Прошепчи имя моё

Первые деньки холодного августа сильно сблизи Джису с Чеён, Лисой и Дженни. Они проводили всё своё свободное время вместе, иногда прогуливаясь мимо разноцветных деревенских домиков, а иногда сидя в своих тёплых комнатах и разговаривая о планах на будущее, что вот-вот нагрянет и придавит младших девушек. Совсем скоро должны будут прийти результаты экзаменов Дженни, о которых темноволосая девушка думала практически каждый день, пугаясь и придумывая, что же ей делать, если она всё же не поступит. Остальные старались её подбодрить и выкинуть из её головы такой мусор. Особенно об этом заботилась Лалиса, с которой младшая Ким не расставалась ни на секунду. Темноволосая с ужасом смотрела, как бегут стрелки часов и шуршат листы календаря, приближая их отъезд, после которого они вряд ли смогут встретиться и проводить время вместе, как делают это сейчас. Сегодняшний день был полон шума, возгласов гостей, запахов блюд и подарков, потому что в доме Дженни был праздник - день рождения её мамы, на который были приглашены все, включая Чеён и Джису, которые чувствовали себя в толпе практически незнакомых людей лишними, что не скажешь о самой Дженни и Лалисе, что крутились постоянно возле именинницы, помогая ей чем-нибудь. Не все присутствовали - остальные должны были прийти к столу вечером, а пока рядом были только самые близкие люди. Пак и старшая Ким разгуливали в небольшом саду бабушки Дженни, которая, как и всегда, находилась на кухне, ругая Пранприю за то, что ей удалось стащить один кусочек жареной курочки. Небо было пасмурным, серым и готовым пролить свои слёзы на мокрую землю, следы на которой оставляли девушки, пытаясь найти яблоню с самыми сладкими плодами. Чеён откусила один и скривилась в лице, вызывая у Джису громкий смех. Светловолосая лишь показала подруге язык и рассмеялась вместе с ней, заглядываясь на широкую красивую улыбку, от которой такая же появлялась на её губах. - Кислятина ужасная, - выплюнула откусанный кусок Розэ. - И почему я одна их пробую? - Возмутилась девушка. - Знаешь, - старшая сорвала одно яблоко с ветки и подбросила в воздухе, - раньше слуги, перед тем как подавать своим господам блюда, пробовали их и проверяли, не отравлена ли она. - Она ухмыльнулась и протянула фрукт младшей. - Ешь. Пак от такого выпучила на Джису глаза и показательно отвернулась, схватив плод, а затем блаженно замычала: - Сладкое, - она вновь повернулась к Ким и отдала откусанное яблоко. - Попробуй. Темноволосая, не раздумывая ни секунды, откусила. Её лицо скривилось, и она выпустила из рук плод, выплёвывая его и кашляя. Пак лишь ухмыльнулась и сложила руки на груди, смотря на злую Джису, что готова была разорвать её на мелкие кусочки от такой наглости и такого обмана. - Ты пожалеешь об этом, - серьёзно сказала она, надвигаясь на младшую. - Заставь меня пожалеть, - на губах Розэ вновь заиграла обаятельная ухмылка, от которой Ким могла бы на мгновение забыться, но обида от предательства была сильнее всего. - Беги, - вплотную подошла Джису к Чеён. - И что же ты мне сделаешь? - старшая была на несколько сантиметров ниже Пак, что смотрела на неё, опуская свою светлую голову. - Дженни упоминала, - они со старшей Ким сильно сблизились за эти дни, - что ты боишься щекотки. - Ухмылка сбежала с лица Пак, и она сама готова была рвануть от темноволосой со всех ног. - Может быть, мне это проверить? - Розэ отрицательно закачала. Её глаза бегали повсюду, и она старалась придумать, как бы отвлечь Джису, что могла на неё напасть в любую секунду. Она не придумала ничего лучше, чем с фальшивым удивлением показать на что-то позади Ким и быстро убежать в дом, пока старшая, хмурясь, смотрит на то, что ей указала Чеён, которая, убегая, смеялась с такой наивности Джису. Ким, поняв, что её снова обманули, побежала за спрятавшейся в доме Пак. Все были заняты своими делами, и найти