Повесть о Щербатом Волке с Бессмертного Плато

***

Глаза, слегка привыкнув к темноте, начали различать мерцающие на сводах пещеры кристаллики драгоценной породы и капельки влаги. Уруха продолжал свой неторопливый путь. Постепенно пещера начала расширяться. У шаманов, несмотря на физическую слабость, есть несомненное преимущество, — размышлял Уруха. — В случае, если совсем заплутают, они всегда могут наколдовать пусть бледное, но все-таки пламя, а я слеп, как котенок. В любой момент на меня могут наброситься толпы пещерных тварей, и я даже не буду знать, с кем имею дело… Подхватив подобные мысли, тело отозвалось колкими мурашками. Уруха насторожился. И не напрасно. Вдалеке послышался приглушенный топот. С каждой секундой он становился все громче и громче, пока не перерос в раскатистый гул. Уруха приготовил меч. Он мог рассчитывать только на слух. И когда тяжелые оглушающие шаги раздались в паре метров от него, он замахнулся и, резко отскочив, размашисто провел мечом по тому месту, где только что стоял. Меч его столкнулся с чем-то необычайно твердым. Самого Уруху по инерции развернуло и отбросило в сторону. А его невидимый соперник продолжал наступать. Слышавший рассказы былых чемпионов, Уруха знал, что в недрах горы обитает страшный каменный голем — порождение древней магии. С трудом вылавливая грозный топот, Уруха волчком двигался от стены до стены, пока не нащупал уступ. Забравшись на него, он понадеялся, что грузный и неповоротливый страж пещеры не сможет преодолеть столь крутое препятствие, и оказался прав. Внизу, у его ног, грозно размахивая каменными руками, крутилось чудище, похожее на движущийся кусок скалы. Вдруг что-то мелькнуло у противоположной стены: какая-то бледная искрящаяся фигура двигалась с невероятной скоростью навстречу Урухе. Приглядевшись, он понял, что это саблезубая пума с кристальной шкурой, подобная той, что была у генерала Шаки. Прижавшись к стене и приготовившись отразить смертоносный бросок подземного хищника, Уруха замер в ожидании, но тут каменная рука голема с силой опустилась на голову пуме, и та, взревев, повалилась на землю. Шкура ее перестала светиться, но мрак не успел занять собой грот, так как тотчас же показались еще два таких же гибких серебристых силуэта. Приблизительно поняв, откуда неслись на него кристальные кошки, Уруха, не дожидаясь нового нападения, спрыгнул с уступа прямиком на голову голема, с нее на землю и, совершив кувырок, бросился прямо на зверей, даже не надеясь выйти из боя невредимым, но все же рассчитывая укрыться в узком переходе, откуда выползли хищники. Там сражаться с ними будет уже полегче. Но тут с противоположной стороны показались еще три или четыре зверя с сверкающей шкурой. Они явно от кого-то убегали. Увернувшись от удара первой из несущихся на него диких кошек, ему удалось в броске пробить ее плотное брюхо, но вторая успела зацепить его когтистой лапой за плечо, повалив на землю, и уже нависла над жертвой, сверкая длинными и острыми, как ножи, клыками, но тут же, взревев, упала на него бездыханная, придавив своей тяжелой тушей. — Ну вот и оставляй тебя одного, — выдохнул Кики, вытирая тыльной стороной ладони пот с лица. Уруха видел в бледном розовом свете его покрывшееся мелкой испариной обнаженное тело. Позади него стояли еще семеро орков. — Даже не думай, что мы вместе: я и эти вот горе-следопыты, — фыркнул Кики, — зря я вообще увязался за ними. Ты ранен? — он помог Урухе избавиться от мертвого тела зверя, после чего склонился над приятелем, с любопытством рассматривая разодранное когтями плечо. — Ерунда, — отозвался Уруха, убедившись, что может двигать рукой. — Мы проверили левый проход — там тупик, — буркнул проходящий мимо Мохао, — да несколько кристальных пум. — Вернее, там были несколько кристальных пум, — с лёгкой усмешкой поправил трусящий за ним товарищ, круглолиций Сухиа. Следом важно прошагал шаман, освещая путь поднятой вверх ладонью с уже гаснущим на ней фиолетовым огоньком. — Что за топот? Слышите? — насторожился идущий рядом с ним дохляк Ирмус. — Ах да, голем, — удрученно произнес Уруха, спеша подняться с земли и отряхнуть накрывшие его мелкие стеклянные осколки, осыпавшиеся со шкуры забитой кошки. — Голем?! — переспросили все разом. — Посвети-ка! — потребовал Уруха. — Да, так гораздо лучше! — воскликнул он, различив в бледном свете фиолетового пламени несущуюся в их сторону каменную глыбу. В неистовом прыжке прицельным ударом Урухе удалось снести тяжелую голову исполина, после чего орки дружно отсекли громадине подобие рук и ног. Но без особого заклятия порождение магии уничтожить было практически невозможно. Вот и теперь голем неспешно, по камешкам, пытался вновь собраться воедино. — Идем отсюда скорее, — предложил Уруха, подбирая потерянный во время боя с кошками факел, и все направились в правый проход. — А он не сможет добраться до брата? — озабоченно поинтересовался Рупа, все время оглядываясь назад. — Я уверен, что преодолел несколько рядов ступеней, пока добирался сюда. По лестнице подняться эта махина точно будет не в состоянии. — Надеюсь, у твоего брата хватит ума доползти до выхода, — фыркнул Кики. — Он поклялся пройти испытание или не выйти вовсе, — гордо заметил Рупа, брат-близнец оставшегося у лавовой пещеры бойца. — Да. Лет сто назад так бы и случилось. Но паучиха найдет его своим внутренним глазом, а Карукиа вытащит на свет, уж поверь, — сказал Кики, и Рупа, зная упрямство своего брата, не сразу понял, облегчение он испытал за него или горечь поражения.

