есть с кем провести то самое свободное время. Жить вместе оказалось комфортно и удобно, будто всегда так и было. Горюшеву даже спокойнее стало — парень всегда под присмотром, в безопасности, там, где одноклассники не смогут его достать, а значит, и причинить боль. Это было плюсом и для самого подростка: он стал более уравновешенным и улыбчивым, отъелся, так что синяки с ссадинами стали заживать быстрее, старался, как мог, и исправно учился в меру своих способностей. А Сергей был только рад наблюдать такой позитивный сдвиг. — Ты делаешь успехи. Молодец! — Особое удовольствие ему доставляло хвалить Илью и поощрять его труды. Сергей часто говорил ученику что-нибудь ободряющее, гладил по голове и с радостью замечал, как юноша от этого расцветает. — Я тобой очень горжусь. Если бы ему уделили внимание чуть раньше и более доброе, нежели то, каким одаривали сейчас, всё бы было иначе. Математик не сомневался, что Агипов вполне мог стать если не отличником, то точно хорошистом и не потерял бы столько времени зря, прячась и получая тумаки. — Учителя тоже тобой довольны. Уверен, что на ближайших контрольных ты всех здорово удивишь. Мужчина улыбнулся, стоя в проёме двери, ведущей в гостиную. Илья только закончил заниматься и выключал скайп, чтобы затем закрыть ноутбук. Он уже увереннее управлялся с техникой, лишь изредка спрашивая у учителя совета. — Итак, у нас впереди выходные, и, как мне кажется, тебя стоит наградить. — Горюшев прошёл в комнату, садясь на диван рядом с парнем. — Ты хорошо поработал за последние недели, учился, нареканий тоже никаких не получал… Так что, думаю, можем устроить отдых по твоему вкусу. Как считаешь? Есть пожелания какие-нибудь? Не стесняйся, ты достоин этого за свои старания. — А можно тогда… — Агипов замялся, не зная, как мужчина воспримет просьбу, однако тёплый взгляд и терпеливое ожидание в очередной раз убедили его, что Горюшев не будет кричать и ругаться просто так. А потому решился попросить: — Можно мы на этих выходных не будем математикой заниматься? Вы не подумайте, Сергей Александрович, мне очень нравится, просто я устал немного… Последние занятия были сложными. — Конечно, Илюш, без проблем. — Горюшев погладил парня по плечу. — Отдых — это тоже важная часть процесса, ведь что можно учить, если нет сил? Значит, решено, будет у нас тотальный отдых. Вечер пятницы прошёл тихо — оба устали, поэтому после ужина бодрствовали недолго, ложась скорее спать. А вот суббота была уже куда бодрее, особенно потому, что подъём задержался почти до полудня. Сергей встал раньше и встретил Илью на кухне, готовя гренки и кофе, изредка отвлекаясь на телефон. Приятные запахи разжигали аппетит, потому Агипов поспешил умыться и сесть за стол, сладко зевая и на пару минут «зависая», глядя в окно. — Ну ты как, выспался? — Математик поставил перед парнем тарелку и тоже сел. — Ага, почти. А что мы будем делать сегодня? — Да что угодно. Но я предлагаю заказать еды, выбрать какой-нибудь сериал подлиннее и весь день тюлениться. Как тебе? — Отличный план! — Илья заулыбался. Из-за загруженности и разных графиков у них давно не было возможности устроить марафон кино, так что шанс выпал отличный. После завтрака Агипова отправили выбирать, что им смотреть, пока Сергей шерстил доставку еды. Та была в городке одна, с не особенно большим выбором, но против пиццы никто никогда ничего не имел. По крайней мере, в этом доме. — Так, заказал, — комментировал Горюшев свои действия, — через час с хвостиком должны быть. Илюш, а дай на пару минут ноут, нужно написать пару сообщений. Илья без промедления передал учителю компьютер, но остался сидеть рядом, подсматривая, что мужчина