Прошепчи имя моё

В библиотеке, как и сказала Дженни, пахло табаком. Взрослые оживлённо вели беседу и поначалу даже не заметили вошедшую Лису. Лишь когда дверь приоткрылась вновь, и в комнату зашла сама Дженни, все обернулись и с шумом начали приветствовать Манобан. Дедушка, конечно же, был самым громким. И, кажется, успел пустить слезу. Ким стояла рядом, смотрела, как Томас прижимал к себе свою внучку, и слегка улыбалась: не часто увидишь столь тёплые отношения между родственниками. Девушка заметила, что Лисе в этом доме рад абсолютно каждый. Даже отец, серьёзный человек, не любивший нежности, по-дружески обнял Пранприю. - О! Пранприя! Почему я не знал, что ты приезжаешь сегодня? - всё не унимался дедушка, рассматривая внучку и обнимая её. - Одна? С родителями? Как же ты выросла! - Мой рост не меняется вот уже два года, дедушка... - А я по глазам вижу, что выросла! - Томас улыбался во все зубы. - Ты познакомилась с Дженни? - Он обратил внимание на темноволосую девушку. - Знаешь, она просто душка! И тоже приехала на всё лето. Вот, тебе не будет скучно со стариками... - Но мне не бывает с вами скучно, - Лиса ещё раз обняла дедушку и подошла к мистеру и миссис Ким. - Как ваши дела? Вы прекрасно выглядите! - О! Всё просто чудесно! - Шарлотта мягко улыбнулась. - А ты как, дорогая? Как тебе Дженни? Она бывает резкой, но ты на неё не обижайся - вся в отца. Что уж тут поделать! Лалиса на такое лишь кивнула, бросая мимолётные взгляды на самую младшую Ким, что стояла сложа руки и смотрела на свою бабушку, слегка улыбаясь. Они были чем-то похожи. Внешность Дженни досталась от матери, характер - от отца. Но что-то было в этой девушке от самой Шарлотты. Наверное, они обе притягивали к себе людей. Только старшая Ким - добротой, а младшая - загадочностью, очарованием и чем-то ещё, что трогать нельзя, словно это то самое яблоко. Но Лиса готова согрешить, сорвать сладкий плод и докопаться до истины. - Мы ещё не успели познакомиться поближе, - подала голос Дженни. - Но, надеюсь, скоро это исправим. Манобан покачала головой, соглашаясь с темноволосой. Томас смотрел на них с прищуром и улыбался. Лиса сослала такую реакцию на то, что дедушка её давно не видел, вот и рад. Но эта улыбка скрывала совсем другое. И Пранприя это чувствовала. Чувствовала и игнорировала. - Так что же мы тут все стоим? - спохватилась Шарлотта. - Пойдёмте пить чай! Пранприя, дорогая, идём. Я знаю, как ты обожаешь мои пироги. От Лисы и следа не осталось: она рванула на кухню. Манобан услышала сладкий, немного с кислинкой, словно та самая вишня в саду, смех - Дженни смеялась, идя следом за девушкой. - По вам и не скажешь, что любите пироги, - Ким всё не могла остановиться. Пранприя от такого комплимента покраснела, но смех Дженни потом подхватила. Все гости и члены семьи Ким уже собрались за большим столом. Пироги Шарлотты были нарасхват. Съев четвёртый кусок, Лалиса вспомнила, зачем сюда пришла. - Дедушка, - обратилась она к Томасу, но тот был увлечён разговором с отцом Дженни. - Дедушка! Он её даже не слышал. Лишь когда рядом сидящая с ним младшая Ким толкнула локтём, он повернулся и вопросительно на неё посмотрел. - Вас зовёт Лиса, - Дженни кивнула в сторону Пранприи. Та кивнула, молча благодаря. - Что такое, Пранприя? - брови его устремились вверх, а взгляд был полон заинтересованности. - Я пришла возвращать тебя домой, но пироги Шарлотты меня завлекли, и