***

Мохао с командой вновь убежали вперед, пока два воина Атуба и вооруженный шипастыми кастетами Рупа вслепую блуждали по извилистым мрачным ходам, но им удалось нагнать соперников в одном из крупных гротов. Прислушавшись, Уруха различил тревожный скрип костяшек и хриплые стоны. — Почему стоим? — деловито поинтересовался Кики, радуясь очередной заминке соперников. — Там мертвяки, — хрипло буркнул Орса, шаман из племени медведя. — Ну так пожгите их к чертовой матери! — Кики удивился, что три колдуна до сих пор не расправились с кучкой скелетов. Но Ирмус, самый мелкий из шаманов, молча указал крючковатым пальцем на бледные пятна, беспорядочно блуждающие по гроту. — Это что, призраки? — растерянно выдавил Кики. — Но как же пройти мимо них? Ведь никто из вас троих явно не знает заклятия, чтобы справиться с бестелесными душами, ведь так? А победить нашим оружием их точно невозможно. — А как прошла испытание твоя подружка? — с ехидством в голосе поинтересовался Мохао. — Он имеет ввиду Нгаире, — уточнил было его круглолицый приятель, но Кики и без него все понял. — Один из их группы вызвался отвлечь этих приведений на себя. Остальные пообещали, что вернутся за ним позднее, — ответил за него Тхуна, почесывая лысую узловатую макушку. — В итоге, храбреца нашли в глубине подземелья, где тот прятался от настигших его видений и кошмаров. Уж целый год прошел, но горемыка до сих пор не разговаривает. И кричит по ночам. Неловкое молчание повисло над туннелем, где прятались девять храбрецов. Кики даже сквозь полнейшую черноту, казалось, видел озадаченный взгляд Урухи. Но тут отозвался сам сын вождя. — Значит, все, что нужно, — отвлечь их? — отважные нотки в голосе товарища насторожили Кики. — Сам пойдешь что ли? — вызывающе поинтересовался у него Мохао. — Никуда он не пойдет, — Кики ответил за друга. — Это сумасшествие, — и он больно ухватил Уруху за запястье, давая понять, что не позволит ему геройствовать понапрасну. Все вновь призадумались. — Почему бы Орсе просто не нагнать на них страх? — робко поинтересовался худышка Ирмус. — Испугать? Призраков-то? — Орса едко усмехнулся, — с таким же успехом ты можешь попытаться их поджечь. Ирмус тут же притих. — Я могу попробовать усыпить их, — вновь послышался вялый хриплый голос колдуна Тхуны. — А это сработает? — Думаю, да. Это заклятье воздействует не на тело, а на дух. Так что… — И долго длится эффект? — деловито поинтересовался Мохао. — Нет. И вы должны успеть расчистить путь от скелетов, пока действует колдовство, иначе мы от этих призраков уже не отделаемся. — Да не вопрос! — решительно заявил Кики. — Все готовы? — Подожди! — задержал собрата Орса. — Тут же в воздухе вокруг него мелькнули бледные огоньки таинственных символов и растворились в телах каждого из присутствующих орков. — Вот это я понимаю! — обрадовался Кики, сразу почувствовав необыкновенный прилив сил. В восхищении пребывали все, кроме самого Орсы и Мохао, уже многократно ощущавшего на себе силу этого заклятия. По команде Тхуны юные бойцы всей толпой ринулись на блуждающих по пещере мертвецов, пока безухий шаман из племени Дуда-Мара концентрировал вокруг себя сияющий шар, после направил его на стекающихся к сражающимся товарищам бестелесных привидений, и те замерли, покачиваясь в такт кружащим над ними мерцающим облачкам. — Времени не так много, — напомнил