делает. Тот, кажется, и против не был, погружённый в свои мысли. Он зашёл в Вконтакте, открыл несколько страничек: мамы, подруги и двоюродной сестры. — Сегодня же восьмое марта, надо поздравить близких дам, — объяснив, Сергей начал строчить сообщения каждой по очереди, а вот подросток немного приуныл — ему-то поздравлять маму смысла не было. Да та, наверное, и не восприняла бы приятные слова, даже будь они искренние. Однако долго погружаться в эти мысли он себе не дал, не хотелось портить отдых паршивым настроением. — А что это у вас тут? — Когда Горюшев вернулся на свою страничку, Агипов ухватился за первую попавшуюся тему для разговора и не прогадал. — А, это, — Сергей клацнул на вкладку. — Это альбом с фотками, тут ещё со школы есть и дальше по всем годам… Хочешь глянуть? Илья, конечно же, хотел. И весь оставшийся час они смотрели фото, на каждое из которых у мужчины находилась своя короткая, но забавная или просто интересная история. Даже были кадры, где он плохенько, но от души изображал Гамлета в студенческой постановке. Агипов долго их разглядывал и тихонько смеялся, жалея, что не осталось видео с тех времён. — …вот, а это мы с ребятами поехали на концерт молодых талантов в Москву, там были такие прикольные ребята. — Горюшев ткнул пальцем в двух парней-рокеров на сцене: один, брюнет, был повыше и орал в микрофон, а второй, светленький, бренчал на электрогитаре. И тут же прервался, услышав трель телефона. — Погоди, я сейчас. Оказалось, привезли их заказ. Учитель сунул ноги в тапки, накинул куртку и спустился вниз, чтобы расплатиться и забрать их обед, оставив Илью созерцать фото. Он сам ничего больше не щёлкал, а просто ждал, пока математик не вернулся и не велел открыть соседнюю вкладку с поиском видео в том же ВК. — Поищи, может, прямо тут и глянем наш сериал. А фото мы попозже досмотрим. Идёт? — Идёт. Так суббота и пролетела, а за ней и воскресенье — они не делали ничего, кроме того, что ели, пили и пялились в экран. Идеальные выходные, не омрачённые никем и ничем. К ночи, когда совсем стемнело, а свет не включали, Илья, убаюканный, уснул у мужчины на плече, не дотерпев до конца последней серии каких-то пятнадцать минут. Сергей осторожно поставил на паузу и долго сидел в тишине, боясь нарушить покой своего подопечного. Тот так славно и мирно спал, что столкнуть его казалось кощунством. К тому же в глубине души он и сам этой близостью наслаждался — ощущать тепло чьего-то присутствия было лучшим, что он испытывал за несколько лет одиночества, которые отдал карьере. Но вечно длиться это не могло. Когда рука занемела, Горюшев всё же мягко переложил парня с себя на диван, а сам так же тихо отправился спать к себе. Вот только сон не шёл, и полночи он провёл в сомнениях от угрызений совести: всё ли он делает правильно? Имеет ли право так сближаться с учеником? И не травмирует ли его такое общение с учителем, с посторонним, в общем-то, человеком? Мыслей было много, тяжёлых и стыдных. Сергей понимал, что начал что-то испытывать к Илье, что-то светлое и трепетное, но неправильное с точки зрения его собственной морали. Уснуть он смог только под утро, когда окончательно измотался и больше не имел сил продолжать грызть себя изнутри. Но уже через несколько часов проснулся от звона будильника. Пора было собираться на работу. Состояние было немного разбитое. Сергей Александрович с куда большим удовольствием остался бы досыпать дома, но долг звал. Сейчас как раз шла активная подготовка к экзаменам, которую он вёл для девятых и одиннадцатых классов наравне с остальными учителями, поэтому отлынивать было нельзя. Наскоро умывшись, Горюшев причесался, надел чистый