Чеён среди толпившихся в комнатах людей было сложно, но возможно. Пока Розэ и Джису играли в свои прятки, Дженни сидела на скрипучем стуле, покачивая ногами, и рисовала в своём альбоме Лалису, что нарезала лук и роняла на него свои слёзы. Старшая тихо посмеивалась, а Манобан вытирала мокрые щёки рукавом кофты. Когда набросок плачущей Лисы был готов, Ким вырвала лист и протянула его непонимающей Пранприи, что жмурила свои глаза: - Посмотри, - темноволосая ухмыльнулась, - какая ты, когда рыдаешь. - Лиса ещё раз вытерла свои слёзы и взяла вырванную страницу альбома. Дженни впервые делилась с ней своими рисунками, не считая того раза, когда она рисовала миссис Манобан. Светловолосая улыбнулась, проводя пальцами по плавным линиям, нарисованным обычным карандашом. Эта была точная копия её, и она не могла поверить, что Ким смогла её вот так просто изобразить за такое короткое время. Сколько ей потребовалось, чтобы создать любимое произведение Лалисы? Час? Два? Не важно, потому что то, что может творить Дженни своими руками, должен увидеть весь мир. И ведь она работала не в полную силу. А что же будет, если она возьмёт кисти и краски и примется за дело со всей ответственностью и серьёзностью? В голове Пранприи промелькнула идея: в ближайшем будущем нужно обязательно устроить небольшую выставку работ темноволосой. - Очень красиво, - прошептала Манобан, любуясь своим портретом. - Спасибо большое. - Она посмотрела на Дженни, что смирно сидела на стульчике и ожидала её реакцию. - Но заплаканную себя я могла бы увидеть и в зеркале, знаешь ли. Тебе не нужно было так сильно об этом беспокоиться. - Девушка посмеялась, вызывая яркую улыбку на лице Ким. Зашедший Томас прервал их гляделки. Он плюхнулся рядом с старшей девушкой, глубоко дыша. Иногда старость только украшает людей, но за это украшение они платят огромную цену. Немалый возраст и опыт за плечами Томаса забирал все его силы, и без отдышки он не мог пройти и пару метров, однако всё равно был тем шустрым и активным парнем, проводившим всё своё свободное время в шумных компаниях. Он взглянул на лист, что держала Лиса в руках, но промолчал, понимая, что не должен лезть с головой не в свои дела. Лалиса же сама поспешила поделиться с ним работой Дженни, что продолжала на неё смотреть, качая ножками: - Ты видел рисунки Дженни? - старик отрицательно покачал головой. - Нет? - Она тут же оказалась рядом с ним. - Ты только посмотри на это! Она чёртов Леонардо да Винчи! - А это Мона Лиза? - Томас кивнул на портрет Пранприи, что держал уже в своих руках, внимательно его рассматривая. - Это, действительно, хорошая работа. - Он закивал головой, подтверждая собственные слова. - У тебя явный талант. - Дженни поморщилась, что заметил дедушка Лисы. - Эй, я прекрасно помню слова Чайковского! «Большой талант требует большого трудолюбия». Ты молодец, Дженни. Я вижу, как ты много работаешь, и это впечатляет. Надеюсь, ты не дашь этому зачахнуть. И я думаю, у таких, как ты, большое будущее. - Она посмеялась на его слова, а он нахмурился. - Я говорю тебе правду! Здесь нет ни капли лжи. Лиса, скажи ей что-нибудь! - Он прав, - светловолосая заглянула в глаза старшей девушки, чтобы удостовериться, что та внимательно её слушает. - Ты просто гений! Я не буду говорить, что я бы так не смогла, потому что, во-первых, очевидное не говорят, а во-вторых, я в жизни ни к чему не прикладывала такого труда, как ты. Тебе стоит уже привыкнуть к тому, что твои рисунки - новые произведения искусства, которые должен увидеть весь белый свет. - Она потянула слово «весь», раскидывая руки в разные стороны. - Только прежде, чем это случится, дай мне свой автограф. Щёки Дженни начали краснеть от нескончаемой похвалы в её адрес, и она запищала, прикрывая их руками и вызывая лёгкий смех у Томаса и Пранприи. В этот же момент на кухню влетели Джису и Чеён. Пак спряталась от