собратьям Тхуна. С еще большим остервенением принялись кромсать костлявых противников юные бойцы. Эффективнее всего против скелетов оказались булава Сухиа и длинный тяжелый меч Урухи. Сухиа, несмотря на невысокий рост и рыхлые формы, весьма умело орудовал своим дробящим орудием, хоть и был весьма неповоротлив и невнимателен — благо, его прикрывал могучий Мохао. Голыми руками здоровенный воин Хестуи разрывал мертвецов на части. Что до Урухи, то пары взмахов мечом хватало ему, чтобы продвинуться еще на несколько метров вперед. Оставив позади растерянных призраков и груду костяшек, уже через пару минут орки оказались в широком гроте. Шаги гулко отражались от стен и потолка, и казалось, что пещере не будет конца и края. — Огоньку бы, — посетовал Кики. — Подождите, — остановил шаманов Уруха, — экономьте силы. Действительно, заклинания шаманов были сильны, но отнимали огромную часть энергии и требовали времени для повторного применения. — Я посвечу, — робко промямлил Ирмус, которому до этого еще ни разу не удалось поспособствовать продвижению приятелей вглубь подземелья. Уже через минуту из центра его тонкой ладони вырос неяркий пурпурный цветок. — Не сильно-то помогло, — Кики покачал головой: света едва хватало, чтобы различить в темноте лица товарищей. Шаман напрягся, сконцентрировался изо всех сил, так что вздулись вены на бледном охристом лице, что-то прохрипел, и пламя разгорелось достаточно для того, чтобы по-скорому оглядеться. — Тупик, — разочарованно заявил Кики. — И здесь тоже, — донесся голос его соплеменника Мататахи из противоположного угла. — Эй! — окрикнул собратьев Уруха. — Здесь что-то есть! Ирмус поспешил на его голос. С каждым шагом он все явственнее мог различить силуэты огромных каменных ящеров, провожающих его застывшими взглядами. Уруха стоял у длинного широкого ровного подъема. Воздев к потолку пылающую ладонь, шаман подсветил зловещую пасть огромного божества. То, что казалось пригорком, обернулось на деле длинным языком, вываливающимся из широко-раскрытого рта каменной головы. Со всех сторон раздался благоговейный шепот. — Ну вот и алтарь, — восхищенно промолвил Тхуна. Исследовав пасть, стало ясно, что именно в нее нужно было принести огонь из Пещеры Предков: внутри находилось длинное и узкое, как дымоход, отверстие, ведущее вверх, явно к вершине горы. — А огонь надо взять… — Кики задумался. — … в Склепе Предков, у духа Мартанкуса, хранителя всех шести племен, — напомнил Тхуна. Исследовав все уголки огромного грота, орки пришли к выводу, что другого выхода из него нет. — Тот ручей ведь вел куда-то? — спросил Уруха у Сухиа, который умудрился искупаться в самом начале пути. Прихвостень Мохао тотчас же перевел хитрый взгляд на своего лидера. — Идти назад? — разочарованию большинства не было предела. — А что делать? — Уруха пожал плечами. В это время волшебный огонек окончательно растворился в темноте подземелья. — Все. Сил нет, — виновато выдохнул шаман. — Усыпишь призраков еще раз? — поинтересовался Уруха у безухого колдуна. — А что, есть выбор? — недовольно буркнул Тхуна. — Но это будет мое последнее колдовство на этот час. Преодолев ведущий к Пещере Прародителя туннель, вновь миновав усыпленных призраков и приковав к земле так и не успевшие собраться воедино останки голема, группка орков вновь оказалась в опустевшей лавовой пещере.