костюм, позавтракал только чашкой кофе, оставляя Илье всю еду, и ушёл. Будить Агипова он тоже не стал, зная, что парень сам проснётся вовремя, ведь свои занятия он никогда не пропускал. Чем также заслужил к себе доверие. Илью, конечно, спасал старый будильник, который он нашёл в этой квартире, иначе сам бы он ни за что не смог проснуться вовремя ни к одному видеоуроку, но это уже были мелочи. В понедельник у него занятия начинались к десяти утра, ведь именно в этот день у Артура Викторовича, что вёл русский, был выходной. Илье нравился этот человек: открытый, весёлый, уверенный в себе. Чего уж таить, он с нетерпением ждал каждого урока и втайне мечтал стать таким же. Словно только так можно было понравиться людям, понравиться Сергею Александровичу. На часах уже было начало десятого, когда Илья наконец сел за стол, подготовив тетрадь с ручкой, и открыл ноутбук. Как оказалось, тот был в спящем режиме, и вскоре парень увидел недосмотренную серию, которую тут же включил. Вот только не прошло и минуты, как пришло какое-то уведомление, и Илья насторожился. До этого он не сидел в социальных сетях и не знал многих вещей. Однако видео не останавливалось, не сворачивалось и в целом ничего не мешало дальнейшему просмотру, поэтому юноша решил всё же досмотреть до конца. Но через несколько минут звук повторился. Затем ещё раз и ещё, с интервалом в несколько секунд. Подростку стало интересно. Свернув экран с сериалом, через некоторое время он понял, что это сообщения, и тут же включил видео снова. Чужие переписки были не его ума дело. Вот только взгляд то и дело натыкался на всплывающие окна, и интерес подогревался с каждой минутой всё больше. Но Илья держался. Стойко досмотрев сериал, он закрыл вкладку и готов был закрыть сам браузер, пока очередное сообщение не заставило сердце учащённо забиться, а рука сама не открыла переписку, которая, судя по числам, длилась уже давно. Сергей 09:31       Артур, я тебя предупреждаю — подкатишь яйца к мелкому, и я тебя их лишу. Сам разберусь, что с ним делать, а ты просто учи.       Илья серьёзно мне нравится. Артур 09:39       Ок       понял Больше минуты Агипов смотрел на сообщение от Сергея и пытался… Много что пытался: не упасть, не закричать от восторга, не запрыгать на месте, не разучиться дышать. Настоящая буря разразилась в душе молодого человека, напрочь потерявшего связь с реальностью. Ведь Сергей Александрович написал такое! Невероятное! Не удержавшись, бросив взгляд на часы, понимая, что у него есть ещё минут пятнадцать, парень пролистал переписку выше, здраво рассудив: раз уж говорят о нём, то можно и узнать, о чём именно. Нет, всё читать Агипов не посмел: долистал лишь до начала сегодняшнего утра и, пока скайп загружался, принялся читать: Артур 06:01       Утра Сергей 06:05       Недоброе утро. Че так рано в свой-то выходной? Артур 06:05       Катьку на вокзал отвозил. А ты чего такой недовольный? Сергей 06:05       Не спал нифига, а скоро еще на уроки чесать       Ты моего мелкого тоже учишь сегодня. Ты ж помнишь? Артур 06:06       да помню я       в смысле не спал?)))       А говорил он маленький ещё Сергей 06:10       Вырубай фантазию, ваше величество) Мы сериал смотрели)) Артур 06:10       Ты пол ночи смотрел сериал с молодым и горячим брюнетом? Ты совсем долбанутый, Серый? Сергей 06:12       Он еще в школе учится, остынь Артур 06:12       Поэтому ты с ним пол ночи фильмы смотришь? Судя по тому, что он по квартире у тебя в трусах разгуливает — ты точно баран Сергей 06:13       В каких еще трусах? Ты когда такое видел? Артур 06:14       😏😏😏       я всё вижу Сергей 06:14       И вообще, иди к уроку готовься! И смотри, я ж приду