я об этом совсем забыла! Миссис Ким громко засмеялась. - Ах! Так нам пора! А который час? - Без десяти десять, - тихо проговорила мама Дженни. - О-о-о! - протянул Томас. - На ужин мы уже опоздали - спешить некуда. - И громко засмеялся, увидев возмущённое лицо внучки. - Шучу - шучу. Нам, действительно, пора. Спасибо за такое отличное, впрочем как и всегда, гостеприимство. А ты, Дженни, приходи завтра к нам... - Ага! Значит, её зовёшь, а меня нет! - забухтел Уильям. - Вот тебе и друг! Стал старым и перестал быть нужным, да? - Но я такой же старый, как и ты! - Я родился на год раньше! Уважай старших! Все за столом начали заливаться смехом, наблюдая за перепалкой. Эти двое устраивали маленькие ссоры каждый день и каждый день мирились, крепко обнимаясь и извиняясь. - Жди меня завтра с Дженни, - бросил мистер Ким. - Хорошо-хорошо, старый пень, - закряхтел Томас, поднимаясь с деревянного стула. Их провожали огромной толпой, будто бы они уже больше никогда не вернутся в этот дом. Дженни слегка поклонилась Лисе. Они не промолвили ни одного слова, но и этого жеста для них было достаточно. Впервые Пранприя думает, что это лето будет, действительно, самым интересным из всех прожитых ею. Идя домой, она долго думала о Ким, припоминая, что они уже с ней виделись, когда были маленькими. Они ходили на речку, грели крохотные ножки в тёплой воде и позволяли лучам солнца целовать свою нежную кожу. Но это было так давно! Совсем не удивительно, что они не вспомнили друг друга. И, тем более, встречались лишь однажды. Какое-то шестое чувство подсказывает Лисе, что именно эта встреча запомнится ей навсегда. - Ты какая-то задумчивая, - вернул её в реальность Томас. - Не понравилось новое знакомство? - Понравилось, - выдохнула Пранприя. - Но мы ещё не совсем знакомы. - Это ничего! Мы с её дедом так же познакомились, как и вы. Только мы почему-то сразу друг друга возненавидели. Но посмотри на нас теперь! Прилипли и отлипнуть не можем! Его смех был слышен по всей округе. Лиса лишь улыбнулась, чему-то кивая. - У вас всё лето впереди и вся юность. Столько всего произойдёт! - Это точно, - согласилась девушка. Когда они зашли в свой дом, было тихо. Очевидно, все не дождались их и легли спать. Лиса тихими шажками поднялась по скрипучей лестнице. Отворив дверь в свою комнату, она скользнула внутрь. Окна были открыты нараспашку. Лунный свет пробирался через них, бледной полоской освещая кровать. Лиса прошла в глубь комнаты и остановилась возле старого зеркала. Она была недурна собой: светлые волосы, чёлка, спадающая на глаза, худые руки, ноги и тело, пухлые алые губы и большие карие глаза, красота которых завораживала каждого. Да, она была недурна собой. Но себя не любила и считала, что к ней в жизни никто не прикоснётся, даже слегка и неуверенно. Она свалилась на кровать, что стояла рядом. Всё заскрипело, и, кажется, все проснулись от этого раздражающего скрипа. Но даже он Лисе нравился. В комнате пахло деревенскими ночами. Эта свежесть заполняла лёгкие Манобан. Она вздыхала глубоко и медленно, будто бы ей нужно было вдоволь надышаться, иначе весь воздух исчезнет. Она не пила, но организм вёл себя так, будто бы всю бутылку того вина, стоявшего посреди стола семьи Ким, она выдула одна. Глаза закрывались, веки потяжелели. День пролетел так быстро, и это Лиса поняла только в эту минуту, когда сон поглощал её с головой и когда она уже что-то видела.