старшей Ким за Лисой, что непонимающе на них смотрела. Остальные взглянули так же на двух девушек, которые продолжали свои детские забавы. Темноволосая выдохнула и присела на стул рядом с Томасом. Розэ, убедившись, что опасность миновала, вышла из своего укрытия, но старалась держаться от самой старшей девушки на безопасном расстоянии, поглядывая на неё и готовясь в любую минуту стартовать из комнаты. - Вы чего? - спросила Манобан у них, смотря на их подозрительные взгляды, что они бросали на друг друга. - Она, - старшая Ким указала на Пак, - быстрая зараза. - Чеён на такое показала Джису язык. - А она просто зараза, которая решила меня пустить на сегодняшний ужин, - обидчивым голосом пролепетала Розэ. - Главное блюдо вечера, - ухмыльнулась Дженни и потянулась дать пять самой старшей. Чувство предательства укололо Чеён, и она посмотрела на младшую Ким, у которой, по мнению светловолосой, не было ни капли совести. К вечеру, на удивление каждого гостя дома, пасмурные облака стали расходиться, и ночью был шанс увидеть звездопад, на который каждый год, не изменяя традициям, любовалась Лалиса. Люди суетились в комнатах, толпились в проходах, поздравляли маму миссис Ким, напевая всем известную песенку, и спешили к большому столу, за которым уже сидели некоторые, дожидаясь остальных членов праздника. Дженни не отходила от матери, помогая ей с гостями, а Лиса в своё время помогала старшей девушке. Джису и Чеён же посчитали, что будут только мешаться, и смирно сидели за столом, считая минуты до начала застолья. Голоса не смолкали, вина разливались, а тарелки бились друг о друга, когда каждый тянулся за добавкой. Кто-то расхаживал по комнатам, рассматривая большой уютный дом, кто-то находился в гостиной и слушал игру на фортепиано темноволосой девушки, а кто-то, как Пак и старшая Ким, не выходили из-за стола, съедая все закуски. Манобан вместе с остальными слушала игру Дженни, стоя рядом с ней и следя за движениями пальцев рук. Старшая прикрыла свои глаза и, хмурясь, исполняла произведение Моцарта. Она иногда отвлекалась и поглядывала на Лису, что не отводила от неё взгляда и улыбалась ей, когда темноволосая на неё решалась посмотреть. Несмотря на выпитое ей вино, она была ещё трезва, однако это младшая Ким могла исправить в три бокала, которые ей сразу же наполняли. Лалиса сидела рядом, следила за ней, за тем, как она вливает в себя красную жидкость, как её пухлые губы от неё алеют, а разум пьянеет. Перед карими глазами появлялись кадры с такого же вечера, на котором Дженни решила влить в себя каждую поставленную на стол бутылку. И страх, перемешанный с горьким любопытством, заставлял девичье тело дрожать, словно в душной комнате горы снега, льда и температура ниже нуля. Будет ли темноволосая испытывать то самое желание, что испытывала тогда или же произойдёт что-то другое, что окончательно выбьет у Пранприи землю под ногами? Джису тоже не теряла сладких минут и успела опрокинуть в себя несколько бокалов. Чеён же пыталась её образумить, вырвать из крепкой хватки пьянящие капли, но это у неё получалось очень и очень плохо. И когда старшая Ким сама отодвинула от себя стеклянную бутыль, то с огромным облегчением выдохнула, чувствуя как тяжёлый камень, что висел весь вечер на её шее и тянул к деревянному полу, падает и раскалывается на мелкие кусочки. В переполненной вспотевшими телами кухне совсем нечем было дышать, и девушки решили выскользнуть из неё, пробиваясь через толпящихся людей, что оживлённо о чём-то разговаривали. От выпитого вина Джису стало плохо, и Чеён по совету Дженни потащила её на себе в спальню младшей Ким, что сбежала через входную дверь на улицу с Лалисой. Кровать прогнулась под весом девушек и заскрипела. Розэ сделала попытку освободиться из рук старшей, что держали её весь путь до комнаты, но светловолосая почувствовала, что хватка стала только крепче, и