вечером и у Ильи спрошу, как ты себя вел))       Видит он… Извращенец Артур 06:15       Я не извращенец, а ценитель молодой попки в экране хд       и чё мне готовится? Я что ли экзы сдавать должен? Сергей 06:29       Я таким ценителям лампочки-то выкручу. И Илье скажу, чтоб халат надевал, нечего тебе пялиться       Ты со сложным подростком работаешь, балда. К нему подход нужен Артур 06:29       Ххахаха, и что ты ему скажешь? Маленький мой, плохой дядя учитель тебя в экране палит поэтому впредь одевайся? хдддд Просто малыш ещё не в курсе как работает скайп хдд       Да знаю я, уже понял! Нечего учить меня!       И пацану всё нравится       нечего тут на меня наезжать Сергей 06:43       В смысле ему всё нравится?! Ты че там удумал уже Артур 06:45       хех       да так Сергей 06:47       Не смей Артур 06:47       если ты с ним фильмы ночами смотришь, то добрый дядя Артур возьмёт всё в свои любящие умелые руки Сергей 06:48       Я тебе руки оторву и туда же, куда лезть собрался, засуну 😏 Артур 06:48       Ревнуешь? 😏 Сергей 06:48       Понял меня?       Это не ревность, он просто…       Он мой ученик, я за него в ответе Артур 06:53       Твой? Сергей 07:20       Да. Мой! Артур 07:20       Только ученик Сергей 07:20       Так что, не лезь Артур 07:20       Так-так, значит у тебя на него планы? Сергей 07:21       У меня планы выпустить его из школы с аттестатом, а не волчьим билетом       Ты вообще чего добиваешься? Артур 07:21       Ты понял о чем я говорю. не увиливай.       Мальчик в моём вкусе Сергей 07:32       Благословения спать с ним я тебе не дам       Потерпишь. Найдешь кого ещё, а Илью не тронь       Нравится он мне. Доволен? Артур 07:33       Хмм Сергей 07:33       Но это ничего не значит Артур 07:33       ваще нет Сергей 07:33       Я не буду его трогать Артур 07:59       Серый блять       определись уже       нравится или нет? Сергей 08:22       Ну… нравится       Сильно       Хрен знает что с этим делать Артур 08:23       Так сильно, что ты свалишь обратно домой через год и забудешь туда дорогу? Сергей 08:37       Ты хоть душу мне не трепи, гад Артур 08:44       А чё, нет? Сергей 08:44       Сам знаю, что будущего нет… Легче от этого не становится Артур 08:45       Я просто из научного интереса Сергей 08:53       Знаю я твой интерес. В душ сходи с ладошкой правой, сразу полегчает Артур 08:54       ну вот у тебя нет, а у меня всё есть. Давай я к нему подкачу, пока ты там в раздумьях? Артур 08:54       Злой какой бобик             ответ на Сергей 08:53:             Знаю я твой интерес. В душ сходи с ладошкой правой, сразу полегчает       Ну так что?       Ау       А, ты ж на уроках Сергей 09:25       Кати к кому-нибудь другому. Илья — мой и точка Артур 09:25       Твой ученик, мы уже поняли Сергей 09:28       А сам-то. У вас урок скоро, иди давай       Не ученик… Вернее, пока только ученик       Короче, ты понял Артур 09:28       Да уже. Думаешь мне много времени надо, чтобы на звонок ответить? Его, кстати, всё ещё нет в скайпе.       Точно? Серый, я серьезен. Малец интересный. Если ты будешь сопли жевать, то лучше я подкачу. Я уж точно не буду тормозить Сергей 09:31       Артур, я тебя предупреждаю — подкатишь яйца к мелкому и тебя их лишу. Сам разберусь, что с ним делать, а ты просто учи       Илья серьезно мне нравится Артур 09:39       Ок       понял — Ого… — тихо, самому себе проговорил Илья, как раз тогда, когда на экране появился входящий вызов от Артура Викторовича. Закрыв браузер, рука уже потянула курсор к кнопке «ответить», как парень вдруг вскочил с места и побежал за халатом, краснея от мысли, что всё это время светил трусами перед учителем. Через несколько часов Артур сделает «втык» своему другу в сообщениях, потому что Илья был слишком невнимательным, рассеянным и фильмы на полночи не пошли ему на пользу. Агипов, правда, об этом не узнал, потому что больше не решился повторять преступный опыт чтения чужой переписки, но до самой ночи действительно был сам не свой, глупо улыбаясь на каждое обращение математика к себе.