***

Лалиса проснулась от шума на нижнем этаже. Кто-то громко разговаривал и смеялся от всей души. Солнце назойливыми лучами светило прямо в оленьи глаза Пранприи, которые она закрыла тут же, когда и открыла. Просыпаться, вставать и начинать этот летний день - последнее, что она хотела сделать. Но заснуть уже не удастся точно. Девушка приподнялась и, щурясь от яркого света, оглядела комнату - как будто что-то должно было измениться. Только встав со скрипучей кровати, она поняла, что заснула в своём летнем платье, в котором приехала вчера. Она вспотела за ночь, и ткань неприятно липла к коже. Чей-то смех только усиливался, и он казался ей знакомым, а ещё очень даже очаровательным. Ноги совсем не слушались, и ей приходилось делать усилия, чтобы дойти до двери и разгадать эту загадку, узнать, чей же это смех, что будто бы переливался игристым шампанским. Дверь отворилась, и Лиса прошла к лестнице, но тут же замерла - услышала вчерашний голос. Дженни. Девушке показалось странным, что Ким так много о чём-то говорит, даже иногда в шутку возмущаясь и ругаясь. Спустившись в гостиную, она никого не увидела, а голоса доносились где-то в самой глубине дома. Наверняка, все сидели за столом и завтракали. Эта мысль заставила Лалису взглянуть на большие настенные часы и ужаснуться - пора уже обедать. Она осторожно открыла двери, надеясь, что все даже не заметят её. Так и было. Почти. Дженни. Её взгляд сразу же устремился на вошедшую девушку. Она чему-то улыбнулась, оглядывая Манобан с ног до головы. Лиса догадалась чему - она ещё была сонной и не проснувшейся, в помятом платье и с запутавшимися волосами на голове. Ким подпёрла одной рукой подбородок и наблюдала за Пранприей, что жадными глотками пила воду из стакана. Поставив стакан, Лалиса просто кивнула Дженни и так же тихо, как и вошла, вышла и направилась в ванную комнату. Что нужно было от неё Ким - не понятно. Ведь что-то же нужно было? Люди не смотрят на других людей просто так. Наверное. По крайней мере так считает Лиса. Закончив с утренними процедурами, которые она делала в обед, девушка вновь поднялась в свою комнату. Ей нужно было срочно переодеться. На улице стояла жара. И всю неделю будет стоять жара. Так сказала Маргарет, а Манобан своей бабушке верит; даже если завтра хлынет ливень и всю неделю будет дождь, она скажет, что дело всё в погоде, а никак в пожилой женщине и её гадальческих способностях. Неожиданный стук в дверь заставил Лису вздрогнуть. Она уже переоделась в новое летнее платье и просто сидела на кровати, пребывая в своих мыслях. - - Входите, - громко, чтобы её услышали, сказала Лалиса. Раздался долгий скрип, и в проёме показалась Дженни. Она неловко топталась на одном месте, сжимая своими пальцами ткань платья. Лиса его знает - оно Шарлотты. Та ходила в нём, когда была так же молода, как и они. - Вы можете пройти, - улыбнулась, заметив, как Ким стеснялась. Манобан подумала, отчего они так вежливо с друг другом общаются, если ровесники? Это «вы» иногда режет слух, но переступать через него без чужого позволения Пранприи не хотелось. Поэтому она тут же решила всё разъяснить: - Мы можем перейти на «ты»? Дженни слегка улыбнулась и кивнула головой. До этого непредсказуемого пребывания в комнате Лисы она была более раскрепощенной: громко смеялась, откидываясь на спинку старого стула, попивала вино из бокала и вела беседы со всеми на равных. Но именно сейчас Ким была зажата и, кажется, будто бы испугана. Возможно, эта девушка просто не любит знакомиться. Возможно, что эта девушка стесняется новых знакомств. Возможно, эта девушка ведёт себя так из-за Лисы, которая смотрит на неё, не приглашая даже присесть. У светловолосой в голове щёлкает, и она похлопывает по кровати. Дженни принимает приглашение, но напряжённость никуда не исчезла, но атмосфера немного изменилась и стала более спокойней. - Очевидно, нам нужно познакомиться поближе? - почему-то спросила Лиса. - О, я как раз пришла к тебе за этим. Да, - Дженни хмыкнула. Её руки всё ещё сжимали ткань белого нежного платья. И почему она была такой зажатой? - Лалиса пыталась это понять, но только, когда она приходила к какому-нибудь ответу, тут же его отбрасывала, потому что он точно не мог быть нормальным ответом