в эту же секунду её прижали к чужому тёплому телу. Она отчётливо слышала каждый стук сердца темноволосой девушки, что глубоко дышала, вдыхая свежий воздух, так как окно в спальне было открыто. Крепкие объятия старшей стали для Чеён словно тюрьмой, в которую она попала по своей воле. Хотелось ли выбраться из этого плена на свободу, что заставляла трястись от жуткого холода? Хотелось ли променять это согревающее тепло и сладкий запах, в котором проскальзывали нотки вина, на отрезвляющую мерзлоту? В глубине своей души Розэ знала ответ, но сомнения затуманили разум, и она поспешила отдалиться от Джису, что поглаживала своей ладонью по мягким светлым волосам. Она выдохнула, и её тело задрожало от потери контакта с чужим. Пак смотрела на неё, пытаясь уловить то, о чём Ким думает, сидя на кровати, поджав под себя босые ноги и пытаясь их отогреть. Джису поймала взгляд Чеён, и теперь они смотрели в глаза друг друга, обдумывая свои действия наперёд. Розэ заметила, как старшая слегка придвинулась к ней и наклонилась в её сторону, как бы готовясь сейчас что-то сделать. И она сделала, только спустя несколько минут, когда прерывающаяся громким смехом снизу тишина начала с силой придавливать их к земле. Она попыталась поймать губы младшей, но та, предвидев ход темноволосой, отвернулась, подставляя под такой нежный удар свою щёку. Джису отстранилась, покачивая головой, и вздрогнула, когда хриплый тихий голос Розэ заполнил спальню: - Не надо, - она посмотрела на Ким, - ты пьяна и не знаешь, что творишь. Ты пожалеешь об этом завтра. - Чеён хотела встать, но чужая рука на запястье ей не позволила. - Почему ты решаешь за меня? - с дрожью спросила старшая, не выпуская запястье темноволосой. - Я решаю за двоих, - выдохнула Розэ, убирая чужую руку со своей. - Но я хочу этого, - Джису нахмурилась. - И ты тоже. Так почему..? - Она не договорила, ожидая ответа Пак, что поджала свои губы. - Откуда я знаю, что не алкоголь за тебя говорит? - она с грустью в глазах хмыкнула, и желание побыстрее покинуть эту комнату ударило ей в голову. - Ты мне нравишься, - Ким увидела в глазах Розэ сомнения и недоверие. - Уже очень давно. Я клянусь, Чеён. - Они никуда не пропали, и старшая попыталась развеять их вновь. - Зачем мне тебе врать? - Я не знаю, - Пак устало закрыла руками лицо. - Я ничего не знаю. - Ты хочешь?.. - светловолосая взглянула на Джису, кивая головой. - Так чего ты боишься? - Мне уже так говорили, - Чеён выглядела так, будто вот-вот расплачется. - Я уже это слышала. - И? - ждёт Ким объяснений. - И меня оставили ни с чем, - младшая попыталась скрыть дрожь в голосе, прочищая горло. - Я не хочу, чтобы это повторилось. - Джису закивала, понимая то, о чём ей хочет сказать светловолосая. Она протянула ей свою руку, и Чеён, смотря на неё, обдумывая и взвешивая, приняла её. Ощущение чужого тепла заставило её немного поморщиться от непривычки. - Я обещаю, что всё будет хорошо, - заверила Ким. - Я просто хочу, чтобы ты меня поцеловала, ничего большего. - Она увидела, как горько усмехнулась Розэ. - В тот раз тоже ничего большего не было... - Джису не дала договорить Пак, сгребая её в свои объятия. - А в этот раз, значит, будет, - она почувствовала, как чужое тело вздрогнуло, - но позже. - Добавила темноволосая. - Можно?.. Чеён приподнялась, чтобы заглянуть в глаза Джису. Запах алкоголя бил ей в нос, и она боялась оступиться вновь, но голос Ким заставлял ей доверять, и младшая неуверенно кивнула, позволяя тёплым ладошкам дотронуться до щёк, а мягким губам прикоснуться к своим так нежно, почти неощутимо. Чужие губы двигались медленно, и боязнь навредить передавалась и Розэ, которая обхватила девичью талию увереннее, прижимаясь к телу старшей девушки, что разорвала поцелуй и дотронулась кончиком своего носа до чужого. Пак улыбнулась на такое, и с прерывистым дыханием потянулась за ещё одним сладким