***

Следующим вечером Горюшев вернулся домой в приподнятом настроении. Быстро переодевшись, он подозвал Илью к себе, достав при нём какую-то коробочку из портфеля, с которым ходил на работе. — Я говорил с отцом сегодня, он у меня врач в клинике и посоветовал массажи тебе делать, чтоб разогнать кровь и помочь конечности быстрее восстановиться. Всё мне рассказал, как правильно делать, и я вот даже мазь специально для этого купил. Сейчас только руки помою и можем приступать. А ты иди, ложись. Илья, в лёгкой растерянности, даже спорить не стал. Пока учитель мыл руки и открывал тюбик с мазью, он послушно стянул отданные ему вчера домашние штаны, прикрылся халатом и лёг на диван, осторожно вытянувшись. Сергей присел рядом, переложив больную ногу себе на колени, мягко коснулся теплой кожи, и та почти мгновенно покрылась мурашками. — Извини, руки холодные, да? — Горюшев убрал ладонь, но Агипов активно закивал, мол, нет, всё хорошо, после чего тихо попросил продолжать. Сергей от его странной интонации в голосе тоже разволновался. Пальцы почти не слушались, когда он откручивал крышечку и затем аккуратно наносил мазь на щиколотку, постепенно размазывая её дальше вверх, к колену. — Ой! — Агипов тихонько охнул и плотно сжал губы. Ему стоило огромных усилий не покраснеть и не выдать, как приятны были ему прикосновения математика. — Что такое? Больно? — Руки остановились. Мужчина внимательно посмотрел на парня, готовый прекратить всё в любую секунду. — Нет-нет! П-просто чуть-чуть непр… непривычно. Я потерплю, это же для дела, да? — Да, — выдохнул Сергей, поймав взгляд Ильи и почувствовав, как от этого сердце застучало в два раза быстрее. «Ох и попал я…» — пронеслось у него в голове, но останавливаться больше не пришлось. Горюшев нежно разминал мышцы, стараясь не причинить лишней боли, и следил за реакцией Агипова. Пока тот медленно и бесповоротно млел, теребя пальцами ворот халата, лишь бы чем-то занять себя и хоть чуточку отвлечься от мыслей, уносивших его куда-то не туда… — А вы уже делали такие массажи? — Нет, — мужчина мотнул головой, будто между делом массируя пальцы на ноге, отчего Илья дёрнулся и тихо хихикнул — щекотно. — Только в теории знал. Меня этому папа учил, как оказывать первую помощь, как бинтовать и обрабатывать раны… В общем, пытался подготовить к реальной жизни. — У него получилось, — парень мягко улыбнулся и через секунду снова дернулся. — Ну правда щекотно! Очень! Но щекотка была не единственной проблемой этих двоих. Впервые с того дня в Питере, когда Илья заболел, Сергей Александрович к нему так долго прикасался, а если учесть недавнюю прочитанную переписку, так этого и вовсе было достаточно, чтобы потерять рассудок. Но Илья не решался даже дышать. Оставалось только радоваться, что халат додумался надеть. Иначе бы пришлось краснеть и от собственной реакции на мужчину, объясняя, что именно так его возбудило. — А часто надо так делать? Массаж? Я могу сам? — Хотя бы раз в день. Реабилитация — вещь серьёзная, тут нужна регулярность, — мужчина задумался. — А сам… наверное, можешь, но это не удобно совсем и вряд ли получится так же качественно, как у знающего человека. — Спустя короткую паузу, за которую Сергей успел подумать, что парню могут быть отвратительны его прикосновения, он