на этот вопрос. - Мы же ровесники? - задала вопрос Пранприя, не зная что ещё можно сказать или спросить. - Не знаю, - пожала плечами Дженни. - Но я должна в этом году поступить на первый курс. Если меня, конечно, возьмут. - Она захихикала. - Меня тоже. Значит, всё же ровесники. Я родилась в марте, а ты..? - Январь. - Чёрт, - выдохнула Лиса. - Ты старше. - О, я прожила на этой земле на несколько месяцев больше, чем ты. Ты просто и представить не можешь, как я этим горжусь! Их громкий смех заполнил комнату Лисы. С каждой проведённой минутой неловкость отступала и уже через час обе девушки вели себя так, как будто знают друг друга минимум год. - Так куда ты хочешь поступать? - спросила Дженни. - Точнее хочешь поступить. Да, так будет правильнее, - исправилась старшая. - Может быть, ты будешь смеяться, не знаю, но мне бы хотелось быть психологом. Я хочу помогать людям... - А врачи? - перебила Ким. - Прости, - поняла свою ошибку. - Это точно не для меня, - хмыкнула Лиса. - Скальпель каждый раз будет оставаться внутри человека. А это как-то... не очень... - Боже! - захохотала Дженни. - Это больше, чем «не очень»! Но мне нравится, что ты знаешь, чего хочешь. Потому что я в этом деле как осенний листок - ветер несёт, но куда я даже не знаю. Но мне хотелось бы рисовать. - Рисовать? - Да, - темноволосая кивнула. - У меня что-то получается, но я особо не уверена. Но попытаться поступить можно, так что я просто подала в первый попавшийся университет, где есть факультет искусств. - Значит, ты не листок, - Дженни вопросительно посмотрела, а Лиса лишь пожала плечами. - Возможно, ты что-то тяжелее. Понимаешь? - Нет. - Ну, я имею ввиду, что ветер пытается тебя как-то сбить с ветки и куда-то унести, но из-за твоей тяжести ему это не удаётся сделать. Возможно, ты жёлудь. - Жёлудь? - Жёлудь, - кивнула Пранприя. - Что ты так смотришь? - вздёрнула брови. - Никто не сравнивал меня с жёлудем... - Оу, - протянула Лалиса, понимающе покачивая головой. - Они милые. И только лишь после того, как последние слова слетели с её губ, она поняла, что сказала. - Я имею в виду... - Расслабься, - засмеялась Дженни, наблюдая, как щёки младшей алеют. - Но за комплимент спасибо. - И подмигнула. Лиса ещё сильнее покраснела. Но тут же сосредоточила своё внимание на девушке, сидящей рядом. - Знаешь, а у тебя здесь уютно... - Ким оглядела комнату. - Мне очень-очень нравится. - Я хочу здесь сделать перестановку. Ещё прошлым летом об этом думала, но как-то было лень, - тоже огляделась Лалиса. - Оу, а с виду ты энергичная, - хитро ухмыльнулась Ким. - Теперь я знаю твой секрет. Могу ли я им шантажировать? - она казалось, действительно, задумалась над этим. - Это не секрет, - фыркнула младшая. - Жаль, - разочарованно выдохнула Дженни. - Подожди! Ты хотела меня шантажировать? Эй! - О, ты меня просто не знаешь, - самодовольно улыбнулась темноволосая. - Чему я удивляюсь? - закатила глаза Лиса. - Ты буквально заставляла меня играть в песочнице на окраине деревни... - Мне было приятно, что нас ищут... Стой! Так ты помнишь? - Вспомнила, - поправила Манобан, - вчера. - Ну, хотя бы вспомнила. Было бы странно, если бы ты забыла такое, - девушка увидела замешательство в глазах Лалисы. - Не смей отрицать, что тебе не нравилось таскаться за мной. - Младшей хотелось стереть эту лыбу с лица Ким. - Нет, не нравилось, - бросила Пранприя. Изумлённое лицо Дженни заставило её откинуться на кровать, содрогаясь от смеха. - Так не таскалась бы, - нахмурив брови, с обидой в голосе сказала старшая девушка. - Я же пошутила! Ты же не обиделась? - но темноволосая молчала, и Лиса запаниковала. - Дженни? Ким отвернулась, и младшая готова была разрыдаться от накатившей тревоги. - Дженни? - в ответ молчание. - Прости, пожалуйста. Я не хотела тебя как-то обидеть... - Я тоже пошутила, - пожала плечами Дженни, повернувшись обратно к Лисе. - Ты... - Я..? - Да ты знаешь, как я испугалась! Ты!.. Я... - Это была профилактическая работа. Теперь ты знаешь, что шутить подобные шутки не стоит. - Что ж, ладно... Повисло молчание. Дженни продолжала разглядывать комнату, а Лалиса просто не знала, что сказать. Она не могла помнить, что темноволосая такая вредная... Им было всего лишь пять лет! Они провели одно лето