***

Рупака сидел там же, где и был оставлен собратьями несколько часов назад. Вид у него был неважный. Он дремал, прислонившись затылком к прохладной стене, беспокойно вздрагивая всем телом. — Ты же можешь ему помочь? — Уруха умоляюще взглянул на Орсу. Но тот лишь деловито провел рукой по серым зализанным волосам и заявил, что «Мантра Жизни», специальное лечебное заклинание, отнимет у него много сил, а они даже не знают, с чем им предстоит столкнуться по пути к обители Мартанкуса. — Мы прорвемся, обещаю, — Уруха еще раз посмотрел юному шаману племени Хестуи в глаза. Мельком взглянув на Мохао и приметив, что тот качает головой, Орса еще раз повторил, что не намерен тратить магические силы на своего соперника. — Ты мог бы с легкостью стать победителем, — презрительно рявкнул Мохао, подойдя вплотную к Урухе, — мог бы сплотить вокруг себя сильнейших, вместо того, чтобы помогать недостойным. Рупа едва удержался, чтобы не броситься на обидчика своего брата, но вовремя спохватился, что силы совсем не равны. Отведя разочарованный взгляд, Уруха, не говоря ни слова больше, склонился к очнувшемуся Рупаке. Отложив в сторону меч и факел, великан взвалил раненого собрата себе на плечо. — Ты совсем что ли рехнулся?! — подскочил к другу Кики. — Так ты и сам рискуешь не пройти испытание! Уруха молча шагнул было в темноту, но Мохао своим мощным корпусом преградил ему путь. — Ты — разочарование племени Атуба. Отныне никто не пойдет за тобой. Дав команду двум своим приятелям, новый лидер поспешил в ту сторону, откуда доносилось негромкое журчание. Оторвав голову от липкой спины Урухи, Рупака прохрипел: — Ты не должен меня нести. Это позор. Я должен дойти сам, либо не дойти вовсе. — Тогда ты дойдешь сам! — Уруха поставил собрата на ноги и уверенным взглядом посмотрел в его помутневшие от мук глаза. — Я лишь немного помогу. Ты разрешаешь? Опираясь на мускулистую руку собрата, Рупака с усилием попытался передвигать ноги. Каждый дрожащий шаг откликался тягучей болью, но мысль о том, что с помощью товарища он сможет пройти испытание, толкала его вперед, и паренек ковылял, мысленно схватившись за эту возможность. Рупа шел следом, с трудом волоча по камням пудовый меч Урухи, копье брата, а все три факела зажав подмышкой. — К черту проклятья Мохао! — огрызнулся Мататахи, поправляя закрепленные на руках кастеты. Я пойду за тобой! — в его голосе звучала твердость. Уруха бросил удивленный взгляд на своего соплеменника, который всю дорогу до этого следовал за Мохао. — Ты сын Варкиса, прошедший Дрому, — обратился к нему коренастый парнишка с выбритыми висками. — Ты отмечен печатью солнца. Ты — будущее нашего племени, и я пойду за тобой! Кики, рванувший поначалу вслед за троицей Хестуи, после слов Мататахи помедлил и вернулся назад. — Раздери меня вепрь! — он раздраженно ударил кулаком в стенку у самой груди Урухи. — Мохао теперь точно будет первым, и опять победят медведи. Тебе самому-то не обидно? — он с горечью посмотрел в каменное лицо товарища. — Нисколько, — отозвался Уруха. Яростно фыркнув, Кики выхватил из рук близнеца длинный меч своего приятеля. — Идем скорее, чего встали-то? — его раздраженный голос растворился в темноте. Преодолев мост, орки спустились в зловонный подземный ручей. По пояс в воде, три воина расчищали путь от мелких хищников и встречающихся на пути мертвецов, пока Уруха помогал Рупаке медленно, но верно продвигаться вперед. Не успели они преодолеть и половину пути, как навстречу им уже шагала пятерка во главе с Мохао, освещая себе дорогу ярко пылающими факелами. — У вас ни единого шанса добраться быстрее нас, — насмешливо гаркнул Мохао. — Но если ты его бросишь… — злобная улыбка исказила его квадратное лицо. Зажженный факел заманчиво мелькнул перед самым носом Урухи. Злость и обида одолели Кики. Он собрался уже броситься на Мохао, но тот предусмотрительно приготовил свой трёхгранный катар. Кики сжал руки в кулак, направив на соперника острые тигриные когти. Сухиа вцепился в металлическую рукоять булавы. Рупа до боли сжал свои цесты. Орса наколдовал огненный шар перед собой, готовый направить его в любого, кто осмелится покуситься на жизнь его лидера. Мататахи, сверкнув желтыми глазами, присел, как кошка, готовясь уже наброситься на шамана. — А ну прекратили! — громогласный рев Урухи прорвал повисшее в воздухе напряжение. — Еще чего удумали! Так нельзя! Это против всяких правил! Запрещено нападать на того, кто добыл священный огонь или только пытается это сделать. — Иди! Поспеши за своей победой! — обратился он к Мохао, но тут же с вызовом посмотрел на стоящих по обе стороны от него шаманов. — Но знай, что Орса и Тхуна заслужили победу больше, чем ты. Поймав сосредоточенные взгляды обоих колдунов, он продолжил: — Они с легкостью вернутся к раскрытой пасти Прародителя и без твоей помощи. А вот ты без них справишься? Как полагаешь? — Уруха выразительно смотрел на Мохао, но краем глаза поймал, как шаманы переглянулись. Мохао в нетерпении приказал всем двигаться дальше. — Вот увидите, они передерутся там, у алтаря, — разочарованно вздохнул Уруха, обращаясь к товарищам, когда пятерка соперников скрылась из виду, и неторопливо побрел дальше, поддерживая изнывающего от боли Рупаку.