решил добавить: — Но если тебе не нравится, я могу возить тебя в больницу к специалисту. — Н-нет, — Илья сделал прерывистый вдох, не ожидая такого поворота в разговоре, — нет, всё нормально! Мне нравится! У вас очень… мягкие руки… Сглотнув, Агипов поправил подолы халата, тщательнее прикрывая свой позор, и вжался в подлокотник дивана. Ему было и приятно, и страшно. Первое шло от прикосновений мужчины к себе, второе — от боязни кончить прямо тут и выдать себя со всеми потрохами. И хотя он знал, что нравится учителю — поделать с собой ничего не мог. Не говоря уже о сомнениях, которые посещали душу. Не один же он Илья на планете. Когда Сергей закончил с массажем и замотал бинтами ногу, отставляя подростка в покое, Агипов наконец выдохнул. Правда, теперь у него была срочная потребность сбежать в туалет, но учитель посоветовал немного отдохнуть, так что парень не сдвинулся с места. Отмыв руки от остатков мази, Горюшев заодно ополоснул лицо холодной водой, чтобы прийти в себя. А после спрятался от Ильи и своих желаний на кухне, принявшись готовить ужин. К счастью, это сработало. Мысли немного успокоились, направившись в привычное русло, и хотя бы на треть вытеснили Агипова, заменив идеями о том, чем его кормить. В итоге выбор пал на макароны и небольшие стейки, от покупки которых Сергей накануне не удержался. Вот и пригодились — потому что пока он был занят готовкой, то не мог наделать глупостей. Чего нельзя сказать о бедном школьнике, который не успокоился ни спустя пять минут, ни десять. Все мысли роились вокруг нежных, но властных рук, мурашки табунами бегали по спине, и вскоре Илья всё же сбежал в ванную. Точнее, прокрался под звуки шипящей сковороды и сделал своё темное дело меньше чем за минуту, дрожащими пальцами закрывая собственный рот, чтобы, не дай Бог, не застонать от нахлынувшего оргазма. После обессиленный подросток на ватных ногах добрался до стола на кухне и, сев, принюхался. Мясо он полюбил. — Сергей Александрович, а все эти учителя, с которыми я занимаюсь, вы им платите? — Нет, Илюш, они все — мои друзья и согласились помочь безвозмездно. Ты можешь ни о чём не переживать, твоё дело только учиться. Сергей положил Агипову порцию побольше, поставив перед ним тарелку, а ещё нарезанные огурцы и два соуса на выбор — кетчуп и горчицу. Потом убрал грязную посуду в мойку, взял еды и себе и наконец тоже уселся за стол. — Как нога? Не болит?.. — Нет, — Илья спрятал от учителя глаза, начиная рассматривать содержимое в тарелке и облизываться. К вечеру он всегда был дико голоден, словно не ел целый день. — У вас так много друзей, — продолжая интересующую его тему, Агипов начал активно работать челюстями. — А откуда вы всех знаете? Или все учителя друг друга знают? Сергей негромко рассмеялся. — Говоришь так, будто у учителей есть какая-то тайная сеть знакомств. — Он тоже принялся за ужин, не спеша наматывая спагетти на вилку. — Просто мы учились все на одном потоке, ну, кроме Константина Ивановича, ясное дело. Вот и сдружились. — Все? Ого… И чем это не тайная сеть, — Илья улыбнулся. — А Артур Викторович тоже гей? Горюшев поперхнулся, едва дослушав вопрос, и чуть не выплюнул в тарелку то, что прожевал. — С чего такие вопросы, Илья? Ну… да, он гей. Но, как учитель, он хороший… Или что-то не так? Так некстати мужчине вспомнилась вчерашняя переписка с Артуром, в которой было слишком много откровений за раз. И вот сейчас Агипов, словно чувствуя, продолжил вгонять Сергея в краску. — Да нет. Всё так, — Илья снова уткнулся носом в тарелку, несколько следующих минут жуя в тишине. Но стоило математику снова расслабиться и вернуться к еде, как последовал очередной вопрос. — А