вместе. Это было много. Но она всё равно не знает Дженни, а Дженни не знает её. Тем более это было больше десяти лет назад! Сейчас им восемнадцать, и за прожитые года могло всё измениться. Возможно, всё и изменилось, и старшая из хитрой девочки, разрушающей её куличи, превратилась в ещё более хитрую девушку. Но, припоминая эту часть детства, проведённую с Дженни, она понимает, что кое-что всё же осталось таким же: Ким всегда было сложно знакомиться. Лалиса помнит, как та пятилетняя убежала, когда увидела Манобан. Наверное, в этот раз она могла бы сделать так же, но она же выросла, и это было бы немного забавно и весьма странно. «Ой, чёрт... - промелькнуло в голове Лисы. - Мы же познакомились. Опять.» - Дженни, - подала голос Пранприя. - Что? - заинтересовано посмотрела темноволосая. - А зачем мы познакомились ещё раз, если уже знакомились, когда были детьми? - Ну, я полагаю, потому что это было давно, - Дженни казалась задумчивой. Её взгляд устремился на коврик, что лежал возле кровати. - Мы же были маленькие, а теперь мы старше. - Она помолчала. - Да, теперь мы старше. И мы другие. Лиса лишь покачала головой, не показывая своего удивления: старшая будто бы сидела и читала мысли Манобан. Это немного пугало. Теперь Лалисе стоит точно думать, о чём ей думать. «Что? Думать, о чём думать? Серьёзно? Как такое вообще возможно?» - голова светловолосой кипела. Но поток её мыслей прервал скрип. Обе девушки тут же повернули голову в сторону двери, из которой выглядывал дедушка старшей, поглядывая на них. - Мы хотим поехать в лес... - В лес?! - Манобан подорвалась с кровати. Дженни удивлённо смотрела на Лису, что казалась очень счастливой. Даже очень. Она была похожа на ребёнка, что наконец-то получил ту игрушку, которую хотел. И Ким не понимала такой реакции, но продолжала поглядывать на младшую, что бегала, подпрыгивая чуть ли не до потолка, по комнате. - Да, - Уильям самодовольно улыбнулся. - Поедете? - О боже! Конечно! - Лалиса выбежала, чуть ли не сбив Кима, но тут же вернулась. - Дженни, ты поедешь? - смущённо спросила девушка. - Ну, очевидно, у меня нет выбора? - старшая улыбнулась. Но Манобан уже была внизу. Её топот был слышен на весь дом, будто бы стадо слонов куда-то бежит. - Что за лес? - спросила темноволосая, всё ещё сидя на кровати. - Там просто красиво, - пожал плечами дедушка. - А мы все любим красивые места. Дженни хихикнула и вместе с мистером Кимом вышла из комнаты. Лалиса тем временем уже сидела в машине и ждала остальных. Она обожала этот лес всей своей ещё пока юной душой. Там было много тропинок, которые вели в самую глубь и которые она знала как свои пять пальцев. Птицы в этом месте пели по-особенному красиво, иногда можно было увидеть какое-нибудь животное, но это лишь иногда. Лисе нравилось быть там осенью: опавшие листья шуршали под ногами, октябрьский ветер бил в лицо, принося с собой ароматы этого прекрасного времени года. Наконец-то все вышли из дома, но к машине не подходили. Девушка сразу почувствовала что-то неладное, и у неё сердце упало, когда она услышала слова своего деда: - Эй, городская! Мы пешком! Просто прекрасно. Идти минимум три километра пешком. Лиса совсем не чувствовала, как радость переполняет её, льётся по венам и туманит голову. Но, видимо, остальные это чувствовали, потому что объяснить их счастливые улыбки она не могла. - Что сидишь? Или дома останешься? - Томас знал, что она в жизни не останется, но дразнить её обожал. Светловолосая девушка со стоном вышла из машины, хлопнув дверью и словив на себе сердитый взгляд своего отца. Впрочем, ей это было не важно. Сейчас она пребывала в мире грусти и разочарования. Её новая знакомая была вполне рада такому обстоятельству. «Она просто не знает, на что подписалась»,- оправдывала такое поведение Пранприя. А потом её челюсть поцеловала узкую тропинку, по которой они шли, потому что Дженни всё знала и знала, какая далёкая предстоила им дорога. - Сумасшедшая, - пробормотала Лиса. - Ты что-то говорила? - спросила рядом идущая Ким, рассматривавшая всё вокруг себя. - Я говорю, что здесь красиво, - улыбнулась младшая. - О да! Очень! - охотно согласилась Дженни. И они пошли дальше уже в молчании, слушая очередную перепалку между своими дедушками.