Смотреть и видеть

Они становятся старше и с каждым годом всё ближе. Их странная дружба крепчает, они привыкают быть постоянно рядом, как попугаи-неразлучники. Мальчишки-сверстники скалятся, но больше по привычке — получив несколько раз в процессе драки, они вынуждены отступить, даже бывшие соседи Олега из детского дома — пришлось всё-таки официально, через воспитателей переселиться в комнату Серёжи, но благо, те были и рады помочь в этом, слишком уж неудобно, когда из-за кошмаров одного мальчишки приходится селить всех в другие комнаты — а ещё, из зависти, потому что они с Разумовским стали довольно красивыми парнями. Олега часто окружали девчонки-одноклассницы на переменках. Сережа смотрит, как очередная глупо хихикающая девчонка, что-то спрашивает у Олега, находясь слишком близко к нему. В груди уже привычно появляется раздражение и желание схватить Волкова за руку и утащить отсюда. Олег лишь качает головой на вопрос Маши. — Если тебе нужна помощь с учёбой, то это к Серёже, — говорит он, прекрасно зная, что та не подойдёт. И хорошо. Не то, чтобы Олег не был рад, если бы Серый нашёл себе друзей… или девушку… но явно не столь пустоголовую, как эта. К тому же, Разумовский помогал с учёбой ему, он даже в твёрдые хорошисты вылез. Сережа все же не выдерживает и подходит к Олегу — и этого достаточно, чтобы девочка неприязненно покосившись на него, ушла к своим подружкам. — Пойдем? Олег растерянно моргает и смотрит на Серёжу. Улыбка сама собой появляется на лице. — Куда? У нас ещё физра. Или ты сбежать хочешь? Разумовский скривился — в отличие от Волкова он не очень любил этот предмет, но не настолько, чтобы прогуливать, зарабатывая замечания. — До урока ещё минут десять, давай посидим в том коридоре? Тот коридор — недалеко от кабинета директора, куда редко кто из ребят приходил по своей воле, обходя это место по дуге, но Сережа ещё до появления Олега любил там сидеть между уроками — у обидчиков хватало ума не трогать его там, где шум мигом привлек бы внимание самого директора. — Хорошо, — согласился Олег. Он не слишком любил мелькать около кабинета директора — пару раз за драки всё-таки туда попадал — но ничего страшного. — Что она от тебя хотела? — не сдержался Сережа, когда они привычно устроились у стены на стоявших тут старых стульях, которые вытащили в начале ремонта, но так и не выкинули, поскольку ремонт затянулся вот уже на два года. — Объяснить последнюю тему просила, — фыркнул Волков. — Я сказал, что по учёбе в нашей паре главный, ты. Сережа лишь нахмурил брови и фыркнул — ага, учеба ее интересует, как же! А вот фраза Олега, про «их пару» ему почему-то очень понравилась. Звучало наверное слишком эгоистично, но Разумовский все больше понимал, что и правда не хочет делиться Олегом ни с кем. Олег также, как и Птица был только его… — Не беспокойся, — успокоил его Волков. — Не похоже, чтобы её сильно волновала эта тема. Тебе не придётся быть репетитором для ещё одной тупицы, кроме меня. — А я бы и не стал помогать кому-то кроме тебя! — прозвучало резко, и Сережа добавил уже тише. — Ты не тупица, просто у тебя другой склад ума — тебе интереснее другое. Ага, склад ума, — скептично. — Просто руками работать умею, а думать — нет. Всё просто. Тебе медаль надо выдать за то, что я больше не троечник. — И кто сказал, что это плохо? Я вот наоборот — мало что могу в драке или любой физической деятельности… — А ты у нас гений, — с теплотой в голосе протянул Олег и быстро взлохматил чужие волосы. — Скажешь тоже, — Сережа отчего-то смутился, пригладив рыжие пряди. — И скажу, — твёрдо произнёс Волков. — Ты круглый отличник, схватываешь всё налету, много читаешь и вообще умный. Перемены так быстро проходят, — с сожалением пробормотал Волков и усмехнулся на чужое кислое выражение лица. Разумовскому не нравилась физкультура от слова совсем. — Если что, предложение сбежать ещё в силе. Придумаем какое-нибудь оправдание. А если влетит, то я скажу, что я тебя заставил. — Не надо, тебе мало прошлого раза? — Сережа кивнул на дверь кабинета директора. — Но спасибо за предложение! — он улыбнулся. — А какая разница? — Волков усмехнулся. — Максимум, отругают. В детдоме — в комнате запрут или лишний раз на дежурство поставят, переживу. Но как скажешь.