вы с ним никогда не спали? Очередной вопрос заставил мужчину зажмуриться на секунду, хороня свой последний шанс спокойно поесть. Видимо, эти двое реально решили его довести. — Нет, мы… Целовались однажды на студенческой вечеринке, но спать — никогда. Он не совсем… в моём вкусе, если ты понимаешь. Но Илья не понимал. Теперь была его очередь оставить в покое вилку и смотреть удивлённо на учителя. — Как так? — выпалил почти мгновенно он и даже не подумал устыдиться собственному длинному носу, что лез в чужую личную жизнь. Уж очень сильный личный интерес тут был. — Но он же такой горячий? Разве могут такие не нравиться? Сергей сделал всё возможное, чтобы не показать, как сильно задели его эти слова. Внутрь будто кто-то кипяток пустил или кислоту — жгло нещадно от досадной мысли: значит, Артур ему нравится. Но мужчина быстро себя одёрнул, ревности ему ещё не хватало… — Горячий, говоришь? — Правда, вот голос контролировать удавалось хуже. — Да, Артур красивый… Так, может, он твой типаж? Смотри осторожнее, подрастёшь — и заберёт ещё, не дай бог, к себе. — Нет, я не хочу! Теперь обжигаться пришла очередь Ильи. Стоило ему понять, куда завёл его разговор, как пришлось подавлять желание броситься на шею к учителю и крепко обнять. После тяжёлого судорожного вдоха школьник продолжил: — Простите. Я… Просто не подумав сболтнул тут. Никуда я не хочу. Не хочу, чтобы меня забирали… Мысленно добавив «от вас», парень полностью сосредоточился на ужине. Воздух буквально застыл от напряжения. Горюшеву стало не по себе. Какое-то время он ковырялся вилкой в тарелке, вздыхая, и думал, как всё исправить. — Прости меня, Илюш, не надо было так шутить. — Сергей взглянул на понурого парня и ещё сильнее мысленно себя уколол. Надо было быть осторожнее, всё-таки Агипов совсем юный и мог обидеться. — Нет ничего плохого в том, что тебе кто-то нравится… — Да не нравится мне никто! — выпалил подросток и тут же весь сжался. Он хотел закончить этот глупый разговор, не давать учителю больше поводов думать, что его, Илью, могут забрать. Но как правильно это сделать — не знал. А теперь ко всеобщему непониманию добавилось ещё и чувство вины, как у собаки, что укусила кормящую руку, не сумев сдержать инстинкта и прекрасно понимая, что наделала. — Хорошо, я понял. Желая избежать конфликта, учитель примирительно кивнул и вернулся к остывающему ужину, глубоко погрузившись в свои мысли. Что-то он точно делал не так, но вот что именно, ускользало от его понимания… На душе было тревожно и плохо, как когда бьёт осознание, что чувства — не взаимны. Остаток ужина, как и вечера, они провели в молчании. Илья помыл всю посуду и сразу ушёл на диван готовиться ко сну. Да и Сергей не спешил продлевать этот тяжёлый день и после водных процедур мгновенно провалился в сон, стоило лечь в постель. Он ужасно выматывался с каждым днём, а с приближением экзаменов приходили и головные боли. Ведь учителя прилагали множество усилий, чтобы дети поняли материал, не говоря уже о сущих кошмарах, что каждый год вводило правительство в надежде довести до ручки то ли всех педагогов, то ли самих учащихся. Но, как говорится, новый день — новые возможности, переживания и проблемы. Одной из таких проблем была мать Агипова, что заявилась в школу в поисках сына, многих удивив тем, что Илья с ней не живёт с зимы. Но саму горе-мать отсутствие парня не пугало и даже не напрягало, ей он нужен был лишь «здесь и сейчас». Устроив цирк на выезде, сорвав завучу урок, и явно не без скрытого удовольствия, женщина ушла, даже не задумываясь, какую порцию ненависти окружающих оставила для сына. В тот же день Горюшев ушёл домой значительно раньше, чтобы