поцелуем, который тут же получила. - Я хочу спать, - тихо сказала Джису, после того, как отстранилась от лица светловолосой. - Ты очень романтичная девушка, - посмеялась Чеён, перебираясь к подушкам и приглашая за собой старшую. - Твоя? - с хитрой ухмылкой спросила Ким. - Моя, - выдохнула Розэ, крепко обнимая Джису, что легла рядом с ней. - Спокойной ночи. - Она с надеждой посмотрела на темноволосую, что рассмеялась. - Можешь поцеловать ещё раз, - не успела она договорить, как Чеён приблизилась к ней вплотную и завладела её губами. - Доброй ночи. - Прошептала она после поцелуя, чмокая светлую макушку. Прохладный воздух отрезвлял пьяный разум Дженни, что, запрокинув голову, смотрела вместе с Лисой на звёзды, готовые, по словам Манобан, вот-вот сорваться со своего места. На Ким был старый тёплый кардиган младшей; она чувствовала приятный запах самой светловолосой и запах её шампуня вперемешку с духами. Они стояли посреди асфальта, иногда сходили с него, когда мимо них проносились машины, и возвращались обратно. Шея затекала, и девушки проходили несколько шагов вперёд, а затем вновь поднимали свои головы, ожидая, что на небе сверкнёт хоть какая-нибудь звёздочка. - Холодно, - вздохнула Дженни и схватила Пранприю за руку, что тут же отреагировала на её слова и приобняла, чтобы согреть. - Пошли куда-нибудь. - Пошли, - и Лиса потянула её в сторону реки, где был небольшой мостик. Шли они совсем недолго, не отпуская рук друг друга и разговаривая о дне, что пронёсся мимо них кометой. Когда Дженни поняла, куда их привела Лалиса, громко рассмеялась: - А ты знаешь, что у воды всегда холоднее? - Лиса кивнула, хмурясь и не понимая, к чему ведёт старшая. - Я, как бы, немного замёрзла, знаешь ли. - Манобан тем временем успела уже устроиться на мосту и свесить с него ноги, но, услышав слова темноволосой, тут же подорвалась, собираясь идти в другое место. - Сиди уже. - Дженни присела рядом, прижимаясь к младшей девушки. - Здесь хотя бы красиво. Они не прерывали ненужными словами звуки ночи и тихо наблюдали за мерцающими звёздами. Воздух был непривычно свежим и холодным, и Ким всё время ёжилась, а Лиса тёрла её ледяные ладошки, разогревая их и выдыхая на них. Она подняла свои глаза на небо и ахнула: - Звезда упала. - Где? - встрепенулась Дженни и тут же восторженно запищала. - Ты видела? Их было несколько!.. - Она радостно заулыбалась. - А желаний сколько загадывать? Тоже несколько? - Её счастья не было предела. - Загадывай несколько, - с нежной улыбкой на губах сказала Лиса. Она опустила голову, тихо посмеиваясь и ухмыляясь. - Всегда так делаю. - А! - крикнула Ким, показывая указательным пальчиком на ночное небо. - Опять! Ты видела? Видела?! - И Манобан показалось, что если она сейчас ответит правду, то на хрупкие плечи Дженни упадёт вся грусть этой планеты, поэтому она тут же закивала. - А желания загадала? - На полном серьёзе спросила Дженни и довольно улыбнулась, когда Лалиса снова утвердительно кивнула. Пранприя посмеялась и подумала, что Дженни - просто большой ребёнок, которого нужно оберегать и защищать от внешнего мира, что таким, как она, он запросто может навредить. Наверное, - размышляла она, наблюдая за темноволосой, что, не отрываясь, смотрела в верх, - её характер - лишь защитная оболочка, и, возможно, в самом начале их дружбы Ким просто не могла ей доверять не потому, что боялась, а просто потому, что не могла вот так сразу позволить увидеть эту невинную и детскую свою сторону. - Давай завтра сюда придём? - нарушила молчание старшая. - Только днём. Я хочу узнать, будет ли здесь так же красиво, как и сейчас. - Давай, - Лиса случайно прикоснулась губами к чужой коже руки, когда вновь согревала пальцы Дженни. Они обе вздрогнули от такого мимолётного контакта. - В два? - Она дождалась, пока Ким кивнёт, и сама закачала головой. - Хорошо. - И их взгляды вновь поймали звёзды.