передать Илье новости и уговорить проведать мать. Ведь для учителя, положа руку на сердце, было новостью, что парень ни разу не зашёл к себе домой, а ведь они договаривались об ином: что каждый поход в школу для написания контрольной работы будет сопровождаться хотя бы через раз посещением матери. — Я очень разочарован, Илья. — Сергей держал руки в карманах брюк, глядя на ученика в упор. — Мне казалось, мы обо всём договорились — я и так во многом шёл тебе навстречу, доверял, а ты не выполнил такое простое обещание. Пойми, какой бы она ни была, она твоя мать, и пока ты ещё несовершеннолетний — она за тебя первая в ответе. Ты понимаешь, что и меня подставляешь? Я не против тебе помогать, даже сам готов это делать, без просьб, но для общества и опеки будет сложно объяснить, почему ученик живёт у учителя при живом-то родителе. По-хорошему, ты всё же должен жить дома, а не здесь… Мужчина вздохнул. Между его бровей пролегла глубокая морщина — так сильно он хмурился, даже скулы заострились, будто Горюшев со всей силы сжимал челюсти. Он честно не хотел наговорить Агипову лишнего, но усталость, смешанная с огорчением, так и рвалась наружу. — Видимо, я возложил на тебя слишком многое, и на себя тоже… Сергей вынул правую руку, держа в ней смартфон. Илья, притихший и грустный, уныло наблюдал за ним, не пытаясь как-то оправдаться, хотя внутри всё так и бурлило от эмоций. Парень было порывался открыть рот, но тут же обрывал себя, боясь только усугубить ситуацию. Впрочем, следующие слова математика доказали ему, что всё и так плохо. — Я вызову тебе такси до дома, — наконец сказал Горюшев спустя несколько минут напряжённого молчания. — Уроки по скайпу продолжатся, пока не знаю, как, но я что-нибудь придумаю, чтобы достать тебе компьютер. И в школу ты тоже будешь ходить, остался всего год с лишним до выпуска, так что тебе нужны хорошие отметки… Сергей, расхаживая по комнате, говорил о чём угодно, о неважных в данный момент вещах, чтобы не выдать истинные чувства. Закончив писать сообщение Артуру, он стал набирать номер такси, называя домашний адрес Ильи, выученный им наизусть из журнала. — Да, оплата сразу. Спасибо, ждём. — Убрав телефон, мужчина снова обратился к ученику, холодно и ровно: — Собирайся, такси будет через двадцать минут. Глотая горький ком в горле, что подступил одновременно со слезами, парень молча ушёл в зал, где быстро достал одежду, которую видел только во время походов в школу для написания контрольных работ. Надев всё с предельной скоростью и схватив рюкзак, Илья сбросил в него все учебники и немногие тетради, оставляя нетронутыми те принадлежности, которые ему купил математик. Пока Сергей шуршал на кухне, быстро, почти лихорадочно соображая, что дать парню в дорогу, чтобы не уехал голодным, Илья уже обувался, наскоро зашнуровывая ботинки и надевая шапку. Ждать такси он не собирался. — Подожди, — поспешил Горюшев, — я тоже с тобой выйду, надо за проезд… Но договорить Илья ему не дал, перебив: — Может, она и родила меня, но она чужой мне человек. И вы… чужой. Резко захлопнув дверь, юноша сбежал с лестницы со скоростью света, едва не падая. Входной двери чудом удалось удержаться на петлях, но несколько раз она совершила полёт к стене и обратно — с такой силой в неё врезался школьник. А потом он бежал — долго, задыхаясь и едва не падая от боли в ноге и боку. Мыслей никаких не было, только боль, щемящая в груди и заставляющая выть. Но он сдерживался. Последние несколько минут уже еле шёл, но домой добрался, как того и хотел учитель, и там уже позволил себе выпустить наружу всё, что накопилось за последние полчаса, а может, и больше, осознавая, что сказке конец.